Сердце Демона

Утром Сара проснулась не одна, что удивило её довольно сильно. И разбудило её не солнце, не дождь, не будильник и даже не боль. Её разбудило приятное касание за ушком. Ничего ещё спросонья не осознавая, она слегка наклонила голову, подставляясь под нежное касание, а когда оно повторилось, она невольно прижалась поближе и начала помуркивать. Лишь на третье касание она отреагировала неожиданной тревогой и распахнула глаза, сразу направляя взгляд вверх. Увидев загорелые пальцы, а между ними мордашку Льюиса, девушка удивлённо скривила лицо. Несколько неловких секунд, так как он заметил, что она проснулась. Потом парень убрал руку и неловко прокашлялся. — Что… Что случилось? — спросила бестия и попыталась подняться, но рука подкосилась, и она рухнула обратно, уткнувшись носом в плечо паренька. — Ты что, забыла? — Лью отсел и осторожно уложил её, не взирая на некоторое сопротивление с её стороны. — Начинаю вспоминать. — довольно хмуро подметила она, всячески корча рожицы, чтобы проверить лицо. Царапины сошли не до конца, да и боль не отступила. Наконец, Сара покосилась на парня, что обеспокоенно хлопотал возле неё. Жив, цел. Вчера она подоспела вовремя. Облегчённо выдохнув, девушка закрыла глаза и расслабила спину, улёгшись, хотя боль от вчерашнего удара в плечо давала о себе знать. — Ты как? — раздался голос подопечного. — Как, как… Чуть душу Сатане не отправила, а так нормально. — пробурчала она. — Понятно, всё нормально. — заключил он, выдыхая. — Это… Я его убрал на время. Ну, на всякий случай. Удивившись, про что это он говорит, девушка открыла глаза. А парень уже открыл шкатулку и осторожно достал оттуда кулон, держа его за ниточку, после чего поднёс его Саре. — Просто я подумал так, что это твоя суть, и если бы та… особь вернулась, она могла бы его разбить, потому я его и спрятал. — как можно мягче произнёс он. Рыжая выдохнула с явным облегчением и надела кулон. — Умный ход, русак, умный ход. Я бы похлопала, да ладони болят. — сказала она с лёгкой усмешкой. Всё, точно в порядке, коли есть настроение мрачно шутить. — Но что с учёбой делать? Вряд ли спустят на тормоза тот факт, что я притащилась в таком виде. — Ничего, я сейчас всё улажу. — успокоил её Льюис. Темноволосый встал и подошёл к тумбочке, где лежал телефон. Он быстро набрал какой-то номер, и уж в быстроте набирания Сара точно могла позавидовать этому смертному. Несколько секунд тишины, а потом обрывки разговора, из которых она и поняла его мысль. — Здравствуйте. Это Льюис Стефэнс, сосед Сары Боунбрэйкер. Хотел предупредить, что её не будет пару дней на учёбе. Причина: состояние здоровья. О, ничего такого, просто простуда. Думаю, за пару дней выздоровеет. Да. Да, конечно. Нет, не думаю. Да, обязательно. Всё, что в моих силах. Да, конечно, в любое время. После он положил телефон и поглядел на Сару. — Ну что, тащить лекарство от простуды? — слегка ехидно произнёс он, на что демонесса так сурово скривила лицо, что он сразу же ретировался. — Да ладно тебе, шучу же. Чем завтракать будешь? — Чаю хочу. Желательно мятного. — всё ещё слегка обиженно буркнула она. — Сейчас обеспечим. Улыбнувшись, парень отправился на кухню.

***

Какое-то время спустя Льюис вносил мятный чай в комнату. Едва он вошёл, он сразу же слегка сердито глянул на Сару. Та умудрилась встать с кровати и попробовать прохромать немного по комнате, но ничего не получилось, да и её слишком быстро заметили. Девушка сразу же села обратно. — Ну и куда ты в таком виде собираешься? — спросил Люк, протягивая ей чашку. — Я просто хотела размяться. — она забрала чашку и отпила небольшой глоток. — Осторожно, он горячий. — парень присел рядом. — И что? Как нога? — Так себе, если честно. Болит сильно. И не знаю пока, когда всё это заживёт. Она вздохнула и, отведя глаза и поджав колени, стала понемногу пить чай. Льюис сидел рядом и внимательно за ней следил. Зрачки Костоломки были слегка расширены, на щеке всё ещё выделялись царапины. Лью чувствовал себя как медсестра, следящая за чемпионом по боксу после боя. — Сара, а… Почему вы так странно друг друга называли? — наконец осмелился спросить он. — Ты это о чём? — она слегка удивилась. — Ну, она назвала тебя «Костоломка», а ты потом обратилась к ней как «Лезвие». Что всё это значит? — А, так ты про это! — она глянула в чай. — Костоломка — моё истинное имя. Такие имена нам даются от рождения, как бы в обозначение того, с кем ты связался. — Истинное имя? Но… — парень явно недоумевал. — Я думал, что тебя зовут Сара. — Сара — имя человеческое. Я сама выбрала его немного позже, чтобы быть своей среди чужих, так сказать. — она невесело усмехнулась. — Ну, мне кажется, «Сара» идёт тебе больше. — он слегка пожала плечами. — Это потому, что с этим именем ты представляешь меня человеком. — она слегка нахмурилась. — А разве ты не считаешь себя человеком? — поинтересовался он. Рыжая тут же отвела глаза и замолчала. Вопрос, кажется, застал её врасплох. Льюис смотрел на неё в надежде, что та ответит, но она продолжала молчать. Внутренне он начинал понимать, что она не хочет разочаровать его своим ответом. Но слова Сары лишь подкрепили его предположения: — Русак, я демон. Мне не стать человеком по определению. Даже не поднимая более на него взгляда, она стала понемногу попивать свой чай. Голубоглазый сконфуженно замолчал. Ему почему-то было больно от её ответа, хотя он знал его наверняка. Что в этом такого? Правда есть правда. Он и сам её знает, без особой подсказки. Перед ним демон, демон чистокровный, уверенный в своих убеждениях. Так почему он вообще таит некую надежду, что её слова будут просто вдруг брать и противоречить её установке по жизни? Немного помолчав и поглядев в пол, парень вновь перевёл взгляд на неё. Его привлекали слегка растрёпанные прядки рыжих волос за ушами, которые он недавно трогал кончиками пальцев. Он ещё не позабыл реакцию Сары. Потому, набрав смелости, он решился расспросить её об этом. — Сара, а что это было? — начал он. — О чём ты? — она повернула к нему голову, осторожно придерживая чашку двумя руками. — Ну, когда я коснулся… э-э… — он не знал, как закончить, но по лицу бестии было видно, что та и так его поняла. — Точка за ухом, да? — она невесело улыбнулась. — Это лично моё. Слабое место, скажем так, хотя я бы скорее назвала его просто чувствительным. Прям сломать оно меня не может. — Как это выражается? Чем оно вызвано? — любопытство пробудилось в нашем герое, теперь он жаждал узнать об этой особенности всё. — Моё кошачье начало. — та взглянула на него и пожала плечами, при этом слегка скаля зубки. — Кошки любят, когда им чешут за ушком. У меня это тоже присутствует. Немного подумав, парень вдруг спросил: — А… М-можно? — он приподнял руку и осторожно протянул к её голове, намекая, что хочет вновь дотронуться. Рыжая явно слегка смутилась, отчего скривила губки, но после всё-таки согласилась. — Ладно. Если так хочешь. Нерешительно прикоснувшись пальцами к волосам, Лью медленно провёл вниз, слегка цепляя ушко сзади. И секунды не прошло, как Сара зажмурилась и слегка повернула голову, а после до парня донеслось мурчание. Смелея, парень нажал чуточку сильнее, пройдясь побольше, даже осторожно добрался до шейки, а потом слегка почесал. Мурчание усилилось, девушка чуть не выронила чашку. Судя по её довольной мордашке, она была совершенно довольна происходящим. Осторожно подсаживаясь поближе, чтобы поймать её, если вздумает прилечь, он продолжал гладить её и спросил: — Как ощущения? — Пр-р-р-риятно… — пискнула та, вновь слегка изворачивая шею. — Т-только… не увлекайся. — Это почему же? — Льюис игриво усмехнулся. Словно снова щёлкнул в голове тот странный рычажок. Он уже не хотел убирать руку, ему слишком нравилось её мурчание. Он словно хотел довести её до беспамятства, положить. — Ль-Льюис, ну… Ну пожалуйста… — пропищала та, закатывая глаза и почти что падая. — Пр-р-р-рекрати, я же упаду!.. Темноволосый посмеялся, понемногу переводя руку выше и ослабляя касания, пока вовсе их не убрал. Глядишь, вроде демон, а такая беспомощная. Одна точка — и всё, вот вам котик. Руку голубоглазый не убрал, а стал осторожно приглаживать волосы Сары, чтобы те не торчали в разные стороны, как рога. Бестия потихоньку перестала мурчать, затихая, а потом вопросительно и несколько встревоженно поглядела на соседа. — Ты… Т-ты… Льюис, это не игрушки. — она вдруг слегка нахмурилась. Парень не стал ничего на это отвечать. Он лишь пригладил ей волосы, а потом опустил руку. Какие игрушки? Он и сам не понимал. Его слишком занимала сейчас её мимика. Такая странная и растерянная, что даже удивительно. — Не делай так больше, ладно? — произнесла та, а потом подула на чай и снова сделала глоток. — Зато теперь я знаю, как тебя немного усмирить. — он произнёс это без улыбки, неожиданно осознавая, что снова делал. — Разве это не приятно? — Не всегда. — отозвалась она довольно сухо. Стефэнс понял, что он её расстроил. Или же смутил, по крайней мере. Осторожно поднявшись, он сказал: — Ладно, я пойду пока. Напишу что-нибудь. Если что понадобится — зови. — Несомненно. — с невесёлым смешком отозвалась рыжая, всё ещё пряча мордочку за чашкой чая. Как только Люк вышел, бестия отставила чашку на тумбочку и закрыла лицо руками, краснея. Как и зачем он опять подобрался так близко? Ей стало тяжко дышать, в груди что-то сдавило, что-то горячее. Она и так в расшатанном состоянии после вчерашнего побоища, а теперь ещё и Лью лезет! Да, ему любопытно, да, но… Демонесса вдруг вспомнила, как целовалась с ним в зале. Румянец усилился, губы буквально загорелись и задрожали. «Всё очень плохо» — самый подходящий вердикт, ведь Сара не понимала, что с ней. Приятные касания сейчас почему-то ассоциировались с тем случаем, ведь были такими же странными: вроде ничего в них и нет, пустое всё это, любопытство просто, но так и хочется повторить. Пора было бы уже бить тревогу. Это не входило в характер Сары и её поведение. Значит, что-то в ней меняется. А подобные изменения не были в лучшую сторону, ведь бестия теряла главное: свою демоничность. Люций прав в какой-то степени. Но и не прав тоже. С другими людьми такого не происходит, значит, дело не в человечестве. Может, вся проблема в том, что Сара слишком слаба? Или проблема в Льюисе? Ох, слишком сложно. После вчерашнего состояние не то, чтобы думать о таких серьёзных вещах. Открыв глаза, Сара поглядела в потолок. Что нужно было Соне? С какого перепуга вдруг она заявилась сюда, чтобы прикончить Люка? Всяко не по своей воле. Она сама и из дома-то не выйдет. Это должен был быть чей-то приказ. И тут словно осознание ударило в голову: Сона слушается только одного начальника. Рыжая села. — Это уже ни в какие рамки… — прошипела она, усаживаясь ровнее и глядя перед собой. Кажется, теперь она знала, где прячется корень проблемы. Что же, надо искоренять проблему, раз так.

***

Льюис зашёл к Саре примерно через час. Она сидела на кровати, глядя в пол и что-то записывая в свой блокнот. Поначалу парня она не заметила. Он подошёл поближе и хотел уже заглянуть ей через плечо, чтобы увидеть, что она строчит, но в последний миг она ощутила его приближение чуть ли не кожей. Захлопнув блокнотик и прижав к себе, она резко обернулась к нему, из-за чего она чуть не столкнулись носами. — Тебя стучаться не учили? — отодвинувшись назад, сердито буркнула Сара. — Прости, я… — паренёк замялся поначалу, а потом осмелел и задал вопрос напрямую. — Почему ты прячешь его? — Хочу и прячу. Мой блокнот. — ответила та довольно сухо. — И всё же? — настойчиво повторил парень, присаживаясь рядом. — Льюис, я тебя сейчас этим же блокнотом и прибью. — пробурчала рыжая. — Там может быть что-то, что должна видеть только я. Ещё через миг девушка отъехала от него. После того, как она кое-что осознала, она не хотела сидеть с ним так близко. — Не подумал. Но почему мне нельзя это видеть? — настаивал наш герой. Через мгновенье он получил лёгенький удар по лбу блокнотом. Зажмурившись от неожиданности, тот сразу же немного отпрянул и потёр лоб рукой, открывая один глаз и глядя на демонессу. Та прищурилась с неким равнодушием. — Ты вообще забыл, кто я? — она подняла одну бровь. — Не лезь, куда не надо. Понял? Люк потупил взгляд, выражая всем своим видом вину. Костоломка что-то неразборчиво прошипела или же прошептала, а потом отсела чуть подальше, на самые подушки. Немного подумав, решила всё-таки разъяснить для этого зайца: — Здесь я веду основные свои записи. Будешь читать — пришибу. А ещё лучше попрошу Сону к нам в гости зайти. Всё понятно? — Понятней некуда. — отозвался Льюис, соединив руки и положив локти на колени. Он смотрел на неё с непониманием. Не мог понять этой холодности с её стороны. Потом вспомнил, о чём они говорили совсем недавно, и тоже почувствовал холод внутри, точнее, некую ледяную корку, что возникла поверх чего-то горячего и бьющегося, как пламя. — Когда ты теперь встанешь на ноги? — спросил он, опустив голову. — Дай подумать. — девушка глянула на свою рану на плече. Та уже слегка подзатянулась, регенерация, благо, действовала быстро. — Думаю, к вечеру уже смогу. Надо будет кое-кого навестить. — Сразу после драки? — темноволосый поразился. — Сара, ты что? О чём ты думаешь вообще? — Я не такая слабачка, какой ты меня видишь. — огрызнулась та, оторвав взгляд от записей и заглянув ему почти что в душу. — Даже если я ранена, я не слаба. Так что я сама справлюсь со своими проблемами. Парень даже опешил от такого неожиданного рывка. Он сел, приоткрыв рот, но не нашёлся, что сказать. Девушка вновь уткнулась носом в записи, пряча нижнюю часть лица. — Ну да. — наконец произнёс тот, вставая. — Ты права. Я не твоя нянька. — Как замечательно, что ты наконец это понял. — отозвалась она. Льюис вздохнул и вышел за дверь. Он не знал, о чём и как с ней разговаривать, когда она такая раздражённая. Вздохнув, парень сел на диван и хотел уже было включить телевизор, как вдруг в дверь постучали. Удивившись, темноволосый подошёл и открыл — да так и застыл, не отпустив дверную ручку. На пороге стоял Рик. Он был хмур и явно довольно раздражён. — Где она? — сразу же спросил учёный, проходя в дом без приглашения. — А-а… Э-э-э… — только и выдавил из себя поражённый герой, пытаясь сообразить, как теперь объяснить Рику, что Сара не в том виде и состоянии, чтобы ещё и он вламывался. Но тут послышалось пыхтение, и Сара показалась в дверях комнаты, опираясь на косяк. Она хромала на раненую ногу, да и плечо хороших представлений не давало, так как было бессильно опущёно. Буквально на глазах пара царапин на лице затянулась, самые крайние, а центральные стали поменьше. Исчадие хмуро посмотрела на блондина и выдала: — Ну, день добрый. Чего надо? — Это была Лезвие? — спросил тот, приближаясь к ней и игнорируя явно запутавшегося в происходящем Люка. — Предположим, что она. Ты её откуда знаешь? — хмуро спросила бесовка. — Вот это видишь? — Стар указал пальцем на шрам на своей щеке. — Она и её дружок. Еле отбился. Так что у меня с ней свои счёты. — Занятная история, только вот ситуация не та. — проворчала та равнодушным тоном. — Да, прости, отвлёкся. — тот кивнул, соглашаясь с ней. — Что ей было нужно? — Вот это вот. — Сара указала на Льюиса, что стоял и удивлённо разглядывал этих двоих. Как неожиданно, однако, они нашли не только общий язык, но и общую тему для разговора! — Серьёзно? — Рик явно удивился. — Демоны вроде обычно в чужие дела не лезут. Ей повезло нечаянно на него наткнуться? Так совпало? — Да если бы. — рыжая недовольно дунула на прядку волос, чтобы эта маленькая тварь не лезла в глаза. — Сона не ждёт совпадений, она сама их устраивает. — Думаешь, её подослали? — Ну конечно. И у меня даже есть представление о том, какого чёрта… Или какой чёрт. — Кхм! — громко объявил о своём присутствии Льюис, наконец слегка подразобравшийся в ситуации. Сара и Рик тут же перестали переговариваться и дружно покосились на него. — Ах, да, здравствуй. — как бы дополнил свою первую фразу Рик. — Угу. — отозвался тот слегка раздражённо. — Ладно, я рад хотя бы тому, что вы двое смогли поговорить и не порвать друг друга. Но может наконец и меня в этот разговор впишете и объясните, что вообще происходит?! — Да, да, прости, заболтались. — Рик слегка неловко потёр локти. — Ну, тут такое дело, что… — Ничего не «прости». — вклинилась демонесса, не давай демонологу продолжить объяснения. — Мы не обязаны перед тобой отчитываться. — Правда? — Люк слегка нервно улыбнулся. — А ничего так, что знакомая вам особа вчера пыталась меня убить? — Сара, может всё-таки расскажешь ему? Мне кажется, он имеет право знать. — возразил бестии блондин. Та бросила на него взгляд, полный какого-то не то презрения, не то подозрения. — А может я сама разберусь? — прошипела она. — Ты уверена, что хочешь со мной поспорить? — демонолог нахмурился. — В таком состоянии это для тебя не лучший выход. — Я и сама в курсе, что не лучший. — она зарычала. — Так тогда расскажи ему всё. — Да уж, расскажи. — вставил свои пять копеек Стефэнс. — В кольцо меня взять решили? — возмутилась Костоломка и попыталась отступить, но в итоге чуть не рухнула, так что оба парня бросились её ловить, на что она что-то неразборчиво прорычала. Кое-как поставив её обратно, оба парня вперились в неё взглядом. Бестия поняла, что она в осаде. Фыркнув от недовольства, она пошла на компромисс с принципами и ситуацией: — Я расскажу, но не более, чем сочту нужным, понятно? — огрызнулась она. Потом перевела сердитый взгляд на Льюиса. — На тебя открыла охоту одна особа, но не потому, что захотела, а потому, что ей указала другая особа. Понятно? Всё! Ни слова больше! — потом рыкнула на Рика вдобавок. — И тебе тоже! А теперь уйдите от меня к чёрту, пока не прикончила обоих! Льюис отступил немного назад, но вот Стар его примеру не последовал. Он наоборот приблизился. — Вообще-то ты должна мне объяснения. А если нет, то я уж постараюсь, чтобы ты нескоро встала. Закатив глаза, рыжая вдруг схватила его за локоть и буквально втолкнула его в комнату, а сама зашла следом и закрыла дверь, оставив Льюиса внутренне рычать от злобы на этих двоих. — Расскажешь что-то Льюису — лично тебе рёбра выдерну. — произнесла исчадие, присаживаясь на край кровати и возмущённо пища. — Да хоть вместе с лёгкими, ибо я не собираюсь его в это посвящать. — он одёрнул воротник свитера. — Ну? На кого подозрения падают? — На Верховного, естественно. — она посмотрела на рану на ноге, что понемногу, по чуть-чуть, но затягивалась. — На Люция. Кому, как ни ему. — Серьёзно? Ты знакома с Верховным? — Рик прищурился. — Он меня вырастил, доброе утро. — проворчала та равнодушно. — А не напомнишь его истинное имя? Я по человеческим не очень ориентируюсь. Да и как-то не удалось услышать раньше. И тут Сара вопросительно и удивлённо глянула на учёного, словно неожиданно что-то осознав. Она после перевела взгляд в ковёр и нервно усмехнулась. Ещё раз, ещё раз. — Чёрт, я тут кое-что поняла… — она вновь поглядела на Стара. — Можешь ржать, но я не знаю. Рик приподнял одну бровь, хотя было видно, что он в недоумении. Потом он поглядел в пол, а потом вновь на неё. — У него вообще есть истинное имя? — Конечно есть. Оно есть у всех. Только вот… — Сара хмыкнула. — Он тщательно скрывает своё прошлое. Его никто и никогда не называл по истинному имени. А я только сейчас это поняла. Рик выдохнул, задумчиво прикрывая лицо руками и присаживаясь с ней рядом. — Это странно. — Ну спасибо, что подчеркнул очевидное. — вздохнула та, прогибаясь, а потом глядя на него полуприкрытыми глазами. — Ладно, неважно. Даже без истинного имени я ему сегодня устрою… — она сжала кулак и хотела было ударить по ладони, но вспомнила, что там всё плохо, и не стала.

***

Был вечер. Было тихо. Сара стояла возле магазина, прячась под капюшоном и косо поглядывая вокруг. Она знала, что Люций сейчас выйдет отсюда. И была права. Вскоре дверь открылась, и фигура рыжего появилась на крыльце, пока он глядел на небо. — Даже не стала ждать, пока я приду домой? — усмехнулся он, покосившись на девушку, что подошла к нему не с самым довольным видом. — Просто идём. Разговор есть. — произнесла та жёстким и холодным тоном. — Ладно-ладно, как прикажешь. — тот усмехнулся, забросив себе на плечо небольшой рюкзак, в котором громыхнули баночки. Скорее всего, с его многообожаемой газировкой. Шли молча. Сара сурово глядела вперёд, а наставник поглядывал на неё с явным удивлением. Не понимал, что за неожиданная мрачность. Вот они уже в подъезде, в лифте. Люций нажал на кнопку этажа, а потом резко повернулся и буквально прижал девушку к стене, ставя руку над её головой. — Ну, я тебя слушаю. Рыжая вдруг оттолкнула его от себя, да так, что он чуть на пол не сел. Исчадие явно удивился её неожиданной жёсткости. — Не подходи ко мне так. — она нахмурилась. — А лучше и вообще ко мне не подходи. Я сегодня нервная. — Ха-х, ну ладно. Как хочешь, Кости. — он криво усмехнулся. — И чего это нервная? — А то ты не знаешь. — прорычала та. Открылись двери. Сара вышла первая, сразу подходя к его двери и открывая её, так как Люций её никогда не закрывал: воров не боялся. Даже если проникнет кто, то Люций его лично спустит. Причём даже не по лестнице, а сразу через окно. Сбросив ботинки, Сара встала в прихожей и скрестила руки на груди, глядя снизу с огнём зла. А здоровяк зашёл, поставил рюкзак, а потом подошёл к ней. Он прищурился, а потом скинул с её головы капюшон и прикоснулся пальцами к её подбородку, слегка поднимая лицо на свет. — Что это такое? — спросил он, намекая на царапины. Но тут уж Сара выдала так выдала: со всей силы ударила его по руке, так, что он чуть не упал от такого удара. — Не трогай меня! — прорычала она. — «Что такое», спрашиваешь? А должен знать. Твоя работа ведь! Да?! Люций явно удивился. Он замер, глядя на своё запястье, а потом перевёл взгляд на рыжеглазую. — Ты это о чём? — попытался произнести он с невинным лицом, но Сара кипела. — Никто, кроме тебя, не мог заставить Сону напасть на Льюиса! Никто! И ты ещё смеешь отнекиваться?! Люций молчал, словно надеялся, что Сара успокоится, но та не собиралась отступать и утихомириваться. Рыжая подошла и с силой толкнула его в плечи. — Язык прикусил?! Отвечай! Несколько секунд наставник молчал, словно продолжал её выводить. Потом произнёс тихо, но чётко: — Я не понимаю, о чём ты говоришь. Но Сара по его тону видела, что он пытается скрыться, не выдать себя, заверить её. И это злило её сильнее всего. — Он тебе изначально не нравился. Решил так от него избавиться, не замарав руки?! Так вот — я всё равно знаю, что никто, кроме тебя, не мог это провернуть! Так что перестань и просто признай это! Сейчас! Тут уж и рыжий взбесился. Он сделал резкое движение — и Сара вскрикнула, сгибаясь пополам и буквально падая на пол без сил. Она не рухнула только потому, что свободной рукой верховный её поймал примерно за пояс. В руке исчадия был её медальон, который он крепко стиснул, ещё немного — и мог бы сломать. Ловко подхватив Костоломку, он поднял её и потащил в комнату, где довольно резким движением опрокинул её на кровать. Немного ослабив хватку, Люций позволил девушке взять полноценный вздох, после чего она начала тяжело кашлять. Отпускать медальон мужчина намерен явно не был. — Ещё раз будешь на меня кричать — будет в разы больнее. — произнёс он жёстко, начиная когтём царапать камешек, отчего рыжая вновь начала задыхаться. — Я не причастен к тому, что у вас там случилось. Я одобрил твоё общение с человеком, так что не смей больше так на меня бросаться. Сара медленно приоткрыла глаза, всё ещё наполовину не соображая из-за боли, да и жёсткости картине прибавляли недавние раны. Люций слегка пододвинулся к ней, глядя на царапины на её щеке, а потом в глаза. — В тебе почти всё идеально. — произнёс он жёстким тоном. — Красивая, сообразительная, сильная, отличный боец и диверсант. Но есть один недостаток — ты слишком своевольная. А это не самое лучшее, ведь начальству и более сильным так или иначе надо подчиняться. Запомнить уже должна бы. Демонесса смотрела на него с холодной звериной ненавистью. Было слишком больно. Он замахнулся не туда. Наставник положил медальон на кровать с ней рядом, а после отвернулся, ожидая, пока та слегка придёт в себя. Упорная девушка быстро села, хватаясь рукой за зону нижних рёбер, что жутко болели. Она оскалилась и бросила на него гневный взгляд. Он словно прочитал, что она хочет спросить, и усмехнулся. — Ну, а что до того, что Сона напала на твоего подопечного… Что же, этому смертному уже попросту везёт нарываться на демонов. Магнит для неприятностей, что тут сказать. — он криво улыбнулся и обернулся к ней. — Останешься? Но Боунбрэйкер встала через боль, взяла медальон, поправила одежду и решительно, прихрамывая слегка, направилась к выходу из проклятой квартиры. Это было выше её сил. Рыжему оставалось только выдохнуть, наблюдая за тем, как она уходит, рассерженная донельзя.

***

Льюис весь следующий день с тревогой наблюдал за Сарой. Она выглядела отстранённой и даже слегка расстроенной, но паренёк как чувствовал, что на самом деле внутри неё кипит злоба. Что-то просто выбесило её, какая-то дикая выходка. Рик больше не приходил, хотя оставил Льюису какой-то состав и сказал, что незваных гостей можно смело поливать. Он покосился на Сару и добавил, что можно и её полить, если разбуянится, на что получил в затылок статуэткой. Так рыжая вдогонку ещё и порычала. Увидев, что в ней медленно пробуждается преисподняя, демонолог поспешил свалить из дома подопечных. А Льюис даже не успел спросить Сару о том, что стряслось, что она так взбесилась, как она спряталась в своей комнате. Идеальное поведение! Так он точно сможет ей помочь. Люк чуть было даже не обозлился, но вовремя вспомнил, что обязан ей жизнью, да и о том не позабыл, что она сама зла на что-то постороннее, о чём он не должен знать. Да уж, сложно работать в таких условиях… Было что-то странное в её психозе. Когда Льюис понимал, что она бесится не по своему желанию и злится на мелочи, он хотел подойти, взять её за плечи и успокоить, сесть рядом и почитать что-нибудь ей, может, поговорить. Он знал, что это какое-то самоубийственное сумасшествие, — желать быть поближе к демону, — но он ничего не мог с собой поделать. И Сара словно ощутила эти порывы. Она стала его сторониться. Снова. Нет, ну что это за спираль такая неправильная? Только-только всё наладилось, а теперь всё по новой! Наш герой начинал внутренне ненавидеть Сону не меньше Сары за то, что она пошатнула хрупкие весы отношений. Нужно было как-то действовать. Но для начала — вытащить Сару из её комнаты. Хотя бы на полчаса.

***

На его счастье, такая возможность появилась сама собой. Страдая от невозможности сделать что-либо интересное, мучаясь безделицей, Сара выползла из своей норки, чтобы немного посмотреть телевизор. Внутреннему счастью Лью не было предела. Наконец! Можно установить контакт! Рыжая уселась на диван и лениво ткнула в пульт. Он осторожно присел с ней рядом и глянул ей в лицо. Царапин уже не было, они успели зажить, так что бледная кожа вновь была до идеала ровной. Рыжие глаза устремились в телевизор, в тёмной комнате они его так сильно и ярко отражали, что радужки и её яркого цвета почти не было видно. Девушка смотрела в телевизор, а потом медленно перевела взгляд на Льюиса. — Что-то хотел? — несколько лениво спросила она. — Ты просто выглядишь мрачной, я хотел узнать, что случилось. — произнёс он мягко. — Не думаю, что ты это поймёшь. — ответила она вновь глядя в телевизор. — У тебя почти наверняка не было такого. — А если всё-таки было? — настоял он. — Тебе-то откуда знать? Для начала хотя бы попробуй. Бестия вздохнула, закрывая глаза. — У тебя бывало такое, что самый близкий твой человек, по сути, твой покровитель, тебя предавал, начиная скрывать правду? — произнесла она тихим, забитым голосом. — Бывало. — с некой грустью признал Льюис. — Причём от самого близкого на тот момент человека. Костоломка оторвала взгляд от телевизора и поглядела на парня, явно посерьёзнев. Тот же, в свою очередь, глядел в пол. — Я не слишком люблю говорить о таких вещах, но у всех нас бывают такие моменты. Да даже у тебя. Молчишь, да и всё тут. — он выдохнул и невесело усмехнулся, соединяя пальцы рук. — Дело было в моей матери. Она мне никак не хотела говорить, что отец хочет встретиться со мной, не говорила, что он пригласил меня на день рождения, на Новый Год… Заставила меня сменить номер, чтобы папа не мог дозвониться. — он покачал головой. — Ты не представляешь, как я злился, когда узнал. Кажется, не хуже тебя. А потом, когда папа умер… В общем, я не мог больше оставаться рядом с этой предательницей. Вот и приехал сюда. — он усмехнулся и поглядел на Сару. Та сидела, явно слегка остолбенев от неожиданного рассказа. — Серьёзно? — был первый её вопрос. — Это правда? — Я тебе не вру, ты же знаешь. — голубоглазый мягко усмехнулся, а потом отвёл взгляд. — Тебе точно не вру. Спустя какое-то время он почувствовал, как холодная рука Сары коснулась его плеча. Девушка сжала его и поглядела в глаза с какой-то открытой печалью. — Я не знала. Прости. Мне жаль. — произнесла она отрывисто и коротко. — Ничего, это ведь даже не твоя вина. — он слабо улыбнулся. — Те, кто врут нам, просто не думают, что всё тайное становится явным. И не понимают, что если это случится, то доверие пропадёт. Вот и… — Знаешь, если быть честной, доверия к Люцию я никогда особо и не питала. — девушка скрестила руки на груди и откинулась на спинку дивана. — Он демон. Кому, как ни мне, знать, что демонам доверять нельзя. А уж в особенности ему. Он же Верховный. Такие вообще не говорят правды. Она отвела взгляд и явно загрустила и помрачнела. Люк немного подумал, а потом решил, что её тоже надо бы поддержать. Осторожно приобняв её за плечо, он придвинулся к ней чуть ближе. — Если ты изначально знаешь, что он такой, то что тебя с ним связывает? — наш герой заглянул ей в глаза. Костоломка тяжело вздохнула. Она прикрыла глаза и уставилась вниз между тумбочкой и полом. — Обычно я не делюсь своим прошлым, знаешь? Но… Раз уж ты рассказываешь о своих тайнах, то и мне надо бы, наверное, раскрыться. — она набрала воздуха, а вместе с тем и смелости. — Проблема в том, что у меня никогда не было своей семьи. — с тяжестью произнесла она. — Моих родителей убили другие демоны. Какие-то бандиты или вроде того. А Люций вырастил меня. Он — единственный, кого я знала с детства. Он — мой покровитель, тот, кто меня воспитал и научил всему, что я знаю. Так что я… Просто не знаю, что мне потом делать в одиночестве. Если он перестанет со мной общаться, я потеряю единственную нить прошлого. Льюис изумлённо смотрел на Сару. Он остолбенел от неожиданности. Так она сирота? Вот так повороты, однако! И тот рыжий шкаф — единственный, кто более-менее ей близок? Парень даже слова произнести не смог от удивления. Он просто уставился на рыжую. А та посмотрела на него да и посмеялась, правда, как-то совсем невесело. — И чего ты на меня уставился, как будто я с луны свалилась? — она отвернулась вправо, невольно касаясь щекой его ладони. — Такое случается каждый день. Да и это всё было давно. Так давно, что я даже и не помню. Так чего жалеть о том, чего никогда не было? Дальше повисла мёртвая тишина. Люк просто не знал, что сказать ей. Такое странное смирение с тем фактом, что она одна, такое равнодушие — было видно, что за колючей оболочкой демона спряталось зажатое в угол судьбой существо, не знающее совсем никаких простых радостей. Люк подумал немного, подумал, а потом обнял девушку покрепче, прижимая к себе. — Ну, — заключил он не слишком весело, — нам обоим не повезло с покровителями. Демонесса усмехнулась, а потом просто слегка склонила голову набок, продолжая смотреть новости. Льюис же придвинулся к ней и, приобняв её, глядел на экран вместе с ней. Время шло, диктор что-то говорил, а ребята согревали друг друга своим теплом. И Льюис ощутил это тепло так, словно его давно знал. Будто бы это то самое тепло, которое ему когда-то дарила мама. Только даже лучше. Сегодня он узнал о своей подруге много нового, словно они стали в разы ближе. А ведь и правда — они сейчас сидят так близко! Даже удивительно. И рыжая такая тёплая, милая, домашняя. В голове Льюиса вновь что-то заклинило. Он осторожно погладил её по голове, а после свободной рукой нежно коснулся её подбородка и щеки. — Ха-х… Костоломка, значит? — спросил он. — Звучное имя. Мне нравится. — Ну, спасибо. — та слабо улыбнулась, даже не одёрнувшись от касаний. — И почему же так придумано? — он слегка наклонился к ней, заглядывая прямо в глаза и продолжая касаться пальцами её лица. — Понимаешь ли, я ещё в детском саду в небольших сражениях со сверстниками ломала им руки, иногда ноги. Одному сломала шею. — она поглядела на Льюиса в ответ. — Что поделать, я была буйным ребёнком. — Да ты и сейчас не слишком тихоня, я бы сказал. — Люк слабо улыбнулся, продолжая глядеть прямо ей в глаза. — Пожалуй, ты прав. — несколько заворожённо говорила она. Парень ощутил оцепенение. Её тепло было так рядом, что ему хотелось обнять её и покрепче прижать к себе, немного поиграться с её волосами. Наверное, это странное намерение читалось на его лице. Он не мог стряхнуть это желание. Снова вспоминания о Кире отодвинулись на второй план, сейчас его занимал только образ рыжеглазой девушки. Но тут уже опомнилась Сара. Словно разглядела это желание в его глазах. Она вдруг вздрогнула, на лицо мгновенно нахлынула краска. Бестия дёрнулась и быстро отпрянула. — Льюис, я… Й-я… — она встрепенулась и поспешно вскочила. — Я забыла, я же хотела чаю себе заварить. — неловко почесав затылок, она несколько нервно посмеялась, стараясь выглядеть невозмутимой. Парень привстал. — Сара, ты покраснела. Тебе нехорошо? — спросил он, стараясь словно уловить потерянную нить. — Да, да, слегка жарко. Наверное, после болезни осталось. Я, пожалуй, поставлю чайник. Рыжая вылетела из комнаты быстрее, чем Льюис успел схватить её за руку и остановить. Он остался стоять один в тишине. Наш герой не успел ещё опомниться после сделанного, но уже чувствовал провал в этом деле. Некоторое время он стоял и тупил, а потом прижал руку ко лбу и тяжело выдохнул. Он натворил нечто. Кажется, он её отпугнул. Гений, что тут ещё сказать. Да и как её успокоить, если он так и не понял, в чём причина её мрачности? Если ей хочется немного доброты в свой адрес, то почему она так активно шарахается от Льюиса, когда он хочет немного её подбодрить? Сложно всё это. Надо хотя бы понять, что её так пугает и тревожит. Парень понял, что один вариант есть. Он рискованный, за него потом можно так схлопотать по шапке, что мало не покажется, но зато он самый верный. Если Сара что-то записывает в блокнот, значит, она ведёт нечто вроде дневника. И надо его достать. Иначе никак. Набравшись храбрости, парень осторожно, тишайшим шагом направился в сторону её комнаты. Если она заметит его во время проникновения, подзатыльником он явно не отделается. Тихо проскользнув в дверь, он подкрался к её тумбочке и потянул на себя верхний ящик. А вот и блокнотик, вот он, родимый! Быстро, с некой лихорадочной дрожью голубоглазый открыл страницу и стал читать последнюю запись. Корявым, угловатым почерком Сары было написано: «Для начала я просто думала, что шутка удалась, как и эксперимент. Но последствия дали о себе знать. Я теперь не понимаю сама себя. Когда мы слишком близко, у меня внутри всё горит. Словно снова возникает желание это сделать. Что это может быть? Не имею не малейшего понятия. Животное притяжение? Точно нет. Оно возникает только с ним, это неестественно. Есть одно предположение, но оно бредовое. Кажется, в человеческом обществе это называется «привязанность». Но какая такая привязанность? Это же какое-то нелогичное понятие. Я не понимаю, кто и как меня «привязал». Ерунда какая-то, если честно. Я пытаюсь разобраться, но не получается. Тот поцелуй… Он для меня словно наркотик. И я попалась на эту удочку, как наивная рыбёшка. Что это за проклятие такое? Как люди с этим живут? Я начинаю понимать, почему у нас запрещены такие чувства. Они очень мешают и от них не отделаться. Но… Этот жар внутри, — мне страшно об этом говорить, — даже приятен.» Льюис удивлённо посмотрел на строчки ещё раз, а потом поднял глаза, уставившись в никуда. Он пытался осмыслить ту информацию, которую получил из записи. То есть… Так, стойте, то есть она шарахается от Люка потому, что они слишком сближаются? Он замер и неожиданно понял, что именно это и происходит. Они постоянно оказываются всё ближе и ближе. Сначала утро на кухне, потом поцелуй в зале, заигрывания от Сары. Что-то между ними происходило, они этого не замечали сразу, а теперь Костоломка поняла — и испугалась. Не понимала неожиданной для демона привязанности. Это её ломало, не давая понять саму себя. Чёрт, как, однако, всё запутано. Застенчивость девушки оказалась вызвана её непониманием собственных чувств. И Стефэнсу словно неожиданно ударило в голову, что он сейчас чувствует то же самое. Он тоже не раз и не два думал о случившемся, пытаясь разглядеть тот контекст, чувствовал, как внутри становится тепло, а порой и даже жарко. Он заразился этим. — Странный получается расклад. — шепнул наш герой себе под нос. — Она сама этого хотела, но теперь не может разобраться с последствиями? Глупость какая-то, если честно. Очевидная, даже слишком очевидная для такого существа, как демон. Льюис решил, убирая дневник на место, что надо быть с ней помягче. Сделать вид, что ничего не было, и попытаться показать ей, что всё, что она ощущает, вовсе не плохо, что такое случается и это нормально. Сложно, конечно, ибо ещё пойми поди, к какой стороны к ней подойти. Но делать-то что-то надо, иначе всё может обернуться катастрофой. Беззвучно выскользнув из комнаты Сары, чтобы та не заметила уж точно, парень тихо зашёл на кухню, заглядывая через проём, где там его взрывная соседка. Та сидела на полу возле самой плиты, прислонившись к ней лопатками, и бесцельно глядела в потолок, обняв одно колено. Заслышав шаги соседа, она не посмотрела на него, вовсе нет, наоборот — уставилась в пол, пряча глаза. Немного постояв и подумав, Люк присел за стол и поглядел на неё, а потом отвёл взгляд в окно, чтобы её не смущать. — Ну что, полегчало? — Да, слегка. — Кости вздохнула и поднялась, отворачиваясь к плите. — Чайник пойти вскипел. Тебе чай заварить? — Несомненно. — голубоглазый мягко улыбнулся. — Какой же? Тут парень решил немного отвлечь её, зная её настойчивость в вопросах. Он поднялся и осторожно, словно боясь, что та его ударит, подошёл к демонессе и встал рядом, опираясь на напольный шкаф. — Слушай, что насчёт вечерней прогулки? — Да иди, куда хочешь, хоть на край света. Твоё право. — бестия небрежно отмахнулась. — Так какой чай-то? — Да нет, не я один. — он чуть обернулся к ней, глядя внимательно на выражение её лица со стороны. — Пошли со мной? — Погоди… Ты что, зовёшь меня на прогулку? — исчадие замерла. На миг её глаза устремились в пустоту, губы дрогнули, лицо буквально стало пустым. Потом она слегка нахмурилась и стрельнула в него взглядом. — Люк, ты чего, с дуба рухнул? — Нет, ну, а что не так-то? — он неловко повёл плечами, скрестив руки на груди. Ему действительно стало неловко и неуютно от такой реакции. — Ты понимаешь, что зовёшь с собой исчадие ада? — она слегка приподняла одну бровь. — Ой, прям проблема из проблем. — он позволил себе слегка скривить губы, хотя знал, чуть переборщить — и эта мадам попросту рванёт. — Какая разница? Мы же всё-таки друзья. — Друзья? Хе-х… — усмехнулась бестия как-то невесело, нервно. — И когда это, интересно, мы успели стать друзьями? — Нет, ну ты это так говоришь, как будто я для тебя до сих пор тот самый незнакомец. — он слегка ударил пальцами по поверхности шкафа. — Год общения что, коту под хвост? — потом тон его слегка смягчился. — Соглашайся, ладно уж тебе. В кино, может, сходим, в парке посидим — да куда хочешь, туда и пойдём. — А если я тебя в горы позову? — рыжая задорно хмыкнула. — Давай в разумных пределах, а? — он не мог не усмехнуться слегка. — Ну же. — Даже не знаю. — та вновь посерьёзнела, уставившись в пространство и автоматическими движениями открывая шкафчик и нащупывая там коробку с чаем, причём в задумчивости сначала нащупала вообще не тот. — А ты не боишься, что я всё испорчу? У меня есть такое свойство. — Ну ты же не окончательный псих-разрушитель, в конце-то концов. Да и тебе самой наверняка нужен небольшой отдых. Особенно после недавнего. — он слегка пожал плечами. — Давай. У нас обычно девушки с радостью тащат остальных на отдых. — Это ко мне не относится. У вас это нечто вроде традиции, причём вынужденной, ведь вы — люди. А я не человек, у меня нет ваших… физиологических минусов. — она со злости резким движением пихнула обратно не ту коробку, а свою вытащила, как кролика из клетки. — Я не устаю так быстро. — Но ты же изучаешь людскую психику и образ жизни, верно? А это важная часть жизни любого существа — отдых. — Льюис чуть развернулся и попытался заглянуть ей в глаза. — Я очень хочу, чтобы ты пошла со мной и посмотрела на то, как развлекаются нормальные люди. Лазание по скалам — не слишком человеческое занятие, я бы сказал. Демонесса вздохнула, подняв глаза к потолку, а потом поглядела на него. Она сдалась. — Ладно, я пойду. Но только в научных интересах. Льюис радостно улыбнулся. — Вот и замечательно. Кстати, чай с шиповником. — последнее он шепнул чуть более игриво. После он осторожно, по-дружески похлопал рыжую по плечу, после чего направился обратно в зал, чтобы более не смущать её своим присутствием, ведь подозревал, что нервы её натянуты, как струна. Едва только он ушёл, как бестия вздохнула и через силу и напряжение улыбнулась. «Фу-х, пронесло. — подумала она. — Он ничего не узнал. Это главное». Наконец, чайник издал короткий тихий свист, оповещая, что можно наливать чай. Девушка выключила газ, наполнила чашки водой, а после села за стол и взялась за переносицу, пытаясь успокоиться. В груди у неё всё буквально пылало. Так близко, так, чёрт возьми, близко… Она не понимала, почему внутри всё так горит и отчего внутренний зверь так забивается в угол. Просто понимала, что это неспроста. Люк — тот, от кого ей стоит держаться подальше, если она хочет остаться собой. Так велит закон, так велит зверь. Что может ломиться им поперёк? Опять этот бунтующий камешек на шее?..

***

Надвигался вечер. Льюис читал книгу, выключив телевизор, ведь Сара, принеся ему чай, вернулась в свою комнату. Плохо, конечно, но ей так или иначе придётся выползать вместе с ним, ведь они договорились. Победа? Должно быть. Ни шагу назад! Наконец, парень глянул на часы. Шесть часов. Темно уже. Самое время выйти на улицу и прогуляться по затемнённым милым улочкам. Это такое волшебное время, что Льюису не терпелось увидеть в загадочной темноте не менее загадочную Сару. Поднявшись с дивана и закрыв книгу, он подошёл к её двери и постучал. — Сара, пора бы собираться. Пойдём. За дверью раздалось многозначное «угу», а после послышалась возня, показывая, что девушка удосужилась слезть с кровати и начала одеваться. Стефэнс отправился в свою комнату, ведь входить к ней сейчас точно не лучшая идея. Одежда зашуршала по телу, мысли ненадолго заняла пустота, а после, опомнившись, он вышел в коридор и надел куртку. Вскоре и бестия показалась из своей комнаты, как всегда, в своём символичном сером спортивном костюме. Кулон был надёжно спрятан под одежду, капюшон прикрывал голову. Рыжие глаза мельком пробежались по лицу Люка, и он кивнул, соглашаясь, что пора выходить. Они шли долгое время совершенно молча. Даже тема для разговора словно нарочно не находилась. Но Льюис не терял надежды. Прибавив шагу, он догнал Сару, а потом решил заговорить с ней, поворачивая к парку: — Ты вообще кроме лазания по скалам на прогулке что-нибудь делаешь? Или по-нормальному вы не гуляете? Рыжая фыркнула и поглядела на него, а после отвела глаза на тень деревьев над собой. — Ну, иногда можем постоять где-нибудь и полюбоваться видом, но на этом, пожалуй, всё. — А качели, карусели, сидения на скамейке, нет? — он даже удивился. — Не-а. Такой ерунды мы не творим. — та невесело хмыкнула. Но тут Люк резко сдал по тормозам, останавливаясь возле небольшой тележки, где продавали сахарную вату. Он коротко переговорил с продавцом, передал ему деньги, получил порцию ваты и сразу же протянул Саре. — Вот. Попробуй. Та поглядела на него, удивляясь. Словно не понимала, что это он делает. На её лице отразилось даже некоторые недоверие. — З-зачем? — спросила она, чуть поёжившись. — Ну, вата же. Вкусно. Классно. — попытался донести он. Снова минута неловкой ходьбы, пока Люк продолжал настойчиво протягивать вкусняшку ей. Выдохнув, Сара всё-таки отщипнула немного и попробовала. Она долгое время явно и не думала давать по этому поводу комментариев, но после всё-таки сказала: — Ну да, вкусно. Только на губах всё липнет теперь. — Ничего страшного, это просто сахар. — Льюис слегка усмехнулся. Снова неловкое молчание, пока по запутанным дорожкам они продвигались к центру парка. Темноволосый пытался придумать хоть какую-то тему для разговора. Наконец, у него появился вопрос. — Сара, кстати, меня давненько мучает один вопрос. — он отщипнул немного ваты и для себя. — Вот скажи мне, как тебе удобнее ходить: в человеческом виде или в обращении? — Хе-хе-хе. — её смех отдал загадочной демонической ноткой. — Не думала, что ты хоть когда-нибудь додумаешься до подобного вопроса. На самом деле, тут всё довольно просто: мне удобнее в обращении. — Да? — парень удивлённо округлил глаза. — В самом деле? — Ну конечно. — она спрятала руки в карманы, ухмыляясь. — И почему же? — По сути, обращение — наше естественное состояние. — она задумчиво отвела глаза к небу и чуть в сторону. — Мы, в сути своей, являемся полузверями. Мы изначально имеем множественные звериные признаки, а также инстинкты и повадки. «Человеческое лицо» мы приобрели значительно позже. К тому же, для поддержания человекообразной формы приходится тратить чуть больше сил: к примеру, удержание клыков, когтей и прочие не самые приятные мелочи. — она усмехнулась. — Так что, если говорить прямо, человеческое состояние не нравится мне хотя бы потому, что в нём я постоянно напряжена. Тратить силы на поддержание облика утомительно, потому при первой же возможности принимаю истинный вид, а то так и переутомиться недолго. — Ого… А внешне ты всегда такая бодрая и невозмутимая. — Люк проскользил глазами по ней, словно ища признаки той самой усталости, но в её гордой походке этого не замечалось. — Да за сотни лет и не такое научишься прятать. Да и привыкнешь, в конце концов. Это как со спортом: только сначала тяжело. — тут бестия покосилась на него, словно проверяя, куда это он смотрит. Льюису пришлось отвести взгляд. Снова секунды тишины. — В общем, не удивляйся, если дома увидишь меня в не слишком человеческом. Мне просто так удобнее. — А что тогда насчёт частичного обращения? Оно же не полностью освобождает от нагрузки, верно? И зачем оно? — Стефэнс сейчас сам удивлялся своему неожиданному любопытству по всем мелочам, но вдруг ему захотелось узнать о жизни Сары как можно больше. Просто — бум! Да и поговорить о чём-то надо. — Ну, частичное обращение позволяет пользоваться некоторыми небольшими бонусами полной формы. Зрением, к примеру. Да и слегка снижает нагрузку, если всё очень плохо. Но его полезность относительна, как ты, верно, догадываешься. Я не совсем понимаю, зачем оно нам. Может, кто-то другой знает лучше. Она пожала плечами и замолчала. К тому моменту они как раз вышли из-за зарослей и оказались на небольшой круглой площадке, где располагались качели, карусели и пара лазелок. Наш герой подошёл к качелям и жестом пригласил Костоломку за собой. Она села по соседству и замолчала, начиная понемногу покачиваться, глядя на звёзды неотрывно, кажется, ища глазами созвездия. Льюис сидел на своём месте и глядел в землю. Снова тишина. За пределами парка ездили машины, вдалеке проходили какие-то компании, семьи, парочки. Льюис вслушивался в их разговоры, но даже не запоминал, что они говорят — просто слышал голоса. Они завораживали в этой тихой спокойной ночи. Так вот и молчали: он слушал окружение, она смотрела открывавшийся сквозь редкие облачка купол космоса. Но вот Люка пробудил один голос. Он показался ему знакомым. Точнее, он уловил в нём знакомую манеру и нотки, потому прислушался. Нет, не он, показалось. Но очень похоже. И, ассоциируясь с образом по голосу, Льюис задался ещё одним вопросом, который тут же и выпалил: — Сара, а тебе нравится Кристофер? Секунда молчания. Тут наш герой слегка порозовел, ожидая, что Сара сейчас захохочет, как истинный бес, распугивая птиц, и начнёт его высмеивать. Но этого, на удивление, не произошло. Демонесса лишь перевела взгляд ниже, на деревья, темневшие слегка грозно в свете фонаря, и промычала: — Не-а. — она обхватила рукой длинную цепь, позволяя локтю свободно повиснуть. — Ещё бы мне подобный персонаж нравился. Наглый, самовлюблённый — убийственная смесь. После девушка перевела взгляд на Льюиса. — Но тогда зачем ты с ним общаешься вообще? — задал вполне естественный вопрос парень, облокачиваясь на ручку качели и глядя на собеседницу. Та на секунду поджала губы, думая над ответом. — Ну, во-первых, иначе он просто не даст мне прохода. Он напористый, гад. — она чуть подняла край губы, показывая зубы. — Во-вторых, мне просто интересно, что будет, если я с ним сближусь. Изменит ли он модель поведения? Ну и, в-третьих, есть всё-таки кое-что, что мне в нём нравится: запах его крови. Тут она так жутко оскалилась, что голубоглазого слегка тряхнуло. — Умеешь ты, однако, речи говорить. — пролепетал он. — Что ты за страшные вещи такие произносишь? — Хи-хи-хи… Привыкай. — бесовка хитренько оскалилась, улыбаясь. — Я и Сона всё-таки одной расы, у нас есть схожие черты характера. — Давай ты только не будешь полностью в неё превращаться, ладно? Парень даже встал с качели. Но, увидев, как она улыбается, успокоился. Даже подошёл к ней с другой стороны и, взявшись за цепь качелей, начал слегка раскачивать. — И всё-таки? Есть хоть какие-то черты тебе в нём нравятся? — К чему этот вопрос? — перехватила она. Ну вот, добрались до этого места. — Мне просто интересно. — тут же чуть ли не огрызнулся Льюис, продолжая раскачивать её чуть сильнее. — Точно так же, как тебе интересно про Киру. — Да с тобой и Кирой-то всё и так понятно. — она посмеялась. — Нет, Кристофер мне ничем, ничем, ничем не нравится. — словно бы вдруг ощутив, что амплитуда раскачивания увеличивается, она удивилась. — Эй, погоди-ка, что ты делаешь? — Я просто тебя качаю. — он улыбнулся. — Люди так часто делают. — Мне… не очень нравится это. П-перестань. — рыжая неуютно поёрзала. — Да ладно, я не так сильно. Расслабься и наслаждайся. — он усмехнулся и очень дружелюбно улыбнулся. Костоломка искренне попыталась расслабиться, хотя её настораживало подобное поведение. Постепенно размах набирал силу. Льюису нравилось наблюдать за Сарой, за тем, как её волосы чуть подлетают от потоков встречного воздуха, как болтаются ноги, вздрагивают шнурки на кофте. Медленно всё становилось сильнее… И тут при очередном подлёте Сара пропала из кресла. Льюис так офигел от неожиданности, что застыл и, забыв выпустить качелю, чуть не улетел вместе с ней. Подняв взгляд, тот слегка расслабился: рыжая зацепилась руками за перекладину и быстро на неё забралась, усевшись. Она зыркнула на Люка, он на неё. — Сара, ты что делаешь?! Я вообще-то испугался! — он выдохнул. — Ты зачем туда залезла вообще? — А ты чего меня так сильно раскачиваешь? — та возмутилась. — Ты меня так на дерево закинешь, если не в космос отправишь! Я тебе не космонавт, а качели — не центрифуга! — Да не закинул бы я тебя никуда. — паренёк засмеялся. — Вот ты вроде демон, вся такая королева зла, а на деле трусишка. — Да сам ты…! — она не закончила фразы от недовольства. — Давай-ка, садись, я тебя раскачаю! — Ну уж нет. — тот помахал руками перед собой. — Я знаю, что за бесы в тебе сидят и в какие просторы атмосферы ты можешь меня отправить, так что ни за какие шоколадки! — А меня, значит, качать со всей дури можно? — Но я-то человек, а вот ты не очень. Отступив перед этим аргументом, Сара фыркнула и спрыгнула с качелей далеко вперёд, чтобы не попасть под этот своеобразный тяжеленный маятник. Приземлившись, отряхнулась. Льюис остановил качели и подошёл к ней. — Я думал, что ты привычна к экстриму. — он слегка задел её локтём, широко улыбаясь. — «Солнышко» делаю только по своему желанию. Ясно? — она сунула руки в карманы. — Ой, да брось. — тот прикрыл один глаз. — Но ведь это здорово, да? Адреналин ощутила? — Я тебя сейчас так проадреналиню… — Боунбрэйкер слегка оскалилась, но Люку, кажется, было до лампочки. — Ну-ну, довольно. Это была просто шутка. — он медленно пошёл дальше, а Сара зашагала рядом с ним. — Но, в целом-то, неплохо, да? — Ну, относительно так. — та пожала плечами. — Если не со всей дури, немного можно. — И как? Не зря я тебя вытащил на улицу? — улыбка сошла с лица Льюиса, ведь это была буквально ключевая фраза. Сара задумчиво откинула голову назад и внимательно глянула на звёзды, рассматривая их. Те отражались в её глазах, придавая огнённым глазам волшебного ночного сияния. Губы поджаты, ресницы дрожат — не взирая на неестественный цвет глаз, она казалась человеком, таким же, как и все. Замечтавшейся девушкой на ночной улице. — Ну… Знаешь? Гулять здорово. — она слабо улыбнулась. — Особенно к ночи. — Вот уж да, именно, что к ночи. — парень обеспокоенно глянул на телефон, проверяя время, и выдохнул. — Пора бы нам с тобой и домой топать, а то завтра не проснёмся. — Аккуратнее со словами. — та прищурилась. — Накаркаешь. Они пошли к выходу из парка, снова молча. Но теперь уже не от неловкости. Молчание было спокойным и умиротворённым, гармоничным. Шли медленно, никуда особо не спеша. Всё же, так и так уже поздно, а ночным городом полюбоваться охота. — В другой раз пойдём по моему пути. — вдруг хитро улыбнулась Сара. — Это как же? — глянув на неё, спросил Льюис. Та опустила голову. На её лицо опустилась загадочная тень капюшона, а глаза и медальон из-под куртки давали слабый чарующий свет. Она хитренько прищурилась. — По крышам.