Оборотни и не только.

— Стайлз, ты меня слышишь? — встревоженная Лидия едва коснулась плеча парня. Стайлз был слишком бледен, будто сейчас упадёт в обморок, еле стоял на ногах, а его взгляд метался из стороны в сторону, словно молодой человек искал место присесть или прилечь.       Но ответа на свой вопрос девушка не услышала. Стилински медленно повернулся к ней спиной, не слушая собеседницу. — Стайлз, что с тобой? — вновь спросила девушка, внимательно глядя на парня. Теперь она взяла Стайлза за руку и почувствовала, что он весь дрожит, как осиновый лист. — Кажется, у меня паническая атака, — сбивчивое дыхание мешало Стилински говорить, но юноша храбро пытался держать себя в руках, насколько это было возможно. Однако карие глаза выражали сильный испуг, непонимание и просьбу о помощи, когда банши в них заглянула. В какой-то момент это состояние передалось и ей, так что Лидия и сама начала нервничать, её слегка передёрнуло.       Недолго думая, Мартин крепко сжала ладонь Стайлза и быстро повела его в раздевалку мимо толпы кричащих и бегающих школьников. Здесь, к счастью, всегда было мало людей. В этом помещении было полно вешалок, шкафчиков и, конечно, ни одна раздевалка не обходится без душевой кабины, коих тут было аж две.       Когда они оказались одни, Стайлз сел на пол, спиной оперевшись о чей-то железный шкафчик, и стал дышать ещё чаще. — Стайлз! — говорила Мартин спокойным и ровным голосом, заставляя одноклассника сконцентрироваться. Этот психологический приём иногда помогает успокоиться. — Посмотри на меня. — И он посмотрел. В глазах — та же паника, вспотевшие ладони всё ещё дрожали. — Попытайся сосредоточиться на моём голосе, — тем же тоном попросила банши, всё также глядя на измученного парня. — Не знаю… подумай о чём-нибудь хорошем, приятном.       Ничего не получилось: паника никак не проходила. Юноша положил руку на грудную клетку в области сердца. Это плохой признак.       В своей голове Лидия тут же стала лихорадочно перебирать всё, что знает о панических атаках.       Паническая атака — физиологическое состояние повышенной тревожности, когда человеку становится трудно дышать. Это, в свою очередь, вызывает страх, что лишь усугубляет положение. В таких случаях следует замедлить дыхание — это успокоит сердцебиение и поможет снизить ощущение тревоги. — Слушай, — почти прошептала Мартин, присев рядом со Стайлзом, руками разглаживая ткань нежно-голубого платья, — просто… попробуй дышать медленнее.       Снова безрезультатно. У Стилински не получалось успокоиться.       И тогда Лидия решила пойти на отчаянный шаг. Скорее, экстренный, в данной ситуации. То, что она хотела сделать, несомненно, повлияет и на неё, и на него. Слишком давно в воздухе витала атмосфера чего-то необъяснимого, какой-то безмолвной связи между ними. Девушка знала о чувствах Стайлза, но едва ли воспринимала их всерьёз. Но теперь, видя его таким испуганным и потерянным… Может, поэтому ей пришла в голову такая странная идея? Всё дело в том, что она тоже что-то к нему испытывает? Все эти мысли роем дрозофил кружились в голове, не задерживаясь надолго, ведь действовать следовало быстро.       Держа голову парня в руках, девушка успокаивающе погладила его по щекам и… поцеловала, медленно и осторожно. В этот момент с ней произошло нечто странное, как она и ожидала. Она подумала о том, что не хочет, чтобы это заканчивалось. Каждая секунда тянулась медленно и вальяжно, будто кто-то замедлил часовые стрелки, чтобы растянуть это мгновение. Лидия подумала ещё и о том, как она привыкла к смешному и бешеному Стайлзу. Сколько раз они попадали в различные передряги? Сколько раз он оказывался прав, когда что-то происходило? Мартин подумала, что, возможно, она его любит. Снежная лавина воспоминаний и внезапно вспыхнувших чувств обрушилась на банши, которая даже куртку не надела.       Оторвавшись от Стайлза, Лидия посмотрела на него с широко открытыми зелёными глазами, полными удивления и некоторой растерянности. Если бы ещё сердце так сильно не стучало! — Что это… — молодой человек, наконец, успокоился. Его дыхание постепенно выровнялось, тревоги не было и в помине. Видимо, сейчас они оба забыли о том, что эта паническая атака вообще была. — Я прочла где-то, — говорить Лидии было трудно, в горле застрял холодный снежный ком из нужных слов, но она всё же продолжила, — что при панических атаках следует задержать дыхание. И, когда я тебя поцеловала, ты его задержал. — В самом деле? — в этот момент Стилински выглядел, как ребёнок, который потерялся. — Да, в самом деле, — Мартин слегка улыбнулась, убедившись, что её план сработал. — Это… было умно, — парень глубоко вдохнул, не отводя восторженного взгляда от девушки. Давно ли он так на неё смотрит? Лидия не знала ответа. — Спасибо, — оставаясь сидеть на полу, ответила девушка, думая о том, что её жизнь уже не будет прежней.