Хроники Новой Земли

      — Ты точно справишься?       — Твоё дело — выпустить меня на арену, а не спрашивать.       Привратник хмыкнул и дёрнул рычаг. Ворота открылись, свет ярко ударил в глаза Рейжа. Арена.       Много лет он верно служил Императорской Гвардии, прославившись под именем Красная Молния. Самый быстрый человек на свете. Единственным достойным соперником для него была легендарная командующая Гвардией, капитан Блейк. Их постоянные поединки всегда заканчивались её победой. Как бы Рейж ни старался, но победить её он не мог.       Проходило время, состарившийся солдат отслуживал последние годы, как вдруг во время одной из операций по уничтожению диверсантов его подставили.       Как оказалось, диверсанты были лишь бандой рецидивистов, а не иностранными вторженцами. Попав в засаду, он с отрядом обычных солдат был окружен толпой преступников, осуждённых на смерть — людей, настолько опасных, что даже страна, воевавшая со всем миром, не решалась отправить их на передовую в штрафбатах. Их нужно было убить, но они сбежали. Под натиском бойцов, потерявших всё, отряд Рейжа пал смертью героев, а сам Красная Молния сумел лишь сбежать. Даже императорскому гвардейцу было не под силу одолеть несколько сотен профессиональных убийц и преступников.       В итоге через несколько дней его объявили в розыск как предателя родины. Якобы он, Рейж, привёл свой отряд в ловушку, а сам присоединился к диверсантам. Обладающий гордостью настоящего воина, он, разочарованный в этом мире, самостоятельно сдался.       Ввиду того, что при сдаче он предъявил тела всех четырёхста преступников, которых он выследил и убил поодиночке, а также учитывая его предыдущие заслуги, он был приговорён к десяти годам тюремного заключения.       По прошествии срока он вышел из тюрьмы, тая в себе обиду на предавшую его систему и на её лидеров. Поселившись в Адлерстоуне, он стал зарабатывать, выступая на Арене, и быстро стал фаворитом.       Привыкнув к солнцу, он вышел наружу — ворота за ним захлопнулись. Оглядевшись вокруг, он отметил, что зрителей явно прибавилось: непобедимый мечник всё более набирал популярность. Довольно ухмыльнувшись, он выхватил свои мечи, вырезанные из прочнейшего кристалла, и поднял их, скрестив высоко над головой. Трибуны заревели: приветствие Рейжа было принято.       Оставалось узнать, кто будет его противниками сегодня. Став в стойку, старый солдат обернулся к первым воротам, наблюдая, как те открываются. Из тьмы на него вышел огромный волосатый мужчина, одетый в шкуры. Всё как всегда: слабаки на разогрев. Не желая церемониться, Рейж решил закончить с ним быстро. Мгновенный рывок — преодолеть за какую-то секунду несколько десятков метров, нанести один удар и снова занять стойку. Зрители ничего не поняли: мгновение назад он был в центре арены, а сейчас стоит рядом с соперником, смотря в сторону второй клетки. Тут завёрнутый в шкуры дикарь пошатнулся, брызнула кровь. Зрители заревели. Рейжу не было до него дела: он мёртв, теперь всё внимание нужно сосредоточить на втором сопернике.       Невероятная скорость всегда была козырем Рейжа, он всегда был быстрее своего противника, а кристальные мечи делали своё дело за доли секунды, опережая любые попытки заблокировать удар, обгоняя даже взгляд. Вторая клетка открылась.       Лавовый тролль упал после длинной серии ударов, — серии, длинной только для Рейжа. Остальным это показалось просто мгновенным смещением его тела, ведь теперь он смотрел на третью клетку, совершенно игнорируя тролля, который всего секунду назад угрожающе замахивался своей дубиной.       Тут-то его наконец удивили. Из третьей клетки, размахивая саблями, на него двинулся Араккский охотник. Рейж никак не мог понять, где его достали, ведь Аракк находится за пустыней, далеко на юге от земель Доминиона. Охотника это не интересовало — все четыре руки, вооружённые саблями, буквально превратились в сверкающие колёса, любое прикосновение к которым грозило смертью.       — Думают, нашли-таки на меня управу, — улыбнулся Рейж.       Это сражение было действительно захватывающим: оно напоминало бешеный танец клинков, которые так и сверкали, нанося молниеносные удары. Охотник значительно проигрывал Рейжу в скорости, но две пары рук компенсировали недостаток. Солдат долго не мог подобраться к покрытому толстой кожей жителю Аракка; лишь через две с лишним минуты, уже начав задыхаться, он заметил брешь, казалось бы, в безупречных движениях охотника.       Собрав все свои силы и вложив их в последний удар, он бросился на соперника.

***

      — Как всегда, прекрасная победа, — сказал устроитель, отсыпая золото в мешок. — Ты меня озолотишь.       — Давай сюда деньги, — Рейж был не в настроении.       Впрочем, он всегда был таким. Как ещё чувствовать себя солдату, который слишком стар для армии, но не умеет ничего, кроме убийства? Заработок на арене был его единственным способом выживать. Денег с каждого выхода хватало на месяц жизни ему и тем двум неудачникам, которых он подобрал восемь лет назад. Один из них ждал его у выхода. Его ученик. Ланс.       — Как всё прошло? — Рейж лишь поднял повыше звенящий мешок:       — Как видишь.       Поглаживая седую бороду, он пошёл в сторону дома — Ланс шёл следом, думая о своём напарнике, Харпере.       Его магическая сила заключалась в немного необычной разновидности телекинеза. Он не мог поднимать или перемещать предметы силой мысли — мог лишь сильно толкать воздух перед собой. Эту силу он открыл в себе ещё будучи ребенком. И уже тогда он начал использовать её в собственных целях, снося стены или двери складов и воруя оттуда всё, что мог утащить. Со временем он стал ещё искуснее, научился выносить двери без шума, аккуратно снося их с петель. Благодаря этому, он смог обворовывать жилые дома.       Однако Харпер всегда задумывался о грабежах, ведь нападения на охраняемые объекты давали намного больше добычи. К сожалению, сложность применения магии не давала ему эффективно использовать свою силу в бою. Харпер никак не мог освоить быстрое применение боевого телекинеза. Все его атаки требовали подготовки и расчёта. Иначе толчок мог навредить ему самому или окружающим. Ему нужен был воин. Так он встретил Ланса. Короля мечей. Стального ежа. Какие только прозвища не давали этому монстру. Высокая фигура в рваном плаще леденила кровь в жилах врагов.       Вместе они стали почти непобедимой командой. Однако Харпер сильно боялся Ланса. Тот был убийцей, который ни во что не ставил человеческую жизнь. Понятно, что Харпер ощущал себя неловко рядом с таким человеком. Туповатый и нерасторопный Ланс был отличным бойцом, который хорошо сдружился с Харпером, хотя никогда не рассказывал ему о своём прошлом. Потому Харпер почти ничего не знал о своём товарище, что его вполне устраивало. Ланс хорошо справлялся со своими боевыми обязанностями, и этого вполне хватало.       Когда они с Харпером пришли к Рейжу, то поступили очень разумно. Они не стали его упрашивать, предлагать сделки или ещё что-то — нет, они просто стали работать. Убирать, готовить, выполнять любые поручения. К тому же, способности Ланса были настоящим вызовом для Рейжа, ведь он просто не мог смотреть, как такой потенциал терялся из-за неумения Ланса его реализовать. В итоге они начали помогать ему, а он стал их учителем. Его не интересовало их прошлое — он не спрашивал ни о чём. За это они и привязались к нему, да и сам Рейж был рад, что наконец-то избавился от одиночества.       Они пришли домой, Харпер открыл им дверь, радостно сопровождая взглядом мешок с золотом. Рейж бросил его Харперу:       — Купи нам чего-то поесть.       — Будет сделано, учитель.       Сам Рейж, сняв с себя ремни с ножнами и повесив их на крючок, направился принимать душ. Ланс уселся в кресло. Его всё ещё терзали сомнения по поводу того, что тогда произошло. Конечно, позже они разузнали, что из-за некоего взрыва в столице проснулось много разной нечисти и что все инциденты были решены очень быстро. Все, кроме одного. Как удалось разузнать Харперу, пока Ланс и Рейж тренировались, где-то на севере нападения не прекратились. Ему удалось нарыть множество сообщений о найденных телах и поступивших в больницы тяжелораненых. Все нападения отличались от тех, что происходили по всей стране восемь лет назад. Все пострадавшие имели сильные ожоги.       Харпер встал:       — Учитель, думаю, мы нашли место, где можем разузнать больше о нашем случае.       — Вы хотите отправиться туда сами? — нахмурился Рейж.       — Да, мы готовы, — Харпер говорил как никогда серьёзно.       — Совсем неготовы! — резко возразил он. — Не могу я вас так отправить: ещё загнётесь там…       — Но учитель! Мы стремились к этому несколько лет! — вступился Ланс.       — А я и не запрещал вам идти.       Оба в недоумении уставились на Рейжа.       — Я пойду с вами, — сказал он и ушёл в душевую, оставив поражённых учеников в гостиной.       Ланс присвистнул. Харпер лишь молча достал карту страны из верхнего ящика грубого стола.       — Вот, — он ткнул пальцем в точку на карте, — мы здесь. А сюда, — он передвинул палец почти к верхнему краю листа, — вот сюда нам надо.       Его рука остановилась на точке с подписью «Тилбен».       В тот же момент за много миль от этого места Брандт выслушивал доклад одного из гонцов, который как раз передавал ему подробности нападений в северном городке. Император нахмурился и сказал:       — Зовите сюда Тень.       Откланявшись, гонец поспешил уйти, а Брандт закрылся в своей комнате. Открыв шкаф, он вытащил оттуда грубый, потёртый плащ. Потом поглядел в зеркало и взялся за бритву.       А за пару дней до этого совсем недалеко от Тилбена, возле странного архитектурного ансамбля — маленького заросшего домика и пристроенного к нему колоссального заброшенного ангара, — Терри готовилась к решающему разговору. Ей пришлось долго уговаривать отца прийти сюда — какие только причины она не выдумывала, пока он не согласился, желая узнать, почему его дочь так старательно тянет его на место, навевающее столь мрачные воспоминания.       Статик вздохнул с облегчением, когда Терри прошла мимо выложенной булыжником дорожки, не свернув в дом: он не знал, сможет ли выдержать такое зрелище. Статик только с удивлением вздёрнул брови, увидев, что дочь ведёт его прямо к ангару. «Что она могла там забыть?» — недоумевал он. А потом она подошла к огромной проржавевшей двери и скользнула внутрь через отходивший от стены проём. Внутри зияла лишь тьма.       Статик подошёл к огромной двери, погладил облупившуюся краску, бессознательно подметив, что рельсы, по которым отъезжала дверь, безнадёжно проржавели. Эти ворота уже никогда не откроются. Он обернулся, посмотрел на заросший дикой травой двор, на качели, сделанные им же столько лет назад. Воспоминания нахлынули на него, накрыв с головой. Печально проведя рукой по потрескавшейся стене, он вошёл во тьму. Терри нигде не было. Вначале Статик хотел позвать её, но тут он вспомнил. Как он мог забыть такую очевидную вещь! Это ангар! Тот самый ангар!       Страх ударил его под колени — ноги начали подкашиваться. Он уже различал огромную тень разрушенной машины. Машины, в которую он вложил в душу и с гибелью которой, казалось, умер сам. Статик попятился назад, ударился о какие-то полки — на него что-то посыпалось. Ужас толкал его назад, к выходу, но света, проникавшего сквозь дыры в рифлёной крыше, не хватало, чтобы увидеть выход. Ещё мгновение — и он бы заметался в ужасе, но внезапно включился свет, словно кто-то просто посветил в здание огромным фонарём. Закрывшись руками, Статик в недоумении уставился на давно сломанные лампы, но свет шёл не от них — он исходил из центра ангара. Из Скорпиона.       Тут раздался усиленный громкоговорителем голос Терри:       — Пап, посмотри на это.       Прожектор выключился, загорелись переносные фонари, расставленные по углам зала. Стало светло — оказалось, что выход был совсем рядом, а опрокинутые полки кучей валялись под ногами, но всё это не волновало Статика. Он смотрел только вперёд. На машину. Скорпион стоял в центре ангара, полностью исправный: по бокам горели габаритные огни, виднелось мерцание приборов в его рубке, через стекло в верхней кабине он видел силуэт дочери. Точь-в-точь как её мать, Терри стояла, оперевшись на спинку кресла. Она ужасно волновалась. Боялась, что отец рассердится, что все её труды пойдут прахом. Но вышло не так. Он сказал:       — Выходи оттуда.       Терри обречённо выбралась из рубки, спустилась вниз по лестнице и выпрыгнула через лючок между второй и третьей парами ног. Она подошла к отцу, который всё не отрывал глаз от Скорпиона:       — Ты… сама это сделала?       — Да, я чинила его все восемь лет.       — Как ты поняла, что делать? Где нашла запчасти? — его поражала колоссальность проделанной работы.       — Нашла твои старые чертежи, а детали делала сама или заказывала.       — Ну, а как с огромными частями вроде конечностей и хвоста? — Статик всё не мог поверить.       — Я научилась прессовать горную породу при помощи магии и придавать ей нужную форму.       Статик лишь посмотрел на дочь с недоумением:       — То есть большая часть робота сделана из камней?       Терри предвидела такой вопрос:       — Я бы не назвала это камнями: это очень прочная порода, а после обработки эта штука стала твёрже стали, которую использовал ты. — Она увидела уважение в глазах Статика.       — Это невероятно, но он не будет работать, — блеск в его глазах так и не появился. — Без твоей… мамы, ничего не выйдет.       — Ты уверен? — Терри ловко забралась обратно внутрь гиганта и полезла по лестнице.       Она понимала, что это тот самый момент, за который она боялась больше всего, ведь до этого ей очень редко удавалось даже просто поставить щит таких размеров, не то чтобы поддерживать его часами, как её мать. Но она знала, что пути назад нет: теперь либо она вернёт своего старого папу, либо они уйдут отсюда и уже никогда не вернутся. Она запрыгнула в хвостовую кабину и стала в её центре. Сейчас или никогда! Она вскинула руки перед собой, приняла необходимую стойку, мысленно представила зону, которую необходимо покрыть, и начала создание щита.       Статик наблюдал со стороны, его глаза были широко раскрыты. Он видел, как Скорпиона заволакивает алой дымкой. Статик улыбнулся: дымка была того же цвета, что и чёлка Терри. Как любопытно, интересно: цвет щита меняется, когда она перекрашивает волосы? Тем временем поле становилось всё толще и увереннее. Статик был шокирован, ведь этот щит был намного плотнее того, что создавала Роза. Неужели получится?       Дольше он терпеть не мог — побежав к роботу, он привычным движением вскарабкался на левую ногу передней пары и дёрнул за ручку двери — металлический шлюз неохотно поддался, и пилот вновь оказался внутри своей кабины. Неприятные воспоминания выцветали, сменяясь новой надеждой.       Усевшись в своё кресло, он отметил, что Терри не заменяла его — это было то самое кресло, в котором он столько лет сидел, обходя горные вершины и защищая деревни от набегов великанов. Даже царапины и оплавившийся уголок остались теми же. Все системы были теми же, да и внешне Скорпион почти не изменился, хотя и увеличился в размерах и сменил окраску на более тёмный цвет горной породы, из которой состояло большинство наружных деталей. Кроме того изменился дизайн, ведь Статик помнил, что дизайна обшивки не было на чертежах — тут Терри пришлось пофантазировать, но вышло неплохо.       С замершим сердцем он потянулся к рычагу питания. Статик понимал, что сделать всё без единой ошибки было очень сложно, и не собирался винить дочь, если Скорпион не запустится. Каково же было его удивление, когда он почувствовал, как его сила начала куда-то поступать, когда он услышал рёв моторов и грохот металла. Как же он был рад, когда вновь привёл в движение своего монстра.       Не мучаясь с дверью ангара, Статик просто снёс её и поскорее вывел робота на улицу. Скорпион стоял посреди долины во всей красе. Роста он действительно прибавил, достигнув почти сорока метров. Да и вес, если верить оставленным дочерью запискам, увеличился тонн на сто, однако всё это не волновало старого пилота, ведь теперь он снова был у руля. В его глазах снова горел тот же огонь, что и десять лет назад. Он вернулся.       Местные жители ещё долго обсуждали возвращение самоходного монстра, который пробежал по долине, переливаясь алыми отблесками работавшего магического щита. Теперь ему пора было навестить Тилбен, ведь именно около него находился перевал, за которым они и встретили Ледника десять лет назад. Именно там находился путь в горный лабиринт, который они с женой годами патрулировали. Только там, на крутых горных склонах, можно было проверить эффективность нового Скорпиона. Кроме того, о чём Статик, правда, не знал, именно там уже завязывалась нить событий, которая приведёт к самой страшной битве в истории этих земель.       Тем временем в императорском дворце в Мантрихте началась паника. Внезапное исчезновение императора, принцессы Моны и гвардейца Риты нашумело, ведь это было происшествием государственного масштаба. Один из доверенных министров скрепя сердце схватил переговорный кристалл и прошептал код Карфорта, базы Императорской Гвардии. Быстро описав ситуацию, он попросил дежурного срочно направить нескольких гвардейцев в деревню Тилбен, куда, по словам одного из прислуги, отправились беглецы.       В Доминионе затевалось что-то нешуточное, и об этом знали уже многие.