Хроники Новой Земли

Хроники Новой Земли

Часть I: Забытые

      В недалёком будущем человечество впервые столкнулось с фактом существования богов. Мир принял это по-разному. Одни начали поклоняться всесильным существам, другие жаждали сотрудничать с ними, ну а третьи — подчинить их силу себе. В конце концов развязалась война между богами за право властвовать над человечеством. Война, которая длилась тысячу лет, изменила земной шар до неузнаваемости, а жалкие остатки человечества могли лишь прятаться в пещерах, радуясь каждому пережитому дню. И вот, через тысячу лет с момента появления этих существ, последние из них сбежали. Горстка людей осталась перед лицом пустой и изувеченной Земли. Новой Земли. Земли, на которой уже не действуют старые правила.

***

Июль 1143 года после конца света. Восемь лет до событий основной части…       Сегодня я начну вести дневник. Думаю, это хороший способ расслабиться и разобраться в себе. Итак, с чего бы начать?       Меня зовут Рита. Вообще-то моё настоящее имя звучит как «Акрт’астэнрита Лакрт’тратра», но почти никто из жителей Доминиона не может его произнести. Так что пришлось сократить для простоты.       Доминион — это, пожалуй, лучшая страна на свете, хотя я и не видела других. Вот уже как больше ста лет Доминион воюет со всеми другими странами на нашем континенте, который тут называют «Новая Земля», а всё потому, что раньше все они были нашими колониями. Я плохо учила историю, поэтому и не скажу, почему наш континент стал последним из населённых. Раньше населены были все, но потом случилась какая-то беда, а какая — это уже у других спрашивайте.       На самом деле, хоть я и числюсь как гражданка Доминиона, но мои родители, как и я, потомки коренных жителей этих земель, проживавших тут задолго до появления людей Доминиона из-за океана. Сначала им не нравились гости, но те принесли нам культуру и цивилизацию, дали нам права, равные своим, и всячески поддерживали. Это было много веков назад, но мы и сейчас не чувствуем себя угнетёнными. Потому-то я и люблю эту страну, что бы ни говорили о нас другие.       Моя история началась, когда меня, благодаря известным родственникам, взяли работать в императорский дворец в Мантрихте, столице Доминиона. Это гордый город, выстроенный на склонах огромной горы, одиноко стоящей среди равнины. Склоны Мантрихта густо усыпаны постройками и башнями, а внутренняя часть горы изрыта почти до основания. Там, в её недрах, посреди огромной искусственной пещеры стоит императорский дворец, из которого и правит страной император. Подножие горы защищено высокой стеной, укреплённой множеством башен. На вершине высится башня, с которой запускаются дирижабли во все уголки Доминиона. Сам город, стоящий на склонах, напоминает лабиринт улочек и дворов, в котором легко заблудиться. Вперемешку с площадями и бульварами, они образуют немыслимое переплетение зданий. Нижний ярус города — это место жительства бедняков. Там же размещается вокзал и склады. Средний ярус, самый большой по площади, ломится от таверн, домов людей побогаче, контор и цехов. Ну а верхний ярус служит жилищем для самых богатых. Там же находится и вход внутрь горы — длинный коридор, ведущий к пещере с императорским дворцом. На обоих концах этого коридора высятся створки огромных ворот, после закрытия которых пещера превращается в нерушимую крепость. С самого детства я бегала по этим закоулкам и потому знала их все как свои пять пальцев.       Сейчас мне пятнадцать, я уже год работаю во дворце — помогаю горничным убирать и стирать. Платят хорошо, как для такой работы, к тому же, благодаря тем же связям, я смогла заниматься у придворного волшебника, который согласился помочь мне найти своё призвание. Как мне рассказывали, магией владеют все от рождения, надо лишь найти вид волшебства, которым ты одарён. Большинство людей, конечно, не мучаются этим, но я всегда мечтала стать волшебницей.       Помню своё первое занятие: тогда я, дрожа от волнения, нерешительно постучала в большую дубовую дверь и спросила:       — Можно войти?       Голос изнутри ответил:       — Конечно, заходи.       Когда я вошла внутрь, то увидела просторную комнату, уставленную полками с книгами, разными волшебными предметами, какими-то кристаллами, светящимися камнями и прочими предметами, которые свойственны любому подобному месту. За большим рабочим столом сидел простой светловолосый мужчина лет тридцати пяти, который добрым взглядом смотрел на меня. Он был одет в дешёвый плащ. Неаккуратные волосы вились на голове, словно гнездо.       — Могу поспорить, ты меня не так представляла?       — Да, сэр, простите, что отвлекаю вас от работы. Мне сказали…       — Знаю — меня попросили с тобой позаниматься. Не бойся меня.       — Хорошо, сэр, — ответила я.       Помнится, он долго рассказывал мне о природе магии, её происхождении и функциях. От него я узнала, что видов волшебства существуют тысячи: есть более сильные, есть слабее. А есть особые, запрещённые. Их не так уж и много.       Время летело незаметно. После недели таких бесед мы наконец-то приступили к практике.       — Встань сюда, — учитель указал на центр комнаты. — Тут мы попробуем выяснить, чем же ты обладаешь.       Я встала на указанное место, а он уселся на табурет напротив меня и сказал:       — Будь это магия природных стихий, вроде земли или воды, ты бы уже давно её открыла. Зачастую люди не могут обнаружить более сложные подвиды, которые не будут проявляться в повседневной жизни. Есть простой способ, но я не уверен, что сработает. Закрой глаза.       Я послушалась; он попросил меня представить продолжение своих рук, будто они длиннее, чем есть на самом деле. Выполняя его указания, я действительно вообразила такое и всего на мгновение почувствовала, что так и есть. Это было очень необычное ощущение. Открыв глаза, я увидела довольное лицо своего тренера.       — Отлично: значит, у тебя что-то связанное с созиданием. Это хорошее волшебство. Уверен, завтра мы точно узнаем, что же это. В этот раз я успел увидеть лишь небольшую вспышку, но это уже кое-что. Ты молодец!       На следующий день я была предельно взволнована: работа валилась из рук, приходилось дважды стирать одежду, которую мне поручили, да и пол вымыть по-человечески я так и не смогла. Руки тряслись, в груди жгло от нетерпения. Как только часы пробили шесть вечера, я бросилась к заветной дубовой двери и распахнула её настежь, встретив смехом тёплую улыбку своего учителя. Этот момент настал.       — Закрывай глаза. Теперь попробуй опять представить продолжение своих рук, но теперь твоей магии нужна форма. Дай ей возможность показать себя, принять естественное для неё положение.       Я попыталась сделать, как он мне говорил. Первые несколько раз ничего не выходило, но моё стремление и ободряющие слова учителя помогали мне, и в конце концов я почувствовала её. Словно языки пламени, она зажглась у меня в руках; хоть я её и не видела, но отчётливо понимала, что это что-то наподобие белого огня.       Внезапно кто-то схватил меня за руки и сильно сжал. От испуга я потеряла концентрацию и открыла глаза: огня не было, а учитель смотрел прямо мне в глаза. В его взгляде читался ужас.       — Что случилось?       — Это неважно, — рявкнул он. — Приходи сюда завтра, после работы, и ни в коем случае не пытайся использовать магию или вообще думать о ней, тебе понятно?!       Он сказал это настолько страшно и убедительно, что я лишь испуганно кивнула и убежала прочь. Хоть я и не оглядывалась, но чувствовала его взгляд, сверлящий мою спину через распахнутую дубовую дверь.       Прошёл день. День, наполненный страхом и нерешительностью. Я продолжала винить себя в том, что, наверное, сделала что-то не так, из-за чего учитель обиделся или разозлился. Подошёл вечер — работа закончилась. Устало вытерев вспотевший лоб, я отложила метлу, которой только закончила выметать огромный коридор, и медленно, словно на казнь, пошла на пятый этаж. К той самой двери.       К моему удивлению, учитель был не один: рядом с ним стоял ещё какой-то человек. Старый мужчина, с густой чёрной бородой и в расшитом одеянии, глядел на меня испытующим взглядом:       — Это точно она?       — Да, я видел это своими глазами. Хотите, она покажет ещё раз?       — Здесь? Ни в коем случае! Вызывать подобное посреди императорского дворца? Да это безумие!       — Что же с этим делать?       — То же, что и с другими подобными случаями. Везем её в Зал.       Мне даже не дали переодеться. Погрузили в машину и увезли куда-то. Ехали мы долго — несколько часов, не менее, — потому на месте были уже поздним вечером. Ехали до тех пор, пока не прибыли в пригород Адлерстоуна, огни которого занимали всю неглубокую долину между холмами. Здесь, в нескольких милях от города, находился Зал Архимагов — место, где проводились важнейшие собрания сильнейших магов в Доминионе. Огромное полукруглое здание, большую часть которого занимал сам Зал.       Меня бесцеремонно вытолкнули из машины и провели по двору внутрь. Ни незнакомец, ни учитель не обронили ни слова, не отвечали на мои вопросы, да и вообще старались не встречаться со мной взглядом — лишь крепко держали меня за руки. Внезапно меня впихнули в огромный зал, забитый людьми. Учитель и незнакомый маг куда-то пропали. Теперь я стояла одна перед сотнями сильнейших волшебников, которые глазели на меня, словно на диковинный экспонат в музее. Мне становилось не по себе.       Вдруг, как гром средь ясного неба, прогремел усиленный динамиком голос:       — Итак, мы собрались здесь по делу этого ребенка, в котором, как оказалось, находится запрещённое волшебство!       По залу прошёл шёпот.       — Причём не обычное, а Небесное пламя!!!       Шёпот перерос в гул голосов. Кто-то кричал, некоторые вскочили со своих мест, чтобы разглядеть меня. Пытаясь унять хаос, председатель закричал ещё громче:       — Это первый случай обнаружения такой силы после инцидента с нашей родиной. Все мы помним из истории тот ужасный день, когда это проклятое волшебство стёрло с лица земли целый континент! — председатель захлёбывался от негодования. — А теперь! Теперь, когда мы только получили надежду на стабильность, впервые за столько лет, — теперь это проклятие снова вернулось!       По залу пронеслась волна выкриков. Кто-то настойчиво повторял: «Убейте её!», другие кричали что-то про исследования и безопасность. Третьи — про военный потенциал. Все их голоса вновь прервал председатель, в котором я уже узнала мужчину, привёзшего меня сюда. Он сказал:       — Будем гуманнее, братья и сёстры! Мы же не варвары, наподобие тех, что посягают на нашу страну! Мы поступим с ней так же, как и с детьми, обладающими другими запрещёнными техниками! Мы её запечатаем!       Внезапно мне на плечо легла чья-то рука. Это мой учитель пришёл поддержать меня. Он сказал:       — Не бойся: они просто заблокируют опасную магию внутри тебя. Это совсем не больно — ты ничего не почувствуешь, да и я рядом — я не покину тебя.       Эти слова придали мне сил. Со знакомым человеком сразу стало легче, чем в одиночестве.       — А что это за волшебство?       — Это Небесное пламя — магия, которую создали люди для борьбы с демонами и прочим злом. Она должна была выжигать всё, что является злом: любую нечисть и демонов. К сожалению, при создании этого волшебства были допущены ошибки.       — Какие?       — Они создали демона.       Голоса споривших архимагов на заднем фоне почти не были слышны. Тогда я слышала лишь эти слова.       — Выходит, внутри меня демон?       — Да, но не волнуйся: пока ты не применишь это волшебство всерьёз, он не проснётся. Кстати, Большая земля, родина Доминиона, была уничтожена именно вследствие того, что оно вышло из-под контроля. Кто-то, несмотря на запреты, попытался использовать эту магию во время гражданской войны, и вот результат.       Внезапно учитель обнял меня и отошёл к стене. Я снова осталась одна; никто уже не говорил. Все смотрели на меня, вытянув руки.       — Сейчас мы запечатаем Небесное пламя, после чего ты не будешь представлять угрозы, — сказал председатель. — Подготовка займёт около получаса. Не двигайся это время, пожалуйста.

***

Тем временем неподалёку от Мантрихта, на окраине одного из пригородов…       — Бестолочь.       — Я не виноват: они с другой стороны подошли.       — Как можно не заметить двести гвардейцев Доминиона? Они же видны за несколько миль!       — Я в другую сторону смотрел…       Харпер лишь сокрушённо вздохнул. Он понимал, что, если их поймают, пощады не будет. Только не этим двоим. Он посмотрел на Ланса. Тот виновато глядел в пол. Харпер покрепче сжал мешок, в котором лежал «заказ», и сказал:       — А, к чёрту, давай думать, как выбраться отсюда.       — Я не могу проломить стену…       — Конечно, не можешь: если бы эту стену можно было сломать, то это не был бы склад особо опасных магических предметов. Даже я не смогу её аккуратно снести. Разве что взорвать, но для бесшумного побега не сгодится.       Они сидели в углу погружённого во тьму огромного зала, всюду стояли горы опечатанных ящиков. На многих виднелись страшные предупреждающие надписи. За стенами слышались голоса солдатов.       «Хорошо, — подумал Ланс, — что это обычные солдаты, а не Императорская Гвардия». Будь это императорцы, от друзей давно бы ничего не осталось. Руки Харпера нервно загорались волшебным светом и сразу потухали.       — Что же делать?       Харпер со стоном уселся на пол.       — Если подумать, мы справимся с отрядом гвардейцев: не впервой же.       — Тогда выходим через парадный?       Сказав это, Ланс встал и двинулся к выходу. С обеих сторон высились огромные стеллажи с ящиками. На складе царила почти кромешная тьма, лишь луна заглядывала сквозь узкие окна под самой крышей. Он шёл, думая о том, как же их угораздило в такое вляпаться, ведь убийство такой толпы народу не останется незамеченным, да и ему не особо хотелось до этого доводить. В отличие от Харпера, Джереми Ланс не испытывал никаких угрызений совести по поводу убийств. Его совесть давно мертва — он убийца. Если его друг ещё и сохранил какие-то моральные качества, ещё мог стать хорошим, то он, Ланс, уже не изменится.       Он подошёл к заваленной двери. «Двести гвардейцев, да раз плюнуть…» Одним движением руки Ланс снёс баррикаду и распахнул дверь. Прямо перед ним, в нескольких сантиметрах от огромного дверного проёма, высилась до боли знакомая фигура.       — Ну привет, урод, — сказал капитан Гвардии Доминиона, Каменный Беретор.       Харпер вскочил. Появление капитана Беретора меняло всё. Если отряд гвардейцев был бессилен против способностей Ланса, то капитан будто специально создан для борьбы с ними. Раздался грохот: Ланс отлетел на стеллажи, завалив их на себя. Харпер направился в сторону Беретора. Его руки осветились зелёным, по ним забегали дымящиеся кольца волшебной энергии. Мощнейший толчок отбросил Беретора на завалы — грохот потряс всё здание. Посыпались обломки. Пробежав мимо заваленного капитана, Харпер схватил друга и вновь напряг свои руки — на них снова запестрели зелёные круги. Выскочив на свежий воздух, он собрал силы и швырнул Ланса в скопившихся около входа гвардейцев. Крики боли заглушили скрип рушащегося здания. Ситуация становилась всё более сумасшедшей. Раньше они старались обходиться без напрасных убийств. Но сейчас оба понимали, что нет времени на церемонии и осторожность, когда у них за спинами сам Беретор — сильнейший боевой маг гвардии. Несколько десятков солдат попадали, пронзённые сотнями клинков. Способность Ланса выпускать лезвия из любой точки своего тела делала его непобедимым в бою с обычными солдатами.       — Беретор точно выжил — у нас мало времени, — Харпер тревожно оглядывался.       — Значит, закончим по-быстрому, — Ланс превратился в шипастый шар, который вразвалку побежал на солдат.       Крики усилились. Выжившие убегали. Всё заливала кровь, всюду слышались стоны раненых. Ланс был ужасен. Харпера начинало мутить от происходящего. Свежий ночной воздух был испорчен запахом крови. Ланс прорубал проход через окруживших их гвардейцев — те разбегались во все стороны, уже не пытаясь сопротивляться. Огромный шипастый шар будто летал по полю боя, разя направо и налево, плетя вокруг себя паутину смерти.       Тем временем у них за спинами дым почти рассеялся. Беретор стоял среди развалин, глядя на них. Доспехи капитана гвардии, украшенные прикреплёнными на спину знамёнами, были невредимы. Высокая и кряжистая фигура Беретора стояла посреди облака дыма. Капитан посмотрел на своих погибших солдат. На Харпера, с опаской глядевшего на него, на Ланса, утыканного окровавленными лезвиями.       — Мне приказано вас задержать, — голос Беретора дрожал. — Да только плевать я хотел на приказы. — Он взмахнул руками и с силой ударил ногой по земле.       Со страшным грохотом всё в радиусе нескольких сотен метров оказалось окружено огромной каменной стеной. Взгляд Беретора пылал.       — Я вас убью!       Он бросился на Харпера; тот быстро сделал несколько движений рукой — земля под ним вспучилась, и он оказался выше Беретора на пару метров. Тот, будто и не заметив ничего, с рёвом ударил по выросшей преграде. Та разлетелась на части.       — Плохая идея — использовать такое против сильнейшего мага земли в Доминионе!       Удар ногой по земле — и Харпера подбросило вверх на несколько метров. Ланс побежал на капитана. Из обеих его рук торчало по нескольку мечей. Капитан лишь махнул в его сторону рукой, и он отлетел, ударенный каменной колонной, выросшей из земли. Харпер тем временем замедлил падение мощным толчком под собой, упав в мягкий песок, однако даже такой удар вышиб из него дух. Он лежал, прерывисто пытаясь восстановить дыхание, думая, что наверняка сломал пару рёбер. Однако, похоже, он не повредил жизненно важные органы, и это главное. Он может сражаться.       Ланс, встав с земли, выплюнул кровь, скопившуюся во рту. Удар такой силы убил бы обычного человека, но он успел выдвинуть из своей груди несколько лезвий, которые раздробили колонну и смягчили столкновение. Беретор, выставив перед собой руку, уверенно шёл к Харперу. Ещё несколько ударов, и тот, крича от боли, упал на землю. Ланс, собравшись с силами, вновь попытался атаковать, но капитан не дал ему даже шанса. Его удары были чётко выверены и сильны. Ему не было необходимости атаковать врукопашную: сами камни принимали необходимую ему форму; взлетая из земли, они устремлялись к цели, нанося один удар за другим. Неповоротливый Ланс не успевал уворачиваться и мог лишь пытаться блокировать удары.       Вдруг что-то произошло. Где-то вдалеке раздался грохот. Волна магического взрыва пронеслась над каменными стенами. Жуткий, нечеловеческий вой заполнил ночное небо. Наступила тьма. И тишина. А потом тишину разорвал крик капитана.       Что произошло дальше, никто так и не узнал. Беретор ничего не рассказал, однако, когда его избитое до неузнаваемости тело нашли на следующее утро, он впал в кому, выйдя из которой через месяц, сказал, что покидает пост командующего гвардией.       Ну а воры, которых потеряли ещё на несколько лет, забросили своё дело. Они всё ещё не могли опомниться от того, что произошло там, в той каменной клетке. Это изменило всё. Это стало началом всего.

***

В то же время в императорском дворце…       Император Брандт проснулся от того, что в его комнату ворвалась капитан Блейк, начальник Императорской Гвардии.       — Ваше Величество, прошу прощения за такой визит, но у нас срочное дело! Взрыв под Адлерстоуном — похоже, это Зал.       — Что там произошло в этот раз?       — Неизвестно, единственное — это сам взрыв, который был виден даже в крепости Нибр на восточном побережье. В самом Адлерстоуне, похоже, разрушений нет, но вот пожар уже перебросился на близлежащие поля. Что нам делать?       — Готовьте быстрый дирижабль из четвёртого дока. Я сейчас соберусь. И активизируйте все пожарные бригады. Позовите магов воды из Адлерстоуна, если таковые есть. Всех, кого сможете. Пожар надо остановить!       Блейк выскочила из комнаты, а Брандт начал спешно одеваться.       Натягивая поверх костюма пальто, он выбежал на лестничную площадку и начал подниматься по спиральной лестнице. Это помещение было выстроено первым: с него начиналось освоение недр горы, потому оно было самым старым — стены были покрыты сетью трещин и зарослями мха. После нескольких минут подъёма Брандт оказался на поверхности, над вершиной горы, посреди огромной площадки, окружённой ангарами. Некоторые ворота были огромными, другие — высотой в пару метров.       «Сначала предательство генерала Крайтона, который переметнулся на сторону врага со своей стотысячной армией, потом поражение Скорпиона в битве с каким-то чудовищем в горах. Теперь ещё и архимаги. Когда же закончится эта череда трагедий? Доминион теряет свою мощь с пугающей скоростью…»       Двери одного из небольших ангаров открылись — оттуда медленно выплыл небольшой дирижабль с открытой гондолой. Позади виднелся магический двигатель.       Капитан вместе с несколькими солдатами из дворцовой стражи уже сидела внутри.       Промозглая ночь навеивала сон, но пламя пожара, видневшееся на юге, не давало покоя. Казалось, будто там начинается рассвет, хотя на часах была половина двенадцатого ночи. Дирижабль легко поднялся в воздух, набирая высоту, и ринулся навстречу зареву, застилавшему половину горизонта. Они ещё не знали, что им предстоит увидеть, но гибель всех сильнейших волшебников сильно повлияет на будущее…       Останки каменной стены остались возле склада навсегда. Чёрное пятно, как от взрыва, находившееся точно по центру, ясно показывало, откуда именно вырвалось то, что смогло за считанные секунды сделать жалким калекой сильнейшего мага земли в Доминионе. Местные ещё долго побаивались этого места. Говорили, что взбешённый дух до сих пор бродит неподалёку. От склада ничего не осталось, ведь к моменту, когда армия прибыла, местные зеваки, которые ради лишних денег готовы были игнорировать тревожные слухи, растащили всё, что могли взять. Так и забылась история со скандальным ограблением. Но пройдут годы, и время покажет, что всё не так просто.