Sarah Jonson's Diaries

17 января 1996 года Тихо и мило провели день рождения Мел. Подарили ей… несколько книг, в том числе и «Новые сказки фей Шотландии» (никогда их не видела, действительно, что-то новое). Чтобы она ещё лучше знала культуру волшебников… Черт, почему-то я совершенно ничего… Почему я так плохо помню последние несколько дней? …

Сара

25 января 1996 года Из Азкабана сбежали десять Пожирателей смерти. И разве нельзя назвать еще одним доказательством в пользу того, что Тот, кого нельзя называть действительно вернулся? Кому еще под силу устроить массовый побег из одной из самых охраняемых магических тюрьму? Если бы у дементоров была душа, то я бы сказала, что они должны быть потрясены до самых ее глубин. И мы тоже… Мне просто страшно.

Сара

Письмо в никуда. Дата: 14 февраля 1996 года. Хогвартс, башня Рейвенкло

К, Я так скучала. Безумно рада, что ты вернулся. Очень скучала. Здесь были сильные снегопады, вечно казалось, что только из-за этого письма и не доходят на самом деле. Все эти твои путешествия… Они просто невероятные, серьезно. Я почти нигде не была, а ты посещаешь самые нереальные места. Хотела бы и я там когда-нибудь побывать. Да и просто где-нибудь. В Мире. Может, когда-нибудь в Мире мы и увидимся. Очень хотелось бы, правда… Когда-нибудь мы точно увидимся. В живую. Может быть, в этот раз рассказать про Мел? Вообще, она Мелинда, но мы как-то сразу легко сократили ее имя. Она из семьи магглов, но это не мешает ей достаточно хорошо учиться и иногда даже знать больше некоторых чистокровных. До того, как она узнала, что она — волшебница, Мел хотела быть учителем в начальных классах. Но, как мне кажется, Мел и сейчас от этой идеи не отказывается. Она как-то спрашивала, есть ли в мире волшебников что-то вроде начальных классов. Но у нас есть лишь домашнее обучение, Хогвартс и всякие профессиональные курсы. Она расстроилась ровно на секунду. Как обычно, уже придумала что-то крутое. Не удивлюсь, если к концу седьмого курса у нее будет целый проект по дохогвартскому обучению для волшебников (если бы это было возможно, то и для магглорожденных). И потом действительно все сделает и все это будет невероятно круто. Это же Мел. Она восхитительна. Она, знаешь, как суперклей: именно благодаря ей все соединяется в единое целое. Всем бы такую подругу. Сейчас только поняла, что Мел из Кембриджшира. Она же говорила разок, что там один из лучших маггловских британских и мировых университетов. (Такое слово забавное, похоже на «вселенная»…). Как обычно, очевидные вещи я понимаю очень долго. Наверное, этот факт тоже имеет свое значение в ее мечте. (Почему-то мне кажется, что кто-то из ее родителей учитель, но я не знаю, как на самом деле). Она и детей жутко любит. Знаю, что она и первокурсникам этого года очень много помогает. Думаю, так будет и дальше. Она и старостой может стать легко так, правда. В эти месяцы без писем по вечерам, перед сном, все пыталась представить места, в которых ты бываешь. (Жаль, что могу только представлять, а ты не можешь посылать фотографии). Получается не сильно хорошо, но иногда мне кажется, будто эти места мне уже снятся. Правда, я даже вспомнить не могу, что мне снится. Так странно. Как обычно, все связанное с тобой в достаточной мере странно. Вообще в последнее время не всегда сплю хорошо. Бывает, ночью просыпаюсь, кажется, что слышала что-то. Но все остальные мирно спят (кроме, разве, Орлы: ее часто кошмары беспокоят, поэтому она вечно ворочается. А неделю назад еще и упала с кровати часа в три ночи. Мы сначала перепугались, а потом даже было смешно. Нам всем. Надеюсь, после этого ей что-то получше приснилось). А я иногда по ночам будто голоса слышу. Нет, конечно, в Хогвартсе полным-полно привидений, но обычно они не забредают в спальни учеников. Кроме, может, Пивза. Но если бы это был он, то мы скорее проснулись бы под кроватями или измазанными чем-то. Понятия не имею, что это. Надеюсь, что ничего плохого. Да и вроде бы больше ничего особенного. Знаешь, я правда очень хотела бы попутешествовать, как и ты. Никогда этого не любила. Но все мы иногда пересматриваем свои интересы, верно же? Пусть будет все только хорошее. Люблю,

Сара

15 февраля 1996 года Давно уже не делала нормальных записей, даже грустно стало, когда я открыла блокнот и увидела последнюю запись и что я там написать пыталась. Определенно была не особо в настроении. Не помню. Не важно. Вообще, тут Амбридж о результатах своей «супер проверки». Короче говоря, сейчас ей очень хочется выгнать Хагрида и профессора Трелони. Будто бы они преподавать не умеют (а сама-то). Я просто хочу, чтобы в следующем году нам наконец-то достался нормальный преподаватель ЗОТИ. В том смысле, должность же проклята, да? Значит, Амбридж никаким образом не сможет остаться здесь дольше, чем на один год, даже если очень захочет этого и будет жаловаться министру. Пожалуйста-пожалуйста, пусть это будет кто-то вроде профессора Люпина. По всем рассказам он просто лучший из лучших. Пусть он и оборотень. Зато правда учил. В отличие от всех этих… Хотя, от профессора Грюма мы тоже достаточно узнали. Во всяком случае, НАМНОГО больше, чем в этом году. Я даже учу по своим книжкам уже что-то новое и правда полезное… Потому что этот «крутой, рекомендованный самим Министерством магии, учебник» — чушь полнейшая. Еще бы практики… А то разве в гостиной старшекурсники рассказывают что-то интересное и показывают иногда заклинания (у нас так иногда бывает, кто-то один либо не понимает что-то или испытывает некоторые трудности, и всегда находится тот, кто объяснит и покажет, как правильно). Это всегда весело и нереально круто. Вот бы что-то такое официально было где-то. Но Амбридж не позволит. Ведь никаких организаций нельзя. А жаль. Самым смешным из последнего был очередной декрет об образовании. Теперь учителям запрещено говорить ученикам что-либо, не касающееся преподаваемой дисциплины. Про это было очень много шуточек, особенно на ЗОТИ. Правда, наказаний из-за этого в ответ от госпожи Жабридж (© Ричи) было тоже предостаточно. Она правда уже просто бесит. Теперь даже сладости, которыми промышляют близнецы Уизли, кажутся очень неплохой затеей. Серьезно. Если это позволит хотя бы раз «легально» пропустить бесполезное занятие — я совсем не против. Можно будет тогда провести час с большей пользой. Самое печальное, что на экзамене в конце года все равно придется отвечать в рамках амбриджского ЗОТИ. Будет только хуже, если мы начнем показывать большие знания, чем это «положено по стандарту». По сути, это очень ущемляет именно мой факультет, где все по определению хотят и знают сверх меры. «Остроумие сверх меры — величайшее сокровище человека». Девиз самой Ровены Рейвенкло, она даже перенесла его на свою диадему. Кстати, интересно, а в жизни она какой была? Мраморное отображение восхитительно, но абсолютно точно оригинал не передаст. А теперь нам говорят не выпендриваться и быть стандартной толпой. Не хочу так. Ведь это не мы. Совсем не мы. Мы не можем четко отвечать их стандартам. Каждый все равно уникален. Надеюсь, кто-нибудь поднимет какое-нибудь восстание против министерского режима в Хогвартсе. В нашей школе. И мы все сделаем, чтобы таких умных и милых министерских работников здесь больше не было. Прогнать из нашей школы. Не их дело, что здесь происходит, особенно, если они себе там напридумывали всяких глупостей и не верят в правду. Пусть сначала у себя разберутся и примут очевидное, поймут, что на самом деле происходит.

Сара

3 марта 1996 года Вчера с Джесси у озера чуть-чуть погуляли. Мы редко проводим время вместе, но это нормально. У нас ведь е так уж много общих интересов и увлечений. Но мы все равно остаемся сестрами, поэтому иногда можем просто так погулять, даже не разговаривая особо. Кажется, от меня вчера вообще фраз пять было, в том числе и «с днем рождения, Джесс». Как обычно. Подарила ей альбом с фотографиями разных мест. Точно не знаю, какие они там, я не открывала его, только по описанию знаю, что там европейские страны. Вот и еще одна фраза: «А когда-нибудь ты сама сделаешь такой же, и даже круче». Джесс всегда очень нравилась идея путешествий. В отличие от меня. Поэтому мама раньше часто брала ее с собой. А мне больше нравилось быть дома… Раньше… *клякса, длинная неровная линия на половину страницы* Черт. Еще и пузырек с чернилами уронила. Надеюсь, никто не проснулся от этого, будет неприятно. Уже третий раз. В смысле… Мне иногда кажется, что я нахожусь не там. В том смысле… Я иногда будто бы вижу другие воспоминания. Вот сейчас я видела Италию, Венецию. Я знаю, что это была площадь Сан-Марко, хотя я до этого момента никогда даже не слышала, что есть такое место, а тем более его название. Я никогда не была на материке. Да и вообще понятия не имею, как выглядит Италия, мне никогда не было интересно. Точнее, не имела понятия. Будто бы сейчас я была там. Но я была здесь, на самом севере Шотландии, В Хогвартсе, за сотни километров от тех мест. Такого просто не может быть. Это же невозможно. Я знаю, что если тебе кажется, что это уже случалось, то это дежавю. А как тогда назвать, если тебе кажется реальным то, чего никогда не было и быть не могло? Слишком жутко. Хорошо, что такое происходит, когда рядом никого нет. Подумают еще, что у меня какие-нибудь припадки. Но я же не схожу с ума. Я… уверена, что это что-то другое…? Или просто надеюсь на это… Боюсь кому-нибудь рассказывать про это. А дневник точно никому не разболтает. Хоть как-то выговориться честно можно. Страшно. Жутко. Я просто ничего не понимаю. Почему нет никого, кто мог бы объяснить, что происходит, но при этом мне не пришлось бы ничего рассказывать… Некоторую забывчивость и плохой сон я на усталость сваливала, но такое — вряд ли… Кто-нибудь, просто объясните. Пишу я в дневнике.

Сара

15 марта 1996 года О, тут еще вышел выпуск «Придиры». Никогда особо не читала этот журнал: он довольно странный, но время от времени полистать можно. А конкретно последний номер уникален правдивым интервью Гарри Поттера о том, что произошло в июне прошлого года. «Пророк», должно быть, инфаркт хватил, когда интервью брала сама Рита Скитер. Та самая, с пером для скандалов и сенсаций, обычно не сильно наполненных правдой. Как только?.. Когда Амбридж в первый раз увидела журнал, она прямо позеленела. Ее настолько это напугало, что она тут же побежала рисовать новый декрет об образовании, запрещающий журнал «Придира». Но она забывает, что такие запреты только разжигают интерес. А Луна Лавгуд теперь выглядит даже очень счастливой. Конечно, ведь ее отец — главный редактор «Придиры». Должно быть, сейчас у них впервые такие тиражи и продажи. Я просто абсолютно уверена, что многим людям надоел слишком политичный «Пророк». И хочется каких-нибудь альтернатив. Вот ее и предоставил этот выпуск «Придиры». Я просто не могу дождаться будущего взрыва. А он точно будет. Хогвартсу еще как надоело наше Министерство Магии.

Сара

18 апреля 1996 года Не писала месяц, просто потому что было нечего записывать. А вот сейчас произошла просто куча… всего. В общем, началось все с того, что Амбридж попыталась выгнать профессора Трелони из Хогвартса (как только профессор МакГонагалл не прибила ее на месте. А ведь она вполне могла бы превратить ее обратно в жабу…), но пришел Дамблдор и морально опустил ее, сказав, что у жаба-женщины (© Ричи) нет такого права. А еще, что он уже нашел нового преподавателя прорицаний — кентавра Флоренса. Кажется, ей не сильно нравятся такие создания, потому что она от злости и краснела, и зеленела… Как жаль, что не видела этого своими глазами! А после братья Уизли (а кто же ещё?) устроили фейерверки. Все-таки они мастера своего дела — красиво нарушать правила… Джонни вообще был в восторге от этих драконов. А как реагировали учителя в тот день — просто невероятно! Конечно, Амбридж ведь у всех в печенках сидит. Не сомневаюсь, что в один момент они сами начнут нам намекать, как лучше всего и легально будет побесить эту жабатриссу (опять же, Ричи. Придумал ей много таких званий за последнее время). Ой, точно, про это… Дамблдор ушел из школы. В смысле… Так, с начала. По рассказу Дэнниса. У них была секретная подпольная «организация», в которой они учились защите от темных искусств. Реально учились, с настоящей практикой, и только полезному. Вел все это Гарри Поттер. После прошлого года ни у кого не должно быть сомнений, что он может научить это защите. Назывались они (или зовутся, думаю, на самом деле они все равно будут существовать) Армией Дамблдора. Круто звучит, кстати. И вот, с начала года они тайно занимались магией. Как же странно звучит: в школе магии тайно заниматься магией. Но незадолго до пасхальных каникул их сдала Мариэтта Эджком, подружка Чжоу Чанг. Практически все успели сбежать, кажется, только Поттера и поймали. Притащили в кабинет директора, где уже и люди из министерства были (им бы эту оперативность в другие места, а не в школу). Министр, в общем-то, пытался арестовать Дамблдора, но кто они такие? Поэтому профессор просто сказал, что пока что сам уйдет, но они все еще позовут его обратно, оглушил Амбридж и ее милую компанию и исчез. Но Дамблдор вернется, мы все это знаем. И именно министерство и попросит его помощи. Но есть в этом один огромнейший минус и проблема. Временным директором Хогвартса стала Долорес Амбридж. И в тот же день она учредила себе «инспекционную дружину». Шайка самодуров-слизеринцев, которые должны обо всем доносить директору. А еще они могут штрафовать всех, даже просто так. И даже старост. Поэтому баллы трех других факультетов прямо растаяли на глазах… Все, что мы целый год так долго и упорно зарабатывали… Пропало. Любой проступок — потеря баллов. Чуть посерьезнее — может и наказание грозить. Мы точно в школе? Больше уже тюрьму напоминает… Как обычно, мы живет в такое удачное, блин, время. Самые везучие. Как обычно. И кстати, теперь понятно, почему Колин и Деннис Криви часто ходили чуть в более приподнятом настроении, чем все остальные окружающие. Конечно, ведь у них была своя целая крутая тайна. Нам не сказали, потому что… Ну, а вдруг нам не понравится идея, мы против будем или еще что, а про такое лучше просто так много не говорить… Да и мы бы никак не смогли прийти на первое организационное собрание: мы — второкурсники, а оно было в Хогсмиде. А потом, посреди года как-то неловко приводить новых участников и все такое, там компания вполне неплохая и так образовалась же. Но ничего страшного. Хотя посетить хотя бы одно занятие «Армии» было бы нереально круто. Но, как обычно, не вышло. Есть, правда, небольшое плохое предчувствие, но… Посмотрим. Все равно надеюсь на лучшее.

Сара

21 апреля 1996 года Этого я боялась еще с того дурацкого декрета о собраниях. Сегодня мой день рождения. Поэтому ребята по традиции хотели устроить праздник. И воскресенье же, удобно. Но только мы собрались всемером, как… Тут же образовалась инспекционная дружина. Что-то вроде: «а что это тут толпа второкурсников с разных факультетов делает?». Нас как-то и не слушали, просто напомнили с ухмылкой, что такие сборища запрещены. А вдруг мы новая «тайная организация»? Мы ведь никак и не можем доказать, что совсем ничего не замышляем. А после того, как нашли Армию Дамблдора (кажется, они обычно себя называют именно сокращенно — А.Д. Кстати, а так ведь получаются инициалы Дамблдора…), за всеми встречами стали следить раза в три тщательнее. Просто сняли баллы. Они же совершенно спокойно могут это делать. Даже если ты староста. Все легально. Со Слизерина лишь не сняли. Может быть, не заметили Анну, да и смысл снимать со своего же факультета баллы. (Или, может, они ее знают. Или ее брата. Я не знаю, но не удивлюсь, если он тоже в этой «дружине»). Сказали, если снова увидят нас всех вместе — доложат Амбридж. И не важно, чем мы будем заниматься на самом деле — все будет представлено, будто мы делаем что-то запрещенное. И еще… Они забрали гитару Ричи. Пришлось разойтись. Ведь что мы можем сделать? Мы младше. И в любом случае слабее. После этого Ричи ни с кем не разговаривал. Кажется, это что-то вроде шока. Подобного себе еще никто не позволял, все его знакомые ведь знают, что для него значит музыка и конкретно эта гитара. (Он много не рассказывал, но это просто видно). Они просто забрали его Джину, она тогда была прислонена к дереву. А кинуться отнимать — нет, а вдруг сломают, это еще хуже будет. И лишат еще кучи баллов, придумают наказание в стиле: «За нападение на члена Инспекционной дружины, собранной и поддерживаемой самой великой госпожой директрисой Амбридж!» Ребята собирались подарить мне разлинованный темно-синий блокнот со вставками: тексты песен, фотографии, обложки с музыкальных альбомов… И еще пара страниц с пожеланиями. И в самом начале подпись: «от твоих дорогих друзей с любовью». (Каждый написал по одному слову). Они хотели, как обычно, все вместе вручить подарок… Но в итоге его чуть позже, по пути, тихо подарила Мел. «В этот раз не вышло устроить наш праздник. Прости, что так получилось, но мы очень надеемся, что тебе понравится наш подарок…» Вроде, она еще чего-то хотела сказать, но я ее долго и крепко обнимала. Хотелось расплакаться уже тогда, но нельзя же. Зачем расстраивать друзей еще больше? Они хотели заставить меня улыбнуться лишний раз в этот день, поэтому определенно не стоит плакать. Хотя бы при них. Расплакаться можно потом, когда уже никто не видит. Или рядом тот, кто поддерживает всю жизнь, и кого ты поддерживаешь всю жизнь. Вечером мы с Джесс сидели у озера. Снова тихо сидели у озера, и она гладила меня по голове. С днем рождения, Сара. 24 апреля 1996 года Три дня назад с нами еще должны были быть Колин и Деннис, но они немного опоздали. В каком-то смысле им даже очень повезло, ведь их имена в списке А.Д., поэтому им точно стоит быть осторожнее. На следующий день Колин поймал меня и быстро сделал фотографию. Потом куда-то пропал. Только после этого поняла, что с моего дня рождения не осталось фотографий. Хотя, дня рождения по сути и не было, чему оставаться-то. Настроение, в общем, у всех не лучшее. Надеюсь, все как можно скорее наладится. Ричи ходит совсем убитым, даже не знаем, что может привести его в чувства. Хотя нет, знаем, но как вернуть его гитару? Насколько знаю, у многих наших музыкантов примерно так же отняли инструменты. Это же мешает учебе и отупению в угоду тем, кто ничего общего с образованием и здравым смыслом не имеет. Не знаю. Скорее бы все пришло в норму… ... Мелони сказала, что меня кто-то ждет у входа в гостиную, просит выйти ненадолго. Это был Колин Криви. Вручил мне конверт, поздравил с прошедшим днем рождения, пожелал хорошего и отправился обратно в свою гостиную. Это были фотографии нашей компании, которые он делал без наших просьб. Когда мы не видели… И каждая подписана: дата, место, событие (если оно было), имена… Он действительно всегда носит с собой камеру и фотографирует что-то интересное, но не думала, что мы будем для него и в простые дни неплохим кадром. Несколько именно моих фотографий, в том числе и та, которую он сделал несколько дней назад. Подарок от Колина Криви на тринадцать лет. Он правда такой хороший…

Сара

Письмо в никуда. Дата: 29 апреля 1996 года. Хогвартс, башня Рейвенкло

К, Прости, что так долго не отвечала. Наверное, просто было нечего написать. Хотя, как обычно, и произошло довольно много за это время. Да и сейчас есть некоторые трудности с отправкой и получением почты. Помнишь, я рассказывала тебе про преподавателя Защите от Темных искусств? Теперь эта женщина стала директором Хогвартса. Но только временным, потому что Дамблдор обязательно вернется обратно… Знаешь, каждый раз, когда я пишу тебе о происходящем в Хогвартсе, мне кажется, что ты знаешь все это и без меня. Теперь вообще появилось множество сложностей. Минимум — вся приходящая почта теперь проходит проверку на «правила». А то вдруг мы что-то «противозаконное» себе приобретаем? Частенько еще и отправления могут проверить. Поэтому сейчас даже не знаю, как конверты стоит подписывать к тебе… Есть теперь и другая проблема: всевластная Инспекционная дружина, «следящая» за нами. Но на самом деле они просто ручные песики нашего «директора»: снимают со всех баллы запросто так (даже со старост!), задирают тех, кто младше, вещи «конфискуют»… Вот про это… Так эта чертова дружина забрала у моего друга дорогую для него вещь. Его зовут Ричи, Ричард Уотсон, мы учимся на одном факультете и курсе. Вообще, обычно он о себе слишком высокого мнения, самодовольный и нахальный. Но временами он нормальный человек, с которым вполне можно поговорить. Но, каким бы он ни был, он все равно остается мне другом. Хотя, честно, никогда ему об этом не говорила. Мы как-то общаемся и без упоминания того, что мы вроде как друзья. Он хоть и не самый серьезный и ответственный человек, но сообразительности ему хватает, чтобы попадать в нашу гостиную. Но и у него есть свои таланты. Он хорошо поет и играет на гитаре. И это не удивительно: его дядя — ректор Волшебной академии драматических искусств. А про его гитару — вообще отдельная история… Вообще, это — обычная акустическая гитара. Но почему-то Ричи называет ее «Джина» и относится к ней почти как к живому существу. Нет, когда человек хорошо и серьезно относится к вещам и своему делу — это превосходно, но вот так… Как-то немножко… слишком? Но, как обычно, все же, не мне судить, у каждого — свои причуды. Я, вот, письма в никуда пишу… (Ричи даже подписал гитару ее именем. Серьезно. На ней абсолютно серьезно написано Джина). Но иногда интересно: а почему так? Почему он вообще дал обычной гитаре имя и почему именно Джина? Ричи никогда не объяснял. Хотя мы как-то и не спрашивали… Но это определенно имеет какой-то смысл, просто я пока не понимаю, какой. И вот… Инспекционная дружина отобрала у Ричи его гитару. Обиднее всего было то, что это случилось на мой день рождения. И теперь нам очень сложно собираться вместе, нашей компанией, потому что власть — у кретинов. Надеюсь, все скоро вернется в норму. Просто инструменты отняли и у нескольких других людей с моего факультета; у нас вообще музыкальная гостиная обычно. Была. Другие, у кого инструменты остались, пока просто не играют… И все не знают, что теперь делать. Потому что неизвестно, вернет ли Ам… наш «директор» все наши вещи обратно. А Ричи совсем убитый… Хотя, последнюю пару дней он выглядит так, как будто что-то задумал. По крайней мере, мне так кажется. А как ты? У тебя всегда так много дел, даже не представляю, как с этим всем можно справляться… Это ведь действительно очень сложно все… Каждый раз, когда ты упоминаешь о своих обязанностях, мне кажется, что мои проблемы — совсем мелочь. Могу я спросить? А у тебя вообще был какой-то выбор? Временами кажется, что на тебя просто все скинули, потому что больше не на кого было. Да и обучение у тебя правда суровое… Тебя хотя бы иногда отправляют туда, куда хотел бы ты пойти? Кажется, что у тебя целое море возможностей и путей, но на деле — у тебя не так уж много свободы… Ой, прости, что письмо таким получилось… Как обычно, я вечно отвлекаюсь и говорю не о том. Но мне уже пора, нужно же еще как-то отправлять, чтобы слишком интересующиеся люди не попытались конверт вскрыть… Надеюсь, мы когда-нибудь еще увидимся. Хотя бы во снах. Люблю,

Сара

1 мая 1996 года Ричи — идиот. Он… и еще несколько ребят со старших курсов сегодня ночью попытались залезть в кабинет Амбридж, чтобы забрать свои вещи. Они все знали, чем им это может грозить, но обида победила здравый рассудок, и они, блин, пошли! Странно так говорить, но к их счастью, их поймали еще до того, как они добрались до ее кабинета. Но в итоге они все равно там оказались. Амбридж хоть и последняя дрянь, но сразу смогла сообразить, что группка рейвенкловцев после отбоя не просто так по коридорам гуляет. А после того, как кто-то из инспекционной дружины, кто ребят и сдал, сказал, что это — рейвенкловские музыканты, у которых немногим ранее забрали инструменты… Как мне рассказывали, Амбридж с довольной ухмылочкой объявила им наказание. И сделала это единолично. Профессор Флитвик обо всем только лишь утром, когда на Заклинаниях разрыдалась Дебра Сонг с четвертого курса, у которой кларнет забрали в первый же день существования дружины. Только тогда профессор и узнал, что его учеников поймали в коридоре ночью. Ребята целую неделю, с сегодняшнего дня, должны будут приходить к ней после уроков и писать строчки. Просто строчки? Но я видела, в каком состоянии были руки наказанных… Даже после однодневного наказания краснеет, опухает… Профессор Флитвик пытался поговорить с Амбридж, но без толку. Все без толку. Амбридж творит все, что только захочет. Как обычно. А ведь ее ручные песики тоже были после отбоя в коридоре, а не в своих подземельях. Как же это все бесит. Скорее бы вернулся Дамблдор. Может, Амбридж утащат какие-нибудь змеи? Или с ней еще что-нибудь случится? Ну пожалуйста. И такое, чтобы она перестала портить нам жизнь… Вот бы у нас наконец-то наступил нормальный год в Хогвартсе… Когда же все наладится? Еще ведь у Анны день рождения совсем скоро, нужно будет придумать, как же ее поздравлять… На самом деле, самым обидным было то, что в кабинете Амбридж не оказалось вещей наших ребят: там были лишь три метлы, прикованные к стене. Музыкальные инструменты и многое-многое другое хранили в каком-то другом месте. Думаю, это где-то возле кабинета Филча (а где же еще? Это логично). Ребята совсем не ожидали… Ребята…

Сара

8 мая 1996 года Все утро мы с Макс и Ричи придумывали, как лучше поздравить Анну. Подарок для нее — магическое пособие для начинающих художников — пришел еще вчера и был у Мел (она его, кстати, в итоге и выбрала). Жаль, что сегодня нет истории магии — так было бы намного проще. А так собраться всем вместе почти… Но в конце концов мы решили поздравлять ее по частям. Каждый раз, когда кто-то из нас ее встречал, он пытался утащить ее подальше ото всех и сделать что-нибудь приятное: поздравить, сделать фотографию (ведь Колин так удачно проходит мимо с фотоаппаратом!..), угостить чем-то особенным с кухни (не перестану удивляться этой способности Мари и Джонни договариваться с домовиками…), мы с Ричи для Анны спели пару песен (и Ричи даже не выглядел таким убитым, как до этого, хотя сегодня у него последний день пыток у Амбридж. Надеюсь, у него шрамов не останется на руке… И у всех остальных ребят тоже)… А в конце дня Мел и Макс подарили Анне книгу. Пусть все было, не как обычно, но Анна была счастлива, что мы ее поздравили, несмотря на все трудности. Ничего, зато даже оригинально вышло. Надеюсь, день рождения Джонни мы сможем праздновать уже нормально, все вместе. Как обычно.

Сара

13 мая 1996 года Близнецы Уизли — лучшие люди в этой школе. После того, что они сделали, им должны поставить какой-нибудь памятник в Хогвартсе. Эти ребята сделали в одном из коридоров болото, чем просто взбесили Амбридж. И в тот момент, когда она так жаждала наказать их, близнецы сказали ей всего хорошего и на метлах феерично улетели из школы, не забыв еще прорекламировать свой новый магазинчик в Косом переулке. (Теперь мне даже интересно туда заглянуть — какие чудеса они еще напридумывали?..) И это болото никто не знает, как убрать. Точнее, Амбридж, Филч и их маленькая дрянная свита не знают, как это сделать. А вот профессор Флитвик или профессор МакГонагалл бы не моргнув глазом все убрали. Но даже им весело наблюдать за жалкими попытками Амбридж навести «порядок» в школе. И близнецы Уизли продали более, чем достаточно этих своих товаров, чтобы нам хватило сил сопротивляться и бесить Амбридж до конца года как минимум. Иногда бывает даже грустно, что я себе ничего не купила, даже интересно, как это работает и ощущается. Но наблюдать за тем, какое зрелище устраивают остальные — тоже просто бесподобно. Забастовочные завтраки — это еще мелочь, а что Пивз начал творить! Ото всех старшекурсников слышу, что они впервые видят, что бы наш полтергейст не над учениками прикалывался, а целенаправленно вредил конкретно одному человеку (ну, почти одному). И направил он свое безумное веселье на нашу любимую директрису и ее верных рабов. Это просто нечто. И это лишь второй день после отлета близнецов Уизли, что же будет дальше?

Сара

30 мая 1996 года Война против Амбридж все еще продолжается, и у нас достаточно неплохие успехи. Кубок по квиддичу взял Гриффиндор, даже без своих лучших игроков: близнецов Уизли и Гарри Поттера. И та обидная песенка про Рона Уизли стала песней победителя… Экзамены и подготовка к ним, как обычно, в самом разгаре. У нас, второкурсников, все закончится 8 июня. Сегодня вот были Заклинания. Получить высший балл, как обычно, было не так уж трудно. Мне правда нравится этот предмет, как и Трансфигурация, экзамен по которой у нас будет в понедельник. Было бы так круто когда-нибудь придумать и свое заклинание, хотя бы одно… Это же так интересно — создавать что-то новое… Но веселее всего наблюдать за паникой пятых и седьмых курсов. Снова они ходят, как какие-нибудь зомби, что-то срочно доучивают, заучивают и едва ли не плачут (а некоторые правда временами прямо рыдают). И мы правда будем такими через несколько лет? Сейчас-то смешно, а сами ведь тоже будем бояться и истерить? Но до этого еще далеко. А сейчас сдающие СОВ и ЖАБА (точнее, самые паникеры из них и самые лодыри) активно пытаются скупать всякие «стимуляторы для мозга». Естественно, практически все из них — всякий мусор на самом деле. Самые ответственные старосты (вроде Гермионы Грейнджер) стараются следить за этим. Хотя бы для того, чтобы никто не отравился, а то каждый год в Больничном крыле оказывается достаточно сдающих экзамены.

Сара

12 июня 1996 года Наши экзамены, как обычно, успешно закончились. Теперь можно немного передохнуть, а потом и начать делать то, что задали на лето. В школе заниматься проще и продуктивнее, чем дома. Как провести это лето? Определенно, я снова поработаю в магазинчике мистера Ли, в июле. Потом нас к себе звала Мари, на день рождения, после этого мы едем к Джонни в Ньюпорт. В Хогвартс мы отправимся уже от него, все вместе. Это определенно будет лучшее лето. Лучшее. И сейчас свои экзамены сдают пятый и седьмой курсы. Так забавно за ними наблюдать. Постоянно слышим: то кто-то превратит нос экзаменатора в цветок, то хорька в стаю фламинго… Это если достаточно серьезное, но полным-полно еще и незначительных казусов, которые чаще всего случаются у исключительных отличников (вроде Гермионы Грейнджер). Там, «я неправильно написала слово нашествие, мне определенно снизят баллы!». Но в итоге они все всё равно получат свои отличные оценки. Еще я пару раз видела, как экзаменаторы спрашивали у Амбридж про профессора Дамблдора. Ее зеленеющее лицо просто нужно видеть! Никто никогда не признает ее директором Хогвартса. Ведь ее даже в кабинет директора не пропускает страж. Глупым чиновникам тут не место.

Сара

25 июня 1996 года Несколько дней назад Амбридж самым подлым способом пыталась убрать Хагрида из Хогвартса. В итоге, ему правда пришлось скрыться ненадолго, но зато он остался жив и здоров, а не где-то в Азкабане. Амбридж ведь ненавидит полулюдей и многих магических существ, это все знают. Профессор МакГонагалл попытаться вступиться за Хагрида, но… несколько работников из Министерства Магии оглушили её четырьмя заклинаниями практически одновременно. Вот же сволочи, черт возьми. Как же я рада, что профессор быстро поправилась! Но всем воздалось за это и за то, что они отказывались верить в правду. Сам-знаешь-кто в открытую объявился в здании Министерства. И все могло бы кончиться хуже, если не вернулся профессор Дамблдор. Говорят, Тот, кого нельзя называть боится только нашего директора. И Министерство наконец-то поверило. И вновь в газетах: «Почему никто не верил Дамблдору?», «О чем умолчало Министерство?», «Эксклюзивное интервью с Гарри Поттером» (прямиком из «Придиры»). Профессор Дамблдор вновь гениальнейший директор Хогвартса, а Гарри Поттер — избранный мальчик, который выжил. Как обычно. Для этого всего-то нужно было… Мне тринадцать, но мне хватает ума понять, что случилось. Скоро начнётся открытая война.

Сара

1 июля 1996 года Но не все же время нам ходить убитыми, верно? Поэтому в последнюю неделю мы все и вздохнули, и отдохнули. И еще, как обычно, немного повеселились. Всем ребятам вернули их вещи. Клянусь, я видела, как Ричи почти плакал, когда ему отдали его Джину! А Амбридж вытащили из глубин Запретного леса, куда ее утащили кентавры. Никто не знает, что с ней случилось, но вид у нее был полуживой. Говорят еще, что каждый раз, когда она слышала что-нибудь похожее на цокот копыт, у нее случалась истерика. Из Хогвартса она сбежала за день до конца семестра. Проводить ее решил Пивз, который с ликованием осыпал ее ударами носка, набитого мелом, и тростью. Деканы если и пытались утихомирить своих развеселившихся от этого учеников, то только для виду. От кого-то еще слышала, что трость Пивзу сама МакГонагалл одолжила. 30 июня мы уже возвращались домой, поэтому день рождения Джонни мы все снова вместе и улыбаемся, несмотря на все то, что происходит теперь в нашем мире. Но в жизни никак не обойтись без светлых дней, поэтому нужно хвататься за каждую возможность прикоснуться к этому свету, даже среди непроглядной тьмы. А Джонни мы подарили большую книгу по анатомии особенно редких магических существ (как только Мел находит все эти чудеса? Как обычно, это именно ее заслуга). Кстати об этом. Незадолго до отъезда мы-второкурсники выбирали себе дополнительные предметы для изучения на следующих курсах. Я выбрала древние руны и прорицания. Я не уверена, но, кажется, в следующем году у третьекурсников прорицания будет вести кентавр Флоренс. Хотя я не буду против, если преподавать будет профессор Трелони — даже если многие не так хорошо о ней отзываются. Я уверена, что она тоже может научить чему-то полезному — не зря ведь она работает так долго в Хогвартсе. И в нашей компании только я выбрала прорицания: Мари — руны и нумерология, Ричи также; Макс — нумерология и маггловедение; Джонни и Анна — УЗМС и маггловедение. И я даже не представляю, как семья Анны отнесется к ее выбору… Надеюсь, у нее все хорошо будет в этом плане. И мы все уже дома. И, как обычно, мама с папой снова вскоре уезжают на несколько дней по работе. Хотя папа определенно этому не очень рад. И постоянно делает какие-то пометки в своем блокноте. И я абсолютно уверена, что они не связаны с его работой… Завтра я снова начинаю работать в магазинчике мистера Ли. Он был очень рад, когда узнал, что со мной все в порядке и я не отказалась от идеи подработки. Кто знает, может, я найду там еще что-то классное этим летом? И нужно написать бабушке Джеки. Несколько месяцев уже ей не писала… Жаль, что мы не съездим к ней на ее день рождения. Она почему-то вообще не празднует его. И папа говорит, что так было всегда, сколько он себя помнит. Точную причину даже он не знает. Наверное. Может, он просто не рассказывает нам. Как обычно, я никогда не могу угадать, правду ли он говорит. Хотя обычно это работает с другими людьми, с тем же Ричи, которому все постоянно верят. Пора бы уже идти — все-таки, я давно родных не видела…

Сара

Письмо в никуда. Дата: 3 июля 1996 года

Англия, Северный Йоркшир, Йорк Ричмонд-стрит

К, И вновь я не писала так долго. Просто не выдавалось подходящего момента — вечно что-то происходило и сбивало с мыслей, когда я пыталась начать письмо… Мой второй год в Хогвартсе закончился относительно хорошо. В смысле… Я уверена, что ты уже знаешь, что у нас происходит здесь, но я знаю, что тебе больше нравится слышать обо всем именно от меня. Сам-Знаешь-Кто вернулся. Открыто. Значит… У нас начнется новая война… Не знаю, когда, но это все точно произойдет. Надеюсь, что все будет не так плохо. Надеюсь… Но пока все хорошо, и мы радуемся жизни. Странно понимать, что это ненадолго… Дамблдор вернулся в школу, Амбридж сбежала из Хогвартса (это было очень забавным зрелищем — ее провожал наш чудный полтергейст Пивз), в газетах стали писать правду (или хотя бы что-то похожее на нее). В школе вновь все в порядке. Как обычно, будто бы все в порядке. Но это же не так, почему это не так… Мне страшно. Я не хочу войну. Не хочу, чтобы страдал кто-то из моих близких и друзей. Прошлая война закончилась всего четырнадцать лет назад, это ведь совсем немного… Надеюсь, все будет в порядке. Насколько это только будет возможным. Лучше перестану о грустном, а то я, как обычно, вообще не о том, в этих письмах нужно писать о хорошем, это ведь наша поддержка. У меня не так уж много друзей, поэтому в этом письме я уже допишу про всех. Мне всегда казалось, что у моей сестры самое супергеройское имя в мире. Правда, я видела что-то похожее в маггловских комиксах про суперлюдей! Джессика Джонсон — правда же круто звучит. Она старше меня на год, учится на том же факультете в Хогвартсе, и она правда классная, хоть я и так редко говорю ей об этом. У нее и всегда друзей было много (в отличие от меня), и с оценками все крайне хорошо (хотя у нее бывают проблемы с трансфигурациями предметов — что-то иногда идет немного не так)… Думаю, на пятом курсе она станет старостой нашего факультета. Ей это подходит, она ответственная и может решить едва ли не все вопросы, всегда поможет. Еще Джесси очень похожа на маму… Не знаю, какую работу Джесс себе выберет в итоге, но я совсем не удивлюсь, что и она возьмется за маггловское дело, даже при своих успехах в магии. Как и большинство членов моей семьи. А еще ей всегда безумно нравилась идея путешествовать, в отличие от более домашней меня. Поэтому мама часто брала Джесс с собой, когда уезжала в другие уголки Британии и Ирландии по своей работе. Я больше общалась с дедушкой Лансом… Другие люди, с которыми я общаюсь дольше и больше всего — наши соседи Сайксы. Они тоже чистокровные волшебники. Знаешь, есть тут у нас один глупый список, «Священные двадцать восемь». В нем 28 фамилий чистокровных семей, которых по непонятно каким принципам отобрали. И я точно знаю, что семьи некоторых моих друзей непременно тоже должны были быть там, но по каким-то причинам… Так вот, Сайксы одни из них. Вообще, с Арчи (это сокращение от Арчибальд. Он не особо любит свое полное имя…) больше Джесси общается. Кажется, их все называют лучшими друзьями, но это не совсем так. Как обычно, я не знаю, как это объяснить, но я просто знаю, что через год-два они будут вместе, а после Хогвартса поженятся. Так просто будет… Арчи тоже на год старше, учится на Слизерине. Слизеринцы неплохо в последние годы подпортили себе репутацию, поэтому их любят считать маленькими злобными богатенькими засранцами. Да, есть и такие, но это всегда зависит не от факультета, а от самих людей. Придурки есть всегда и везде. Вот Арчи — из тех слизеринцев, о которых обычно поет наша Распределяющая шляпа. Это не особо заметно, многие даже считают, что он мог бы больше подходить любому другому факультету, но он действительно настоящий слизеринец. Он может найти подход к любому человеку, а также узнать любую нужную информацию. И он очень любит свою семью, хотя и не готов защищать все идеалы Сайксов. Еще Арчи всегда готов помочь — правда, после этого всегда чувствуешь себя обязанным ему, хоть он по этому поводу ничего и не говорит. И это правда настоящее и слизеринское, а не то, что часто в них видят другие. И наконец… У Арчи есть старшая сестра, тоже учится на Слизерине, уже пятый курс. Ее зовут Мойра, но ее второе имя — Селена, ей всегда нравилось в разы больше. Знаешь, раньше я всегда говорила о ней. Потому что она старше. Просто классная. Знает больше. Особенно эти истории… Не знаю, где она их находит, я слышу о них только от нее: о далеких звездах, которые на самом деле люди, просто живут в мире, находящемся за «тысячами граней пространства». Именно поэтому они и кажутся нам яркими световыми точками в ночном небе — потому они так запредельно далеко, и их сияние мы видим именно так… Как обычно, я всегда спрашиваю, откуда Мойра узнает все эти истории. И Мойра отвечает, что они ей снятся и кажутся безумно настоящими. А иногда она даже говорит, какие люди рассказывают ей эти истории во снах. Один раз это была я: правда, я рассказывала ей историю о нашем мире — про города Хиросима и Нагасаки (может быть, ты про них знаешь). После этого мне даже самой стало интересно больше узнать о тех событиях, поэтому я этим сейчас в свободное время и занимаюсь. Я всегда обожала Мойру. Иногда (на самом деле, очень часто) мне хотелось, чтобы моей сестрой была именно она, а не Джесси. Сейчас не знаю. Уже второй год Мойра отдаляется не только от меня, но и от своей семьи. Правда, Арчи иногда даже спрашивает меня о том, как там дела у Мойры. Хотя они учатся на одном факультете, а значит, могут видеться намного чаще, чем со мной. От этого так… грустно. Еще Мойра просто влюблена во Францию. Она бы отдала все, только бы родиться француженкой. И после окончания Хогвартса она тут же найдет способ переехать куда-нибудь поближе к Парижу. Это ее заветная мечта. Каждый раз, когда я говорю про мечты своих друзей, я задумываюсь о том… А о чем я вообще сама мечтаю? Чего я хочу добиться в жизни? Наверное, я просто пока не нашла свою мечту… Но в 13 это, должно быть, нормально, верно? Ой, черт, я уже столько написала! Как обычно, я вечно забываюсь и пропадаю где-то там в своих мыслях… Знаешь, я безумно рада, что у тебя все в порядке. Пусть я и снова загружу тебя лишними листами бумаги (прости…). Знаешь, мне кажется, что на тебя свалили слишком много. Вот правда, я думала, что ты будешь больше путешествовать по разным местам, налаживать связи и набираться опыта… А не почти вечно сидеть в кабинете и разбирать бумаги и книги. Почему ты должен учиться целую вечность? Разве для твоего будущего статуса не социальные и практические знания и навыки важнее? Я совсем не понимаю эту вашу систему… Но я рада, что Хаос не проснулся, и все в порядке. Недавно я попробовала представить тебя здесь, в Хогвартсе. Это было как-то сложно, потому что я никак не могла подобрать тебе факультет. Но решила остановиться на Гриффиндоре, почему-то. Думаю, это, все же, ближе всего к тебе… Знаешь, мне всегда так жаль, что я не могу называть тебя по имени даже в этих письмах. Часто мне приходится останавливать себя, когда я пытаюсь написать К… И снова заменять на «ты». Хотя ты и в письмах ко мне поступаешь точно также. Как же это сложно… Как обычно, сложно, сложно, почему никто просто не может объяснить все и сразу? Я столько всего написала в этот раз, но все равно ощущение, что будто бы все это — ни о чем. Надеюсь, я правда не слишком загружаю… Мне уже пора заканчивать, все-таки, я сейчас подрабатываю летом. Хоть мое занятие и не такое серьезное, как твое, но забывать об обязанностях никогда нельзя. Люблю,

Сара

16 июля 1996 года И в маггловском мире происходит черти что. Пропадают люди, везде ураганы, туман, еще где-то автомобильный мост обрушился… И у нас, и у них, все неладно… Я столько слышу о пропажах… Всегда радуюсь, что это не мои близкие и друзья. Но мне все равно так страшно… Еще у нас сменился министр. Теперь это Руфус Скримджер. Не знаю, что это за человек. Надеюсь, теперь все будет лучше. Снова. Как обычно, надеюсь.

Сара

21 июля 1996 года С сегодняшнего дня мой серый блокнот будет лежать в коробке под кроватью. И теперь я пишу в чудесном блокноте, который подарила мне Мел на Рождество на первом курсе. Мне он безумно нравится, жалко только, что он совсем небольшой — только на этот год и хватит… Надеюсь, я буду записывать с этого года больше хорошего. Как обычно… Было бы круто и сделать много-много фотографий с ребятами. Когда-нибудь Колин точно начнет нас ненавидеть… Но он наш единственный знакомый, у кого есть фотоаппарат и кто умеет делать по-настоящему крутые фотографии. Никогда не перестану удивляться тому, какие люди заглядывают к мистеру Ли. Вчера, вот, заходил один очень странный маггл-иностранец. Он часа два общался с мистером Ли на другом языке, ничего не купил, но очень щедро расплатился… как называются американские деньги? И потом, счастливый, вышел. Когда я спросила мистера Ли об этом, он ответил, что тот парень нашел, что искал. Но что именно нашел тот иностранец, я так и не узнала, но сегодня мистер Ли обменял те иностранные деньги и выдал мне премию, за хорошую работу. Хотя мне все равно кажется, что это слишком много за то, что я вытираю пыль и заполняю книгу продаж… Если честно, я не всегда понимаю то, что я туда записываю, просто переписываю все с листов, которые мне в конце дня отдает мистер Ли. Он бы и сам (может быть) заполнял свою «Большую книгу учета клиентов», но, как обычно, он говорит, что у меня почерк красивый, потом читать приятнее… И на самом деле ведь я заполняю информацию о клиентах и их покупках за весь год… Мистер Ли говорит, что ему просто не хватает терпения так сидеть и красиво заполнять строчки. А я так могу и что-нибудь интересное узнать… Как я недавно узнала, я теперь единственная, кто помогает мистеру Ли, хотя бы летом. И я ради интереса пролистала книгу на годы назад (она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО большая…). Многие годы мистер Ли все-таки заполнял все сам (не совсем аккуратно, но, как он говорит, нужно ведь), но потом я нашла совсем другой почерк… Оказывается, до меня был кто-то такой же… Это был какой-то мальчик, раньше он тоже подрабатывал здесь все лето, занимаясь примерно тем же, чем и я сейчас. Но восемь лет назад он закончил Хогвартс и куда-то уехал. Больше мистер Ли его не видел и ничего о нем не слышал. Жалко, что я вряд ли узнаю у соседей про этого мальчика, ведь он не местный, а летом жил совсем в другом районе Йорка. Не думаю, что его еще кто-то помнит… Но стоит попробовать Как обычно, мы никогда не знаем, где и когда найдем ответы на свои вопросы, поэтому стоит продолжать поиски. Я ведь тоже никогда не видела этого мальчика… Восемь лет назад… Мне было пять лет… Тогда я и нашла это место… Но тогда мистер Ли уже работал один. Значит, тот мальчик исчез из города незадолго до того, как я наткнулась на магазин мистера Ли?

Сара

30 июля 1996 года Уже завтра уезжаю к Мари. Думаю, это будет лучшее лето из всех, которые только были в моей жизни. В этот раз, кстати, наш общий подарок покупала я: очень старую, но невероятно классную книгу про какой-то древний магический язык. Точнее, это руны, но какие-то другие. В Хогвартсе преподают совсем другое. Мари будет просто счастлива, мы все в этом уверены. Как обычно, спасибо мистеру Ли за помощь! А сегодня нужно закончить все дела и собрать вещи. Но вещи, как обычно, я соберу очень быстро, дел осталось совсем немного, сейчас полдень, поэтому я могу спокойно сделать запись в дневнике… В свободное время я правда попробовала узнать у знакомых соседей что-нибудь про этого мальчика. Как обычно, я была права: его правда никто не помнит… Хоть магазин мистера Ли тоже не все замечают, но… Ведь кто-то, хотя бы один человек здесь должен знать того парня?! Даже мои родители не могут вспомнить… А сам мистер Ли, как обычно, ничего не говорит. Но я уверена: он знает больше, чем говорит… Я даже имени того мальчика не знаю… Только то, что он семь лет, каждое лето, работал и жил здесь, в Йорке, волшебник и учился в Хогвартсе. Даже факультет не знаю… Значит, ему сейчас лет двадцать пять — двадцать шесть должно быть… Может, попробовать узнать у ребят со старших курсов? Вдруг кто-то сможет узнать… Черт, почему меня вообще это так волнует? Я вообще не знаю, кто это… Почему мне, блин, интересен человек, который работал у мистера Ли до меня?.. На этом я хотела закончить, но заглянула Джесси, обед принести, и немного побродила по магазину. И вдруг она обратила внимание на одну вещичку — небольшой ключик из серебра с шестью маленькими голубыми камушками (кажется, драгоценными?). Я его раньше тоже не замечала… Но, оказалось, что все в порядке: мистер Ли только сегодня его и вынес снова из кладовой. Снова. Значит, он лежит там уже давно… Кстати, миленький ключик. Но я не сильно люблю серебро, мне платина ближе. И Джесс задала один вопрос, который и меня заинтересовал… Мне кажется, она спросила шутя, но, как обычно… — Мистер Ли, а к этому ключику есть замок? — У любого начала есть свой конец, у любого замка есть свой ключ. — Значит, замок все-таки есть? — спросила я. Мистер Ли улыбнулся. Он сказал, что замочек правда есть, но он совсем не похож на этот ключ. И мы спросили: где же тогда замок? Мистер Ли сказал, что не может ответить на этот вопрос. Он все еще не нашел этот замок. Но это правильно: «Этому замку и его ключу не стоит находить рядом». Как обычно, понятия не имею, что это значит, но, думаю, мистер Ли прав. И, как обычно, мне теперь интересно, какие же магические свойства у этого ключика. Они же точно должны быть! Может быть, я даже когда-нибудь это узнаю. Ладно, мне уже нужно бежать домой и собирать вещи.

Сара

6 августа 1996 года Мы только-только приехали к Джонни. В Уэльсе так красиво!.. Когда же я была здесь в последний раз? Это точно было очень давно, и это было в июне. Но сначала про Лондондерри. (Мари, пока мы там были, очень просила называть город хотя бы «Дерри») Вроде бы, я была по несколько раз в каждой стране Объединенного Королевства, но никогда не перестану удивляться, как здесь… классно. За всей обыденной суетой мы забываем, что Великобритания — просто невероятна. В последний раз я была в гостях у Мари еще до Хогвартса. Помню, это было осенью. Как обычно, в те времена, когда наши родители просто брали нас с собой к людям, с которыми общаются они, а мы просто… не особо общались. Просто какие-то знакомые. Просто знакомые из-за статуса крови и статуса в обществе. И вот теперь мы друзья. Как же бывает в жизни. Большую часть времени мы провели в поместье Рэдфилдов, но пару раз выходили и в город. Правда, не сами, а под присмотром — хоть и Северная, но все же Ирландия. А здесь, в ее маггловской части, на самом деле, уже очень много лет идет… это что-то вроде гражданской войны. Поэтому, как обычно, стоит проявлять хоть чуть-чуть осторожности. Родителям Мари очень нравится викторианская эпоха. И это очень и очень заметно. Как и по дому, так и по одежде… Хорошо хоть на время нашего приезда Мари дали послабление, и она ходила в более простых и современных платьях (которые Мари не любит все равно). День рождения Мари был очень домашним — мы все очень понравились ее родителям. А Мел — прямо особенно. Нужно было просто видеть, как они друг друга спрашивали про маггловский и волшебный миры. Так мило и искренне. Мел все-таки такое чудо. Нашему подарку Мари очень обрадовалась, как мы ожидали. Кстати, в тот же день она дала каждому из нас по конверту, которые попросила открыть только после того, как мы вернемся в Хогвартс. Как обычно, мне уже не терпится узнать, что же там, но мы же обещали. Просто чуть-чуть подождать… А сейчас мы уже в Ньюпорте. Джонни очень любит драконов, свой город, свою страну (символ которой — дракон), свой язык… Поэтому сейчас он очень и очень много про все это рассказывает. Правда, мы точно не всё поймем и запомним из этого: как обычно, если речь заходит о Уэльсе, Джонни начинает болтать почти без умолку и вечно сбиваться на валлийский. Но одно я запомнила точно — на валлийском Ньюпорт называется Casnewydd-Ar-Wysg (Castell Newydd Wysg Ar) (Джонни показывал, как это пишется) — «Новый замок на Аске». («Wysg» выглядит жутко, но звучит почти нормально. Это река Аск). По записи я точно никогда не выговорю правильно что-то валлийское. И правда до ужаса сложный язык. Потому меня правда каждый раз удивляет, как Джонни так легко разговаривает на нем… Мне кажется, что очень круто знать два языка от рождения… А под конец месяца мы вместе заглянем на Косую Аллею и на несколько дней останемся в Лондоне. Там еще Ричи нужно встретиться со своим дядей, у которого мы и остановимся на это время (так странно, но мистер Уотсон сам предложил). А сейчас уже пора ложиться — Джонни собрался завтра нам весь день показывать Ньюпорт. Думаю, стоит выспаться, а не как обычно…

Сара

18 августа 1996 года Вчера Мари сделала нечто просто невероятное. Надеюсь, после этого ее вообще пустят домой. В общем, Мари проколола уши. Ее родители никогда ей этого не позволяли, по их мнению… Ну, если бы ей было лет двадцать, и муж бы ей подарил серьги, красивые, тогда… Мари не просто уши проколола. Слева теперь у нее три красных гвоздика, на правом ухе — два желтых. Ей на самом деле идет, но, как обычно, что же потом семья скажет… Хотя, думаю, Мари найдет, что сказать — за нормальную одежду она ведь уже борется со своей семьей. Но Мари счастлива — почему бы и нет? Больше всего радуют цвета — так мило подчеркивается, на каком факультете она учится. Это так по-гриффиндорски. Вот правда, слизеринцы и гриффиндорцы всегда найдут повод и возможность сказать о своем факультете, даже вот такими вот мелочами. Мы с хаффлпаффцами в этом плане как-то попроще. Или, может, просто как-то по-другому делаем это… Как обычно, не могу точно объяснить, я даже не замечаю, наверное. Блин, как же жаль, что у нас нет фотоаппарата. Или что здесь нет Колина. Было бы так круто, столько снимков и… Может быть, мы когда-нибудь сможем встретить братьев Криви на летних каникулах? Кстати, у Колина ведь совсем недавно был день рождения — мы все вместе написали ему письмо. Мы так и не смогли придумать подарок, но Колин написал, что очень рад и просто нашему поздравлению.

Сара

30 августа 1996 года Думаю, это были лучшие летние каникулы в моей жизни. Правда. И даже внезапная остановка у Уотсонов. Но и это неплохо. Дядя Ричи — глава Волшебной Академии Драматических Искусств. Именно поэтому Ричи так неплохо в этом всем разбирается. И, по моим ощущениям… Как обычно, не могу точно объяснить. Так кажется, будто бы дядя Ричи обращается с ним как с собственным сыном. Или преемником. Что-то такое. И почему-то я не могу сказать, что Ричи прямо очень этому рад… Кстати, оказывается у Ричи есть кузина — Дженнифер, она на несколько лет нас младше. Нас видеть она была рада чуть больше, чем своего кузена. Она вроде бы неплохая, мы с ней чуть-чуть поговорили (несколько минут, я думаю?), но… Ричи она не сильно любит. Я имею в виду — совсем. Я бы даже сказала, что Дженнифер (она очень бесится, если ее пытаются называть Дженни) его ненавидит. Но не совсем в этом уверена. За эти четыре дня она с Ричи от силы раза три говорила — думаю, это в общей сложности около двух минут. На Ричи она как-то конкретно обижена… И я точно не знаю, почему так. Не думаю, что Ричи такой уж плохой кузен. Мне самой он не так уж сильно нравится, но он правда неплохой друг. Так что это как-то странно, если честно. Мне не понять. Сходили за нужными вещами в Косой переулок. Думаю, в следующем году мне уже можно будет покупать новые мантии (да и вообще одежду). Старые еще нормальные (пока что), но за год я точно успею еще немного вырасти — тогда вот точно будет коротковато уже… Так вот, Косой переулок во время нашего визита был таким пустым… Говорят, он так выглядит все лето. Так непривычно — обычно там столько народа и всегда шумно… Достаточно много мест закрылось. Лавка Олливандера, например, или кафе-мороженое Фортескью… Это так грустно. Как же много плохого успело произойти за это холодное лето… Надеюсь, все скоро наладится. Как обычно, просто надеюсь. А в магазинчик близнецов Уизли так и не зашли — не было времени, да и там было слишком людно (это единственное и самое шумное место во всем Косом переулке). Думаем заглянуть завтра — интересно ведь. А потом уже обратно в Хогвартс… Что ждет нас в этом году?

Сара

3 сентября 1996 года Я уже вижу, что этот учебный год будет не лучшим моим учебным годом в Хогвартсе. Как. Обычно. Может, все вдруг станет получше, три раза плохой учебный год — это ведь более, чем достаточно, верно же? Гарри Поттер вновь перманентно привлекает к себе внимание. Давайте теперь вспомним, как большая часть из этих новоявленных фанаточек называла его в прошлом году? Да, теперь он снова всеобщий любимчик и «избранный». Чего только не придумают люди. И, как обычно, у нас в Хогвартсе снова перемены. Преподавателем Защиты от Темных искусств стал… Профессор Снейп. Серьезно. Такого поворота событий явно мало кто ожидал, пусть все и знают, как Снейп мечтал об этой должности. У нас уже было занятие с ним. И, если честно, ЗОТИ кажется теперь самым жутким предметом. Есть такое ощущение… Снейп вроде как очень даже неплохо рассказывает (с этим не поспоришь, даже зная, какой это человек. Но это явно лучше, чем Амбридж), но… Он рассказывает так, будто бы он сам огромный специалист в области темных искусств. Как обычно, может быть, это просто преувеличение, ведь чтобы уметь защищаться от чего-то, нужно про это что-то хоть какое-то представление иметь. Но Снейп как-то… Не знаю. Будто бы он прямо обожает (?) все эти темные искусства… И что-то слышала, что Поттер уже успел получить у него наказание. Как обычно. А зельеварение теперь будет вести профессор Гораций Слизнорт. Я о нем слышала: он раньше преподавал в Хогвартсе, также зелья вел, и был деканом Слизерина. И я еще помню, что он — кто-то вроде «коллекционера». В том смысле, что он всегда как-то находит «правильных» людей. Тех, кто в будущем добьется успеха и высот. И делает на них ставку, объединяя в свой «клуб». Ну, а самих занятий у нас еще не было, поэтому оценить профессора как преподавателя еще не могу. А у меня уже были мои новые предметы — Древние руны и Прорицания. Все точно так, как и описывала Мойра. На рунах мне до ужаса нравится. А Мари кажется, вообще готова только на них и ходить. И вообще жить в кабинете Древних рун и учить, учить и учить. Прорицания у нас все же ведет профессор Трелони. Она и правда ужасно странная, а на ее уроках жутко душно: потом на Истории магии я сидела у окна и старалась не уснуть окончательно. Правда, слишком много резких запахов, это утомляет. Но сама идея предсказаний мне нравится, а ради этого можно и потерпеть, верно? Кажется, пока больше ничего и не случилось. Ой. Пора ведь письмо от Мари открыть, совсем забыла!

Сара

Текст письма от Мари, переписанный для удобства расшифровки. Датировано 1 сентября 1996 года .М. Ьг, Рмпм, Бдиры пи етдис йвциок кцйы лмайкок, йк ьск зкаис еъсы нкжибйк.у. Л звпи ригцмр слкпвсрю кцийы зйкок… лрюеок, кьскзт зйи в нпгчжм локжолт ьсм вдию.з. Ю зйкок дтзмжм ке эскз л нпкчжкз окдт, йк керскюжырслм юлйк йи рклриз… Ежвй, Мзепвда ймр лриф в смё йиймлвдижм, м стс ишя ёмёви-со лскпкётпрвёв чвупклмййъзв бмнврёмзв кезийвлмжвры еъ. .ы. ьск скцйк еъм еъ фтдчвч врфкд. Ймдиэры, съ дкрсискцйк еърспк пмбомдмичы чвуп.к. .а. Ёрсмсв, ю лриз нпвдтзмжм пмьйи. Иржк бмфкцичы кслисвсы лткзаидтфи — зкаичы епмсы жэски ржклк. Ю иок пмбомдмэ. Съ бймичы.

Змсв

4 сентября 1996 года Это шифр. Но я еще не поняла, какой именно, но его точно можно решить. Займусь этим уже завтра сегодня вечером нужно будет еще почитать учебник по Древним рунам и несколько записей сделать. Мари точно зашифровала послание для каждого из нас. Ей вообще это очень нравится; я помню, что у нее дома есть несколько книг по методике шифрования. Стоило ожидать чего-то подобного. Но мне нравится. Это занятно. Но, как обычно, нет возможности сесть и тщательно заняться этим вопросом. И ведь больше всего интересен не сам текст, а как именно… Я точно знаю, что есть шифр Цезаря, еще когда загадывают страницы и строки в книге, и слово-ключ. И, значит, это точно будет либо первое, либо последнее, они ведь самые распространенные и простые для понимания. И про них мы точно все знаем — хотя бы потому что Мари сама нам про них рассказывала однажды. Поэтому как-нибудь, да сможем разгадать. И, как обычно, тут точно должны быть подсказки. Мари точно должна была об этом позаботиться. Загадка всегда должна быть разгадана. И у меня есть чувство, что Ричи уже расшифровал свой текст. Вот почему-то просто уверена в этом. Про остальных ребят не знаю. И, мне кажется, даже спрашивать не нужно. Мы ведь не состязаемся в скорости. Суть в том, чтобы разгадать. И важно именно это. Стоит пойти лечь спать, уже… Третий час ночи? Засиделась. А еще утром на занятия вставать, ведь сонной на Трансфигурации, ЗОТИ, Зельеварении и Астрономии сидеть будет не круто. Уф. Вот, точно, перед Астрономией и посижу, поразгадываю письмо от Мари. А теперь стоит поспать. Иногда стоит спать больше…

Сара

5 сентября 1996 года Как прошел вчерашний день? 1. Трансфигурация — все, как обычно. Профессор МакГонагалл вряд ли что-то когда-либо сильно поменяет. Изучим — сразу отрабатывать. В принципе, так у всех, но на Трансфигурации и Заклинаниях всегда все более традиционно, чем на других предметах. Что-то такое. 2. На Защите от Темных искусств все также немного жутко. Прямо как раньше было на Зельеварении. Примерно также. Профессор Снейп сам по себе жутковатый. А теперь еще жутковатый и довольный. 3. А новое Зельеварение показалось интересным. Профессор Слизнорт чуточку странный, но это было ожидаемо. И профессор еще очень присматривался ко всем нам. Особенно его внимание привлекли Ричи и Макс (даже не нужно пояснять, почему), чуть меньше — Джонни. На мне внимания особо не заостряли, но я и это спокойно понимаю. Ведь моя семья, как многие говорят, кто нас знает, сколько поколений уже растрачивает свои таланты в маггловском мире. Это уже словно давняя закономерность, поэтому рисковать и делать ставку на меня или Джесс… Вероятнее всего, это не будет оправдано. Как обычно. А само занятие мне понравилось. Как я поняла, первая встреча с профессором Слизнортом у всех курсов (может, за исключением первого, там для большинства это было бы практически невозможным). Когда мы зашли в кабинет, мы увидели несколько котелков на столе профессора, с разными известными (и, конечно же, сложными) зельями. Нужно было их узнать или угадать. Думаю, таким образом профессор сложил первое профессиональное мнение о нашем представлении о его предмете. И кто лучше разбирается. Хотя бы теоретически. Потом уже было теория, мы варили новое зелье, как обычно. Еще знаю, что на старших курсах первым заданием было «удивить» профессора: сварить за занятие что-то интересное. И призом был маленький флакончик Феликс Фелициса. Удача на один час. Очень и очень даже неплохо, правда. Ну и вроде бы все. 4. Астрономия — как обычно. О, точно еще. Я почти разгадала шифр Мари, сейчас нужно опробовать третье слово… Если получится — тогда напишу сюда. Как раз еще есть полчаса до завтрака. Сегодня вообще не особо спалось… И очень хочется написать новое письмо, но пока что не пришел новый ответ, всего неделя ведь прошла… Я уже соскучилась.

Сара

Расшифрованный текст письма от Мари. .М. Эй, Сара, Здесь не будет ничего очень важного, но это может быть полезно.у. В мире сейчас творится очень много… всякого, поэтому мне и пришла в голову эта идея.з. Я много думала об этом в прошлом году, но обстоятельства явно не совсем… Блин, Амбридж нас всех и так ненавидела, а тут еще какие-то второкурсники шифрованными записками обменивались бы. .ы. Это точно был бы худший исход. Надеюсь, ты достаточно быстро разгадаешь шифр.к. .а. Кстати, я всем придумала разные. Если захочется ответить в том же духе — можешь брать любое слово. Я его разгадаю. Ты знаешь.

Мари

(Все еще) 5 сентября 1996 года Мелодия. Ключевое слово — мелодия. Мари точно загадала всем что-то такое, ассоциации для каждого из нас. Просто уверена в этом. И явно все ближайшие письма и записки от Мари будут с этим шифром, поэтому я сделала себе табличку. Так удобнее, пока еще не запомнила, на это ведь тоже нужно немного времени. Но это круто, правда. И это реально будет полезно. Особенно если что-то случится… Как обычно. Иногда. Бывает так, что я задумываюсь. Зачем я вообще все это пишу, зачем пересказываю, зачем переношу на бумагу? И я не знаю. Зачем я начала писать? Даже открыв первую запись в том блокноте… Я так и не поняла. Зачем? Но я продолжаю это делать. Говорить о том, что произошло. Что может случиться. О чем я думаю. Может быть, это полезно, делиться где-то этим чем-то. Но… Как обычно. Я не знаю. Не знаю. Сама я вряд ли перечитаю все это. Может, только через много-много лет, когда я буду ностальгировать по школьным временам. А потом мои друзья позвонят мне, чтобы встретиться где-нибудь. И мы весь день будем вспоминать юность. И еще иногда. Иногда. Мне так кажется… Ну, вдруг кто потом все это прочтет. Иногда кажется, что я все это записываю для кого-то. Что-то рассказать? Что-то объяснить? Чему-то научить? Не знаю. Я даже понятия не имею, кто этот «некто». Как обычно. Я ничего не знаю. Но пусть будет так. Надеюсь, все это и правда окажется полезным. Хоть для кого-нибудь. Кажется, я так уже делала. Но я никогда не вела дневников.

Сара

Письмо в никуда. Дата: 16 сентября 1996 года

Хогвартс, башня Рейвенкло

К, Как же меня радует, что письма теперь доходят намного быстрее. Хотя сегодня мне почти нечего рассказать, ничего особенного и не произошло в последние дни. Но я знаю, что должна продолжать тебе писать, если только есть возможность. Хотя бы чтобы разбавлять своим почерком твои груды бумаг. Главное, что не происходит ничего совсем страшного. Вроде бы. И это хорошо. Что же рассказать? Как обычно, я даже не знаю… Мой факультет известен не только своим стремлением к знаниям, но и разносторонними, творческими личностями. Поэтому практически каждый вечер в нашей гостиной звучит музыка, кто-то рисует и всякое много подобное. И Макс обязательно играет с кем-нибудь в шахматы. Вот сегодня она учила пару первокурсников. Это так мило. Я совсем не удивлюсь, если Макс и правда займется этим в жизни. Шахматами. Не знаю, сделает какую-нибудь крутую организацию магических шахмат или супер школу. Просто будет что-то такое, как обычно, просто знаю… Я по вечерам пою иногда, когда просят. Или самой захочется. Часто это бывает в дуэте с Ричи или под его гитару. Про Ричи, кстати, тоже все понятно: после Хогвартса он будет учиться в Волшебной Академии Драматических Искусств. А потом… Потом вот не знаю. У него много путей будет. Также все понятно (или почти) у Джонни, Мари… Мел могла бы быть преподавателем. Как и практически вся ее семья. Совсем никто не знает про Анну — с ее семьей… Что они ей выберут… Если только… Про себя тоже не знаю. Как обычно. Меня всегда спрашивали: «Кем бы ты хотела стать?». Не знаю. Еще не знаю. Мы сдаем экзамены на пятом курсе, поэтому еще есть время подумать и выбрать… Свою судьбу? Вроде того. Но это явно не будет что-то нудное, вроде работы с бумажками в Министерстве Магии. Ой. И меня на самом деле очень волнует Мойра. С ней правда что-то будто не так в последние… Да давно уже. Даже если она рядом стоит, вот… мы как будто… Она как пропадает куда-то? Это и ее брат, Арчи, постоянно замечает, но вообще не знает, как поступать. Мойра ведь должна быть рядом. И тогда все будет хорошо. Почему… Не знаю. Как обычно. Мне просто снилось что-то такое. Будто Мойра уходит куда-то в туман. Нет, в дым. Мойре очень нравился всегда дым. Любой. Все остальное, вроде бы, хорошо. И я очень рада, что и у тебя все в порядке. Все же нам везет (: Мне всегда было интересно: а ты умеешь рисовать? Если мы не можем слать фотографии, то, может, хотя бы какие-то рисунки? Как обычно, я люблю предлагать всякую глупость. Я же сама плохо рисую. Только петь и умею. Но, жаль, свой голос я никак не могу записать и отправить. Жаль. Может, когда-нибудь я напишу тебе песню, хоть что-то. (: Но мне пора, еще… увидимся? Пусть и через письма. Люблю,

Сара

5 октября 1996 года Хм. В прошлом месяце у гриффиндорцев был глобальный просмотр игроков в сборную по квиддичу. Обычно все не так масштабно, просто с этого года капитаном их команды стал Гарри Поттер. Потому у них такой ажиотаж. Слышала даже, что некоторые ребята с других факультетов тоже ходили пробоваться. Вот глупые. После этих проб еще этот парень, как же его, мне Колин рассказывал… Маклаген, вроде бы, он весь день ходил не туда, вообще не туда. В Большой зал он вошел со второго раза. Сначала он вошел в стену. Да и потом несколько раз сталкивался с людьми. Анна говорила, что на пробах Маклаген очень глупо пропустил последний мяч: бросился в противоположную сторону. Мне потом тоже самое, только чуть подробнее Колин рассказывал… Интересно, откуда Анна знала почти сразу все про этот отбор, если ее там не было? Мне иногда кажется, что она начала общаться с кем-то еще. Думаю, это мило. Анна и правда стала общительнее за эти два года… Снова были нападения дементоров. Еще какого-то парня (мне сказали, что она работал в автобусе «Ночной рыцарь») арестовали, подозревают в связях с Пожирателями смерти. Да уж. И гибнут люди. Знаю, что уже несколько человек забрали из Хогвартса. Например, Ханну Эббот, с которой немного общалась Мел, забрали после смерти матери… Почему все это случается…

Сара

18 октября 1996 года Несколько вещей: 1. Как обычно, поздравили Ричи с днем рождения. Мы подарили блокнот. Что в нем такого? Для начала, он для того, чтобы Ричи мог написать и выучить еще много-много песен и аккордов. И еще мы его сами сделали: Макс купила все материалы; Мари разлиновывала страницы (надеемся, что получилось нормально. Хотя, если учитывать, что Ричи на каком угодно клочке бумаги может писать что угодно, в том числе конспекты…); Мел написала несколько строчек от всех нас (мы все просто обожаем ее почерк) и еще купила новое перо; Джонни все сшил в одно целое (мне кажется, что дома, в своем центре, именно он скрепляет все документы… Они точно делают это вручную, чтобы случайно не испортить магией никаких заметок)… А Анна нарисовала обложку. Это что-то вроде абстрактной ноты из плавных темно-синих и темно-зеленых линий на черном фоне. Не знала, что Ричи еще и зеленый нравится… А я просто подала идею и организовала наши традиционные фотографии. Черт, по сравнению с остальными я правда очень мало сделала… Но. 2. Фотографии в этот раз делал Колин. Звучит странно, но я просто имею в виду, что недавно он пришел, ну и… Он ведь запомнил, когда у каждого из нас дни рождения, поэтому никогда не забывает нас поздравлять и делает фотографии. Если в свои дни рождения мы находимся в Хогвартсе. Вот про это он со мной и решил поговорить. Колин заметил, что это у нас уже традиция: собираться, дарить подарки, а еще ходим упрашиваем его пофотографировать чуть-чуть. Колин переживал, что когда-нибудь у него не будет возможности нам помочь. Ну и у тех, у кого дни рождения в каникулы… У нас ведь нет фотографий с тех дней, и правда, так что… Он подумывал о том, что можно меня немного поучить фотографировать. Когда я спросила про проявку, то он сказал, что может пока сам этим заняться. Из-за того, что камера волшебная, особых трудностей не должно быть, вроде смазанных кадров. Но Колин все равно упорно снимает так, словно любое случайное движение может испортить кадр. Все-таки магглорожденные — потрясающие люди. 3. Я совсем забыла написать о том, какую фразу в этом году выбрали наши старшекурсники. Si vis pacem, para bellum. Хочешь мира — готовься к войне. Думаю, нет нужды подробно пояснять причины такого выбора. Как обычно. 4. Завтра мы идем в Хогсмид. Я столько слышала про эту деревню, просто не могу дождаться, чтобы посмотреть там все-все! И еще Колин предлагал уже завтра что-нибудь пофотографировать в Хогсмиде, если найдется время. Я просто уверена, что все будет классно! 5. Профессор МакГонагалл — анимаг, превращается в полосатую кошку. Хоть я и волшебница, но всегда могу сказать, что в магии есть что-то невероятное. Кстати, даже заметила: в анимагической форме у профессора МакГонагалл есть отметины вокруг глаз, похожие на ее очки. И мне почему-то кажется, что Джонни непременно спросил: «А в дракона можно превращаться?». Джонни, как обычно, просто не могло не прийти это в голову. Это же наш Джонни. 6. Прорицания… Мне нравится суть предмета, но насчет профессора Трелони я не уверена. Я не могу принять за истину все ее слова, но что-то полезное и она говорит. Когда это не связано с бедами, несчастьями или смертями. Точнее, когда она НЕ пытается напугать Хелен Шафик — единственную слизеринку на нашем курсе Прорицаний. Не знаю, почему в этот раз я решила написать все по пунктам. Может, чтобы ничего не забыть. Или попытаться быть более организованной? Как обычно, не знаю. Но, как обычно, я явно что-то снова забыла. Думаю, к следующему разу я про это что-то вспомню. Наверное. Как обычно.

Сара

26 октября 1996 года Начну, наверное, с неплохого. Несмотря на жуткую погоду, мы классно провели время в Хогсмиде. Жаль, правда, с Колином в тот день мы так и не смогли встретиться. Зато увиделись вчера, я попробовала пофотографировать. Это так круто! Хотя, как обычно, я просто уверена, что у меня получилось не слишком хорошо, а Колин просто очень добрый, поэтому и говорит, что вышло неплохо. Позже он проявит снимки, но мне уже страшно: я ведь определенно впустую потратила несколько кадров с его пленки. Думаю, потом нужно будет купить ему пленку: за все те снимки, которые он сделал для нас. Я верю, что когда-нибудь он и правда станет безумно известным фотографом. Мы заглянули в кучу мест, вроде «Сладкого королевства» и «Трех метел», издалека посмотрели на Визжащую хижину. Может, мы бы и ближе подошли, но погода желала нам хорошего дня где-нибудь в теплых помещениях. Самым классным во всем этом было то, что мы все были вместе: брат Анны не смог ее никуда утащить, потому что был наказан профессором Вектор. Джесси где-то гуляла с Арчи, как обычно, и никакая погода не помешает. Когда же они уже скажут, что они вместе? Колин провел день со своими друзьями и братом, а Мойра… Мойру в тот день я совсем не видела, поэтому даже не уверена, что она была в Хогсмиде… Но я виделась с ней сегодня, встретились в совятне. Обычно я ей много рассказываю, но в этот раз я почему-то не стала говорить про то, что Колин учит меня пользоваться камерой. Мойра никогда не говорила этого прямо, но Колин ей точно почему-то не нравится. Если честно, мне иногда кажется, что Мойру не слишком пугает все, что сейчас происходит в мире. Не сильно волнует, будто бы ей все равно… Ей словно… Нет, это слишком странно. Не знаю, как обычно. Даже я не всегда могу понять Мойру. Но в Хогсмиде еще случилась и одна не сильно хорошая вещь. Точнее, то, что произошло, совсем плохо. Одну девочку с Гриффиндора, Кэти Белл, кто-то серьезно проклял. Ее даже увезли в Больницу святого Мунго. Говорят, она дотронулась до какого-то предмета, и… Все это просто случилось. Надеюсь, она скоро поправится. И это очередной повод для того, чтобы быть немного осторожнее…

Сара

6 ноября 1996 года Я бы хотела побывать в Греции. Мне пару дней назад пришло это в голову. Не думаю, что это выйдет в ближайшем году. Или даже через год… Но дома я точно поищу, куда можно было бы съездить. Когда-нибудь я туда точно съезжу. И еще в кучу мест, где я еще никогда не была… Как обычно, я не знаю, когда, но все точно будет. Черт, я совсем забыла… Я же хотела узнать про того парня, который когда-то работал у мистера Ли. И я ведь несколько раз точно собиралась этим заняться, но вечно… Постоянно вдруг просто забывала. На этой неделе этим точно нужно заняться, завтра же поспрашиваю кого-нибудь со старших курсов… Мне правда очень хочется узнать, кто же он… Должен же хоть кто-то… А мы сейчас ломали голову над подарком для Макс. Просто когда думаешь о ней, то в голову сразу приходят одни лишь шахматы… Но нельзя ведь вечно дарить ей только что-то шахматное. Поэтому мне пришла в голову идея: а если пойти по другому пути? Вообще не думать, как обычно, про шахматы, шашки и прочее подобное. Поэтому, спустя три дня раздумий и размышлений, мы решили подарить ей книгу на французском. Макс вообще не знает французский язык, но это любимая книга Макс. А любой когда-нибудь хотел бы прочесть любимое произведение в оригинале. Поэтому Макс точно выучит и сделает нужное для того, чтобы прочитать эту книгу еще раз (а может и больше). В этом плане она крайне упертая. Макс всегда сможет найти свое рациональное и эффективное средство для достижения поставленной цели. Именно поэтому она и играет в шахматы настолько хорошо, что на нашем факультете ей нет равных (и на многих курсах других): она умеет решать возникающие проблемы на шахматной доске. И решать эффективно. Правда, в настоящей жизни у нее пока не так хорошо в этом плане, но с этим она тоже справляется все лучше и лучше. Она пока просто недостаточно уверена в своих силах. Но она справится и с этим на отлично. Я верю. Это ведь наша Макс. А еще это станет для нее новым интересным занятием. Помимо шахматного дела. Le Petit Prince.

Сара

Письмо Жаклин Артис-Джонсон, датированное 10 ноября 1996 года.

Хогвартс, башня Рейвенкло

Бабушка, Я так рада, что вы с Эби наконец-то увиделись! Вы ведь не виделись так много лет… Надеюсь, что в следующий раз вы все вместе сможете снова собраться. Когда семья рядом, это ведь… Семья. Я очень надеюсь, что вы хорошо проводите время. И я рада, что тебе снова лучше. Как бы я хотела, чтобы ты меньше болела. А лучше бы вообще не болела… Эби до сих пор рисует? Это круто. На протяжении стольких лет успешно заниматься любимым делом. Она могла бы даже быть примером в какой-то степени, даже несмотря на то, как она окончила Хогвартс. И ведь снова дома появится пара ее новых картин? Знаешь, это все-таки забавно очень. Художница с фамилией почти художник создает невероятные картины и уже в десятый раз устраивает художественную выставку своих работ. Надеюсь, когда-нибудь мы все вместе однажды слетаем к Эби в Хьюстон, на ее выставку. С прошлого письма ничего нового не произошло. Папа все еще о чем-то сильно беспокоится и очень часто пишет. Но у меня все хорошо. В Хогвартсе безопасно, все в порядке. Мне уже пора бежать, но я скоро снова напишу. Передавай привет дедушке. Люблю,

Сара

14 ноября 1996 года Мы подарили ей книгу только вчера, но Макс уже пытается учить французский. Точнее, она пока что просто нашла несколько слов, которые она точно знает. И еще она написала домой, попросила прислать словарь. Какой-нибудь потолще. Думаю, ее родители удивятся такому: Макс и новое увлечение, НЕ связанное с шахматами или какой-либо другой настольной игрой, как это обычно. Я немного говорю на французском, поэтому Макс всегда может обратиться ко мне за помощью. Но она сделает это еще не скоро, она до последнего будет пытаться все сделать сама, как обычно. Да, и для меня вчерашний день был первым опытом самостоятельных фотографий: у Колина слишком много дел на этой неделе. Поэтому вчера утром он вручил мне свой фотоаппарат, поздравил Макс и убежал на свои занятия. Сегодня вернула. Сказал, что вскоре все проявит и отдаст нам. Надеюсь, фотографии получились нормальными. Конечно, они будут не такими крутыми, как у Колина, но он всегда говорит что-то вроде «нужно же с чего-то начинать», «я тоже не с первого раза сделал что-то такое». Как обычно… И тут я поняла; а ведь мы начали всю эту череду празднований именно с дня рождения Макс на первом курсе. Тогда еще Деннис с нами общался больше. Сейчас он в основном общается со своими, гриффиндорцами (с Мари и Джонни в том числе, просто именно с остальными из нашей компании меньше). С Колином теперь больше общаюсь именно я. Как-то так вышло. Как ведь случается. А ведь с Мари мы тоже не сразу начали общение. Просто Джонни, с которым хорошо общался Ричи, привел Мари тогда и… Теперь вот мы все друзья. С Макс мы начали дружить как соседки по комнате, Мел просто оказалась невероятно классной с первой же минуты нашего знакомства. Ричи — вездесущ и просто как-то к нам прибиться решил (но я просто уверена, процентов на 80, что он это еще и для того, чтобы бесить меня. Успешно). А Анна… Как же Анна попала в нашу компанию? Совсем не помню. Не знаю даже, кто тогда позвал ее с нами на пикник. Может быть, это была Мел? Это вполне в ее духе. И я правда рада, что все именно так. Думаю, это лучший вариант, который только мог бы быть. Кажется, сегодня мне снилось что-то крутое, но я не могу вспомнить, что. Жаль, мне ведь не так часто что-то снится. Ведь мои сны (как мне кажется) особенно интересные, и часто как будто совсем настоящие… И еще надо бы с ребятами решить, где мы проведем Рождество. Вроде бы Мари говорила, что у нее дома что-то будет (просто представляю реакцию ее родителей на проколы в ушах), но мы еще будем решать. Все вместе. Как обычно.

Сара

Письмо в никуда. Дата: 1 декабря 1996 года

Хогвартс, башня Рейвенкло

К, Снова ты пропадаешь. Как жаль, что я никогда не смогу полностью понять все это. Хотела бы я тоже путешествовать, как и ты. Было бы это возможным… В Хогвартсе ничего особенного не происходит, даже рассказывать нечего. Может, это даже хорошо, потому что каждый раз, когда я описываю всякую свою рутину, мне кажется, что это немного скучно читать. Ведь у меня все слишком обыденно, особенно, по сравнению с твоей жизнью. Похоже, это письмо не выйдет слишком длинным… Ну и ладно, тебе ведь проще будет отвечать, быстрее. И я очень буду ждать ответ. Мне всегда интересно читать все твои рассказы. Правда, все кажется таким невероятным. Я бы даже не поверила, если бы не знала, что все это — правда. Вот бы… Как обычно. Кстати, может, это сейчас будет странно или глупо, но я все-таки хотела бы спросить. Ведь мы общаемся уже достаточно давно, а я все еще не знаю, когда у тебя день рождения. И сколько тебе лет на самом деле. Просто знаю, что ты немного старше меня. А мне хотелось бы хоть раз поздравить тебя, как и ты меня поздравляешь. Пусть время на самом деле простая человеческая условность. Но, все же, мне хотелось бы узнать. У вас ведь всегда тепло? Немного грустно, наверное, когда совсем не бывает холодов и снега. Особенно в зимние праздники. Как обычно, жаль, что я не могу даже прислать тебе подарок на Рождество. Только письмо с не самым крутым рисунком. Но это все, что я могу. Как обычно. Кажется, мне больше нечего написать, но я так и думала, что письмо выйдет совсем небольшим. Нет, точно вот еще: ты точно не был в нашей Британии? Просто часто кажется, что ты прожил тут очень долго, от этого и всё про всё знаешь. Серьезно. Но пора заканчивать. Удачи и света тебе в пути. Люблю,

Сара

10 декабря 1996 года Мы решили провести зимние каникулы у Мари. На самом деле, там еще пару дней будут и все наши семьи, кроме родителей Мел (в общем-то, их звали едва ли не в первую очередь, но мистер Паркер вежливо отказался: им точно было бы немного неловко в компании знакомых друг с другом волшебников, тем более еще и чистокровных) и Анны (они отчего-то не сильно ладят с Рэдфилдами). Но нам главное, что мы все будем вместе. И это будет очередное невероятное Рождество с друзьями. Вместе. Когда я стану старше, закончу Хогвартс, выйду замуж, я бы хотела построить свой дом в каком-нибудь приятном месте… У семьи Джонсон ведь нет своего поместья или чего-то подобного уже давно: бабушка с дедушкой много лет жили в Лондоне, пока не вернулись в дом Артисов в Равенскаре. Точно не знаю, почему так, я просто знаю, что давно уже каждый член нашей семьи сам находит себе дом… Но я не о том. Будет свой дом. И мы бы все продолжили дружить, дружить уже семьями. И, хотя бы иногда, мы могли бы снова отмечать Рождество все вместе. Но хватит уже о далеком. В Хогвартсе все также ничего нового, даже записывать как-то нечего по этому поводу. Хотя сейчас три ночи, и я снова не сплю, а сижу в гостиной возле камина. И снова у нас немного дует. Думаю, это запросто поправить магией, но никто никогда этого не делает. Ведь и это — неотъемлемая часть атмосферы нашего факультета. Всегда тепло от огня должно быть в гостиной Гриффиндора. У слизеринцев всегда немного сыро, но от этого не избавиться никак, ведь они прямо под озером. В гостиной Хаффлпаффа определенно царят тепло и уют круглый год, но не от камина; думаю, у них с этим своя подземная хитрость. У нас же чуть прохладно. Чтобы мыслить трезво, а ум был ясным. Мне кажется, в каждой гостиной факультета должны быть свои секреты, о которых почти никто не знает, кроме учеников именно этого факультета. И об этом всем точно не найти в обычных книгах, вроде «Истории Хогвартса». Наши личные истории, легенды, тайны, секреты, тайники. Хотелось бы найти нечто такое. Даже стало сейчас интересно: нужно будет у кого-нибудь спросить. Может, папа или бабушка знают что-то такое, о чем сейчас вряд ли помнят многие. А в августе я думала на неделю или немного больше позвать ребят к себе, а перед отъездом в Хогвартс Мел очень хотела бы показать нам свой дом и познакомить с родителями. Правда, пока она говорила об этом только мне, потому что боится, что могут быть сложности у Анны из-за того, что Мел — магглорожденная, и… Было бы неплохо, если бы Фолл думали, что Анна будет в это время у меня, например (на самом деле, это уже предложила я, потому что Мел никак не могла придумать, что же делать, но она очень хотела позвать и Анну тоже). Это очень мило, Мел правда всегда очень хочет, чтобы мы все были вместе. (Поэтому она и «клей»). Это правда круто. Но пора уже спать.

Сара

24 декабря 1996 года Мы так удивились тому, что на Мари почти что не ругались за проколотые уши. Хотя количество проколов ее родителям точно не особо понравилось. Но Мари, кажется, это не сильно волнует. Главное, что ей нравится. И мне очень нравится у нее дома; здесь и вполне уютно, и сразу видно, что Рэдфилды — чистокровная и все еще несколько аристократичная семья. Например, про телефон они так и не знают, хотя после моего дома Мари (да и Макс своим тоже) пыталась рассказать им немного об обычной маггловской технике, которой пользуется моя семья… Но, кажется, для многих чистокровных все это слишком сложно. В такие моменты я всегда очень радуюсь тому, что меня учили вещам сразу из двух обоих миров. Например, я знаю основы маггловских наук, вроде алгебры и естествознания. Я считаю это крайне полезным: просто уверена, что когда-нибудь это может пригодиться. Как говорит папа: «Стоит быть готовым ко всему». Хотя лучше бы это все пригодилось только в плане общего развития. Сайксов тут нет, а Мойра все еще не ответила на мое поздравление. Это странно: обычно 24 декабря она писала всем ответы, а также поздравляла с Рождеством. Может быть, сова завтра еще будет? Я надеюсь. Просто от Джесси (а она от Арчи) знаю, что Мойра проводит Рождество не с семьей, а у какой-то из подруг. Правда, почему-то Арчи в этом не уверен. Он не объяснял, но, кажется, в последнее время он часто не верит Мойре. Это… Странным не могу назвать, все как-то сложнее. Похоже, есть какие-то причины. Просто так Арчи ничего не делает и не думает. Все, больше нет времени что-то записывать, поэтому просто такая маленькая заметка о происходящем вокруг. Да и пора бы уже прятать блокнот… Точно, еще оказалось, что кузен Мари (кажется, у них семейная любовь к длинным именам), Джейкоб (Питер Артур Джеймс), любит фотографировать (конечно, делает это он не так хорошо, как Колин), поэтому принес с собой фотоаппарат. И поэтому теперь у нас будут рождественские фотографии. Это правда очень круто.

Сара