Пустые губы

Влюблен в тебя совсем не безответно. Влюблен в тебя, и прятать это — грех. Влюблен в тебя, и все наши моменты Упрятаны от плоских взглядов всех.

Так в жизни случается и получается, что сюрпризы преподносятся один за другим. Они бывают разные: одни с милым приветом и милой улыбкой, другие заставляют в истерике грызть собственные пальцы и от отчаяния стучаться об стену головой. Словом, бывает разное. Задумываться об этом я начал недавно. Тогда, когда начал смотреть на твои картины чуточку иначе, чем тогда, когда впервые оказался в твоем доме. Два абсолютно разных ощущения под прессом семи месяцев — даже вода в кране сейчас течет иначе, будто под углом. Ты сидишь на полу у мольберта и старательно перебираешь тюбики с краской: взволнованно, с горечью, где-то с радостью. Один цвет закончился, другой внезапно оказался в твоих руках. Начни я приглядываться раньше, то понял бы, что ты каждый раз перебираешь их так, с трепетной заботой. Ты часто переставляешь мольберт, и даже это я замечал не сразу. Расстояние незначительное для меня, но для тебя — колоссальное. Знаешь, как удивительно заметить это спустя столько времени? Ты по-разному пачкаешься красками, а когда рисуешь — непредсказуем до потери пульса, и теперь я часто пытаюсь угадать твое настроение и расцветку будущей картины. Весна в этом году холодная. Мы все еще мерзнем с плотно закрытыми окнами и отсутствием отопления. Спасает только кофе — его у нас в достатке. Иногда чай, иногда дешевые полуфабрикаты на маленькой плитке. Нам больше не вышибают двери кулаками. У тебя больше не заказывают портреты. Я больше не улыбаюсь каждому вшивому бомжу, которому вдруг хочется выглядеть красиво на фотографии. Я ведь фотограф, верно? Только отчасти, но это оказалось мне по душе, да и в какой-то степени помогало разобраться с долгами. Проблема лишь в том, что это быстро надоело, а съемка людей с нужных ракурсов просто дошла до автоматизма. Но иначе я не понял бы одной простой истины. Я люблю тебя фотографировать. В памяти фотоаппарата очень много снимков, на самом-то деле: где-то ты спишь, где-то варишь кофе, где-то рисуешь. Везде разный, но такой похожий на себя, что каждый снимок заставляет улыбаться. Ты не замечаешь этого. Никогда не смотришь в объектив. Где-то там. Это особенно завораживает, но, знаешь, мне очень хочется заполучить хотя бы одно фото, где ты смотрел бы на меня. Хотя бы условно. Так вот, ты сидишь у мольберта, а я — бессовестная сука — пью кофе, развалившись на диване. — Хэй. — М? Я уже сфотографировал тебя с этими красками, уже настроил фотоаппарат для снимка, уже готов поймать твой взгляд. Сейчас. — Посмотри на меня. И ты смотришь. Поднимаешь взгляд, собираясь, разумеется, смотреть на меня, и хватает секунды для того, чтобы запечатлеть этот взгляд. Твой взгляд. Тот самый, от которого теплеет на душе так приятно, что тепло разливается вплоть до кончиков пальцев. Ты впервые заметил, что я снял тебя на камеру. Я впервые заметил, что люблю тебя не только фотографировать.