Cross the line

       Сухие ветки уютно потрескивают в огромном костре, периодически выпуская хоровод искр в ночное звездное небо. Луна уже взошла и добавляет свой призрачный свет к великолепию весенней ночи. Преподаватель философии под разочарованный гул голосов отложил гитару. — Ну мистер Лето, — Диана Лейк картинно дует губки и двигает чуть ближе к синеглазому красавцу. — Спойте еще.        Джаред невольно хмыкает и, сделав вид, что не заметил попытку кокетства со стороны студентки, подходит к костру. Протянув к огню чуть замерзшие ладони, он слегка трет их друг о друга. Один из студентов протягивает ему кружку с горячего чая. Благодарно кивнув, преподаватель философии садится обратно на свое место. — Помните, вы просили рассказать историю про «волчьи ягоды»? — Джаред обхватывает горячую емкость, согревая руки.        Несколько девушек с готовностью закивали, рассаживаясь вокруг молодого преподавателя. В момент оказавшись в кольце студенток, Джаред немного растерялся. Ему не в первой было такое пристальное женское внимание, но со студентами он предпочитал держать дистанцию. Случившаяся с братом история раз и навсегда отбила у него желание подпускать кого-то из своих учениц ближе вытянутой руки. — Несколько друзей любили путешествовать из штата в штат, — звуки голоса младшего Лето заставляют всех замолчать, завороженно прислушиваясь. — Как-то раз они свернули не на ту дорогу. На ночлег им пришлось расположились в лесу. Они собрали ягоды с ближайшего куста и заварили из них чай.        Джаред замолкает, делая глоток. Он немного ворошит поленья. У костра становится так тихо, что слышно, как трещат ветки в огне. — Не успели они выпить свой чай, — преподаватель понижает голос, словно открывая страшную тайну. — Как стало происходить что-то страшное. Под светом полной луны их тела начали покрываться шерстью. Уши удлинились и прорезались острые клыки!        Джаред делает театральную паузу, словно выжидая что-то. Несмотря на то, что все студенты совершеннолетние, они пристально смотрят на него ожидая продолжения. — Аууууу! — грозно начал мужчина, но неожиданно к нему присоединились другие голоса, зловеще проносясь над полянкой.        Из ближайших кустов показались две огромные волчьи морды с раскрытыми клыкастыми пастями. Джаред удивленно икнул и поперхнулся воздухом. Гробовую тишину прорезал леденящий душу женский визг, на несколько секунд оглушивший преподавателя философии. Толпа, сидевшая возле костра резко и синхронно вскочила на ноги, бросаясь врассыпную и оглушая тишину леса испуганными воплями.       Два «оборотня» переглянулись и весело заржали. Джаред, оставшийся на поляне в одиночестве, удивленно переводил взгляд с одной морды на другую. Животные заливисто хохотали вполне человеческим смехом. — Ой, бля, — сказал один из них до боли знакомым голосом и всхлипнул от смеха. — Шалость удалась.       Лето наконец приходит в себя и тоже начинает ржать. Теперь над полянкой разносится заливистый хохот троих человек. — Мисс Уолкер, я восхищаюсь Вами, — Джаред вытирает выступившие от дикого хохота слезы. — Мистер Лето, Вы так любезны, — волчья голова, по-прежнему торчащая из кустов, почтительно кланяется. — Вы не возражаете если мы ненадолго отлучимся, привести себя в порядок? — Я Вам настоятельно рекомендую это сделать, — справившись с приступами смеха, Лето улыбается и кивает.       Если бы мужчина не был так удивлен внезапным появлением друзей и последующей суматохой в лагере, он наверное бы задумался, что оборотней было два. В то время как неразлучных друзей было трое. И он никак не сопоставил отсутствие участника трио с тем, что и брата нет не поляне.       Старший Лето держал в объятиях несостоявшегося белокурого «оборотня». Сильные мужские руки сжимали стройное женское тело. Поцелуй уже давно покинул разряд «невинных», но это их не останавливало.       Это уже не осторожное касание губами под хлопковым деревом. В этом поцелуе больше эмоций, желания, страсти. Карие глаза затянули в свой омут и не отпускают. Аромат туалетной воды, смешанный с нотками кофейных зёрен с добавлением запаха костра, кружит голову Кимберли. Где-то внизу живота тянет от неизвестных доныне ощущений. Девушка решительно не узнает себя. Ее язык нагло и пылко переплетается с языком Шеннона, отключая мозг. Откуда-то появляется стойкое желание принадлежать именно этому мужчине, отдать всю себя без остатка. Время остановилось и не было ничего кроме них. Кимберли погружает тонкие пальцы в волосы старшего Лето. С губ мужчины срывается рычание, заглушая стук бешено бьющегося сердца девушки.       Девушка спиной прижата к огромному стволу секвойи. Руки Шеннона блуждают по стройному телу, останавливаясь на упругих ягодицах. Кимберли рвано выдыхает, содрогаясь от возбуждения. Губы Лето скользят на ее шею, и блондинка стонет, не сдерживая эмоций. Горячие руки чуть приподнимают футболку и сжимают тонкую талию девушки. Шеннон немного отстраняется и прижимается лбом к голове Кимберли, словно ища одобрение или спрашивая разрешение на дальнейшее. Девушка переводит дыхание и облизывает губы. Старшего Лето неудержимо тянет снова прикоснуться к ним в горячем поцелуе, но он не решается сделать это без разрешения, мягко сжимая затылок Ким.       Леденящий душу визг заставляет их отпрянуть друг от друга. В лагере явно что-то происходит. — Черт, Сэм, — шепчет блондинка.       Воспользовавшись тем, что Шеннон чуть ослабил объятия и лишь гладит ее по голове, Кимберли вырывается из сладкого плена и стремительно убегает. Все что было тут, останется тут. В руках Лето остается красная бандана, что еще совсем недавно была на голове белокурого чуда. Мужчина прижимается спиной к дереву. Сердце стучит как бешеное и готово выпрыгнуть из груди. Шеннон подносит к лицу бандану и глубоко вдыхает тонкий аромат духов смешанный с запахом ее волос. Почему же разум так туманит от этой девчонки?       Быстрым шагом Кимберли идет в сторону лагеря. До безумия тяжело было вырваться из его объятий и сбежать. Девушка понимает, что бежит она прежде всего от себя. Его объятия хуже капкана, что ловит в свои сети не только ее тело, но и душу. Новые, незнакомые ранее чувства накрыли блондинку. Внизу живота до сих пор чуть тянет, при одном только воспоминании страстных поцелуев Шеннона.       Одернув футболку, Кимберли вдруг чувствует, что спина немного саднит. Скорее всего от жесткой коры дерева, к стволу которого прижимал ее Лето, на волне эмоций забыв обо всем на свете. Девушка идет в сторону их палатки, чтобы надеть джинсовую куртку. Отыскав в рюкзаке необходимую вещь Ким ощущает как горят ее губы. Достав зеркало, девушка с долей испуга рассматривает припухшие губы.       Опускаясь на спальник, Кимберли с ужасом понимает, что все зашло слишком далеко. Она ничего не может с собой поделать. Слишком сильно манят ее карие глаза с кошачьим разрезом. Чуть хриплый голос, что читает лекции по уголовному праву и так нежно зовет ее по имени. Руки, что могли помочь перебраться через поваленное дерево и так горячо сжимали в объятиях.       Хоровод мыслей прерывается шумным хохотом появившихся друзей. Саманта и Томо громко ржут, общаясь обрывками фраз. Истерика, охватившая шатенку и брюнета никак не отпускала. — Ким, ты тут? — Томо смеется, убирая в рюкзак маску волка. — Мы тебя потеряли. Что-то случилось?       Кимберли вздрагивает, словно очнувшись. Она рассеянно смотрит на друзей. В голове полный сумбур и никак не получается выстроить мысль. — Нет, все в порядке, — блондинка натянуто улыбается, поправляя куртку. — Просто я замерзла.       Саманта внимательно смотрит на подругу, уловив в ее голосе неискренность. Они слишком давно и хорошо знакомы, чтобы шатненка не обратила внимание на немного странное поведение подруги. — У меня есть чудесное средство для того, чтобы согреться, — Сэм подмигивает Ким и тоже прячет в рюкзак маску. — Я в лесу присмотрела уединенное место. Надо отметить открытие сезона охоты на однокурсников. — Отличная идея, — оживилась Ким, ей нужно вести себя как и раньше, как будто ничего не произошло. Именно сейчас это жизненно необходимо, чтобы не сойти с ума.       Пожалуй, Ким никогда не найдет однозначного ответа на вопрос, что же ее привлекает в общении с Самантой. Вероятно, дело в том, что они слишком давно дружат, да и всегда весело проводят время вместе. Полные противоположности, они уравновешивают и дополняют друг друга. Ирония их взаимоотношений заключается в том, что Сэм без Ким наверняка бы пустилась во все тяжкие, связавшись с дурной компанией, просто из-за своей излишней вспыльчивости. Ким же, в свою очередь, увязла бы в книгах, боясь высунуть нос из-за пыльных страниц, совершенно не умея веселиться, тем более, отрываться по полной. На деле же одна не дает подруге сорваться с тормозов, а вторая заставляет мирную тихоню с завидной частотой покидать зону комфорта, придавая ей уверенности в себе и своих поступках.       Что же касалось темноволосого хорвата с длинной челкой, он в этой троице выполнял роль своеобразного громоотвода. И частенько успокаивал одну из своих подруг, которая начинала перегибать палку. Томислав всегда умел мастерски разряжать атмосферу. И умел молчать, когда понимал, что Ким и Сэм надо просто поорать друг на друга.       Великолепное трио уверенно направлялось в сторону небольшой полянки рядом с поваленной секвойей, под которой их дожидался вышеупомянутое «средство, чтобы согреться». — О, вот и наш приятель, господин Дэниелс собственной персоной, — воскликнула Сэм, жестом фокусника извлекая из укромного места литровую бутылку знаменитого американского виски, — Четвертый достойный член нашей компании на сегодняшний вечер!       Покачав головой, Томо извлек из-под того же дерева картонные стаканчики. Один дал Ким, два держал в руках ожидая окончания бенефиса мисс Уолкер и последующего за ним закономерного разлития священной жидкости.       Цвет виски напомнил Ким глаза человека, так упорно не желающего покидать ее мысли. На губах девушки появилась грустная улыбка, и блондинка залпом осушила содержимое стаканчика. Обжигающая жидкость приятно согрела внутренности, но это тепло являлось лишь жалким подобием пробирающих до самых костей горячих объятий Шеннона Лето. — Ким, всё хорошо? — осторожно спросила Сэм, удивленно наблюдая за подругой, уже протянувшей стакан за второй порцией. — Всё замечательно, — блондинка не спешила делиться своими переживаниями, по крайней мере, уж точно не сейчас. — Так-так-так, — внезапно протянул насмешливый голос из темноты. По спинам весёлой троицы пробежал холодок, когда вслед за голосом они отчетливо расслышали легкие шаги его обладателя, — И чем это мы тут занимаемся? Природу засоряем?       Так как выпавшая братьям роль включала в себя не только преподавательские обязанности, но и необходимость следить за юными неокрепшими созданиями, дорвавшимися до красот и свобод дикой природы, Джаред вызвался пройтись по окрестностям в поисках загулявших студентов и отправить всех по палаткам. Шеннон занимался тем же самым, только непосредственно в самом лагере.       Томо едва не подавился, делая глоток, Ким успела снова осушить стаканчик. — Чай… пьём, — с трудом выдавила из себя Сэм под аккомпанемент кашля Томо. — Мистер Лето.       Ким похлопала по спине друга, чтобы он быстрее пришёл в себя, заодно посмотрев по сторонам, одновременно ожидая увидеть Шеннона, и в тоже время панически боясь столкнуться с ним взглядом, но так и не сделав для себя определенных выводов о том, как же отнестись к отсутствию старшего Лето. — Фууух, даа… чай, — наконец подал голос хорват. — Я прям чувствую, как вашим «чаем» за версту несёт, — Джаред наигранно помахал ладонью перед носом, — Пожалуй, я этот «чай» у вас конфискую, — голубоглазый философ протянул руку за бутылкой, которую Саманта старательно прятала за своей спиной. — Не имеете права! — шатенка не собиралась сдаваться без боя, — По всем законом США мы совершеннолетние, — потом, подумав, что было редкостью, добавила, — Во всех штатах! Так что можем пить, курить и … — чем еще они могут заниматься, девушка не успела договорить, так как двое друзей успели прикрыть ей рот.       Слова подруги прибавили Ким веселья, гармонично дополняя уже присутствующий в организме градус. Несмотря на весьма посредственную успеваемость Уолкер, сейчас та била не в бровь, а в глаз, озвучивая именно ту правду, что так боялась и одновременно хотела услышать Ким. — Хм, — задумчиво промычал младший Лето, повторяя слова шатенки у себя в голове. Только глухой или слабоумный не понял бы причину попыток её друзей остановить словесный поток этой девушки, — Тогда требую долю, в качестве откупных, раз я вас нашел!       Трое друзей задумчиво переглянулись, не каждый день выпадает шанс споить преподавателя. Именно это и пронеслось в головах неразлучных друзей. Томо достал ещё один стаканчик и с улыбкой протянул Джареду, Сэм моментально его наполнила. Вся компания расположилась на ветках некогда большой и высокой секвойи, так удобно заменившей им стол, стулья и вообще весь возможный ассортимент мебели. Ким наконец-то расслабилась и перестала думать, что где-то тут рядом ходит ещё один Лето с кошачьим взглядом глаз цвета виски. Томо и Сэм тоже чувствовали себя комфортно рядом с преподавателем философии и уже заканчивали допивать первую бутылку, напрочь забыв о социальном статусе голубоглазого мужчины. Сам Джаред с удовольствием рассказывал страшилки на ночь: — В чёрной-чёрной галактике, на чёрной-чёрной планете, в чёрном-чёрном доме, за чёрной-чёрной дверью, в чёрной-чёрной комнате чёрный-чёрный негр чёрной-чёрной… — зловещим голосом самозабвенно вещал преподаватель. — … Лопатой копает уголь, — хором ответила троица. — Вы нас за младшую группу детского сада держите что ли? Этим нас уж точно не проймешь! — фыркнула Саманта с бесстрашным видом. Девушка залпом опрокинула стакан и потянулась за второй бутылкой. — У вас там склад? –хотел было возмутиться Джаред, но девушка его перебила. — Вы не отвлекайтесь, продолжайте рассказывать. — Сэм наполнила опустевшие стаканчики, — У вас это хорошо получается.       Девушка всегда легко находила точки соприкосновения с окружающими, особенно в такой неформальной обстановке, вела себя настолько непринужденно, что моментально вызвала симпатию, сама кажется, напрочь забыв о смущении. Ким задумчиво наблюдала за подругой, невольно представляя подобное общение с другим Лето… С тем, с которым девушка и двух слов связать не может, разве что только по праву, которое он ведёт. Блондинка впервые не знала, что ей делать, как поступить, к тому же она не могла просто взять и всё рассказать своим друзьям. Нет, она не боялась осуждения с их стороны, скорее волновалась за другого человека. Но как же ей хотелось вот также легко вести беседу и с ним. Горько вздохнув, Ким снова залпом осушила стакан, ведь виски так приятно грел ее изнутри. — Ты быстро, — удивлённо посмотрела на подругу Сэм. — Ещё не согрелась, — легко улыбнулась Ким, стараясь хоть немного присутствовать тут, не утопая с головой в собственным мыслях, — Мистер Лето, неужели у вас нет более страшной истории, чем эти детские рассказы? — Ну, можно что-то другое, — молодой мужчина призадумался, — История основана на реальных событиях, так что если что я вас предупреждал. В одной семье жили мама, папа, дочь и бабка По, которая была ведьмой. Как положено, все ведьмы должны передавать по наследству свои навыки и умения, но она умерла, так и не успев передать своё колдовство. Как-то вечером семья сидела за столом, пили чай. Мама попросила дочь сбегать в комнату бабки и принести сахар, лежавший в серванте. Дочь послушно пошла в комнату, встала на стул, потянулась к полке… Но ее кто-то ударил по руке. Дочь с криками выбежала из комнаты и пересказала всё родителям, но они не поверили. Отец сам пошел за сахаром, но и с отцом произошло то же самое. Он не стал убегать, а лишь заметил, как по стене движется тень умершей бабки. Мужчина схватил топор и хотел ударить по тени, но та исчезла и через пару секунд появилась на другой стенке. Так продолжалось долго. И вот отцу удалось попасть в тень. Из этого места полилась чёрная кровь… — Опять чёрная, мистер Лето, что-то вы повторяетесь, но начало интересное, — усмехнулась Сэм.       Компания уже допивала вторую бутылку, сна не было ни в одном глазу, собственно как и желания возвращаться в лагерь. Периодически слышался смех или какие-то мистические звуки, имитирующие вой, продолжался круговорот страшилок на ночь. — …Так вот, а потом ворота на кладбище оказались закрытыми… — продолжал очередную историю младший Лето. Внезапно он ощутил на своём плече тяжёлую руку, от шока Джареду показалось, что его кто-то душит, и он завопил что есть мочи, — Аа-аа-аа-а-а-а! — А-а-а-а! — крикнули хором девушки и быстро прильнули друг к другу крепко обнимая, подтверждая тот факт, что паника в женских кругах — вещь весьма заразная. Томо же решил прикинуться бревном и с глухим звуком свалился за огромную ветку секвойи. — Шен, твою ж мать! — философ наконец обернулся и увидел брата, — Дебил, чего так пугаешь! — Еще и Вы выражаетесь, сегодня прям комбо по нецензурной лексике от преподавателей Лето! — первой пришла в себя Сэм, заржав, — Томо, вставай, это не за тобой, это всего лишь за философом пришли, — девушка уже начала икать от разрывающего ее хохота.       Не обращая внимание на смех мисс Уолкер, ступор Макклэйн и имитирующего предмет природного ландшафта Милишевича старший Лето сверлил взглядом брата. — Тебя в лес посылать только за смертью. Со студентами спиртное распивать. Преподаватель хренов! — негодовал Шеннон, яростно сверкая своими трезвыми праведными глазами. — Эй, не выражайся! — младший попытался возмутиться. — Бегом все по палаткам и спать! — старший был непреклонен, словно тысячелетняя секвойя. — У-у-у… Какие мы злые, — съехидничала Саманта, помогая подняться Томо, задыхающемуся от смеха.       На этом празднике жизни Ким была единственной, кому было совсем невесело, ей было ужасно стыдно за свое поведение, девушка только и могла, что испуганным зверьком смотреть на старшего Лето, но он так и не соизволил повернуться в ее сторону. Кимберли хотела бы разозлиться на подобное равнодушие, запустить в этого наглого кареглазого мужлана своим пустым стаканом, но вдруг увидела на запястье Шеннона свою красную бандану. Девушка машинально прикоснулась к волосам, покраснела и отвела взгляд от молодого преподавателя, хотя уже было давно за полночь и её румянца никто не смог бы разглядеть, однако лёгкое смущение и неуловимое для других действие не осталось незамеченным для него. — Так, эту бутылку я у вас отбираю. — Да пожалуйста, она уже почти пустая, — великодушно протянула Сэм, одернув Ким. Вместе они взяли под руки Милишевича, имеющего явные проблемы с координацией, — Раз Вы так альтруистичны, то там где-то ещё одна бутылка. Можете тоже забрать, ведь засорять природу — это кощунство, — шатенка разводила свою демагогию, — А мы пойдём, у нас очень важный философский разговор с тезкой известного юриста. Тоже, знаете ли, ярого миротворца. Он нас заждался, — выпалила Сэм, попутно разворачивая всю шайку в сторону лагеря.       Проходя мимо младшего Лето, она будто невзначай задела его бедром, после чего друзья довольно быстро скрылись в темноте. Братья немного погодя также прошествовали следом. — А в следующий раз я тебя откуда буду забирать? — Шеннон сжимал кулаки, чтоб не треснуть братца, — Из койки студентки? — Ха, ты мог бы попробовать, но наверняка она будет против, — начал отшучиваться голубоглазый преподаватель философии. — Что?! — старший все негодовал. Не выдержав, он отвесил Джареду подзатыльник. — Ауч! Шен! Ты чего такой строгий? — поинтересовался тот, потирая ушибленное место, — Решил поиграть в мамочку? Ремень ещё достань, а потом в угол поставь. Если найдёшь! Я же пошутил, придурок, — обиженно добавил младший. — Спать пошли, шутник хренов, — бубнил себе под нос кареглазый молодой мужчина, пиная к лагерю своего брата.       Шеннон забрал упомянутые ранее бутылки, задумываясь над тем, что он видел, над собственными ощущениями. Прежде чем обнаружить себя, он долго наблюдал за разношерстной компанией, особенно за братцем, так непринуждённо ведущим беседу со студентами. Когда-то он тоже мог легко находить общий язык с учащимися и никогда не задумывался над правильностью методики преподавания, все его пары проходили в игровой форме, каждый на его занятиях мог почувствовать себя кем-то более значимым, нежели простым студентом. Но всё перевернулось вверх дном после того жаркого лета.       Молодой мужчина, прислонившись к дереву, наблюдал за попытками младшего напугать детскими страшилками студентов, которые между прочим сами смогли бы довести до инфаркта большую часть преподавательского состава. И Ким была одной из них. Белокурая отличница слушала и смеялась вместе со всеми, а он, Шеннон, боролся с желанием просто подойти и составить компанию, сесть рядом и якобы случайно прикоснутся к ней вновь. Или просто молча сидеть и слушать как она смеётся…над страшилками брата? Нет, как она смеётся вместе со всеми… Чёрт бы побрал все эти грёбаные правила! Старший Лето и не заметил, как пальцами начал сдирать кору со ствола дерева, явно нервное, его скулы напряглись от необъяснимой злости, то ли на себя, то ли на брата, то ли на девушку. Очень хотелось самому вызвать ее улыбку, не оставаться лишь посторонним зрителем, просто обнять её или взять за руку. Взять за руку? Мужчина посмотрел на своё запястье, где красовалась красная бандана блондинки. Шеннон прикусил губу от недавних воспоминаний о поцелуе, что был совсем не так давно, от того как она самозабвенно ему отвечала. Да, она ответила ему! Лучше бы отвесила пощёчину, послала бы далеко и надолго, оскорбила. Это бы не так его мучило.       И почему она так смущается, стоит только ему появиться рядом? «Эти несколько месяцев покажутся мне вечностью… Прошла ведь только неделя. Одна неделя! А крышу сносит конкретно…», — мужчина лишь горестно вздохнул. — Так, спать. Хватит с тебя ночных приключений, — бубнил себе под нос Шен, — Уже всех нашли, одни только вы распивали спиртное. — А можно выключить недовольного всем ворчуна? — защищался голубоглазый философ, — Если тебя возмутил тот факт, что это я, а не ты, находился в их компании, то почему ты просто не присоединился? — Шен только посмотрел возмущённо на брата, его глаза не предвещали ничего хорошего, — Значит я прав, ты действительно хотел бы там быть, — внезапно осенило Джареда. — Со стороны смотрелось, что ты их спаиваешь. Это просто возмутительно, — оправдывался Шен. — Правильный ты наш. Эти студенты кого сами угодно споят и глазом не моргнут, а то чего и похуже, — Джаред закатил глаза, сделав вид, что не заметил перевода темы, и недовольно фыркнул.

***

      Спать? Сон для слабаков, разве можно спать, когда тебе явно дали понять о существовании ещё одной бутылки Джека Дэниэлса? Это естественно риторический вопрос, конечно же нет. Однако не совсем ясно, что же двигало младшим Лето, поспешно покидающим палатку, едва он расслышал сонное сопение брата. Любопытство? Градус в организме? Или что-то другое? «Мало ли, из-за чего я проснулся, зов природы, в конце-то концов. Тебе блин, кофейная ты башка, какая разница? Не к твоей блондинке иду!», — оправдывал себя Джаред, на ходу натягивая первую попавшуюся толстовку.       Дойдя до палатки друзей, Джаред замахивается постучать, но рука зависает в воздухе, осознание собственной глупости настигает затуманенный алкоголем мозг постепенно. «Это же не дверь в аудиторию, дурила, как ты собрался стучать по ткани?», — глупо улыбаясь чешет голову мужчина. Порыскав взглядом по сторонам, но так и не найдя предмета, которым он бы мог обозначить сое присутствие, младший Лето приходит к выводу, что наиболее простое решение — всегда правильно. — Кх-кхм, — прокашлялся он, удрученно представляя себя со стороны.       Студенческая палатка, перед которой «уважаемый» преподаватель философии стоит на четвереньках в ожидании ответа. М-да, картина так себе. Эти мысли заставляют его резко подняться, выпрямляясь во весь рост. «Может, ну его нафиг, и пойти спать?», — шаркая ногой у края тента, голубоглазый Лето уже собрался вернуться к брату, как змейка ткани зажужжала и на улицу высунулась мордаха Уолкер. — Ааа, это Вы, — многозначительно протянула девушка, подняв на преподавателя взгляд, — Ну так чего не заходите, Вам надо приглашение совиной почтой отправлять? Увы, магия вне Хогвартса запрещена.       Джаред сглатывает, отгоняя непрошеные мысли о том, при каких еще обстоятельствах он мог наблюдать ее голову на уровне своей ширинки, и залезает внутрь.       Лучше бы он этого не делал. В отдалении мирно сопят, обнявшись, Ким и Томо, а столь неожиданное уединение с шатенкой вообще-то не входило в его планы. Особенно после недавних мыслей, которые не только не собираются отходить на второй план, но еще и множатся рассерженным роем в его голове. Джаред залпом выпивает предложенный Сэм виски. — Как-то вы быстро сдулись, — ехидно замечает он, пытаясь сосредоточиться на чем угодно кроме этих ярких глаз цвета моря. — Да просто братец Ваш настроение подпортил, — отмахивается Сэм. — Вот скажите, он всегда такой говнюк или бывают просветления?       Джаред недовольно прищуривается. Возможно, у них с братом не всегда все гладко, однако это не дает права какой-то девице так высказываться в его адрес. Зато все нескромные мысли моментально вылетают из головы. — Послушайте, мисс Уолкер, не много ли Вы на себя берете, — сердито начинает он, но девушка его перебивает, видимо только сейчас осознавая резкость собственного вопроса. — Мистер Лето, я не то имела в виду, простите, просто он так на нас набросился, там, в лесу, — в какой-то момент она кажется смущенной, и Джаред удивленно моргает. — Мы ведь правда ничего такого не делали, а он сходу начал строить из себя такого воспитателя из детского сада. Еще немного, и поставит нас всех по углам. Вас, кстати, тоже, — она позволяет себе задиристо ухмыльнуться. — С него станется, — Джаред про себя усмехнулся, — Видите ли, Мисс Уолкер, у нас с братом довольно богатая история. Хоть у нас и небольшая разница в возрасте, он очень рано заменил мне отца. И хотя необходимость в подобной заботе пропала уже давно, он иногда забывается. К тому же, считает, что не вправе вести себе чересчур легкомысленно, ведь до сих пор считает себя ответственным за нас обоих.       Саманта притихла, осознавая услышанное, и только открыла рот, чтобы задать один из интересующих ее вопросов, как с улицы донесся звук нетерпеливых тяжелых шагов.       Внезапно палатка снова открывается, и они слышат злобный голос старшего Лето. — Ну да, где тебя ещё найти можно, — цокнул тот зубами, втискиваясь в небольшое пространство. Теперь пришло время Джареда притворяться ветошью, вдруг медведь по имени Шен его не заметит и свалит без добычи. — Дверь закрой, москитов напускаешь ещё, — возмутилась Уолкер шепотом, — И вообще, не ори, не видишь, — девушка указала в сторону спальника, — Тут люди спят!       Шеннон недоуменно посмотрел в указанном направлении. В звенящей тишине палатки Ким сладко вздохнула, крепче прижимаясь к Милишевичу. — Вот сейчас не понял, — грозно прошипел Шеннон, патетично вскидывая руку в сторону друзей. — Её целый день сегодня морозит, — как ни в чём не бывало ответила Сэм разглядывая спящих друзей, — А что? — девушка подняла взгляд на кареглазого преподавателя и едва не поперхнулась остатками виски, — Мы вообще всегда так в походах спим, теплее знаете ли.       Джаред не успел одернуть не в меру болтливую студентку, с обречённым вздохом только положив свою руку на плечо девушки. Саманта немного дёрнулась, но обернулась к младшему Лето, с недоумением глядя в его осуждающие глаза. Так же тихо Сэм дёрнула плечами в немом вопросе, мол, что я такого сказала. — Неправильно всё это… — мужчина разглядывал спящую девушку с каким-то благоговением и одновременно с плохо сдерживаемым желанием стукнуть Томо по… неважно, по чему, он в любом случае сломается от любого удара, даже очень слабого…       Шеннон глубоко вздохнул, продвигаясь вглубь палатки, решительно отодвигая Томислава от блондинки. Та тут же непроизвольно сжалась. «Твою ж мать!», — теперь старший Лето сам боролся с желанием обнять этот комочек, что так нуждался в тепле, — Джаред, снимай толстовку, — голос был чёткий, безапелляционный. — Почему сразу я? — возмутился было голубоглазый парень. — Потому что ты, идиот, в моей ушел. Снимай, говорю! — Шен протянул руку в ожидании. Нехотя сняв теплую кофту, действительно немного великоватую, он протянул её брату. Шеннон машинально укрыл мисс Макклэйн тёплой толстовкой, аккуратно и нежно, стараясь не разбудить девушку, у него даже частично получилось обнять её снова. — А как же я? — грустно вздохнул Джаред. — А ты топаешь в палатку, в этот раз точно спать, в противном случае прикую наручниками к ближайшей секвойе, — каким-то непостижимым образом эта троица успела уже настолько втереться в доверие, что Шеннон всё меньше переживал за сказанные слова, не особо следя за выражениями. Особенно в такой неформальной обстановке, как поход. Он понимал, что дальше они не уйдут и останутся только среди тех, кто их услышал. — Давай, выметайся отсюда уже, — старший Лето потянул брата к выходу, но тот в связи с градусом в организме, да и размером палатки, потерял равновесие и рухнул на Уолкер. Шеннон только хлопнул себя по лбу. — Прости…те, не хотел… — немного стушевался младший Лето.       Вернее, хотел, даже очень, но ей это знать не положено. На мгновение Джаред даже немного протрезвел, оказавшись снова «сверху» этой девушки, и если бы не недовольное бурчание старшего брата, он бы наверняка утонул в глазах цвета моря. — Двигай своей охуенной задницей к выходу! — Шеннону хотелось дать пинка под зад своему братцу, но тогда падение на Уолкер будет слишком крутым поворотом… — А Вам, мисс Уолкер, настоятельно рекомендую лечь спать. Я надеюсь, запасов больше нет?       Джаред недовольно пыхтит, едва поспевая за страшим братом, несущимся через лагерь злыми широкими шагами. — Шен, погоди, ну чего ты опять из себя корчишь не пойми кого, ничего ж такого, — Джаред внезапно осекается, замечая повязанную на руке старшего красную бандану. — Ты снова носишь подобные штуки? Не видел у тебя ничего подобного уже лет пять, — протягивает он. — Дашь поносить?       Шеннон лишь досадливо передернул плечами, отдергивая от вездесущего братца свою руку. Они как раз дошли до палатки, старший резко останавливается, открывая проход, приседая в шутливом реверансе. — Прошу, Ваше философское Величество, — с нажимом говорит он.       Джареду остается лишь закатить глаза и пройти внутрь. Вернее проползти, глупо хихикая над собственной неуклюжестью.       Уже закутавшись в спальник, младший Лето внезапно приподнимается и протягивает с игривыми нотками в голосе: — О, точно, я знаю, у кого есть такая же. У этой, блондинки в законе. Кибер… Нет Биберли… Не, опять не то… Ну блондиночка что ты целовал… КИМБЕРЛИ. О! Точно! — он победоносно встряхивает кулаком, в ожидании уставившись на Шеннона. — Блядь, Джаред, заткнись! — старший резко разворачивается к нему спиной, показывая, что разговор окончен. — А что? Мне значит нельзя, а тебе можно… — обиженно протягивает младший, — Вот так всегда.       Наконец на лагерь опустилась тишина. Полная луна ярко освещала поляну, но уже была готова вот-вот уступить место зарождающемуся дню. Раскинувшись, Джаред во сне пытался то ли обхватить весь мир, то ли, наоборот, поймать в свои объятия кого-то конкретного. Обычно хмурое лицо Шеннона освещала улыбка, он спал подложив под щеку руку с красной банданой на запястье.       Также, но уже в другой палатке, улыбалась во сне Кимберли, завернувшись в теплую толстовку, позволяя шлейфу полюбившегося ей аромата туалетной воды окутать ее с ног до головы. Посапывал Томо, пытаясь натянуть на себя спальник. Саманта уютно устроилась между друзьями и тоже улыбалась во сне. Все замерло, даже движение Вселенной будто остановилось на мгновение, давая этим невероятным и таким непохожим людям забыться снами. Красочными, горячими, неожиданными, сумасбродными и просто волшебными. Ухнула сова, ветерок пронесся над лагерем и стало тихо. Все погрузилось в сон.