Оборотни и не только.

      Лидия открыла глаза и тяжело вздохнула. Уже, наверное, часа два ночи, а она всё никак не может уснуть. Бессонница мучит её уже порядочное количество времени, от чего у девушки появились прекрасные синяки под глазами. Но банши даже привыкла к подобному. Каждую ночь в голову мисс Мартин лезли разные мысли, в душе росло чувство душащей тревоги, экссудатирующей воздухоносные пути и набирающей обороты с каждой новой минутой, с каждым вздохом.       Откуда только у неё появилось острое ощущение, будто ей катастрофически чего-то не хватает? Хотя, если быть честной, ей не хватает не чего-то, а кого-то. Но кого же? Со Скоттом, её лучшим другом, она виделась сегодня в школе. Малия же, как обычно, не пришла на алгебру, заранее предупредив о своём намерении не идти на «самый непонятный, а потому бессмысленный, предмет». Но недостатка в дружбе девушка не испытывает, так как редко бывает одна.       Да и потом, последний учебный год начался достаточно спокойно, не считая появления Дикой Охоты, которая сейчас куда-то пропала. Они явились, словно призраки, неизвестно, откуда. Так они и ушли: тихо и незаметно. Теперь жизнь шла своим обычным чередом. Спокойным чередом. Аж тошно.       Тогда почему Лидия так недовольна? Откуда это сильное чувство угнетающей пустоты?       Потянувшись рукой до мобильного телефона, который лежал на деревянном прикроватном столике, Мартин посмотрела на часы. — Отлично, Лидия. Три часа ночи, а сна ни в одном глазу, — пробормотала банши, убрав рыжие волосы назад. Положив мобильный на место, девушка перевернулась на бок и уставилась на стену, позволяя цепочке хаотичных мыслей вести себя всё дальше и дальше. Наконец, спустя минут сорок она уснула. — Стайлз? — услышала девушка собственный голос во сне, что дрожал и был слишком тихим. — Ты здесь?       «Кто такой Стайлз? Почему я его зову?» — в то же время подумала Лидия.       Оглядевшись, она поняла, что находится в тёмном широком коридоре, который принадлежал, кажется, их школе. Почему она ищет какого-то Стайлза именно здесь, да ещё и посреди ночи? — Стайлз! — зачем-то снова крикнула Мартин, но в ответ была та же жуткая тишина. Не удовлетворившись этой тишиной, девушка решила пройти в кабинет химии. Шаги банши отдавались эхом стучащих каблуков. И тут возник новый вопрос: почему именно кабинет химии?       На самом деле, Лидия давно уже привыкла к тому, что часть её, которую все называют банши, постоянно заставляет девушку следовать за своей интуицией, порой забывая о рассудке. Шестое чувство связывается со своей обладательницей самыми разными путями: девушка то рисует непонятные деревья на листе бумаги, то идёт, будто во сне, непонятно, куда, а иногда и вовсе кричит, предвещая смерть. Посему, Мартин не стала сопротивляться своим ощущениям даже во сне.       И вот, открыв дверь, она переступила порог класса. — Стайлз? — девушка звала его уже в который раз. — Лидия? — послышался тихий и неуверенный ответ. Сердце бешено заколотилось, когда уши банши уловили в этом голосе знакомые нотки. Дыхание участилось, также причиняя лишние неудобства. Нахмурившись, рыжеволосая стала оглядываться в поисках того, кто это сказал.       Этим человеком оказался парень, который стоял возле небольшого деревянного шкафчика с различными стеклянными колбами, длинными пипетками и реактивами. Подойдя ближе, Лидия закрыла глаза и постаралась глубоко вдохнуть, чтобы сохранить хоть какое-то самообладание. К сожалению, в темноте не было возможности хорошо разглядеть лицо парня, но юная особа чувствовала, что прекрасно знает его. Чёрт возьми, да она его любит! — Ты помнишь меня? — спросил вдруг Стайлз. Сомнений уже не было — это он.       Теперь этот вопрос показался Лидии глупым. Конечно, она его помнит! Как она могла его забыть? Как она могла все эти бесконечные недели жить, толком не помня Стилински и не пытаясь найти хотя бы признаки того, что он действительно существует? Что это не плод её богатого воображения? Почему она до сих пор не сошла с ума от тоски? Хотя, не стоит быть так уверенной в том, что она сейчас в адекватном состоянии.       А ведь она знала, что что-то не так, она чувствовала, что все эти знаки и предчувствия правы, но ей не хватило уверенности, чтобы настоять на своём. До чего же ты опустилась, Лидия Мартин… Так не доверять себе! — Помню, — выдохнула девушка. — Я знала, что не схожу с ума, Стайлз. Я знала, что ты реален! — на глаза начали наворачиваться слёзы, голос дрожал. И почему она хотя бы во сне не может сказать этого спокойно? — Тише, Лидия, не плачь, — Стилински протянул девушке руку. Мартин дотронулась до неё, чтобы удостоверится, что это не призрак. Рука была тёплой. — Что… Что я должна сделать? — глотая воздух, спросила рыжеволосая, всеми силами сдерживая рыдания. — Просто… помни меня. Помни, что я люблю тебя, — уверенно и спокойно ответил Стайлз. Разве она уже не слышала этого раньше?       Рыжеволосая снова сглотнула подступивший к горлу ком, который был похож, скорее, на какой-нибудь булыжник, и закивала, сжав ладонь Стилински, будто это могло вернуть его и все воспоминания, бессовестно украденные Дикой Охотой.       Открыв рот, Лидия с ужасом осознала, что ничего не сможет сказать. В горле пересохло, все слова вдруг забылись. Стайлз будто почувствовал это. Так было всегда: каким-то чудесным образом он всегда понимал, когда что-то не так. Он заранее знал, что она чувствует. — Ну что ты, — смешно, но по его голосу можно было подумать, что он слегка улыбнулся. — И не из таких передряг мы выкарабкивались, верно?       «Верно» — подумала Банши. Она вспомнила, как в него вселился демон, именуемый нагицунэ. Пожалуй, именно тогда она впервые ощутила животный страх, что может потерять Стайлза. Его тогда было не узнать, но даже в той ситуации он умудрился остаться хорошим другом и…       Внезапно, парень потянул девушку к себе и крепко-крепко обнял. Мартин закрыла глаза и прикусила губу, чтобы всё же не заплакать. Она сможет, она сдержится. Ну не имеет она права при нём плакать, что тут поделаешь?       И тут сон жестоко оборвался. Было похоже на то, будто порвалась тонкая нить, которую только что собирались вдеть в ушко иглы. То крохотное мгновение сна, подарившее ей мимолётную встречу с любимым рухнуло ледяным водопадом.       Банши тут же резко вскочила, вырванная из сна. Дыхание было в норме, но сердце по-прежнему колотилось. Посидев так минуту, она начала вспоминать сон. Теперь Лидия не стала себя сдерживать. Она закрыла лицо руками и дала волю слезам. «Мне кажется, между нами есть связь. Безмолвная, конечно, но» «Если ты умрёшь, я сойду со своего грёбанного ума» «Так кричи, Лидия. Кричи!» «Помни, что ты была первой, с кем я танцевал на школьном балу» «Ты такая умная, что я готов расцеловать тебя прямо сейчас!»       Воспоминания давили на девушку, словно четыре стены её просторной комнаты. Всё, что они пережили и кем друг для друга стали. Та паническая атака, ужасные доктора и то, как Стайлз спас её… Всё это не может исчезнуть бесследно. По крайней мере, Лидия сделает всё возможное, чтобы предотвратить подобную несправедливость.       Вспоминая всё произошедшее, предвестница смерти поднялась с кровати и подошла к зеркалу. Спутанные рыжие волосы, заплаканные глаза, нездоровая бледность лица… Весьма жалкий вид. Она не может появиться в школе вот так, не может показать кому-либо, что ей плохо. — Возьми себя в руки, Лидия. Что это с волосами? Что с цветом лица? Нужно чаще бывать на свежем воздухе… — спокойно сказав это, Мартин слегка трясущейся рукой взяла расчёску, лежащую возле зеркала.