Нормально так поболтали.

      Прежде чем провалиться в сон, Эдди успевает подумать о том, что наступление утра вызывает страх. События ночи приятной болью отдаются во всём теле, но что будет, когда придётся с рассветом открыть глаза? Вести себя как раньше уже не получится. Смотреть на Ричи просто как на друга - не получится. Сделать вид, что ничего не было и жить дальше? Нет, родной мой. Сон ловит Эдди в тот момент, когда он радуется тому, что решение проблемы можно отодвинуть до утра.       В фильмах никогда не показывают правды. Там всё идеально - сплошная красивая ложь. Для картинки. В реальности пара, разделившая ночь в одной постели, не просыпается от сладких поцелуев и нежных: доброе утро, любовь моя. Хрен там. Утро Эдди начинается с грубого толчка в бок и резкого:       - Выметайся, Эдди. Сейчас придёт моя жена!       Эдди не до конца проснулся, но команду понял. Подвох он обнаружил позже, когда под громкий хохот Ричи застёгивал джинсы.       - Ну, и задница ты, Ричи! - раздражённо вздыхает Эдди.       А Ричи продолжает хохотать.       - Вчера у тебя к ней не было претензий, - парирует он сквозь смех.       В сторону Ричи летит подушка и попадает в цель.       Эдди улыбается. Он всё равно не может сердиться на Ричи. Особенно когда тот так заразительно смеётся.       - Но тебе, правда, лучше уйти, - успокоившись, говорит Ричи. На самом деле он не хочет, чтобы Эдди уходил, равно как и не хочет, чтобы предки обнаружили Эдди в его в номере.       - Согласен, засиделся, - кивает Эдди и, вдруг, смеётся, - а вообще, нормально так посидели, поболтали. Душевно.       Ричи опять заливается смехом и хлопает Эдди по плечу.       - Просто отлично, Эдс! Заходи ещё как-нибудь.       Эдди тоже смеётся. И отмечает, что ему легко и приятно быть рядом с Ричи, а полуночный страх: «Вести себя как раньше уже не получится» не имеет никаких оснований на существование. Ричи дурачится, Эдди злится, оба смеются как и раньше. Но теперь добавилось и что-то новое (особенное). Они разберутся с этим. Вечером или завтра днём. Это чувство витает между ними, но оно такое естественное, родное, будто всегда было, просто о нём забыли.       Ричи открывает дверь перед Эдди, но потом, передумав, закрывает.       - Что ещё?       Вместо ответа Ричи ловит его за пряжку джинс и медленно влечёт к себе. Безумная улыбка на его лице и огонёк в глазах ничего хорошего не предвещают. Он специально тянет момент, растягивая удовольствие. Останавливается Ричи только тогда, когда они с Эдди соприкасаются носами.       - Эдс, - почти в самые губы шепчет Ричи, - умоляю, не набирайся так в следующий раз. Ты нам такую ночь сорвал.       - Сорвал? - усмехается Эдди. - А ты чего-то не успел?       Ричи от возмущения даже заикается.       - Т-ты серьёзно? Я запланировал акт как минимум в трёх-четырех действиях, а ты после полутора сорвался на антракт.       Эдди не сдерживает улыбки. А потом и вовсе смеётся.       Успокаивается он быстро, а потом мягко и с удовольствием, целует Ричи.       - Если мне не будет страшно до усрачки, - произносит Эдди и оставляет ещё один поцелуй на шее. - Обещаю.       - Неужели я страшнее унитаза, Эдс?       Эдди снова смеётся, утыкаясь носом в плечо Ричи.       - Ты мне этого никогда не простишь? – посмеиваясь, спрашивает он.       - Может, и прощу, - отвечает Ричи. На его губах растягивается до безобразия самодовольная ухмылка, - но тебе придётся постараться, Эдди. Очень серьёзно постараться.       Эдди согласен с таким приговором. По правде говоря, он уже готов всё отработать. Но хорошего помаленьку, верно?       Ричи не отпускает Эдди просто так. Прижимает к двери, целует жадно и желанно. А потом, вдоволь насладившись поцелуем, выталкивает из номера, хлопнув ладонью Эдди по заднице.       - Я же говорил, - добавляет он в след ухмыляющемуся Эдди, - сама судьба нас свела.       «Или недопитая бутылка джина», - думает Эдди.