Гляжусь в тебя, как в зеркало...

      - Мама не разрешила тебе так делать, - противная девчонка с трудом остановила качели и, спрыгнув на землю, встала, уперев руки в бока, явно стараясь подражать взрослым.       Они спорили постоянно. Ту, что постарше, он не любил – что можно взять с простого магла? А вот младшая… Её волосы вспыхивали на солнце как пламя, а зеленые глаза грели, даже когда она просто смотрела в его сторону.       В то утро он с ней заговорил. Вышло сумбурно и несвязно. Она испугалась, а её сестра как-то его обозвала. Но любопытство, вызванное его словами «ты – волшебница», все-таки пересилило страх и Лили Эванс начала общаться с Северусом Снейпом.       Северус открыл глаза. Воспоминания прошлого вечера были вытеснены потрясающей ночью, полной любви, нежности и страсти. Он чувствовал себя довольным котом, но, судя по его сну, еще было от чего напрягаться.       Он протянул руку на вторую половину кровати – Гарри не было. В окно ласково светило пробивавшееся сквозь листву солнце. Он сладко потянулся и услышал, как открылась дверь.       В комнату вошел Гарри, почему-то спиной вперед. Но прежде чем Северус успел спросить мужа о столь странном способе передвижения, тот повернулся и причина стала очевидна: он нес поднос с завтраком. Брови Северуса поползли вверх, а Гарри заметил, что за ним наблюдают.       - Блин, - немного расстроенно сказал он, - я хотел сделать тебе сюрприз.       - Ты и сделал, - Северус подложил под спину подушку, сел на кровати и принял поднос из рук мужа. – Я надеюсь, это не ты сам готовил?       - Нет, - Гарри со смехом пристроился рядом с ним. – Я не готов пока становится вдовцом. Это эльф сделал, я просто принес.       - Пока? – уловил только одно слово Снейп       - Я никогда не хочу становиться вдовцом! – торжественно сказал Гарри.       - Ты перепутал порядок слов в предложении, - тон Северуса стал назидательным.       - Да, профессор. Я исправлюсь, профессор. Пожалуйста, оставьте меня после занятий и я докажу вам…       - Зачем же откладывать, - Северус отставил поднос и обнял мужа. – Предлагаю наказать тебя прямо сейчас, - прошептал он в открытые в ожидании поцелуя губы Гарри.       - Я согласен, - прошептал тот.       И снова – нежность и страсть. Ласки, распаляющие желание и доставляющие удовольствие. Поцелуи, отрывистые как выстрелы, или долгие, как полет на океаном. Проникновение и принятие, любовь и восторг. И бесконечное наслаждение.       Когда они, наконец, вспомнили о завтраке, с кухни уже доносились аппетитные запахи готового обеда.       Голод заставил их выбраться из кровати. Завтрак так и остался лежать нетронутым, зато превосходному обеду они отдали заслуженные внимание и время.       - Сев… - начал Гарри, ожидая привычного понимания не заданного вопроса без слов, поскольку вслух спрашивать страшился. Они сидели за столом, сытые, удовлетворенные, лениво потягивая превосходное вино.       - Да. – поняв невысказанный вопрос, Северус сразу ответил на него. –Продолжение будет. Ты готов?       - Конечно.       - Может прогуляемся? А то с таким питанием, недолго и лопнуть.       - Пойдем, - тут же покладисто согласился Гарри.       Они оделись и вышли из дома. «Наш дом», - подумал Гарри. Эта мысль доставляла огромное удовольствие.       Не смотря на середину дня, в лесу было прохладно – густая крона создавала полутень, в которой волшебными искрами вспыхивали пробивающиеся лучи солнца. В воздухе смешались ароматы трав, хвои и грибов. Из-под зеленых листьев бесстыдно выглядывали крупные ягоды земляники, а местные белки, видимо, вообще не слышали о таком биологическом виде как «человек». Одна рыжая красавица нахально махнула хвостом перед самым носом Гарри, и не спеша уселась на ближайшей ветке, на расстоянии вытянутой руки. Они с любопытством рассматривали друг друга. Потом белке это, видимо, надоело, а может она сочла Гарри не интересным, но она чихнула в его сторону и была такова.       Да, Люциус постарался, и место нашел превосходное. Интересно – как ему это удалось?       Северус с видимым удовольствием вдохнул чистый лесной воздух и не спеша пошел в лес. Гарри догнал его, и когда они поравнялись, Сев, бросив взгляд на сгорающего в нетерпении мужа, продолжил свою историю:       - Я познакомился с Лили. Даже, кажется, влюбился. До первого контакта. Как-то мы болтали с ней о Хогвардсе, волшебстве и всем прочем. Мы были в роще, у ручья. Но оказалось, что мы там были не одни – её сестра шпионила за нами. Когда мы её обнаружили, она решила сбежать. Я бросился за ней, всегда терпеть её не мог, но Лили меня удержала. Она вцепилась в меня, изо всех сил рванула на себя и мы упали на траву. Случайно наши губы встретились…       - Вы целовались с мамой? – Гарри даже остановился от удивления.       - Это нельзя назвать поцелуем, Гарри. Просто прикосновение губ. Но оно решило всё. Лили после этого тоже убежала. Она была смущена. А я был потрясен. Сначала мне казалось, что это от поцелуя так странно гудит голова, словно туда запустили рой бешенных пчел. Потом их «жужжание» достигло критической точки и от гула, перерастающего в сильнейшую головную боль, я даже потерял зрение на пару секунд. Разумеется я испугался, кинулся бежать и встретился со старым дубом, растущим неподалеку.       Гарри, в неосознанном жесте поддержки, взял любимого за руку и сжал, словно мог взять его боль на себя. Северус улыбнулся, заметив это.       - Я очнулся под вечер. Причем именно так – Я очнулся. Ко мне вернулась память. На головную боль это не сильно повлияло, но я уже не думал о ней. Я вспомнил кто я, и зачем прибыл в это время. И когда понял, что общаюсь со своей мамой, меня прошиб холодный пот. Хотелось тут же ей все рассказать и спасти от гибели. Я даже выбежал из рощи в сторону её дома, не задумываясь о том, что она примет меня за сумасшедшего. Меня спасла мама… - Северус запнулся, но тут же исправился, - Эйлин. Она перехватила меня по дороге и увела домой…       С нависающей низко ветки орешника сорвалась небольшая птичка, возмущенным щебетом рассказывая лесу о своем нарушенном покое. Они проводили взглядом её яркое оперение и вернулись к рассказу.       - Воспоминания вернулись сразу. Последние месяцы перед Хогвардсом я провел, мучаясь от постоянной головной боли. Со временем она прошла.       Северус не стал рассказывать мужу о том что Лили, смущенная их «поцелуем», какое-то время его сторонилась. А потом, видимо задетая неожиданной переменой в недавнем поклоннике, наоборот, пыталась повторить поцелуй. И как он, разумеется, пресек это. И про её обиду на него, которую Лили не могла забыть очень долго.       - В Хогвардс-экспрессе я познакомился с отцом и крестным. Не сказать, чтобы они были мне рады.       - Почему?       - Потому что отец в юности был заносчивым мальчишкой, с высоким самомнением. Сириус понятно - древний род, громкая фамилия, среди Блэков все такие, но Поттер, - он покачал головой. – Были моменты, когда я сдерживал себя только напоминанием кто он для меня. Хотя иногда и это не помогало. В общем, несмотря на моё желание подружиться, мы стали почти врагами. Тем более, что Шляпа определила меня в Слизерин.       - Почти? – с надеждой уточнил Гарри.       - Мы соперничали. Поначалу я поддавался, желая наладить контакт, потом бросил это дело. Все равно, каждую свою «победу» Джеймс преподносил как триумф разума над … Неважно. В общем, он не понимал того, что я поддаюсь. Я и перестал. В конце концов у меня за плечами была целая жизнь. Опыт, знания, воспоминания. Его мнение обо мне не сильно изменилось, хотя относиться стал настороженно. С опаской.       Северус замолчал, погрузившись в воспоминания. Он долго пытался наладить контакт с отцом. Не для того чтобы рассказать ему о будущем, а просто так. Сиротское детство, отчаянная тоска по погибшим родителям, сопровождавшая его всю жизнь, рвалась наружу. Хотелось схватить этих самых дорогих ему людей и спрятать, защитить, уберечь.       Но Джеймс насмехался. Все время пытался унизить. Был высокомерным придурком, а не любимым отцом, каким Гарри его… выдумал? Разочарование было глобальным и очень болезненным. За время обучения он предпринимал множество попыток сблизиться. Помогал, когда «мародеры» влипали в очередную историю, оправдаться перед учителями. Пытался делиться знаниями, подкинул идею создания «карты мародеров», подсказывал на уроках. Джеймс резко обсмеивал его помощь, выставлял на посмешище перед учениками, сам прямо сдавался учителям, выставляя Северуса вруном, нарочно жаловался на уроке, что «Снейп меня сбивает». Но карту они создали. Правда, «идея» была, разумеется, Джеймса. В конце концов терпение Северуса-Гарри лопнуло и он предоставил событиям идти своим чередом.       За это же время Люциус, хоть и иронизировал по поводу попыток слизеринца подружиться с высокомерными гриффиндорцами, но вел себя как друг. Против воли, преодолевая огромное предубеждение, сопротивляясь на каждом шагу, но Гарри начал ему доверять. И обнаружил, что тот надежен и умеет хранить тайны. Хотя и имеет весьма специфические представления о том, что такое хорошо или плохо. Впрочем, специфическими они были для истинного гриффиндорца Гарри Поттера, а для Северуса Снейпа, в какой-то момент, стали просто привычными чертами близкого человека.       Даже Лили, с которой он продолжал общаться, за которую делал все домашние задания по зельеварению, сознательно отдалялась. В конце концов он понял, что если хочет спасти своих родителей, то делать это придется против их воли и без чьей-либо помощи.       А значит пришло время вернуться к первоначальному плану.