Томми Аткинс

– Феноменально! – заявил Том. – Брат, я поражён! Как тебе это удалось? – Правильная мотивация, брат! – ухмыльнулся Тане. – Как думаешь, почему я всегда веду занятия с голым торсом? Том фыркнул – маори отличался мощным сложением, и не заметить взгляды старшекурсниц – и некоторых преподавателей – было сложно… И их заметили. А ещё был Ичиго, легко и непринуждённо валивший даже Крэбба с Гойлом – причём старших, был на каникулах эпизод… В общем, ученики Хогвартса видели, к чему стремиться – и стремились изо всех сил. Получалось неплохо… Да и сам Том, если уж на то пошло, не оставлял учеников без упражнений. Итог был вполне ожидаемым – общее состояние учеников Хогвартса заметно улучшилось. Это отмечала даже Нин – а ей угодить было не проще, чем комиссии на отборе в SAS, если не в лётчики-испытатели. Что ж, в здоровом теле – здоровый дух, но верно и обратное – сильное тело выдерживает больший поток магии, а магия сама по себе укрепляет тело, вспомнить хотя бы воинственных азиатских монахов… Но в Европе об этом мало кто задумывался. Задумался Том – и не просто задумался, а начал действовать, и вот теперь мог насладиться первыми результатами. – Действительно, очень недурно, – согласился Дамблдор, поблёскивая очками. – Жаль, я уже староват для таких упражнений… Том снова фыркнул, вспомнив дуэль в Берлине – пять лет назад Дамблдор очень даже бодро скакал по парку, колдовал, и при этом почти не запыхался – по крайней мере, так казалось тогда. Сейчас, лучше представляя, на что способен Дамблдор, Том догадывался, что выложиться ему тогда пришлось по полной… И что Дамблдор и ему может выдать пару-тройку неприятных сюрпризов. В общем, Том пребывал в приподнятом настроении – которое, правда, омрачал Малькольм Макгонагалл. С окариной… Окарину, не содержавшую ни крупицы магии, ему оставили – и, как теперь считал Том, зря. Вообще-то, он полагал шотландцев весьма музыкальной нацией, но на Малькольма это явно не распространялось – извлекаемые им из окарины звуки назвал бы музыкой разве что совсем уж безудержный авангардист. И занимался этим Малькольм всё свободное время… Гриффиндорцы от него уже шарахались, но на Рейвенкло нашлись последователи… От которых шарахался уже сам Малькольм. Именно поэтому он сейчас и сидел в углу тренировочного зала и играл. Его, конечно, и здесь могли побить… Но уже официально и по правилам, что не так обидно. К тому же он и сам мог кого-нибудь побить – и ему за это ничего не будет, потому как всё официально и по правилам… В другом углу сидел Малькольм Литтл – и, в отличие от своего лучшего друга, просто медитировал. Ему предстоял бой… И он пока понятия не имел, с кем сойдётся на татами. Собственно, этого никто не знал, возможно, даже сам Ичиго – он частенько решал в последний момент, а то и вовсе полагался на жребий… Впрочем, это особой роли не играло – Малькольм Литтл заявил, что справится с любым противником, так что Ичиго был не ограничен ничем. Хотя подозрения у Тома были, и если он угадал – бой действительно будет незабываемым… – Малькольм Литтл, – окликнул Ичиго, – готов ли ты? – Да, готов, – мальчишка открыл глаза, встал и поклонился. – Что же, ступай на татами… Малькольм Макгонагалл, готов ли ты? – Чего?! – хором выдали оба Малькольма. – Готов ли ты? – Да я вообще не собирался!.. – Ты пришёл в додзё. Ты знаешь правила – каждый здесь может позвать на татами каждого, переступившего мой порог, – ответил Ичиго. – Разве жизнь станет спрашивать тебя, готов ли ты? – Ну ладно… – Макгонагалл отложил окарину. – Только я переоденусь? – Разумеется, – кивнул Ичиго, – но поспеши. Не следует заставлять товарища ждать… Макгонагалл вернулся через пару минут, уже одетый, как положено. Малькольмы поклонились друг другу и замерли, примериваясь. Том внимательно наблюдал – эти двое до сих пор не сталкивались, а между тем, манера боя у них была похожей, и поединок обещал быть интересным… Литтл атаковал – и закономерно оказался на полу, но тут же вскочил и снова атаковал – и на этот раз почти достал Макгонагалла. Почти… Но «почти» в айкидо не считается, так что Литтл снова растянулся на татами. В итоге минут через десять спарринг свёлся к ничьей, восстановив гармонию настолько, что Макгонагалл даже сыграл на окарине нечто приемлемое. Само по себе удивительное событие… А если бы он не принялся играть марш полковника Боуги, а Литтл не вздумал петь, было бы совсем хорошо – но именно это они и сделали. А потом Литтлу пришла в голову мысль распевать на тот же мотив псалмы. – Надеюсь, Минерва не решит, что эту идею им подал кто-то из нас, – вздохнул Дамблдор. Том кивнул – шутки на религиозные темы Минерве Макгонагалл не нравились, и прощала она их только Помоне – но та и шутила так крайне редко… Рабочий день благополучно закончился, и Том отправился домой. Надвигающийся Валентинов день нервировал, но не больше обычного – в конце концов, даже самые озабоченные старшекурсницы смирились с тем, что он женат. На этот раз груды открыток не будет… Наверно. Потому что встречались на старших курсах личности, совершенно непредсказуемые. Выбравшись из камина, Том кивнул Дженнифер Прюэтт и поинтересовался, нет ли новостей. Вообще-то, он не ожидал её увидеть – думал, что она не задержится надолго, но раз уж встретились – почему бы и не расспросить? Дженнифер имела великое множество подруг среди офицерских жён, коллекционировала слухи и сплетни – и, зная кое-какие официальные моменты, из этих слухов можно было добыть очень многое… – Да никаких особых новостей, – вздохнула Дженнифер. – Ничего, кроме того, что и так все знают и уж точно ничего по твоей части. Хотя… Аврорат вроде как собирается у вас те мечи выкупить, которые вы нашли. – Обойдутся, – заявил Том. – Если их принесли в Хогвартс, то так они там и останутся. И вообще, я думаю предложить Альбусу объявить их национальным достоянием. Тогда им всем придётся утереться… – Я бы на это посмотрела… Ладно, а что нового в Хогвартсе? Проболтав пару часов, Дженнифер ушла, и Том, разложив работы, взялся за их проверку, параллельно прикидывая, когда и как лучше всего будет начать инженерные работы в Хогвартсе. Получалось, что до летних каникул вряд ли согласуют, а за лето необходимо выполнить как можно большую часть, что даже с магией непросто… Но не допустить студентов к инженерной технике будет ещё сложнее, а он был абсолютно уверен, что всё будет ещё хуже, чем с пристанью. Это будет полнейший взрыв мозга… На этом мысли Тома вполне логично переключились на одного домового эльфа и на домовиков вообще – и тут же возникла идея проверить одну гипотезу. Завтра, разумеется – сегодня уже поздновато, так что закончить проверку, и в постель – Глинда ждёт… Первого урока не было, и Том решил не откладывать исследование. – Тоби! – Тоби хороший мальчик, Тоби ничего не сделал! – Возможно, – не стал спорить Том, – но я хочу тебя кое о чём спросить. – Тоби понял, Тоби ответит! Тоби не дурак! – Вот и отлично, – кивнул Том. – А теперь скажи мне вот что: если я дам тебе одежду, это будет значить, что я тебя увольняю, так? – Не надо прогонять Тоби! Тоби хороший мальчик! Тоби даже не будет никого рисовать! – Уймись, никто не собирается тебя выгонять, я просто рассуждаю вслух, – отмахнулся Том. – Так вот, меня интересует, что будет, если я дам тебе одежду на время? – Тоби не уверен, что понял… – Представь, что я дал тебе, скажем, ливрею, и велел носить, пока ты служишь мне, но она при этом моя, и ты носишь её только на службе, а когда занимаешься своими делами – оставляешь. Тоби основательно задумался. Том молчал, чтобы не отвлекать – похоже, вопрос оказался сложнее, чем он считал. Тем более, что никто никогда ничего подобного не делал… – Тоби не знает, – разочаровано сообщил домовик, когда Том уже подумал, что с ним что-то случилось. – Тоби не слышал, чтобы кто-нибудь так делал, но Тоби может спросить. Это важно? – Не знаю, – ответил Том. – Может быть, важно, а может быть, и нет… Том и сам не был уверен, зачем он это всё затеял – но интуиция подсказывала, что это может принести какую-то пользу, а интуиции Том доверял. А волшебники, к тому же, мало того, что принимали домовиков как данность, так ещё и крайне слабо представляли, откуда они взялись. С гоблинами было проще – те были народом холмов, потомками Андвари, но домовые эльфы… Тут большинство волшебников просто пожимало плечами. Ну есть и есть, появились лет триста назад, может, больше, но ненамного. Очень удобные слуги – незаметные, исполнительные, не требующие платы и преданные… И смертельно опасные, если кто-то сумеет обратить их против хозяев. К домовикам Том подбирался давно – но всё же это не было приоритетом, так что возможность заняться ими появилась только сейчас. – Так Тоби ещё нужен профессору? – напомнил о себе домовик. – Пока нет, – Том поспешил отпустить его, – занимайся своими делами, расспроси сородичей… Хотя нет, погоди, ещё один вопрос: откуда вы? – Мы не знаем, сэр, – Тоби поник. – Совсем не знаем, потому что… Тоби не знает почему, Тоби когда-то слышал, что прежде было древнее время чудес, но о нём нельзя говорить, и больше Тоби ничего не знает. Отпустив Тоби, Том с трудом подавил желание выругаться. Делу бы это всяко не помогло… А дело приобретало всё более и более странный оборот. Впрочем, так происходило со всем, во что он влипал с самого сорок четвёртого года – любой, даже самый, казалось бы, мелкий вопрос оказывался лишь рябью над бездной… Это пугало – но это было прекрасно. И всё же… Древнее время чудес – что имел в виду домовик? Почему они так старательно забыли о своём прошлом? Может быть, он это узнает… А может быть, и нет – во всяком случае, сейчас. Но рано или поздно докопаться до истины всё же придётся – он ведь собирается изменить мир, а этого не получится, не зная, каков он на самом деле – весь, а не тот крохотный кусочек, на котором сосредоточились маги Соединённого Королевства… – Древнее время чудес? – ван Хельсинг поставила чашку на стол. – Впервые слышу… А мне приходилось слышать много всякого. Да, похоже, мы упустили очень многое… – Я тоже никогда такого не слышал, – заметил Слагхорн, – что, может, и неудивительно, но всё же странновато. – Я слышал, – задумчиво сообщил Дамблдор, помешивая чай. – Моя мать рассказывала нам сказки – их я уже не помню, разве что какие-то отдельные моменты… И обычно они начинались так: «Это было древнее время чудес, когда мир был юн…» Помню, меня всегда завораживала эта фраза… А сами сказки, кстати, были страшноватыми – как я сейчас понимаю, лишь слегка приглаженными версиями чего-то вроде оригинальных сказок братьев Гримм и даже, кажется, их самих. – Буду вам чрезвычайно благодарна, если вы вспомните хоть что-то, – ван Хельсинг с мольбой смотрела на Дамблдора. – Это может оказаться ценнейшим источником… – Постараюсь, – кивнул Дамблдор, – но на многое не рассчитывайте – даже моя память далеко не абсолютна. И, возвращаясь к домовикам, должен признать, что мы уделяем им совершенно недостаточно внимания – как, впрочем, и остальным магическим народам. Несомненно, это надо будет исправить… – Только, пожалуйста, не со следующего года, – вздохнул Слагхорн. – Пусть расписание хоть немного устоится, иначе это ни к чему хорошему не приведёт. Том не прислушивался – его куда больше занимали слова Дамблдора. Сказки – и странный запрет у домовиков… Здесь должна быть какая-то связь, но какая и где?.. Интуиция молчала, а логика подсказывала, что корни всего этого уходят куда-то в глубину времён, когда предки человека ещё не стали настоящими людьми. Но эти поиски – работа на десятки, если не сотни лет, да к тому же, возможно, совершенно безнадёжная, ибо искомое могло просто не сохраниться… И уж тем более Том не собирался ей заниматься – он слишком мало смыслил в археологии. Читал, конечно, кое-что, по возможности навещал лекции Королевского Общества – но и только. А вот Лавгуд… Лавгуд, даже если и сам не слишком разбирался в вопросе, знал, к кому обратиться, и с ним всё это надо было обсудить… Но уж точно не сегодня. – Древнее время чудес? – женщины переглянулись и пожали плечами. – Первый раз слышу, – сообщила Клэр, раскладывая бумаги по папкам и убирая их в сейф. – Могу, конечно, поспрашивать, но результат, скорее всего, будет нулевой. – Может, они про альчеру? – предположила Глинда. – А что это? – Клэр остановилась с папкой в руках. – Время снов, эпоха, когда мир творился, и боги жили среди людей, – пояснила Глинда. – Вообще-то, такие истории у всех есть, так что и тут может быть то же самое… Только это, как мне почему-то кажется, не просто миф. Что-то там было в их прошлом, что-то такое, чего они боятся… – Или кто-то, – мрачно заметил Том. – И этот кто-то вполне может явиться по их души, да и по наши заодно. – Мог бы – уже бы явился, – заявила Клэр, – так что нет, с этой стороны нам ничего не грозит. Тогда уж стоит маглов опасаться – с этой их бомбой они ещё много всякого наоткрывали, даже об аппарации догадываются, правда, пока это чистая игра ума… – Кстати, я тоже что-то такое читал, – припомнил Том. – Чей-то мост… Да и вообще, я уже давно говорю – ещё лет пятьдесят-сто, и маглы нас догонят, а то и обгонят, а нам и ответить будет нечем, если они вздумают отыграться за Гриндевальда или ещё какого Тёмного Лорда – совсем не факт, что ещё кто-нибудь не вылезет. Нет, придётся и нам шевелиться… Кстати, как там дела с колледжем? – Вяло, – вздохнула Глинда. – Из наших там так до сих пор никого нет, хотя Орион со следующего года собирается поступать. Вообще, мне кажется, он пока недостаточно известен, хотя вот русские – и те заинтересовались… – Вот из этого вряд ли что-то выйдет, – вздохнул Том. – Они ребята злопамятные. А наши политиканы им со всей дури оттоптались по всем мозолям… – Ну а что, ждать их армию в Лондоне, что ли? – возмутилась Клэр. – Да если бы не это, они бы… – Не сделали ровно ничего, – отмахнулся Том. – У них куча своих проблем, и если бы их не трогали, они бы так и сидели и занимались бы ими, тем более, что это надолго. Но нет, кое-кому приспичило выделываться… – Я не поняла, ты что, за русских? – осведомилась Клэр. – Я за здравый смысл, – сообщил Том. – И мы, по-моему, не о политике говорили… А о политике Том говорить не хотел, тем более, что надвигалась сессия Визенгамота, и хотя ничего действительно важного на ней обсуждать не планировали, всё равно мог случиться скандал… Тем более, что кое-какие поправки в повестке дня стояли, и был это вопрос о разводе – а достаточно вспомнить, какие скандалы ещё недавно устраивали по этому поводу маглы, да и сейчас всё не так просто… И всё же лучше, чем у магов. Вопрос был скандальным сам по себе, и консерваторы почти наверняка закатят истерику из-за него – но перерасти в драку ей не позволят, а жаль… Последнее время заседания Визенгамота были довольно скучными – не считая ирландского вопроса, конечно же. – Ладно, если не о политике, то я пошла, – фыркнула Клэр. – Я спрошу, но результата наверняка не будет, не надейтесь… – Отрицательный результат – тоже результат, – пожал плечами Том. – Дорогая, как ты смотришь на то, чтобы пригласить Лавгудов? – Завтра вечером, – постановила Глинда. – И пошли уже ужинать… День прошёл без приключений – только Дамблдор как-то подозрительно блестел очками, но молчал, а Том не спрашивал. Что бы ни пришло начальству в голову – ему придётся самому озвучить свои идеи… Потому что если спросить, то тебя же и запрягут, чтобы лишний раз не напрягаться. А напрягаться Том не желал – его ждали Лавгуды, и это было гораздо интереснее любых идей Дамблдора… Насчёт Дамблдора, как потом выяснилось, Том ошибался, но Лавгуды – это Лавгуды. Это не лечится, как любил говорить Малфой… За обедом говорили о пустяках – и о колледже, в который собирался Сципион – и лишь после десерта, устроившись у камина со стаканами бренди, перешли к делам серьёзным. – Не имею ни малейшего представления, о чём они, – сообщил Лавгуд-старший. – Древнее время чудес, говорите? М-да… Большое упущение, что никто этим никогда не интересовался, но вы же знаете чванство и слепоту древнейших и благороднейших. Нет, я, разумеется, наведу справки, но не думаю, что мне удастся что-нибудь найти. Хотя… Можно спросить старину Биннса – он как раз может знать о связи гоблинов и домовиков. – Я спрашивал, – покачал головой Том. – Он не знает, но связь эта есть и гоблины домовых эльфов не любят. Очень сильно не любят… – Чудны дела твои, Всесоздатель… – пробормотал Лавгуд. – Кстати, вы ведь будете на следующей сессии Визенгамота? – Разумеется, а что, вам нужен мой голос? – И ваших друзей, по возможности, – согласился Лавгуд. – Мы с Альбусом подготовили один проект, который было бы крайне желательно утвердить. Не хочу показаться пафосным, но он действительно жизненно важен для всех нас… И именно поэтому его и постараются провалить. – И в чём его суть? – О, всего лишь небольшая, можно сказать, косметическая реформа… С очень далеко идущими последствиями, – Амадеус Лавгуд безумно улыбался…