Дверь номер четыре (Из серии "Все хотели... Дэрила")

«Скоро» наступило через пару часов, когда Дэрил уже от нечего делать валялся на кровати в своей комнате, пытаясь уснуть, но лишь проваливаясь в легкую дрему. Ниган постучал и сам приоткрыл дверь. Охотник настороженно уставился на него. - Дэрил, ты не спишь? Отлично. Пойдем со мной. Они пришли в комнату Нигана. Дэрила пробрало нехорошим тоскливым предчувствием. Не зря. - Раздевайся, - негромко скомандовал Ниган. Дэрил обмер. Внутри словно все смерзлось под дуновением ледяного ветра, упало холодным комком в душу. Ниган, видя его нерешительность, сделал нетерпеливое движение рукой. И охотник начал медленно, путаясь в деталях одежды, пытаться стянуть ее с себя. Свитер. Ботинки. Носки. Рубашка – пуговица за пуговицей. Нерешительно помялся, прежде чем потянуться к молнии на джинсах. Когда остался, не считая перевязки, в одних трусах, снова замер. - Давай, детка, - ободряющий шепот. Мужчина вздыхает, но подчиняется. Медленно, неловко стягивает трусы. Распрямившись, он не поднимает головы. А ведь ему не в первый раз быть обнаженным перед врагами, в частности – перед Ниганом. Тогда почему же так коробит от смущения?.. - Повернись. Медленно. Руки в стороны. Так… а теперь руки за голову. Да, так, - довольным голосом командует Ниган. Этот голос… он опустился до интимного тона, стал бархатистым, с чуть заметной хрипотцой. И он был до чертиков довольным. – Молодец. Теперь прогнись в поясе, задницу назад, плечи назад, понял? Прогнись, мой мальчик. Вот так… отлично. Черт, ну и шрамы у тебя… Кто тебя так? - Отец, в основном, - еле слышно отвечает Дэрил, но Ниган услышал. - Подонок. Судя по шрамам, он едва не убил тебя. Дэрил еле слышно хмыкает. Едва не убил, да. Несколько раз. И что же. Это все в прошлом. А в настоящем… - Как так вышло, что у тебя темные волосы? Смотрю на тебя и вижу, что у тебя все от бровей до волосков на ногах такое, ну, светлое. Русое. Особенно на лице. Щетина, ресницы, волосы под мышками и на груди, и на ногах… Везде ты светленький. Только в паху и в низу живота темнее. А волосы темные. Темный шатен, почти брюнет. Как это? Ты должен быть светловолосым. Может, у тебя особенная мутация случилась, когда все просто стали потенциальными ходячими трупами? – в голосе Нигана слышался неподдельный исследовательский интерес. - Не знаю, - бормочет Дэрил. Самому вот интересно было. Не то чтобы он был не рад – если бы ходил с волосами посветлее, был бы похож на Чубаку. Так вроде лучше. Ну и, конечно, не то чтобы его очень волновал вопрос о собственной внешности во время апокалипсиса, но… - У тебя… красивая фигура, - голос звучит внезапно близко, и чужие руки скользят по телу, и у Дэрила перехватывает дыхание, потому что так с ним делать нельзя, он слишком остро на все реагирует. – И аппетитная задница, - рука оглаживает ягодицы. И так тоже делать нельзя, за задницу его трогать. Блядь, страшно… и стыдно до обморока. Он тут голым по всему Убежищу ходил, валялся в камере, выстаивал под пристальными взглядами других людей, покрытый только грязью и немного своей кровью, для разнообразия. Но стыдно не было. Только как-то… очень некомфортно. Ощущение еще большей беззащитности. А вот сейчас – стыдно. - Эй, детка, дыши, - шепчет над ухом Ниган. – Я ничего пока не делаю… Ничего страшного, видишь? – он успокаивающе говорит, а руками продолжает оглаживать напряженное тело. Скользит ладонями по ребрам, забирается вперед, на грудь, гладит соски, потирает их, опускается ладонями на живот, на бедра… Руки замирают на бедрах, сжимают чуть сильнее. А потом руки исчезли, Ниган отступил на пару шагов. В сторону кровати, блин. - Иди сюда. Ложись. Охотник замешкался. В голове мелькнуло что-то вроде «иди на хуй» и «не в этот раз, живым не дамся». В самом деле, да что это он, серьезно должен просто взять и согласно подставиться?!. - Не делай глупостей. Ты знаешь цену вопроса. Иди в кровать, - осадил его строгий низкий голос. Чтоб тебя… Пока Дэрил сидел под одеялом, пряча лицо за завесой волос, Ниган быстро и уверенно раздевался. А затем нырнул под одеяло к парню. - Ну вот, детка, вот мы и на месте. Не бойся, все будет хорошо. Иди ко мне… Дэрил тихо фыркает. Насмешливо, скептически. Все будет хорошо, говоришь? Детка, да? Отлично. Ниган прижимается всем телом к своему… хм, пленнику? – и обнимает его. Нежно и осторожно обнимает, проводит руками по всему обнаженному телу. - Как ты обычно спишь? – вдруг тихо спрашивает бандит. - Мм? – не понял вопроса Диксон. - Ты спишь полностью раздетым, в трусах, в пижаме… Как ты обычно спишь? – мягко улыбается спросивший. - Как придется, - про себя недоумевает охотник. Что за вопросы? - Часто спишь обнаженным? – продолжает гладить его тело мужчина. - Ага, особенно в последнее время! Почти два года, примерно! – фыркнув, ерничает реднек. - А что, ты же в Александрии жил в последнее время. - Ну и что. Надо быть начеку, - буркнул Дэрил. - Мда… Ну что ж, вот и настало время спать голым, - улыбается Ниган. - Очень здорово, - тихо и зло ворчит Дэрил. – Я что, здесь спать буду? А… моя комната? - Дорогой, здесь ты будешь выполнять свои обязанности. Ну, если вдруг уснешь, ничего страшного, места много. - Я вижу. - Хорошо. Это было последнее слово. Оказавшись в постели Нигана, Дэрил ожидал чего угодно. Грубость, боль, унижения. Да, он понял, что постели главаря Спасителей, в смысле секса с ним, ему не избежать, он не собирался биться в истерике и плакать. В конце концов, это не впервые… Но было страшно и стыдно. Перспективы пугали до холодного склизкого комка в животе, до застывшей крови. Но чего Дэрил не ожидал, так это того, что грозный бандит будет его крепко, но нежно обнимать, ласково и тепло (о, даже жарко!) гладить тело сильными ладонями, а затем начнет целовать – сначала шею, плечи, а потом – уши, скулы и, наконец, по щеке спустится на губы. Не спеша, не причиняя боли, ласково, почти осторожно будет целовать, сначала только губы, затем проскальзывая языком в рот охреневшего охотника. Диксон просто обмер от этого. От ласки и предупредительности мужчины. И от стыда. Потому что они сосались как два педика. Дэрил такого даже в прежней жизни не делал. Ну, почти… потому что кое-кто не в счет. Просто не в счет. А с кем попало… Кто ж будет сосаться со шлюхой? А Ниган вот будет, видимо. Редкие представительницы женского пола, с которыми Диксон-младший в юности пробовал учиться постельной технике, говорили, что у него несомненный талант в этом деле. Но Дэрил был не из тех людей, которые дарят свою ласку кому попало. Так что немногочисленными тренировками в юности все и закончилось. Редкие моменты ласки за последний период жизни были действительно редкими, и доминировал в них не Дэрил. Он только… отвечал, что ли, возвращал, зеркалил, не смея проявлять инициативу, потому-что-это-по-пидорски-нет-я-не-имею-ничего-против-геев-Рик-заткнись-уже. И Розита. Одна ночь. Сейчас какой-то мужик, к которому Дэрил даже не знал, что чувствует больше – ненависть или страх с отвращением и оттенком уважения в придачу, - этот мужик умело и сладко целовал его взасос. - Давай, детка, ответь мне, - шепчет на выдохе Ниган. Хозяин Дэрила, его царь и бог. Дэрил сопит, но послушно пытается отвечать, следуя за движениями мужчины. Конечно, показывать все, на что он способен, Дэрил не собирался. Но и не изображал куклу, следуя прямому указанию. Нигану и это малое содействие понравилось. Он довольно мычит и усиливает ласки. А затем… Сразу за тем главарь проводит рукой между ног Дэрила. Того как холодной водой окатили. Вот и все. Настойчивая рука, а затем колено раздвигают ему бедра, он сопротивляется, пытаясь просто держать их вместе, но недолго. «Будь хорошим мальчиком», - шепчет Ниган, и Дэрил сдается, позволяет развести себе ноги. Мужчина удобно укладывается между них, заставляя согнуть в коленях. А затем начинает плавно двигаться, имитируя всем известные движения, притирается к телу мужчины под собой. Дэрилу стыдно как никогда и жарко, как в аду. С одной стороны, это все отвратительно, с другой – внезапно заводит. И пока еще ничего особенного ему не сделали. Пока что. Рука Нигана гладит живот Дэрила, плавно спускаясь ниже. До того места, где их тела почти прикасались. Затем мужчина подхватывает ноги охотника, разводит их шире и приподнимает выше. Дэрил давит нервный вздох. Он чувствовал жар твердого члена главаря «Спасителей» прямо между ягодиц. Ближе – только внутрь. Господи. Но пока он только двигался вдоль по этой ложбинке, задевая влажноватой головкой мошонку реднека. Рука снова гладит живот, а потом спускается еще ниже, проводит по лобку, приглаживая волоски, а потом осторожно, аккуратно оглаживает невозбужденный, но уже начинающий крепнуть член Дэрила. Что ты делаешь, сукин ты сын… Он гладил охотника, терся об него, пока тот не возбудился почти полностью. И лишь тогда Дэрил увидел, как Ниган облизывает пару пальцев. Сказка закончилась, да. Начинаются кошмары. Влажные пальцы очертили сжатую, горячую и пульсирующую от возбуждения дырку. Это будет не впервые. Нечего нервничать. Даже с этим подонком будет не в первый раз. Ты все равно никогда еще не трахался с нормальным близким, желанным партнером – максимум, это нейтральное отношение. Или кто-то очень особенный – но это вообще другая история, а не трах, не так ли. А в последнее время тебе, Дэрил Диксон, катастрофически везет. Изнасилование, изнасилование и изнасилование. Враг, враг, враг. И пара друзей с заскоком незадолго до того. Царство небесное, Эбби… Пацан тоже Граймс, часть Рика, его считать? Нет, он не в счет*. Потому что если взять закономерность, что все, кроме Рика, кто трахнул Дэрила, скоро умирали, то пусть Ниган, мать его, трахает – лишь бы скоро сдох. Пальцы плавно втискиваются в узкую дырку, такую податливую со вчерашнего дня. Растраханную. Уже неприятно, даже больно. Надо потерпеть. От такой боли не умирают. Ничего страшного, ничего непоправимого. Боль внутри, в прямой кишке, отдается эхом по всему низу живота, и Дэрил тихо вздыхает. Это вполне можно пережить. Думай о том, что завтра ты увидишь Рика и остальных, быть может… Когда Ниган вынимает пальцы, это тоже неприятно до боли. Слюны слишком мало, чтобы грубые шершавые пальцы легко скользили. Член хоть не царапает, не цепляется за стенки того, в чем двигается. Но член больше. Намного. Дэрил снова вздыхает, стараясь делать это незаметно. Еще он старается смотреть куда-нибудь в сторону и держать лицо, когда Ниган касается головкой члена уже зудящей от пальцев дырки. Сейчас… Он прикрыл глаза, зажмурился, прикусывая губу, чтобы молчать, не вскрикнуть, когда член начал проникать внутрь. Неторопливо и неумолимо. Боже, зачем ты оставил бедного Дэрила в живых на этом проклятом свете. Когда безжалостный горячий стержень начал проникновение в задницу Дэрила, мужчина понял, что все-таки на что-то надеялся. До последнего. Не смотря ни на что. Безумная робкая надежда. А вот теперь он, послушный, беспрекословный, с раздвинутыми ногами и здоровым членом в жопе, просто ничто. Мусор. Шлюха. Подстилка. - Расслабься, Дэрил, давай. Я не хочу тебя повредить, но ты слишком напрягся, - говорит Ниган негромко и гладит мужчину по щеке. – Давай, парень, все зависит от тебя. Будь хорошим мальчиком, не вреди себе. Пожалей свою попку, она нам еще будет нужна. Дэрил слышит, но не знает, что может сделать. Кажется, он и так максимально расслаблен как для своей ситуации. Больше он ничего сделать не может – просто не знает, что. - Попробуй потужиться. Я слышал, это помогает, - не останавливаясь, посоветовал Ниган. В итоге, все продолжалось не очень долго, было больно, но не до потери сознания, и даже почти осторожно. Когда Ниган кончил, он поцеловал любовника/пленника, скатился с него, счастливо вздохнул и сказал: - Ну вот, можно сказать, первая брачная ночь почти состоялась. Видишь, все совсем не так плохо. Лучше, чем другим обезьянкам, работающим на меня. - Это же не первый раз, - заикнулся Дэрил, игнорируя «лучше, чем другим» - это уж как посмотреть. - А, в тот раз мы знакомились. А сегодня… Ты пришел в мой дом, пришел в мою спальню и в мою постель. Вот сегодня, я думаю, можно говорить о дне свадьбы, - объяснился Ниган. – И о первой брачной ночи. Когда я взял тебя в своей постели. Ты отлично в ней смотришься, между прочим. Даже с синяками. Хоть и вообще не выпускай тебя из нее, - улыбнулся мечтательно и нежно Ниган. – Оставайся спать здесь, Дэрил. Это просьба, конечно, но… оставайся. - Ты так просишь, - хмыкнул охотник саркастически, сообразив, что сегодня лучше выполнять такие просьбы, ну, в рамках программы послушного мальчика, который все-таки хочет в Александрию. – Как я могу не согласиться… У тебя для всех жен такие условия? - Я говорил тебе, мои жены – не твое ебаное дело. Больше не начинай говорить о них. Ты понял? – довольно спокойно ответил главарь, но от этого спокойного тона весь сарказм Дэрила как ветром сдуло. - Понял, - пробормотал он. - Отлично, - Ниган доволен. – Что, поедем завтра в свадебное путешествие? В Александрию. - Угу, - не до конца веря своему счастью, гудит Дэрил. Рик… - Только Рику ничего не говори, - вскинулся арбалетчик. - Не волнуйся, детка, - фыркнул главарь Спасителей. А утром он, проснувшись, перевернул сонного Дэрила на живот. А затем снова трахнул. Прозаично так, что проснувшийся под аккомпанемент боли в заднице и ритмичных толчков Дэрил аж зубами скрипнул. Как в тюрьме, блядь. Надо было попробовать жениться, блядь, когда-нибудь в прошлой жизни. Может, тогда эта карма его бы не настигла. Но именно от такого всего он бежал – и все равно туда же попал. Только занял другую сторону. Это он, по идее, должен бы был ранним утром раздвинуть бедра сонной жены и вставить в нее свой утренний стояк, разбудить ее неспешными ритмичными движениями внутри ее мягкого податливого тела… Он занимает другую сторону. Это ему раздвигают ноги, в него вставляют утренний стояк, его будят неспешными ритмичными движениями. Это он вместо жены. Мужчина, навалившийся всем весом на Дэрила, сладко сжимает его в объятьях. От веса и возни на себе у Дэрила болит рана и что-то внутри, но он молчит и ничего не делает. Ждет, пока с него слезут. Ниган кончил и слез. Дэрил лежал задницей кверху и просто воспринимал свои ощущения. Не чувства – нет, только ощущения. Словно гудущая горячая дырка между его раздвинутых ягодиц не закрылась. И если он даже просто перевернется, из нее вытечет все, что там хлюпало. - Доброе утро, дорогой, - негромко, но довольно говорит Ниган. – Чтоб меня, но оно действительно доброе. Солнышко, не пойдешь ли ты на кухню приготовить нам кофе?.. Или нет, пока не надо. Ты выспался? Дэрил неопределенно мычит. - Ладно, поспи еще полчасика-часик. Все-таки… - мужчина оборвал сам себя, хмыкнул, поднялся с кровати. Дэрил на слух понял, что мужчина оделся. - Отдыхай еще немного, - и с этими словами он потрепал волосы своего… ладно, допустим, пленника, как собаку, и вышел. Дэрил остался лежать и охуевать дальше. Вот, блядь, и поворот судьбы. Он много чего себе представлял. Почти нормальную жизнь в Александрии и свою смерть на благо будущего этого города. Героическое спасение друзей, даже ценой собственной жизни. Он бы за Рика и всю их условную семью отдал бы жизнь. Или, быть может, у него получилось бы дожить до старости, а потом он бы оставался в городке и приглядывал за детьми. Может, он бы даже личную жизнь устроил бы. Но это, конечно, вряд ли – ничего бы у него не получилось, скорее всего. Выкинуть из головы кое-что и кое-кого… в последнее время это было тяжело. Ну ничего, Дэрил привык, что ему обычно такого счастья в жизни не перепадает. Ничего, можно просто быть друзьями, черт побери. В любой ситуации. Даже если бы Александрия пала, он был бы рядом и жил бы до последнего вздоха ради своей семьи. Но чего он никак не мог представить, так это последних суток. Никогда в жизни он не представлял, что какой-то психопат заберет его к себе в дом, чтобы трахать и заставить работать по дому. Создавать уют, блядь. Жену, точнее, младшую жену себе найдет такую, блядь, хмурую грубую бородатую жену с членом и яйцами. Так не могло быть. Ни в одной реальности. Но ноющее потревоженное во время секса плечо и в особенности пульсирующая горячим гудением влажная дырка между ягодиц сейчас словно перечеркивали все его планы. Очень внезапно, однозначно и обидно. Он лежал безвольной куклой, прислушивался к ощущениям в теле, в частности, в заднице, даже не мог заставить себя перевернуться. Это сегодня. Потому что завтра, кажется, будет иначе. Завтра у него поблажек не будет. Первая брачная ночь состоялась сегодня. Первая брачная ночь, блядь, конечно же!.. Дэрил презрительно и слегка истерически фыркает. Первая брачная ночь… Какой придурок этот Ниган. Совсем больной ублюдок. А интересно, когда он с женами спать собирается. Возможно, Дэрилу только сегодня так попадает. А вообще его будут видеть не так и часто… В конце концов, он очень занят, этот ублюдок, и у него куча баб. Дуайт трус и лох, что вернулся тогда к Нигану. Лучше бы он драпал куда глаза глядят, вместе с женой и верхом на его, Дэрила, байке. Хоть какая-то польза была бы… Мда, может, не так все и плохо будет. Время покажет… Так валяясь и просто прислушиваясь к своему телу, стараясь ни о чем не думать, Дэрил задремал. И снился ему лес, осенний лес, солнечное утро в нем, и вперед, вперед, вперед, дальше, быстрее, прочь… Мимо всех и всего, просто нестись куда-то вперед. - Дорогуша, детка Дэрил, - кто-то напевно, мягким красивым мужским голосом звал его. Он хотел убежать от этого голоса, так хотел, что аж всхлипнул от отчаяния, но голос не отставал и становился все ближе… Пока не разбудил его. У кровати стоял Ниган, улыбался и держал две большие чашки. Одуряющий аромат свежего кофе почти заставлял прикрывать глаза – уже от блаженства, короткого мига полного счастья от такого удовольствия. - Ты снова заснул, детка, извини, разбудил, но пора вставать. Кофе в постель – это, конечно, банально, но, черт побери, это утро должно быть добрым, а я такой стереотипный, - улыбался мужчина довольно. Дэрил с видимой осторожностью сел, не выбираясь из-под одеяла. Его шмотки лежали чуть дальше, чем был Ниган. А тот уселся рядом и протянул кружку с напитком. - Извини, я не поинтересовался, любишь ли ты вообще кофе… Я на это надеюсь. Так как? - Мг, - невнятно ответил Диксон, но кивнул в знак согласия и одобрения, принял в руки чашку. Свежий кофе… Даже в Александрии его почти не было. Охотник предпочитал не тратить ценные ресурсы для развлечения и просто не трогал его. Хотя всему же есть срок годности… как вот и кофе. Но этот по запаху был чудесен. Дэрил недоверчиво посматривает на Нигана. Тот выглядит счастливым и довольным жизнью. Радостный какой. Впору бы спросить, чего он скалится, но охотник не в том положении, чтобы рычать. - Знаешь, - начал говорить Ниган, попивая свой кофе, - мне сегодня сон такой чудной приснился. Ты не разбираешься в снах, нет? Жаль… Ну, я думаю, это из-за тебя. Вчера я думал о том, что ты должен быть блондинкой. Или типа того. И вот приснилось мне, что у меня жена блондиночка, такая хорошенькая, и зовут ее Мэри. Похоже на «Дэрил», правда? А потом я видел ее через несколько лет, у нас было двое ребятишек, пацан четырех лет и полугодовалый мальчик… А потом… Эта Мэри… Была на потолке. Словно приклеенная. В ночнушке. Волосы разметались вокруг головы. У нее была кровь на животе, пятно расплывалось по ночнушке, и капли падали в колыбель, на лоб малышу. А потом все вокруг нее вспыхнуло пламенем, и я точно знаю, что это было адское пламя, дьявольское. Я точно знаю, что это был демон – тот, который это все сделал. Это было жуть как страшно… - Ниган погружался в реальность сна все глубже, вспоминая детали, переживая их. Его плечи напряглись, пальцы сильнее вцепились в чашку. – Ощущение присутствия чего-то страшного и могущественного. Никогда не забуду. Я точно знаю, что у того демона желтые глаза. Не знаю, откуда, я его не видел прежде. А потом я вручил старшему мальчику малыша и сказал убегать, спасать брата… Хотел сам спасти Мэри, но… А потом я видел череду каких-то картинок – монстры всякие, призраки, пропавшие и умершие странными смертями люди… Какие-то задрипанные мотели, дороги, дороги… И «Шевроле Импала» 67-го года. И двое ребят, все старше и старше. Один послушный такой оболтус, а второй, младший – строптивый умник. Но оба хороши. В какой-то охоте… за призраками и чудовищами, кажется. А я искал… мы все искали, что убило Мэри. И в конце концов я нашел это, но информация оказалась страшнее, чем я ожидал. Тот младший сын был целью всего ебанного дерьма, что случилось с той семьей. Он… был избран демоном. Он был нужен демону. Он был особенным, и таких было еще много. Он мог быть опасным. Но… я любил этих парней, видишь ли. И когда… Ох, черт, я даже помню, как это быть одержимым! Это так мерзко!.. – Ниган кривится и передергивается. – Младший сын должен был убить демона с желтыми глазами. Азазель… Его звали Азазель. Есть такой персонаж в книжке «Мастер и Маргарита», не читал? Ну ладно. Ах, да… парень не выстрелил вовремя, демон сбежал. Сукин сын, а ведь можно было!.. Проклятье… Я все равно умер. Отдал жизнь взамен на жизнь старшего сына. Мы попали в аварию, и старший сын умирал. Я не мог этого допустить, так что… Хм, я договорился с демоном. С тем самым. Отдал ему смертельное для демона оружие и свою душу взамен на жизнь сына. И попал в ад. - Кажется, там тебя ждут, - тихо пробормотал Дэрил. - Хах, я оттуда сбежал, видишь ли, - улыбается Ниган. – Я крут как… Даже не знаю. Но я красавчик! Месяц в аду – это как десять лет на земле. Я был в аду почти год. Больше ста лет пыток. И мне предлагали… хах, мне предлагали работать на ад. Стать палачом. Пытать других. Я отказывался. Меня пытали дальше. А потом я сбежал оттуда. Проскочил в приоткрытые врата в ад. Помог сыну, кстати, грохнуть в заварушке желтоглазого демона, Азазеля. И… все. А потом вроде как переключился и увидел, что моя жена, Мэри, почему-то рядом с моими взрослыми сыновьями. Говорит, что скучает по Джону. По мне, я так понял. Мне так хотелось пожалеть ее, обнять, приласкать… Быть с ней. Я так радовался, что она каким-то чудом оказалась жива, такая же, как в тот день, когда погибла. Только волосы обрезала. Я мечтал, чтобы мы были рядом, снова вместе. С ней. Моей блондинкой-женой, которая такая же крутая охотница, как и мы… Мы бы жили чудесно, я думаю, - с задумчивой улыбкой закончил рассказ Ниган. - Кажется, я знаю, - подал голос Дэрил. - Ну? - Про блондинку ты прав, наверное. А про все остальное… Ад – это ты и твоя банда, это место. Пытки – то, что вы делаете. Ты просто переставил себя на место тех, кого забираешь сюда. Предлагая возможность освобождения от страданий путем смены роли. Работать на тебя – это стать таким же ублюдочным демоном, как те, что пытают людей. Ты говорил, что одержимость демоном – это мерзко? Вот что значит согласиться против своей воли работать на тебя, жить с тобой рядом, принимать тебя, пускать к себе близко, в себя… - он неразборчиво прохрипел последние слова, но затем заговорил чуть громче снова. – Спасать близких – вот что хотят те, кого ты терроризируешь. Ты их держишь в страхе тем, что можешь навредить их близким. Убить их. А в своем сне ты просто почувствовал себя на моем месте и на месте таких, как я. Он почти выплюнул последние слова. И понял, что, возможно, сказал лишнего. - Кто твой брат, Дэрил? Детей у тебя нет. Так кто твой брат, м? – улыбаясь фирменной улыбкой, поинтересовался Ниган. Кажется, он уже пришел в себя. - Какая разница. Мой брат мертв, давным-давно. - Тогда тебе некого защищать. Если бы было так. Но ты защищаешь. Так кто твой брат, Дэрил? Просто скажи это, я и так знаю ответ, - бандит иронично прищурился на охотника. - Зачем говорить, если ты знаешь? - Хочу проверить, послушен ли ты. Итак… - Рик, - почти прошептал Дэрил. Он не смог вспомнить никого, кого мог бы подставить на эту роль. Гленн мертв, а все остальные… В Александрии наверняка есть предатель, который все сливает Нигану. Надо найти крысу. - Браво, Дэрил, ты делаешь успехи, - с отеческой улыбкой ответил главарь. – Я уж боялся, что ты начнешь выкручиваться и придумывать. Но ты… Молодец, хороший мальчик. Сотрудничество – наше все. Пей кофе, а то остынет. Кофе Дэрил молча допил, тихо поблагодарил Нигана – с некоторой опаской, не зная даже, то ли он делает вообще. - Рад услышать от тебя спасибо, особенно после твоего толкования снов, - ответил хозяин с ласковой и довольной улыбкой. Он вообще оказался улыбчивым малым – ну, ладно, он почти постоянно улыбался наедине с Дэрилом. Во время их прогулки по Убежищу он и не улыбался почти – только когда конкретно обращался к Дэрилу, и когда никого рядом не было. А не обещающий ничего хорошего оскал во все тридцать два, который видели окружающие так часто, охотник улыбкой не считал. Может, и то, что адресовалось Диксону, тоже улыбкой не было – так, ухмылка хищника, который играет со своей добычей. - Ладно, зайчик мой пушистый, вставай, застели постель, приведи себя в порядок, сходи в душ, - продолжил Ниган после тишины в ответ вместо слов Дэрила. – А потом… посмотрим. Дэрил с незаметным вздохом попытался встать. Но одернул себя и остановился. - Что такое? - Моя одежда, - хрипловато, негромко прозвучал ответ пленника. - Что не так? Вон твои вещи, - ответил главарь «Спасителей», успешно сделав вид, что намека не понял. А может, и правда не понял. - Можно я… ? – он не закончил, и Ниган вопросительно смотрит. – Можно я оденусь один? - Детка, ты что, стесняешься? С каких пор? Я думал, после прогулок голым по Убежищу и после этих двух дней… ты уже ничего не стесняешься. Или я там не увидел что-то еще? У тебя за ночь что-то поменялось? Мне можно показывать все, я же тебе… вроде как муж, – посмеиваясь, ответил главарь. Заулыбался еще шире, видя, как смутился пленник, а потом все-таки решил оставить эту стеснительную трепетную… хм, личность. Тем более, у него еще одно дело наметилось. – Я жду внизу, - и вышел. Дэрил осторожно начал вставать. Он боялся, что из него будет течь ручьем. Между ягодиц уже было влажно. Внизу живота и сзади внутри поселилась боль. Тупая и раздражающая такая боль, украшенная вспышками обжигающей рези. На простыне остались следы. Светло-бурые, красноватые пятнышка и мазки. Две группы. Вечером и утром. Если это будет первое прачечное задание Дэрила, он с радостью его выполнит, лишь бы уничтожить эти позорные свидетельства. А пока он поспешно прикрывает все одеялом и решает уточнить у Нигана, что с этим делать и как тут происходит стирка. - Иди в душ, детка, давай, там даже есть теплая вода сейчас, - Ниган подтолкнул его в направлении ванной комнаты. – Не заставляй меня ждать тебя долго. Дэрилу ничего другого не оставалось, но он и рад был смыть с себя следы секса, позора, унижения. Кажется, Ниган был так любезен, что включил бойлер и приготовил воду для них обоих. Мило, блядь. Дэрил по-быстрому раздевается и идет под струи воды. Бля-а-а-адь, хорошо-то как!.. Даже на повязку, что уже намокла и высушить ее будет сложновато, почти пофиг. Не задумываясь особо, он скользит пальцами к самой пострадавшей части своего тела и осторожно всовывает один в припухшую, воспаленную дырку. Больно. И это лишь одна ночь. А что будет потом? Дэрил осторожно старается как можно лучше промыть дырку, пытаясь игнорировать тошнотворную боль. Он так увлекся, что совсем не заметил, как пришел Ниган. Близко прозвучавший голос заставил его аж подпрыгнуть, обмирая внутри. Опять. Да что с ним такое?! - Вижу, я вовремя, - голос был до чертиков довольным. Дэрил почувствовал, как мучительно краснеет от стыда. - Хватит ко мне подкрадываться! Мог бы постучать, - проворчал охотник, пытаясь скрыть свое смущение и замешательство. - Почему, блядь, я должен стучать в своем доме? Или ты решил дерзить мне, детка? – игриво, но с намеком на сталь в голосе ответил главарь общины. – Ты хотел, чтобы я пропустил такое шоу? Ай-ай-ай, нехорошо прятать такие вещи от хозяина. И вообще прятаться. Понял? - Понял, - угрюмо буркнул Диксон после короткого размышления. – Может, в следующий раз тебе пригласительную открытку прислать? - Закрой рот и успокойся, - спокойно посоветовал Ниган. – И продолжай то, что делал. Это было очень горячо. - Я уже закончил. - Хм. Я так не думаю, детка, - проурчал Ниган и начал быстро раздеваться. Пока Дэрил стремительно охуевал от мысли «нет-нет, не может быть, да сколько же можно?..», главарь местных бандюков и по совместительству личный палач Дэрила Диксона обнажился и залез под душ к своей жертве. Перекрыл воду. – Скоро пойдет холодная… - Он обвил талию Дэрила руками и прижал к себе. – А ты очень, очень горячий. Такое шоу… Я бы покусал тебя, разорвал на части и трахнул бы каждую часть. Но целый ты куда полезнее и вкуснее. Я хочу тебя. Давай, обопрись о стенку, - прошептал Ниган на ухо Дэрилу, оглаживая руками. Он сейчас здорово смахивал на безумца. Так что Дэрил передумал воспротивиться и молча повернулся к стенке, а Ниган всем телом прижал его к ней. Раненое плечо заныло с новой силой, но если бы можно было отделаться только этим!.. Недолгая пауза, и в измученное кольцо ануса снова входит член. Дэрил тихо всхлипывает, гася вздох и стон, и опирается о стену руками. Ниган сладко, довольно вздыхает и начинает не спеша трахать своего пленника, не обращая внимания на то, что тот так напряжен. Охотнику казалось, что время замедлилось, растянулось, если не остановилось. Мозгом он понимал, почему так долго, но лучше от этого не становилось. Тупая и режущая боль пронзали весь живот, и от этого хотелось упасть на пол, сжать ноги, самому скрутиться калачиком и забыться, чтобы ничего не чувствовать. Резь в мышечном кольце и где-то глубже заставляли судорожно рефлекторно рваться вперед, подальше, но впереди была только холодная стена, к которой Дэрил прижимался лицом. Холод стенки отрезвлял, отгонял безумие, заливавшее сознание, заставляющее погружаться в беспамятство и творить страшное. Нельзя, нельзя… Скоро он кончит, скоро он… ох ты ж Иисусе, терпения бы твоего… Он же скоро кончит, все уже так долго тянется… Кончил Ниган, вбив член до упора в зад Диксона, прижав того к стене. Немного побыл внутри, затем включил воду, еще теплую, вышел из измученного, подрагивающего тела, ополоснулся. Дэрил стоял не двигаясь. Просто не хотелось даже шевелиться, не то что оборачиваться. Но Ниган нежно провел руками по телу Дэрила, а затем сладко расцеловал плечи и шею. - Сегодня мы едем к Рику, - негромко сообщил главарь, оторвавшись от шеи, где ставил, судя по всему, хороший такой засос. - Аха, - выдохнул охотник. У него дрожали ноги. Надо было снова вымыться от… спермы Нигана, что слабым соляным раствором раздражала его травмированный зад. Подонок, мог бы кончить не внутрь. Вряд ли он не догадывается, как это действует. – Можно я… помоюсь, наконец-то? – спросил он, вытаскивая себя из слабости, всплесков злобы и обиды, апатии. - Конечно. Давай, я уже, - Ниган шлепнул его по заднице и вышел из душевой. А Дэрил, кусая от досады и стараний губы в кровь, дрожащими пальцами принялся делать то, на чем его тут прервали. Когда он наконец выполз из ванной, Ниган его уже ждал. - Пойдем на кухню, детка, будем готовить завтрак. Если бы знал Ниган, какой трехэтажный мат скрывается за усталым взглядом его пленника, он бы удивился и решил, что в «институте благородных девиц», который «закончил» Диксон, тот был отличником.