Хроники Новой Земли

      Пограничный город Саркат возвышался искажённой чёрной массой над обрывистым берегом залива. Потрёпанные веками осад и обстрелов, стены, давно утратившие последние признаки своего первоначального вида, неаккуратной грядой возвышались над городом, скрывая под своими сводами улицы из прочных, изъеденных выбоинами и кратерами железобетонных коробок, именуемых здесь домами. Узкие крытые улочки, больше напоминавшие окопы, дымящие заводы, наполовину вкопанные в землю склады дополняли специфичную картину города, не похожего ни на какой другой. Штаб гвардии Доминиона, стоявший через улицу от здания администрации, был единственной постройкой, возвышавшейся над стенами города.       Именно на этот шпиль, торчащий над бесформенной стеной, и таращилась Блейк, сидя на земле перед огромными покрытыми густым слоем ржавчины воротами города, угрюмо перебирая с десяток закреплённых на поясе связных кристаллов.       — Они должны были открыть ещё минут двадцать назад, — как бы невзначай подметила Мартина, исподлобья поглядывая на рассевшегося посреди дороги капитана. — Может, что-то случилось?       — Откроют. Сейчас у них там и без нас куча забот, ещё и пересменка. Угораздило же нас между сменами прийти. Ждём.       — Как скажете, — девушка пожала плечами и забралась обратно на плечи к Атласу, где успешно и расселась, вытащив из сумки флягу с чем-то освежающим.       — Дай и мне, — тут же пробурчал полувеликан.       — Нетушки. Выдуешь всё одним глотком, как в прошлый раз.       — Не выдую, дай!       Блейк, слегка усмехнувшись возне подчинённых, встала чтобы размяться. Впрочем, стоило ей наклониться, чтобы достать руками до земли, как ворота открылись. Молодой охранник за ними слегка опешил при виде открывшейся ему картины сражающихся брата и сестры, а также склонившегося в земном поклоне капитана Императорской Гвардии.       — Докладываем, — тут же вскочила Блейк, — почему такие задержки?       — Прошу извинить! Весь офицерский состав сейчас в порту, принимают корабль! Для внештатного открытия ворот ни у кого из оставшихся просто не было полномочий! Пришлось решать возникшую ситуацию силами оставшегося в штабе состава! — сбивчиво объяснил тот.       — Внештатного? — возмутилась капитан. — Я отправляла запрос на посещение города ещё два дня назад!       — Не могу знать! Обратитесь, пожалуйста, к Майгерту, — дрогнул мальчишка.       — Так и поступим. Они, говоришь, в порту?       — Так точно!       — Веди.       Проследовав за солдатом в мигом закрывшиеся за ним огромные ворота, троица углубилась в железобетонные недра Сарката. Серые, с кровавыми потёками ржавчины, стены домов окружали их со всех сторон. Местные жители, такие же серые и измождённые, с удивлением поглядывали на пёстрые алые мундиры вошедших в город императорских гвардейцев, перешёптываясь и сбиваясь в кучки.       Нет, императорцы не были редкостью здесь. Даже наоборот, в этот город они наведывались куда чаще, чем в прочие. Однако все их визиты происходили во время крупномасштабных нападений, когда сил защитников города было недостаточно. За все годы существования этой крепости императорцы, за редкими исключениями, появлялись тут только в моменты отчаяния и упадка, чем и была вызвана их не самая лучшая репутация. Они словно стали признаком плохого расклада дел. Потому-то и была неудивительной подобная реакция жителей города.       Блейк бросила взгляд на восстановленный местный штаб Императорки, который разнесла Рита два года назад. За это время она сполна осознала, насколько её отряду не хватает этой взбалмошной и агрессивной девчонки. Будь она со своей зверской силищей с ними во время битвы при Нибре, всё могло бы пойти иначе… Окажись она рядом при задержании архимага Лайдрена, столько жизней удалось бы уберечь…       Тяжело вздохнув, капитан направилась дальше. Показывать слабость в присутствии подчинённых и сотен глаз мирных жителей, полагавшихся на непоколебимую силу императорцев, было никак нельзя. Они были последней инстанцией. Если они не могли справиться с чем-то — никто не мог.       Порт Сарката был единственным открытым пространством внутри стен. Впрочем, сейчас он выглядел скорее как площадь, чем как порт. Открытый выход в море сегодня был заслонён ещё одной стеной, не менее огромной, чем городские. Дредноут «Рико», такой же избитый и ветхий, как и стены города, возвышался над портом. Горы контейнеров с провизией и материалами для корабля и Стрелочного острова возвышались над могучим бетонным причалом, выглядевшим до абсурда маленьким на фоне гигантского корабля.       Майгерт, начальник обороны города, выполняющий обязанности мэра, стоял, окружённый подчинёнными и помощниками, на небольшом помосте рядом с портовой администрацией. Там же высилась и двухметровая фигура адмирала Крайтона, покинувшего свою «Фернанду», чтобы лично прибыть в город и проследить за выполнением работ над крупнейшим кораблём флота.       — Добрый день, господа, — поприветствовала присутствовавших Блейк. — Рада наблюдать вас всех в добром здравии, и особенно рада видеть вас, мистер Майгер, в прекрасном расположении духа. Думаю, мне не стоит переживать о том, что мой вопрос «Какого чёрта вы заставляете капитана Императорской Гвардии двадцать минут стоять под воротами?» — сколько-то-нибудь обескуражит вас в этот прекрасный день, не правда ли? — добавила она, любуясь перекошенным лицом опешившего от осознания своей ошибки Майгера.       — Мои глубочайшие извинения, — опомнился он. — Экстренные обстоятельства вынудили меня лично присутствовать в порту. Я бы обязательно позаботился о том, чтобы встретить вас как подобает, если бы был предупреждён заранее…       — И вы туда же? Я два дня назад собственноручно послала запрос на посещение и получила утвердительный ответ!       — Боюсь, произошла какая-то ошибка, — скрестил руки начальник города, — мне точно не сообщали об этом, а без моего соглашения подобные решения не принимаются.       — Странные вещи у вас здесь происходят, сэр. Ладно, это обсудим потом. Что за дела с кораблём? В столицу сообщили, что «Рико» встанет для переоборудования в порту Сарката, но в подробности письмо особо не вдавалось. Нас послали лично проинспектировать это мероприятие.       — Видите ли, — Майгер перевёл взгляд на заслонявшую горизонт громадину дредноута и начал медленно идти вдоль помоста, отдаляясь от ненужных слушателей, — как мы все знаем, «Рико» уже давно не в лучшей форме. Он способен пережить несчётное количество попаданий, оставаясь на плаву, но вот отстреливаться толком-то и не способен. Установка на него каких-либо крупнокалиберных орудий неизбежно приведёт к повреждениям внутренней структуры корабля, который и так держится только на честном слове. Этого гиганта откопали ещё на Большой Земле, в старой империи. Он — последний из линейки огромный кораблей, которыми наши предки во время войны богов транспортировали тела убитых демонов. Такой многометровый труп нельзя было оставлять на поверхности. Гния, эта туша заражала и вредила всему живому на много километров вокруг. Необходимо было любой ценой избавляться от них. В конце концов, человечество пришло к решению сбрасывать эти тела в океанские глубины, а для их перемещения и были построены корабли такого типа. Обнаружив его спустя много веков, имперцы кое-как восстановили корпус корабля и снабдили его оружием, сделав флагманом своего первого флота. Но сами понимаете, это не отменяет того факта, что кораблю уже больше десяти веков. Даже тщательнейшее обслуживание не может уберечь его от неизбежной старости. Впрочем, нам удалось найти применение этому кораблю.       — И какое же? — Блейк нахмурилась.       — Вы ведь хорошо осведомлены о целях экспедиции двухлетней давности, капитан? — загадочным голосом спросил Майгер. — И о проекте «Демонобой», детали которого были получены благодаря ей?       — Серьёзно? — прошептала Блейк. — Вы…       — Да, капитан. Мы поместим пятисотметровую пушку верхом на семисотметровый дредноут и заставим всё это работать как следует, — с гордостью в голосе сказал тот, глядя на свою собеседницу.       Опешив, она некоторое время ошеломлённым взглядом рассматривала нависавший над ними корабль, пытаясь представить, как описанное Майгером будет выглядеть.       — Сами понимаете, тут дело строжайшей секретности, поэтому-то мы и не уточняли причин и деталей перестройки. Якобы плановый ремонт. На деле же — освобождаем палубу и устанавливаем внутри корпуса дополнительные балки, чтобы тот не развалился под весом орудия.       — Но ведь… Демонобой до сих пор так и не был получен. Да и расшифровка местонахождения Сердца Аракка всё ещё стоит на мёртвом месте.       — Ну, по поводу Сердца ничего сказать не могу… как-никак, этим ваши люди занимаются, не наши. А вот в деле с поисками пушки есть кое-какие сдвиги. В частности, стало известно, что не так давно, около месяца назад, нечто абсурдно габаритное доставлялось из Дилании в Трастон под строжайшей секретностью. Индустриальные мощности Трастона вполне подходят для обслуживания подобного оружия. Раз Союз зашевелился, значит, у них появились какие-то зацепки в работе над возвращением орудию боеспособности. Это тоже секретная информация, которая не подходит для переписки и почты. Пока что нам ещё неизвестно ни точное местоположение искомого объекта, ни какие-либо детали его содержания.       — И откуда же у вас, начальник, такие сведения? — спросила Блейк.       — Не желаете ли заглянуть в штаб? — резко спросил Майгер. — На чашечку чая.

***

      Тем временем, далеко оттуда, в столице Вараса, Доламе, в элитном люксе на последнем этаже роскошного отеля, одетая в свой шпионский балахон, Мона наконец-то возвратилась с тяжёлой миссии, принеся немало новостей своему единственному надёжному собеседнику на много тысяч километров вокруг.       Выслушав её рассказ, Риджеральд некоторое время хранил молчание, пытаясь переварить услышанное. Осознание масштаба свалившихся на них проблем серьёзно давило на него. Руки слегка подрагивали, пальцы едва заметно тарабанили по столу.       — Получается, — он, не в силах совладать с нервами, встал с кресла и начал широкими шагами наматывать круги по комнате, — они хотят объединиться с нами только из-за этого?!       — Да. Так и есть. Насколько я поняла, Союз уже не первый год давит на Варас, пытаясь склонить их к содействию, — прошептала Мона, выглянув в коридор, чтобы убедиться, что рядом никого нет. — Все эти демонстрации и военные выставки — скорее угрожающие намёки, чем мероприятия, содействующие мирному сосуществованию. В основном этим промышляет Трастон. Ну а с мёртвой точки всё это дело заставил сдвинуться тот факт, что Союз якобы, готовит испытания некоего сверхмощного оружия. Король Волт боится, что это…       — Демонобой… — прошептал советник.       — Он самый. Уж не знаю, откуда они достали энергию для его зарядки, но если это правда — мы все в огромной опасности.       — И они, — Риджеральд остановился посреди комнаты, — разумеется, не хотят рисковать и соваться к Доминиону с непроверенным оружием.       — Верно. Следовательно…       — Им нужно протестировать его где-то ещё. Протестировать в реальном бою…       Он перевёл встревоженный взгляд на красочные крыши мирного города за окном. На копошащихся где-то внизу людей, спешивших по домам после рабочего дня. На игравших во дворах детей, стариков, сидевших в парке рядом с отелем, на автомобили, застрявшие в пробке перед главной улицей…       — Ссориться с Асором им некстати… — тихо сказала принцесса, погрузившись в размышления.       — Харинама мы сами убили… — тут же добавил он.       — Местонахождение остальных демонов им неизвестно…       — Вот эти ублюдки и решили устроить себе маленькую победоносную войну с соседним государством, прикрываясь тем, что оно отказывает в сотрудничестве! — с негодованием ударил кулаками по подоконнику Риджеральд.       — Варас понимает, что шансов в такой войне у них почти нет, потому и решились обратиться за помощью к Доминиону.       — Но и Союз пока не торопится проявлять агрессию…       — Верно. Им выгоднее было бы заполучить мощь Вараса в своё распоряжение мирными путями, — Мона, вздохнув, присела в освободившееся кресло.       — Вопрос лишь в том, — Риджеральд, заметив, что кресло занято, облокотился на подоконник, — знают ли в Союзе о том, что Варас пытается заручиться нашей поддержкой.       — Какая-то многосторонняя головоломка, — потёрла виски принцесса.       — Ну для этого мы с вами и здесь, не так ли? Нужно обдумать всё и понять, как же нам, как представителям Доминиона, поступить в этой ситуации. Правительство всё ещё не раскрывает своих карт и не говорит нам о том, что они стоят на пороге войны. Мы якобы ничего обо всём этом не знаем и должны принимать решения, делая вид, что исходим из побуждений дипломатической выгоды. Если будем слишком мотивированы — вызовем подозрения.       — Но если не поторопимся и упустим момент…       В роскошно обставленной комнате наступила тишина. Мона смотрела на Риджеральда, который, в свою очередь, безучастно глядел в окно, одолеваемый тяжёлыми мыслями.       — Союз может сделать свой ход первым, — вздохнул советник. — И в этом случае о какой-либо сделке можно забыть. Если Союз обратит свою военную мощь на Варас, максимум, который мы сможем из этого выжать — временная передышка для ремонта и подготовки в Саркате, который временно оставят в покое. Вот и всё. Союз насильно присоединит Варас, получив огромный ресурсный потенциал. Вдобавок, если испытания Демонобоя пройдут успешно, они наверняка применят его против нас…       — Саркат… — дрожащим голосом сказала Мона.       — Он самый. Город не выдержит и выстрела этой пушки. Они уничтожат его. Сожгут дотла. За годы безуспешных осад у них накопилось немало ненависти, уж не сомневайтесь. Они не проявят ни капли пощады.       — А разрушив Саркат, двинутся дальше.       — Их уже ничто не остановит. Ни императорка, ни Мантикора, ни флот. С таким оружием и такими ресурсами они просто задавят любой наш козырь чистой силой.       — Этого нельзя допустить ни при каких условиях. Нам остаётся лишь довериться нашим друзьям из агентуры, которые разыскивают Демонобой. От них зависит, сможет ли Союз применить это оружие.       — А от нас — судьба Вараса, — добавила Мона.       — Верно. Мы с вами единственные, кто сейчас может повлиять на расклад событий. И нам ни в коем случае нельзя допускать ошибок.       — Тогда… каков наш план? — принцесса, откинувшись на спинку кресла, измождённо потянулась.       — Для начала — заглянем на эту их выставку вооружений. Нужно самостоятельно посмотреть, как выглядит это давление.       — Так и поступим. Насколько я знаю, она начнётся послезавтра.       — В таком случае не смею вас более задерживать. Вижу, вы уже немало устали. Спасибо вам за ваш труд, принцесса.       — И тебе, Рид. Держись там, — Мона улыбнулась и, на мгновение смазавшись, исчезла.       — И вот она ушла, — выдохнул Риджеральд. — Чёртова дипломатическая возня… и кто это всё придумал?       Застонав под тяжестью навалившейся информации, он вернулся к бумажной волоките — нужно было закончить с ней, перед тем как отправляться на очередную бестолковую встречу.       — Как мне это всё разгребать-то… — тихо прошептал он.       В комнате раздался тихий щелчок настольной лампы, а затем и шуршание пера, строчившего по бумаге. Впереди был тяжёлый вечер.       Мона же, возникнув посреди своего номера на верхнем этаже отеля, улеглась спать. Пережитое за последние несколько часов давало о себе знать — даже несмотря на усталость, голова упорно отказывалась очищаться от наполнявших её мыслей о будущем. О войне, об угрозах. О том, чтобы не подвести и оправдать ожидания отца… Что же ей делать? Как лучше всего воспользоваться имеющейся информацией? Ведь здесь, вдали от дома, ей не помогут гвардейцы. Здесь нет верных товарищей. Лишь Риджеральд… отважный и честный, но лишь один. Обычный человек. И вот они вдвоём, в тысячах километров от Доминиона, вынуждены противостоять чему-то куда большему, чем могло им представиться. Как бы поступил отец в такой ситуации? Как бы поступила она.?       Тяжёлые мысли всё же отступили под напором усталости. Сжавшись в комочек на своей кровати, принцесса заснула.