Моя любовь - твое проклятье

С неба, кружась в медленном танце, падали мелкие белые снежинки. Они налетали друг на друга, словно играя между собой и забавляясь, но как только достигали черной земли, то тут же растворялись и исчезали словно их никогда и не было. Слабый ветерок легко покачивал голые верхушки деревьев, порой проходясь по белой шерсти волка, который сидел на пригорке, устремив свой взгляд куда-то вдаль. Животное перебирало лапами, будто собиралось вот-вот сорваться с места и побежать вперед. Но он не двигался, так и сидел, в нетерпении топчась на месте. Волк слегка подался вперед, сделал один шаг и снова застыл на месте. Немного пригнувшись к земле, принюхался, затем выпрямился и побежал. Его мягкие лапы с острыми, как лезвие, когтями легко и беззвучно касались сырой земли, на которой местами просматривались небольшие белые участки. Зверь легко преодолевал расстояния и препятствия, которые попадались на его пути. Через небольшой промежуток времени, он оказался возле шоссе. Животное не могло понять, что его ведет в ту строну, но чутье вело именно туда. Он снова принюхался к воздуху, слегка задрав морду к верху. В глазах блеснула жажда крови, которая в данный момент управляла им. Оборотень, быстро перебирая лапами, перебежал через дорогу на другую строну леса. Под лапами тихо хрустели ветки, ломаясь от прикосновений. Единственным путником волка была луна. Она освещала ему путь и свысока наблюдала, какую же дальше дорогу выберет зверь. Оборотень остановился и мотнул головой, словно прогоняя какие-то ненавистные ему мысли. Затем снова побежал вперед. Время близилось к раннему утру, когда оборотень достиг своей цели. Он мелкой трусцой бежал вдоль парковой дороги, все ближе и ближе приближаясь к своей цели. Остановился. Снова принюхался, стараясь определить, куда же ему идти дальше. Повернув налево, зверь в несколько прыжков пересек дорогу и забежал за угол одного из домов. Этот небольшой переулок был завален досками и коробками, которые никому в помине не нужны были, но и избавляться от них, судя по всему, тоже не собирались. Волк запрыгнул на сложенные друг на друга доски, которые поднимались над землей на метра три. Оказавшись напротив небольшого открытого окна, он, пригнувшись, замер и навострил уши, прислушиваясь к звукам, доносившимся из темноты помещения. Лапы беззвучно коснулись каменного пола. Оборотень пригнулся к земле, словно крался к примеченной жертве и осторожно стал продвигаться прямо по коридору. Запахи, находящиеся в этом помещении, были неприятные, поэтому оборотень порой мотал головой и тихо фыркал. Животное добралось до большой арки, которая была закрыта длинными, темно-красными шторами. За ними раздавались звуки: шум, смех, звон бокалов, громкие голоса. Белые, словно платина, уши волка навострились, стараясь различить любой звук, исходящий от тех людей, которые в данный момент вели себя так непринужденно.  — Эй! Кто впустил собаку? — раздался уже нетрезвый голос одного из присутствующих. Он смог только различить тень, стоящую за шторами.  — Где собака? — подал голос удивленный собеседник и завертел головой. Заметив тень за шторами, он растянул губы в пьяной улыбочке и, протянув руку, медленно пошел в строну оборотня. — Иди сюда, собачка. За шторой раздалось тихое рычание. Человек неуверенно остановился, думая, что же делать дальше, но выпитый алкоголь мешал взвесить за и против. Мужчина сделал в строну зверя еще пару шагов. Волк пригнулся, готовясь к прыжку. Он слегка задвигал тазом и, оттолкнувшись лапами от пола, прыгнул. Люди, сидящие в этой комнате, словно окаменели. Тот, кто первый осмелился подойти к злобно оскалившемуся зверю, теперь лежал в его ногах с перегрызенной глоткой. Кровь с булькающим звуком покидала его тело, растекаясь под ним алой лужей. Зверь склонился к жертве, прошелся по ней носом, принюхиваясь. В его глазах заблестели демонические огни, когти царапали мягкую поверхность белого ковра, рычание, исходящее из горла зверя, становилось все громче. Люди стали медленно выходить из оцепенения. При виде этого обезумевшего существа у всех словно кровь в жилах застыла. Уже не было слышно смеха, а только крики, полные боли и безысходности. Оборотень кидался на всех, кто попадался ему на глаза, рвал на части с такой злобой, как будто хотел добраться до самой души. Только у этих людей ее не было. Они давно ее пропили или продали. Когда-то белая комната стала окрашиваться в красный цвет. На стенках застыли капли крови. Кто-то старался отбиться от животного чем-то наподобие кочерги, другой махал стулом и кричал как иступленный, но у оборотня это не вызывало ни капли жалости — ему сейчас небыли присущи эти чувства, а только жажда крови и… месть. Итачи с Наруто и Саске проснулись еще до рассвета. Они стояли на улице, возле дома.  — Надо разделиться, — Учиха-старший обернулся к двум парням. — Так больше шансов найти его.  — Ага, — Узумаки слегка поежился: на улице было холодно, а он только минут десять назад вылез из кровати, поэтому очень хорошо это ощущал. — Ни-сан, а мы сами не потеряемся? — Саске больше переживал за Наруто, чем за себя. Только не хотел обижать парня вопросом: « А Наруто не заблудится?»  — Хм… ну оставляйте какие-нибудь пометки, — брюнет задумчиво почесал переносицу, — на деревьях, например.  — Что-нибудь придумаем, — подал голос блондин. — Пойдемте, а то только время зря теряем… На улице холод такой.  — Ты прав, — Итачи крутанул в руке ножик. Парни разделились, и каждый пошел в свою сторону. У всех за спиной был небольшой рюкзак с одеждой, ведь не было известно, кто из них найдет Дейдару. И никто не знал, жив ли парень. Ведь с ним могло случится все, что угодно. Искать в таком большом лесу было очень сложно. Итачи старался определить по запаху, но он почему-то все время ускользал от него, перебиваемый другим запахом — чужой крови. Он словно окружал его со всех сторон и казался каким-то застоявшимся. Брюнет неспешно продвигался вперед, внимательно прислушиваясь к любым звукам. Он остановился, стал оглядываться по сторонам, стараясь определить, в какую строну идти дальше. Выбрав траекторию своего направления, темноволосый возобновил поиски. У него внутри творилось что-то непонятное; было такое ощущение, что от него оторвали кусочек его самого. Эту ночь он так и не смог уснуть, постоянно думая о том, что с Тсукури может что-то случиться, пока он будет в обличии волка. Учиха набрал в легкие больше воздуха и медленно выдохнул:  — Спокойно. С ним все в порядке, — постарался успокоить сам себя молодой человек. — Где же он? Итачи растерянно обвел глазами территорию леса. Он уже почти достиг дороги. Судя по всему, Саске и Наруто тоже его не нашли, так как никто из них еще не пустил сигнальную ракету. Молодой человек вышел на дорогу. Его брови сдвинулись к переносице, и он, слегка прищурив глаза, всмотрелся в строну леса. Быстро перейдя шоссе, парень вошел в лес. Опустив глаза вниз, он заметил небольшие подсохшие капельки крови на кончиках валяющихся на земле веток. Учиха присел на корточки и взял ветку в руки. Судя по всему, блондин должен быть где-то тут. Черноглазый поднялся на ноги. Если в том лесу нет следов крови и на дороге тоже, то он не перешел на другую строну. Итачи прошелся немного вдоль леса. Снова заметил кровь. Осторожно обошел небольшой пригорок, при этом затаив дыхание, словно оно могло чем-то навредить. Учиха замер на месте, его глаза расширились при виде блондина. Тело юноши было все в ссадинах и крови. Его ли крови? Одна нога была зажата в крепких тисках небольшого капкана. Итачи стал как ненормальный оглядываться по сторонам. Приметив короткую, но с виду прочную палку, он вставил ее между железными зубами капкана и, надавив, открыл его. С трудом удерживая ловушку открытой, молодой человек пригнулся и убрал ногу светловолосого. Затем отпустил палку, и капкан, словно лягушка, отпрыгнул в строну, при этом негромко лязгнув. Брюнет снял со спины рюкзак, вытащил оттуда вещи. Одев Дейдару, он вспомнил про сигнальную ракету. После того, как она была запущенна, Учиха поднял юношу на руки. Он с непониманием уставился на волосы парня. Они были какие-то другие? Только из-за крови, которая налипла на них, это было трудно разобрать. Брюнет прижал голубоглазого к себе и побрел обратно к дому. Саске с Наруто уже были в доме. Они приготовили аптечку, чистые вещи, поменяли белье на кровати в комнате Итачи и Дейдары, на всякий случай наполнили ванну. Парни ждали у порога дома. Заметив на руках брюнета Дейдару, всего в крови, они тут же подбежали к нему.  — Боже, это его кровь? — взволнованно спросил Узумаки, открывая перед брюнетом дверь.  — Сомневаюсь, — быстро ответил Итачи, входя в дом. Он не разуваясь поднялся наверх.  — Надо ванну… — тихо произнес он.  — Готова, — тут же ответил его брат. Учиха сразу прошел в ванную комнату.  — Я сам справлюсь. Ждите снаружи, — скомандовал он и закрыл за собой двери. Парни переглянулись и вздохнули. С одной стороны, они чувствовали облегчение, что Дейдара нашелся, но эта кровь на его теле заставляла волноваться. Что же такого могло произойти? Оба молодых человека остались ждать в комнате Итачи и Дейдары. Учиха вышел из ванной через минут пятнадцать. Он осторожно уложил светловолосого на кровать. Дейдара что-то шептал, так тихо, что нельзя было разобрать ни слова. Брюнет принялся обрабатывать рану, находящуюся чуть выше щиколотки. Острые зубы капкана сильно врезались в кожу, практически дойдя до кости. Итачи аккуратно перевязал юноше ногу и подложил под нее подушку.  — Пусть поспит, — обратился он к Саске и Наруто.  — Что с его ногой? — шепотом поинтересовался Узумаки.  — Попал в капкан, — вздохнул Итачи, выходя из комнаты. Молодые люди спустились на первый этаж. Учиха-старший стоял, облокотившись о стену, остальные двое уселись на диван. Саске переживал, что Наруто или брат начнут разговор о ритуале обратного превращения. Пока что оба молчали, и брюнет немного успокоился. Только его спокойствие продлилось недолго, когда он услышал вопрос, который прозвучал со стороны блондина:  — Итачи, а что там по поводу ритуала?  — Я думал Саске рассказал тебе, — слегка удивился молодой человек.  — Я рассказал, — быстро ответил младший.  — Ага, накомкал все, как кашу… Я не понимаю, почему мне надо кровь пустить? — Наруто сердито глянул на темноволосого, который уже нервно заерзал на месте.  — Так это же очевидно, для ритуала нужна кровь н… — Итачи широко раскрыл глаза от того шока, который в данный момент испытал, благодаря своему младшему брату. Саске, уже не зная, что же ему сделать, порывисто вскочил на ноги и буквально припечатав брюнета к стене, впился в его губы. Второй растерялся от такой неожиданной выходки и не успел даже рта закрыть. Придя в себя, он отпихнул от себя братца и провел тыльной стороной ладони по губам. Узумаки побледнел и застыл словно истукан с открытым ртом.  — Саске, блять! Это вообще как называется?! — взревел старший, схватив брата за манжеты и тряся как куклу. — Тебе чего не хватает?  — Ни-сан, отпусти, — простонал Саске, голова которого заметалась из стороны в строну. — Я все объясню.  — Очень было бы интересно послушать, только… зубы почищу. Фу, — Учиха брезгливо облизал губы и, развернувшись, направился к лестнице. В тот момент, как Итачи вошел в комнату, Дейдара, который уже немного пришел в себя, вышел из ванной. Заметив, что блондин уже проснулся, Учиха без слов схватил парня за руку и, резко развернув к себе лицом, сразу накрыл его губы своими. Юношa, еще до конца не отошедший ото сна, чуть не задохнулся от этого поцелуя. Когда Итачи его отпустил, он быстро выдохнул, тут же услышав:  — Спасибо. Мне стало легче, — затем темноволосый развернулся и покинул комнату. Брюнет снова спустился вниз. Наруто в гостиной не было, а Саске сидел темнее тучи, думая над тем, как же ему теперь оправдаться перед светловолосым. Учиха обошел диван и остановился напротив брата:  — Ну и? Младший поднял глаза на брата:  — Ни-сан… Наруто он… Ну, это… Короче, мы… — замямлил парень, увидев в глазах брата недобрый блеск. Темноволосый присел рядом с братом.  — У вас был секс? — спокойно спросил он. Младший быстро кивнул, просунув обе ладони между коленями.  — Он просил никому не говорить.  — Так выходит, Наруто не знает, что для ритуала нужна кровь невинного?  — Не знает, — тихо отозвался второй. — Я боюсь ему говорить, он может подумать, что я это специально сделал.  — Дела-а-а, — протянул Итачи, задумчиво почесав лоб. — Выходит, что мы не сможем провести ритуал.  — Почему? — второй обеспокоенно посмотрел на парня.  — А разве не очевидно? Кровь — это обязательный атрибут, так сказать.  — И что теперь делать?  — Что-нибудь придумаем, — ободряюще произнес брюнет, поднимаясь с дивана. — И еще, в следующий раз придумай что-то другое… Я против инцеста. Младший быстро кивнул, виновато опустив глаза. Итачи снова ушел наверх, оставив брата наедине со своими мыслями. Саске через несколько минут тоже поднялся наверх. Он решил, что ему стоит сейчас поговорить с Наруто, чтобы потом не было слишком поздно. Узумаки читал, лежа животом на кровати. Вошедший брюнет тихо закрыл за собой двери и, подойдя к юноше, прилег рядом с ним.  — Мы можем поговорить? — прозвучал неуверенный вопрос от Учихи.  — Нет.  — Может, ты все-таки выслушаешь меня?  — Нет, — блондин перелистнул страничку.  — Наруто… — Саске изогнулся немного в бок, закрывая собой книгу и оказываясь лицом к лицу со светловолосым. — Прости меня. Юноша тут же недовольно насупился, поднявшись уселся на кровать:  — Делай что хочешь. Я надеюсь на то, что этот ритуал пройдет удачно… И когда я снова стану человеком, наши пути с тобой разойдутся навсегда. — Что? — Саске вмиг вскочил на ноги. — Почему?  — А ты думал, что я с тобой буду? — брови блондина удивленно приподнялись.  — Мы же это…  — И что? Это ничего не значит, даже если мы «это», — пожал плечами Узумаки. — Или ты думал, что я в ногах у тебя ползать буду, так как ты был у меня первый? — парень негромко хмыкнул и поднялся с кровати. — Ты ошибся. Он обошел темноволосого и, подойдя к дверям, взялся за ручку.  — Подожди, — Учиха подскочил к Узумаки и остановил его, поймав за руку. — Это все из-за того, что было в гостиной?  — Это то, что я испытываю к тебе, — отчеканил блондин, выдергивая свою руку. — Ты меня бесишь, — усмехнулся он и, открыв дверь, вышел. *** Итачи решил подняться наверх, чтобы разузнать у Дейдары о прошлой ночи. Он, конечно, сомневался, что юноша хоть что-то вспомнит, ведь обычно после обратного превращения у них стиралась вся память. Только брюнет надеялся, что сможет узнать хоть какие-нибудь мелкие детали, которые помогут решить, что же делать дальше. В отличие от всех остальных, он помнил все, что делал, будучи волком. У парня, как и у его отца, был свой дар. Или же это было проклятье? Они помнили каждое движение, чувство свободы, застывший ужас в глазах их жертв, мольбы и крики о помощи, бесполезные попытки людей спастись от кары, которую уготовила им жизнь. Брюнет хранил все это внутри себя, и, возможно, именно поэтому он иногда даже сам себе казался чересчур жестоким и хладнокровным. Ведь, когда несешь в себе такие воспоминания, тебе нельзя расслабляться, иначе они могут взять над тобой верх. Учиха отчетливо помнил и тот день, кода полная луна озаряла своим холодным светом ночную землю. День полнолуния. Он единственный знал всю правду о нападении охотников, и почему Саске позволил поймать себя. Молодой человек порой думал, что стоит все рассказать, но, как это обычно бывает, его что-то держало изнутри. Словно дергало за ниточки, не давая самостоятельно думать и выполнять свои действия. Может, это сказывалось влияние родителей, которые с самого рождения руководили им, говоря, что можно, а что — нет. Только сейчас их не было рядом, а ему до сих пор казалось, что оковы не спали. Брюнет не хотел признавать даже мысленно, что он до сих пор живет по тем правилам. Парень старался снять с себя эту ношу, перекладывая ее на плечи другого человека. И этим другим человеком для него был Дейдара. Итачи не хотел, чтобы юноша чувствовал себя так же, как и он, но и полную свободу ему тоже не давал. Возможно, поэтому он до сих пор не снял цепь, которая была прикреплена на запястье светловолосого, хотя и сам Тсукури не просил его об этом. Возможно, он просто привык или забыл о ней. Учиха старался сделать парня по своему подобию, как когда-то родители лепили его по своему. Каковы на самом деле ощущения того, что ты обладаешь правом решать судьбу человека? И есть ли у тебя вообще такое право? Эти чувства… Победа и страх сплетаются воедино, заставляя сердце биться быстрее, а руки дрожать и цепенеть, словно на морозе. Кажется, что будто приручил дикую зверюшку, которая долго не поддавалась твоему влиянию и теперь тебе ни за что на свете не хочется терять этот контроль над ней. Итачи относил блондина именно к такому типу. Ведь, когда они только познакомились, Дейдара выглядел затравленным, а теперь словно выбрался из своей скорлупы, с каждым днем заставляя темноволосого переживать все больше. Он не собирался отпускать светловолосого, и причина была не только в этом, были и другие, в которых он даже сам себе не мог признаться. Брюнет остановился возле дверей комнаты и в очередной раз посмотрел на свои ладони. Пальцы мелко дрожали. Снова. Кто бы мог подумать, что он, который считал себя неуязвимым ко всем чувствам, что присущи человеку, будет так трястись над каким-то пареньком, которого встретил совершенно случайно. Ему казалось, что Тсукури какая-то его неотъемлемая часть, которую надо держать около себя на коротком поводке, чтобы она не убежала. Но порой надо и ослаблять поводок. Ведь тьма может полностью поглотить свой свет, а этого Учихе хотелось меньше всего. В его планы не входило подавлять человеческую сущность голубоглазого только ради своей прихоти. Он убеждал сам себя, что всего лишь хочет, чтобы этот человек находился рядом, ведь тьма не живет без света, как и наоборот. Между ними всегда находится тонкая, невидимая грань, которой они касаются, каждый со своей стороны. Порой, эта грань может разрушаться, давая возможность свету и тьме сплетаться воедино, создавая новые условия и грехи. Учиха легко надавил на ручку и открыл дверь. В комнате Дейдары не оказалось, и молодой человек решил, что тот спустился вниз. Закрыв за собой дверь, он уже собирался спуститься вниз, но его привлекли голоса из соседней комнаты. Темноволосый неслышно подкрался к дверному проему и прислушался. Судя по голосу, там был его брат, но второй собеседник еще молчал. Итачи был уверен, что Саске не настолько съехал с катушек, чтобы вести сам с собой монологи. Учиха глубоко вздохнул: подслушивать, естественно, не очень хорошо, но ему почему-то казалось, что этот разговор он просто обязан услышать. -…я понимаю, что поступил ужасно, — снова раздался голос брата. — Извини за это. Я, наверно, приношу одни несчастья, — парень горько усмехнулся.  — За это не беспокойся, я в порядке, — вторым собеседником оказался Дейдара, что крайне удивило Итачи. Когда это они оба сошлись в разговоре?  — Что мне сделать? Он злится, я уверен в этом. Может, ты с ним поговоришь? — Саске с надеждой посмотрел на светловолосого парня.  — Нет. Сам должен все разрулить. Или просто скажи ему правду.  — Ты с ума сошел? Он мне не поверит. Думает, наверное, что я ему вру постоянно. Но я же… просто хочу уберечь его, — брюнет устало потер пальцами виски и судорожно выдохнул. — А он только говорит, что я его бешу. — Думаю, это со злости. Он так не считает.  — Наруто это не в первый раз повторяет. И мне уже начинает казаться, что это правда. Дейдара замолчал, обдумывая слова брюнета. Как бы он поступил на его месте? Не так-то просто во всем сознаться, особенно, когда внутри сидит колючий страх и осознание того, что над тобой посмеются и отвергнут. А в случае Саске и Наруто он думал, что со стороны блондина произойдет именно так. Юноша стал неспешно измерять комнату шагами, скрестив руки на груди. Он немного прихрамывал на поврежденную ногу — и она нещадно болела — но он пытался скрыть это. Тсукури остановился, снова обращаясь к парню:  — Думаю, ты должен ему сказать. По крайней мере, ему будет над чем подумать.  — Я не уверен, — Саске с тоской посмотрел на голубоглазого. — А ты? Тебя не беспокоит то, что Итачи держит тебя при себе?  — Меня никто не держит, — Дейдара немного разозлился на слова темноволосого. — Мне-то и идти, в принципе, некуда.  — Поэтому сидишь тут? — недоверчиво уточнил Учиха-младший. — Или тебя держит что-то другое? Вот Наруто, например, держит чувство мести. Он хочет отомстить мне, за то, что я разлучил его с отцом превратив в монстра.  — Разве? — Тсукури удивленно приподнял брови. — Странно…  — Почему? — теперь настала очередь удивляться Саске.  — Ну… не знаю, стоит ли говорить об этом… — Стоит, — быстро ответил за юношу черноглазый. Тсукури поджал губы, видимо он зря начал этот разговор. Но, может, Саске стоит узнать?  — Когда ты был без сознания, он сильно переживал. Даже чересчур сильно.  — Ага, переживал, что отомстить некому будет, — невесело отозвался брюнет.  — Нет, — блондин метнул в строну парня сердитый взгляд. — Он за тебя переживал. И кстати, он с тобой разговаривал… пока ты лежал тут, — он указал кивком головы на кровать, — словно неживой.  — О чем он говорил? — Это уже у него спроси, я-то откуда знаю, — пожал плечам молодой человек. Итачи сдвинул брови к переносице. Из разговора обоих парней он кое-что понял, но ему было досадно оттого, что Дейдара так толком ничего и не сказал, что его держит тут. Неужели только то, что ему пойти некуда? Плеча брюнета что-то коснулось, отчего тот подскочил. и его сердце пулей убежало в пятки. Учиха резко обернулся; за ним стоял Наруто и с непониманием смотрел на брюнета. Темноволосый приложил палец к губам и указал на дверь. Узумаки, так же, как и первый прислонил ухо к дверям. Разговор за ней продолжался.  — Так он мне и сказал. Черт, — брюнет упал спиной на кровать, раскидав руки по обе стороны от своего тела. — Я не знаю, что мне делать. Может, просто уйти?  — Куда?  — Хрен его знает. Не буду ему глаза мозолить, а то ему только одно раздражение приношу, — Саске слегка приподнял голову.  — А о брате ты подумал? — покачал головой Дейдара.  — О брате? — брюнет приподнялся на локтях и слегка прищурил глаза. — Тебя это беспокоит?  — Вовсе нет, просто так спросил, — Тсукури снова заходил по комнате.  — Ну конечно, — второй чуть улыбнулся. — Что ты тогда так занервничал? У тебя такая же причина, как и у меня? Блондин вмиг остановился и растерянно посмотрел на черноглазого. Брюнет же в ответ выжидающе смотрел на парня. Дейдара застыл, покинув на время эту реальность и утонул в своих мыслях. Возможно, он может сказать Саске, что по правде чувствует к его брату? И, скорее всего, это самая главная причина, почему он не пытается уйти или сбежать. Вероятно, Наруто держит то же самое? Но он не сознается и боится… так же, как и он, и как Саске. Парень повернул в строну окна и неспешно подошел к нему. Земля уже наполовину скрылась под снегом, но кое-где еще проглядывали мелкие участки пожелтевшей травы. В этом году снег выпал довольно рано, ведь месяц только приближался к концу ноября.  — Я прав? — раздался позади голос Саске. Дейдара обернулся, быстро подошел к кровати и присел рядом с парнем. Он выглядел испуганным, словно маленький потерявшийся ребенок и казалось, что ему трудно произнести хоть слово.  — Дейдара, что ты на самом деле испытываешь к Итачи? — напрямую задал вопрос брюнет.  — Я… — голос парня перешел на шепот, — ничего. — Совсем? Ничего? Вообще? — уточнил брюнет, недоверчиво покосившись на растерянного юношу.  — Ну… совсем, — Тсукури быстро склонился к уху темноволосого и еле слышно выпалил на одном дыхании. — Я люблю его и боюсь, — он быстро отстранился от черноглазого, чувствуя, как сердце участилось в своем рабочем ритме.  — Выходит, у тебя и правда причина похожая на мою, — Саске накрыл голову руками. — Мне тебя жаль. — Ага…  — Правда жаль.  — Не надо меня жалеть. Я в этом еще не уверен, — светлые брови сдвинулись к переносице.  — Да, да… я тогда тоже не уверен.  — Я пойду. Надо подумать. Итачи с Наруто как по волшебству быстро исчезли от двери. Учиха заскочил в комнату, а Узумаки сбежал по ступенькам вниз. Через пару минут в комнату вошел Дейдара. Итачи притворился, что очень поглощен чтением книги и когда вошел юноша, он медленно отвел взгляд от букв:  — Где был? — спокойно спросил парень, кладя между страницами книги закладу и с тихим стуком закрывая её.  — С твои братом разговаривал, — сознался парень.  — О чем? — притворился удивленным брюнет. — Спрашивал совета, как помириться с Наруто.  — У тебя?  — А у меня что, совета спросить нельзя? — вмиг надулся Тсукури. — Можно. Просто удивлен, что он к тебе обратился, — быстро отозвался Учиха. — Я тоже удивлен, — подтвердил слова парня голубоглазый. — Но, видимо, он решил, что надо спросить у меня. Итачи тихо усмехнулся. Дейдара явно что-то не договаривает. Например, то, что он там прошептал на ухо его брату. Брюнет не расслышал ни слова, только знал, что Дейдара ответил его брату на вопрос, так как слышал тихий шепот.  — Как твоя нога? — темноволосый решил перевести разговор в другое русло.  — Болит, — блондин не мог врать Учихе, и правда отчего-то уже сама по себе вылетала из его уст. — Сильно?  — Так… не особо. Брюнет жестом руки подозвал юношу к себе. Светловолосый подошел к нему, слегка прихрамывая на больную ногу.  — Присядь, надо бинты поменять, — Учиха похлопал ладонью по кровати. Блондин, не переча, уселся на кровать, положив ногу на табуретку, которую ему пододвинул Учиха. Второй взял аптечку и вытащил оттуда пару белых перчаток. Все же он не хотел занести какую-нибудь инфекцию в рану, чтобы потом не было осложнений. Надев перчатки, парень склонился над лодыжкой светловолосого и задрал штанину. Дейдара рефлекторно дернул ногой, когда пальцы темноволосого коснулись бинта.  — Сиди спокойно, — попросил Учиха, разматывая бинты на ноге. Второй быстро кивнул и отвернулся. Он не хотел видеть того, что там под этой белой марлевой тканью, так как чувствовал, что нога еще не до конца зажила.  — Все не так плохо, — услышав эту фразу от Итачи, Тсукури медленно повернул голову, но затем снова отвернулся. Пока Итачи обрабатывал рану, светловолосый мысленно считал про себя, так как от прикосновений нога начинала словно пульсировать, и по всему телу разливалась дрожь. Через несколько минут, и с перевязкой было покончено. Брюнет осторожно опустил ногу Дейдары на пол и отодвинул стул. Убрав все лишнее, он решил, что сейчас можно поговорить о прошлой ночи. Наруто сидел на диване в гостиной и задумчиво смотрел прямо перед собой. Про какую причину говорил Саске? Парень недовольно насупился. Его не должно это волновать. Учиха ему врет, причем не краснея. Блондин уже не мог понять, когда можно верить черноглазому, а когда — нет. За его спиной раздались шаги, и диван продавился под еще одним весом. Блондин краем глаза посмотрел на присевшего рядом с ним Саске. Некоторое время над парнями витала напряженная тишина, которую никто из них не решался разрушить. Брюнет осторожно коснулся тыльной стороны ладони светловолосого, но тот быстро отдернул руку и немного отодвинулся от молодого человека. Учиха негромко усмехнулся на такую реакцию со стороны Наруто.  — Зачем пришел? — первым задал вопрос голубоглазый. Брюнет набрал в легкие больше воздуха, приготовившись к трудному разговору. Особенно для себя.  — Ты можешь ничего не говорить, но меня послушаешь, — черноглазый сцепил пальцы в замок и уставился в пол. — Когда ты ко мне подошел, еще в школьной столовой, я был уверен, что если ты и дальше будешь ходить за мной, то добром это не кончится. И предупреждал тебя не ходить за мной. Но, видимо, для тебя тот дурацкий спор был важнее, нежели просьба от какого-то постороннего человека, которого еще и считают странным. И, как видишь, мои предупреждения не обошли тебя стороной. Я не специально тебя превратил в себя подобного, тогда я был напуган и не смог сдержать себя. Ты думаешь, что мне хорошо живется, только потому что ты сам так решил? Если тебя так бесит мое присутствие, я могу уйти, и ты меня больше не увидишь. Честно, мне почему-то казалось, что ты меня понимаешь, но ты меня все же переубедил. Видимо, я как надоедливая муха, которая жужжит над твоим ухом и не хочет улетать…  — Са…  — Ты просто отмахиваешься от меня, но в итоге прихлопнешь, — перебил юношу брюнет. — Скорее всего, я просто наивный дурак, раз решил, что нашел того человека, который сможет понять меня. Судя по всему, моя судьба отбирает у меня все, что я приобретаю в этой жизни. Может, это моя расплата? Или проклятье… мне без разницы. — Саске замолчал, неотрывно глядя в пол. — Просто потерпи еще немного и я… покину тебя, — тихо произнес он, сильнее сжимая пальцы. Наруто почувствовал как мокрая дорожка слезы скользнула по его щекам. Почему у него такое ощущение, что он что-то не сделал или не делает? Парень быстро провел ладонью по лицу.  — Надеюсь, это произойдет в скором времени, — произнес он то, что совершенно не ассоциировалось с его чувствами. Он осознавал то, что запутался и не мог понять, что теперь ему надо. — И если, не уйдешь ты, то уйду я, — Узумаки поднялся с дивана, направляясь в строну кухни. Саске напрягся всем телом, обхватил голову руками, сильно сжимая виски. Слова так рвутся наружу, но не могут протолкнуться через последний барьер, который именуют страхом. Брюнет склонился вниз, ссутулив плечи. Даже если эти слова все разрушат… другие могут все изменить… Парень вскочил с дивана и следом за Наруто забежал на кухню. Он остановился в нерешительности, его всего трясло, но вовсе не от злости. Это было волнение, он никак не мог собраться и сказать то, что хотел. Блондин с непониманием смотрел на брюнета, который в данный момент выглядел как псих выпущенный на свободу после долгого заточения. Саске быстро преодолел расстояние, которое было между ним и голубоглазым, схватив Наруто за руки, чуть ниже плеч, он судорожно вздохнул, произнеся:  — Ты не станешь человеком. Для ритуала нужна кровь невинного, а у нас ее НЕТ! Можешь снова во всем винить меня, — Саске заметил, как голубые глаза стали шире. — Можешь считать, что я все это подстроил и знал все наперед. Это твое право. Мне уже все равно. Я не хотел этого говорить, не хотел, чтоб меня обхаживали или еще что-то… Только… — брюнет разжал пальцы, отпуская голубоглазого, — я… я… — Учиха зашевелил губами, не в силах произнести последнюю фразу вслух. Светловолосый, повторял беззвучно слова брюнета, словно под гипнозом, его глаза раскрылись еще шире и он почувствовал, как слезы снова начинают сдавливать горло.