Сборник Драбблов по "Колледжным Будням".

      Сэт любит Аки…       Любит по настоящему, и старается: и поддержать всеми возможными способами, и понять ее. Прошел уже год, как они встретились и сошлись. Прошло уже чуть больше года, как начали жить вместе, и еще немного времени, как вдруг Трипет стал кем-то вроде «отца» детям, которых Хикари забрала из приюта.       А он и правда привязался к ним. Сэт всегда хотел: семью, детей…       Нормальную — семью…       Хороших — детей…       Некий идеал, принятый обществом и историей. И это не только потому, что у него семья далеко не эталон — порядочного образца.       Да, семью в которой ты никому не нужен и не интересен, а если интересен, то только для издевок и морального подавления, трудно назвать семьей мечты.       Мать — алкашка.       Отец безэмоциональный чурбан, который время от времени бывает дома, чтобы отдать зарплату и заняться сексом с матерью.       Сестра постоянно в загулах, на ее хахалей никто не обращал внимания, когда она приводила их домой, и запиралась в спальне младшего брата, а его выкуривали из дома. Так, они якобы берегли его от стрессов, причиняя скорее больше вреда психике, нежели пользы… своей, так называемой, бережливостью.       Потому-то Трипет, ранее Уиллибур, который ненавидел, и свою фамилию, и имя, и происхождение, рано познакомился с подворотнями и курением.       Разве что, не дрался никогда. Но пришлось, после смерти родителей, по которым он не горевал, ухода сестры, которую он скорее ненавидел, и чертового приюта, куда попал, и через что прошел там…       После такого каждый и закурит, и запьет, и скатится куда ниже… Но он не скатился. Лишь курил временами. И работал везде, куда брали, лишь бы не встречать знакомых из приюта, и не пересекаться со шпаной.       Но своей девушке он этого не скажет. Особенно, после того, как узнал, что она — не верит, не признает, и считает отвратительным такое чувство как — любовь…       Странно, да? Любовь вроде бы — светлое, все-спасающее чувство. Нечто необъятное, теплое, влекущее, сохраняющее… но, не в ее понимании.       Аки сказала своей подруге Элен, что не понимает, что такое любовь. На 79% не понимает. Она знает, что это — легкомыслие, желание продолжить род, избежать одиночества, и вообще — химия. Если зайти на любой биологический форум и вбить «Любовь — с точки зрения химиков», вы найдете тому точное подтверждение.       Это лишь набор феромонов и гормонов, заставляющих человека испытывать подобное влечение.       А с психологической точки зрения, якобы доказано, что любовь наступает только спустя определенные этапы. Но она не верит в последнее, хотя и психолог.       Да, ее работа убеждать людей в том, чтобы они любили друг-друга, успокаивать, говорить о поддержке, и вообще, что любовь спасет мир, не смотря на то, что в ее мировоззрении любовь — легкомыслие, разврат и насилие.       Сэт не задавал вопросов о том, почему она так считает. И решил подойти с другого. Стать «другом», как его учил его Наставник, и ныне человек ставший ему вторым отцом… да даже не так, ставший ему Настоящим Отцом…       Он говорил, что, чтобы понять своих детей лучше. Любимых, близких, надо стать для них — хорошим другом. Не просто отцом/братом/мужем/возлюбленным и так далее, а другом. И самое удивительное, ему это внушила его покойная жена, и этот принцип сработал.       Сэт примерил это на себе.       В начале они создали «свой язык».       Вместо — как дела, они говорили при приветствии:       «Как прошел день?» или «Какие успехи приобрел за прошедшее время?».       Они разговаривали, дурачились и это помогало постепенно достроить к ней несуществующий мост, в начале, чтобы взять за руку, потом, чтобы обнять и успокоить… затем не решительно, но бережно коснуться ее губ своими, а после взять на себя обязанность оберегать нечто большее — ее доверие.       Это было главным.       Вместо слов любви — бытовые комплементы или смешливые и шуточные, уменьшительно-ласкательные прозвища.       Вместо извечных, порой раздражающих, долгих поцелуев — обьятья и сторонние прикосновения вроде щекоток, щипков или детских «кусачек» и драк, и долгого держания за руку.       А по утрам, достаточно и того, чтобы просто просыпаться в одной постели и видеть, что она рядом… просто видеть, просто чувствовать, просто знать.       Она больше не сбегает… больше не игнорирует и не грубит… и этого — достаточно.       Она рядом. И это все, что ему нужно.       А ей, если и нужна своя определенная любовь, то ей достаточно, что он и не навязывается, и ко всему подходит с пониманием. Выслушивает, и возникает если только, очень шуточно и очень редко.       Это раздражает, но в итоге от этого тепло. В этом не чувствуешь фальши, а если чувствуешь, то достаточно просто обнять… и все печали уйдут.

***

      В этот раз, они почему-то долго целовались, что не было типично, для них обоих. И когда Сэт спросил, с чего вдруг такое внимание, ответом было: — Просто так… а вообще, — она намотала, черные отросшие волосы парня на палец и слабо улыбнулась, — я тебе доверяю. Ты надежный. И дети тебя любят.       В ответ на это легкая улыбка, а под конец, просто крепкие объятья. Брюнет окольцевал руками ее талию, обняв со спины и посмотрел с крыши на закат, положив подбородок ей на голову. — Знаешь… — очень хотелось сказать, именно традиционное «я тебя люблю», но, -… я бы хотел с тобой всю жизнь провести… — М? — девушка приподняла голову, немного выбравшись и посмотрела на него, откинув ее назад, и слегка горько усмехнулась, — Это ты так импровизируешь вместо заезженного, мною ненавистного? — А что? Не нравится? — пожал плечами Сэт. — Да как сказать, — она откинулась на него, чуть сильнее, посмотрев вперед, — у тебя, в отличие от меня, отлично получается… актеришка… Брюнет усмехнулся, не собираясь это комментировать, так как она была права, актерское мастерство, тоже сыграло свою роль в этом. Но он скривил забавную моську на это замечание. — У меня больше эпитетов не осталось, — пожала плечами Хикари, и прикрыв глаза, освободилась из его рук и подошла к бортику, помолчала немного и обернулась, — так что — извини. Придется, мне сквозь зубы, но это сказать… Трипет заломил бровь, наклонив голову немного в бок. На ее губах появилась легкая, но немного печальная улыбка, и она все же произнесла: — Я люблю тебя…       Глаза у парня расширились, а сердце ухнуло, куда-то вниз, отпружинило, вернулось на место и тукнуло так, что казалось, грудная клетка разорвется. Правда… заметив, как все-таки ей это нелегко далось, он помолчал, чтобы запечатлеть этот момент в памяти, как можно четче, и не просить ее повторять того, что ей не приятно. Спустя длительную паузу, Хикари, даже удивилась сомнительной реакции, на ее признание, и когда уже хотела было возмутиться, брюнет посмотрел в сторону, почесал в затылке, и выдохнул. — Что, еще блин, за — извини, перед признанием? — А? — девушка даже покраснела, от осознания, что сказала. — Блин… ну ты даешь… — буркнул Трипет, и тяжело выдохнув, прикрыл глаза, опустив руку, и довольно задорно хмыкнул, — надо было скрытую камеру здесь посеять, жаль я не Ванга, не додумался… хотя постой, вроде дорожная камера внизу… — Что?! Даже не надейся! — покраснела до кончиков ушей брюнетка, кинувшись на парня с кулаками, — Я не буду не повторять, не увидеть тебе этого не позволю!       Хотя, естественно, дрались они не по настоящему, и уже спустя минут 5, после хохота, криков и возмущений других соседских жителей, и этого, и ближайших зданий, они рысями метнулись вниз, и побежали от неприятностей подальше. Выбежав в один памятный парк, отдышавшись и осмотревшись, Сэт выпрямился, и потер шею, в то время как Аки плюхнулась на траву, стараясь восстановить дыхание. — Слушай… — первым прервал тишину, и привлек на себя внимание Сэт. — М? — синеглазая подняла на него взгляд. — Я тут подумал… если уж дело до свадьбы дойдет… то давай не будем лицемерить, с этой традиционной клятвой любви и верности? — То есть? — не поняла девушка. — У нас свое «общение», — продолжил вендепершевоглазый, кивнув взгляд через плечо на девушку и уперев руки в боки, — я не хочу лгать, тем более у алтаря, и тебе не позволю. — И-и… что ты предлагаешь? — заломила вопросительно бровь девушка. Брюнет задумался на миг, и посмотрев в сторону зажигающихся фонарей, темнеющего неба и приходящих к этому месту немного раздражающих парочек, проводил одну из них взглядом, краем уха, зацепив их разговор, скривился, и подойдя к Аки, протянул ей руку и поднял: — Стихи… — Стихи? — недоуменно заморгала та, уставившись на Сэта. — Или клятвы из средневековья. — брюнет так задумался, не выпуская ее рук из своих, и протянул, — Ну вроде той, что в Трупе Невесте… брачный обет вроде. Аки немного прищурилась, и добродушно хмыкнув, высвободила свою руку и растрепала парню волосы. — Если это — осуществимо, то я — ЗА.