Ты можешь, ты хочешь?..

Лен забирает Лизу, стараясь не спешить, так как не знает точно, сколько времени нужно Барри на разговор с Айрис. Шагая к дому, он пытается представить, какими бы словами признался своей лучшей подруге не только в своей бисексуальности, но и в том, что у него есть парень — один из самых известных школьных хулиганов. Конечно, самой близкой подругой Лена была Лиза, и они были очень привязаны друг к другу. Иногда ему даже кажется, что она читает мысли, поэтому довольно сложно представить себя на месте Барри. Что касается других ребят из школы, которых Лен считал почти-друзьями, они точно не должны узнать о них с Барри — по крайней мере, от Лена точно. А если узнают? Лен понимает, что не может на это забить, ему важно, что они подумают. Если они так и не прознают, то это облегчит им с Барри жизнь — в долгосрочной перспективе. К дому Уэстов Лен и Лиза возвращаются уже ближе к закату и на подъездной дорожке встречают Джо, идущего от машины с тремя пиццами в руках. — Давайте я открою, мистер Уэст, — предлагает Лен, взбегая по лестнице. — Спасибо, Леонард, — говорит Джо, благодарно кивнув, но все же недоуменно поглядывая на друга сына. Лен — воспитанный парень, но вот так кидаться открывать дверь — не в его стиле. Это вернуло мысли Джо к тем дням, когда поведение Лена было сомнительным, мотивы — подозрительными. Поэтому он взял на правило называть Джо «мистер Уэст», видимо, чтобы проявлять больше учтивости во время своего присутствия в доме. Видя, что Лен снова стал странным, Джо не может не задаться вопросом, почему. Айрис и Барри появились в дверях, заслышав шаги Джо. Гостиная наполнилась смехом, шутками и гомоном сразу от трех разговоров. — Эй, — зовет Лен. Лиза и Айрис громко обсуждают лиловое платье с блестками, которое Айрис видела на сайте Etsy, и не слышат их. — Барри, как все прошло с…— он кивком указывает на Айрис, которая замечает это и улыбается. — Нормально, — говорит Барри. — Но она думает, что должна рассказать Джо. Ну… ты понимаешь… о нас… сегодня вечером. Лен прикусывает щеку. — Неплохая идея, учитывая, что ты в ударе и все такое. И тут полно твоих друзей. Но я все равно удивлен. — Почему? — Что она не пыталась тебя шантажировать или что-то в этом духе. — Вообще-то, — говорит Барри, сравнявшись цветом лица с пожарной машиной, — она хотела, чтобы я рассказал ей, хорошо ли ты целуешься. Ей нужны были подробности. — На кой черт? — несколько раздраженно спрашивает Лен, но все равно не удерживается от утробного смеха. Барри дергает плечом. — Она считает, что ты выглядишь так, будто сногсшибательно целуешься. — И? — интересуется Лен, подходя ближе. Его взгляд, сосредоточенный и полный невысказанных обещаний, прикован к губам Барри. — Так и есть. — Барри прикусывает губу. — Но я бы ни за что не сказал ей об этом. Это останется между мной и тобой. Лен наклоняется еще ближе, Лиза и Айрис как раз убегают на кухню. — Держу пари, так оно и будет. Барри хихикает и отводит взгляд, стараясь не слишком громко смеяться, чтобы не выдать их обоих. Джо наблюдает за тем, как дети уносятся на кухню — просто четверо подростков, делающий то же, что и всегда. Но любопытство Джо лишь укрепляет его подозрения: Лен, как и Барри, ведет себя сдержанно, и когда Айрис и Лиза сломя голову бегут на кухню, они вдвоем даже не пытаются спешить. Это длится всего секунду — они обмениваются взглядами. Барри улыбается, тут же заливается краской и отворачивается, а Лен идет следом и выглядит уж чересчур довольным. Довольным не по-дружески. Это больше похоже… на флирт. Это заставляет Джо затаиться, но ненадолго: дети возвращаются, неся тарелки, салфетки, стаканы и содовую. Поэтому Джо просто приплюсовывает этот момент к остальным странным эпизодам, связанным с поведением Барри и Лена. Нужно дождаться подходящего момента, и тогда все станет ясно. Лен и Лиза много раз бывали на ужине в доме Уэстов и отлично ладили с Джо, Барри и Айрис. Даже когда Лен и Барри еще не были лучшими друзьями, Джо считал, что Лен заинтересовался дружбой с Барри, чтобы вместе с сестрой быть подальше от семейных проблем, но все равно было здорово ужинать всем вместе. Ужин начинается прекрасно. Лен и Лиза благодарят Джо за приглашение, отмечая, что они уже давненько не ели пиццу из настоящей пиццерии. Лен со смехом вспоминает о том, как Лиза пыталась соорудить пиццу дома, используя вчерашние домашние лепешки, томатный соус и обычный сыр вместо моцареллы. Договаривать ему было не нужно, потому что все и так понимали, что это закончилось полнейшей катастрофой. Лиза швыряет в брата пепперони, попадая прямо в щеку. Дети продолжают весело болтать о школе, тренировках, предстоящей научной ярмарке и заварушке с участием заместителя директора и упавшего пятилитрового ведра капустного салата, которая произошла во время обеда. Они так громко смеются, что Джо не может разобрать ни единого слова. Это длится целых пятнадцать минут, и он чувствует себя чужим на этом празднике юности. — Скоро ведь Весенний Бал? — спрашивает он, когда смех наконец стихает. — Слышал, что тема в этом году — Золотой век комиксов. — Ага, — хихикает Лиза. — И кто это придумал? — Идея в том, чтобы герой нашел своего злейшего врага, но вы не будете знать, кто скрывается за костюмом. «Все будут по-весеннему счастливыми!», — говорит Айрис, изображая кавычки, чтобы подчеркнуть дурацкий слоган школьных танцев. — Похоже, эта тема выбрана специально для тебя, Барри, — походя замечает Джо. — Что думаешь? — Ну… у нас обычно девушки парней приглашают, — говорит Барри. — И за последние два года меня никто не приглашал… — он поднимает голову и смотрит на Лена. Тот застыл, уставившись в тарелку невидящим взглядом и медленно жуя. — Но все нормально, — продолжает Барри, думая, что момент отлично подходит для признания. — Потому что я… — Барри есть, с кем пойти на Весенний Бал! — неожиданно вклинивается Айрис. В ту же секунду над столом повисает неприятное напряжение. — Айрис… — бурчит Лиза себе под нос. Айрис зажимает рот ладонью, будто ее тело отреагировало быстрее, чем разум. — Боже мой. Она имела в виду не Лена. Забывшись приятным разговором, она не подумала как следует. Она говорила про Мойру Пеллингс, которая уже несколько недель намекала на то, что влюблена в Барри. До того как он признался ей в том, что встречается с Леном, Айрис планировала его подколоть на эту тему. — Айрис! — прошипел Барри. — Ты же обещала молчать! — Я не имела в виду… — ее взгляд непроизвольно метнулся к Лену, а затем снова Барри, что определенно заметил Джо. — Я… про Мойру. Про ту девушку, с который ты занимаешься. Которая рисует сердечки на всех своих тестах, с которыми ты ей помогаешь. — Я знаю, о ком ты, — ворчит Барри сквозь зубы, переводя взгляд на своего угрюмого парня, которому явно не нравится эта тема. — Мойра… Пеллингс? — спрашивает Лен, злобно прищуриваясь. — Лен? — Лиза кладет ладонь на его руку, чтобы успокоить ревнивого брата и не дать ему сделать что-то опрометчивое, например, встать и не очень гордо уйти. — Э… да, — позорно заикаясь, отвечает Барри. — Я… я собирался сказать тебе, н-но это не имеет значения, потому что я все равно не хочу с ней идти. Я никуда с ней не пойду. Я ни с кем не пойду, потому что… — Барри замолкает, сглатывая мерзкий комок, который противно скатывает по горлу вниз. — Я думаю… И тут становится тихо. Никто даже не дышит. Все сидят, молча жуют ужин, глядя в тарелки, будто сейчас рванет. Обычный мирный ужин с пиццей превратился в самый напряженный и тяжелый, который даже не шел ни в какое сравнение с ужином после того, как Барри и Айрис стащили у Джо ключи и поехали кататься на его машине. Барри смотрит на Лена. Лен бросает взгляд на Лизу. Лиза таращится на Айрис. Айрис мельком смотрит на отца. Джо поднимает голову, следя за тревожными переглядками, и берет третий кусок пиццы. Нахмурившись, он смотрит на четырех напряженных подростков, сидящих за столом и ковыряющихся в еде (разве что Лен демонстративно жует третий ломтик). По мнению Джо, они все ведут себя слишком уж виновато. Одного хмурого подростка и так достаточно, два — уже перебор. Но четыре? Джо подсознательно надеется, что сейчас у него зазвонит телефон, оповещая о вызове на работу. От неизвестности его даже подташнивает. Он и представить не мог, что так будет, когда разорился на целых три пиццы из самой лучшей пиццерии Централ Сити. — Так, — говорит Джо, вытирая рот салфеткой. — Может быть, кто-нибудь объяснит мне, что происходит? Все взгляды устремляются на Барри, и он знает это, поэтому даже не поднимает головы. — Ясно, — подытоживает Джо, теребя уголок салфетки, вытирая жир с кончиков пальцев. — Барри? — Да, сэр? — отвечает он после второй, более тяжелой попытки сглотнуть и наконец глядя на Джо. — Ничего не хочешь мне сказать? — Эм… — внезапно Барри понимает, что онемел, в ушах звенит так громко, что он не слышит собственных мыслей. — Эй, Лиза! — вдруг говорит Айрис. — У меня новая «шоколадка» от «Too Faced». Хочешь попробовать сделать смоки-айз? — Конечно, — кивает Лиза, подхватывая тарелку. — Отличный план. — Барри. — Лен берет свою тарелку и стакан содовой. — Я пойду почитаю у тебя. Там доем. — Погоди, чего? — Барри смотрит на него так, будто Лен его ударил. — Почему? — Потому что, я думаю, что вам нужно поговорить наедине. И, кроме того, — Лен придурочно хихикает. — Мне не особо удобно будет. Барри провожает взглядом уходящих друзей и предателя-бойфренда. Они оставили его в беде! Джо молчит, пока шаги не стихают и не раздаются хлопки закрывшихся дверей. Как только становится тихо, он поворачивается к Барри. — Пересядем на диван? — предлагает он, вставая из-за стола и направляясь в гостиную. Устроившись на своем обычном месте, Джо ждет, когда Барри присоединится к нему. Барри бросает остатки пиццы на тарелку и вяло плетется следом, оттягивая неизбежное как можно дольше. — Итак, — начинает Джо, не дождавшись, пока Барри наконец придет в гостиную. — Как долго вы собирались встречаться, прежде чем наконец один из вас набрался бы мужества рассказать мне? Барри едва успевает дойти до дивана, как замирает в смешной позе, разинув рот. — Откуда ты знаешь? — Я был бы отвратительным копом, если бы не понял сразу, — усмехается Джо. — Но не в этом дело. Почему дети всегда думают, что их родители тупые? Вы не особо скрывались… да и тихими не были… — Боже, — бормочет Барри. — Ага, — говорит Джо. — Именно это я и слышал. Снова и снова. — Боже, — повторяет Барри, задыхаясь, как помирающая рыбина на берег, бледнея, осознав, что подлил масла в огонь, сказав это снова. — П-почему ты мне ничего не сказал? — Я подумал, что тебе будет трудно. Я хотел, чтобы ты сам ко мне пришел, хотя установил сроки. Учитывая, сколько времени вы проводите в комнате, я подумал, что мне нужно дать вам время… наговориться. — О, нет. — Лицо Барри из белого становится полупрозрачным. — Пожалуйста, нет. Не так. — Ладно, ладно, — уступает Джо, пожалев несчастного Барри. — Ты умный парень. Я верю, что ты поступишь правильно. — Спасибо, — искренне говорит Барри. — Но просто… чтобы ты знал, Барри. Если тебе понадобиться поговорить или у тебя будут какие-то вопросы… — Знаю, знаю, — говорит Барри. — Ты будешь рядом. — Или если тебе будет нужна помощь при покупке презервативов… — продолжает Джо, явно не желая, чтобы эта пытка закончилась безболезненно. Айрис не так легко вывести из равновесия, в отличие от Барри. Возможно, это был единственный для Джо случай по-настоящему смутить одного из детей. — Джо… — умоляет Барри. — Или советы… — Джо! — на этот раз он издает скулеж, полный неловкости и ужаса. — Я имею в виду, что я такого ведь не делал, — заканчивает Джо, добавляя непонятные, но тревожные жесты, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. — Но я думаю, что механика та же самая… Барри способен только пищать. — Точно! Я могу взять несколько брошюр в клинике. Или видео напрокат. Мы можем посмотреть его вместе. Это будет как бы установление понимания… — Боже! — стонет Барри, но сразу же поморщился, и Джо разражается истерическим смехом. Барри хватает подушку и прячет в ней пылающее лицо. — Ну, я могу сказать, что моя работа здесь закончена! — говорит Джо, хлопая Барри по плечу. — Почему бы тебе не позвать своего парня? Я хочу и с ним поговорить. Барри вскакивает с дивана и несется в комнату, стремясь оставить этот позор позади. Джо, злобно хихикая, остается ждать. — Что он сказал? — спрашивает Лен, когда Барри открывает дверь своей спальни с таким видом, будто его сейчас стошнит. — Эм, он… он хочет поговорить с тобой, — бормочет Барри, усаживаясь на кровать так же, как только что на диван — тяжело, будто колени перестали слушаться. — О… — тянет Лен. Его лицо ничего не выражает, хотя он явно обеспокоен реакцией Барри. — Хорошо. Лен встает с кровати и смотрит, как Барри забирается на кровать и поворачивается к стене, прижимая подушку к животу. Это плохо. Лен вдруг вспоминает разговоры со своим отцом, и ему хочется выйти из окна, а не спускаться по лестнице. Но это не дом Льюиса Снарта, это дом Джо Уэста. Офицера из полицейского департамента Централ Сити и, насколько Лен помнит, официально отца года. Что бы там ни ждало Лена внизу, оно не так уж плохо. Барри просто слишком остро реагирует. Он направляется к двери спальни, но останавливается, услышав всхлипы. Барри зарылся лицом в подушку так, что не видно даже ушей. Окно, — думает Лен. Это не так уж сложно. Он ничего не сломает, почти. За Лизой вернется позже. Или просто оставит ее здесь. Может быть, Джо удочерит ее, как когда-то усыновил Барри. Воспитает ее как собственную дочь. Лен бы мог посмеяться над собственной мыслью, не будь она слишком уж хорошей. — Леонард? — слышит он голос Джо из гостиной. — Могу я поговорить с тобой? — Эм… да, конечно. Он делает глубокий вдох, но желудок все равно делает сальто. Лен спускается по лестнице, подходит к дивану и садится — прямая спина, бесстрастное лицо. Он готов выслушать все, что Джо захочет ему сказать… или сделать… или мучительно убить. Джо начинает говорить не сразу, оценивает Лена задумчивым и проницательным взглядом. Он уже поговорил с Барри и все знает. Так чего же он ждет? Наверное, это какая-то техника допроса. Может, Джо просто пытается вывести его из себя? К сожалению, это срабатывает. — Послушайте, — говорит Лен, не в силах больше смотреть. — Я знаю, что вы собираетесь сказать. — Неужели? И что же? — Вы хотите сказать, что Барри — хороший парень, порядочный, и заслуживает лучшего, и мне не стоит делать ему больно. — Именно это Лен и представлял, когда думал, что скажет их с Лизой отец, когда она начнет приводить мальчиков домой. Лен давным-давно понял, что отец ничего подобного не скажет, поэтому взял это на себя. Не то чтобы парни часто приглашали Лизу на свидания. И главным образом причина была в Леонарде. — Около того, — соглашается Джо. — Я знаю, что у вас с Барри поначалу были проблемы, и мне это не нравилось. Совсем не нравилось. — Знаю. Я вас понимаю. — Но, — продолжает Джо. — Я наблюдал за тем, как ты растешь, парень. Ты изменился, и это все — результат твоих собственных трудов. Я хочу видеть, как ты продолжаешь совершенствоваться. Превращаешься из хорошего парня в отличного мужчину. И что бы ни случилось в твоей жизни, или между тобой и Барри в будущем, продолжай делать то, что ты делаешь. — Обязательно, — говорит Лен. — Обещаю. — И будь к нему добр. Он этого заслуживает. — Он заслуживает целого мира, — говорит Лен, и Джо ошеломленно кивает в знак согласия. — Ты совершенно прав. На мгновение воцаряется тишина, и Лен ждет продолжения. Когда его не следует, он улыбается. — И что же? Вы не собираетесь мне угрожать или добавить еще одно «или»? — Да, — говорит Джо, — будь добр к нему, или ты… упустишь что-то потрясающее. — Хлопнув Снарта по колену, он поднимается с дивана. — Давай. Иди к своему парню. Скажи, что ты еще жив. Лен взглядом провожает Джо, идущего к столу за пиццей. Вот и все. Страшный разговор состоялся. И никаких криков или ударов в челюсть. Только сочувствие, утешение, понимание и слова одобрения. Потому так и должен поступать хороший отец. И хороший человек. Иногда, сидя среди школьного хулиганья или работая с отцом и его подельниками-неудачниками, Лен забывает, что в мире существуют хорошие люди, те, кто не скрывают своих чувств, когда к ним приходят друзья, и не бьют детей головой об стену перед уходом. И если и существовал человек, на которого Лен мог бы равняться, это был бы Джо Уэст. Он очень рад, что отец Барри больше не считает его бездельником и задирой. Лен торопливо поднимается по лестнице, удивляясь, как ему не терпится вернуться к Барри, как его тянет к нему. У них появилась связь, которой у Лена не было ни с кем, кроме Лизы. Будто все время хочется быть рядом. Зайдя в спальню, Лен видит, что Барри все еще лежит на кровати, держа бейсбольный мяч. Он не подбрасывает его, просто крутит в руках. — Он тебе угрожал? — нервно спрашивает Барри. Лен закрывает дверь и вскидывает руку, ловя брошенный мяч. — Он был с пистолетом? Сказал, что у него есть лопата, и твое тело никогда не найдут? — Нет, — фыркает Лен. Он падает на кровать рядом с Барри и кидает мяч под таким углом, чтобы Барри мог его схватить. Они усовершенствовали свои навыки, и теперь этот танец с мячом такой же понятный и четкий, как и все остальное между ними. — Джо — хороший мужик. Он просто хочет быть уверенным, что я буду хорошо к тебе относиться. Барри вздыхает, отбрасывая мяч. — Ну, он мог просто меня спросить. Я бы ему все рассказал. Лен подбрасывает мяч в воздух и сует ему. — Знаю я. Но я думаю, что ему нужно было услышать все от меня. Ну, типа, смотреть в лицо, чтобы увидеть реакцию при ответах на вопросы и все такое. Тогда он будет знать наверняка. Это для его собственного спокойствия. Потому что это еще одно, что делают хорошие отцы. И никогда не сделал бы отец Лена. — Наверное, — соглашается Барри. — Прости за Мойру. Лен кивает, поймав мяч, и делает паузу, прежде чем подкинуть его еще раз. — Почему ты ничего не сказал? — Не посчитал это важным, если честно, — признается Барри. — Теперь, когда у меня есть ты, я ничего вокруг не вижу. Ты единственный человек, который меня волнует. Если я и пошел бы на эти дурацкие танцы, то только с тобой. Барри ждает, что Лен закати глаза или выдаст какую-нибудь остроумную шутку, но вместо этого Снарт выглядит донельзя польщенным. — Спасибо, Барри. — Всегда пожалуйста. — Он забирает у Лена мяч, сжимая его кончиками пальцев. — Что будете теперь делать? — Посидим еще, а потом я отвезу Лизу домой. — А… — разочарованно тянет Барри, прижимая мяч к груди. — Ладно. — Но у нас есть целый час. — Лен перекатывается на бок и смотрит Барри и глаза. — Хочешь поделать что-нибудь интересное? Барри поворачивается к нему, хитро улыбаясь. — Ну… я вроде как думал, что, может быть… — Что? — Лен делает ответное движение, подползая к Барри. — Мы могли бы… — Да?.. — Лен наклоняется, не сводя глаз с губ Барри и пошло облизываясь. Они почти целуются, но почти — не считается. — Провести следующий час… — Продолжай… — С моими губами… — И?.. — На твоем… — Да, Барри… боже… Барри широко распахивает глаза, услышав последнее слово... И раздается оглушительно громкий стук в дверь. БАХ-БАХ-БАХ! Дверь распахивается, и Джо заглядывает внутрь. — Не закрывайте дверь, парни! — говорит он, резко стуча, отчего Барри и Лен отпрыгивают друг от друга с такой скоростью, что Барри со всей силы ударяется затылком о стену. — Помните, я наблюдаю за вами. Всегда наблюдаю! Окинув Барри и Лена нелепым «папиным» взглядом, Джо исчезает и направляется по коридору, оставив дверь спальни Барри полностью открытый. — Класс. — Барри падает на спину. — Теперь, когда все в курсе, что мы встречаемся, придется все время воевать! — Нам просто нужно быть более изобретательными. — Лен выхватывает у него многострадальный бейсбольный мяч. — Но сегодня этот шар — единственный, с которым нам дозволено играть, так что лучше использовать возможности по максимуму. — Ага, — обреченно соглашается Барри. — Кстати, Лен, сделай одолжение. — М-м-м? — Никогда больше не говори «боже».