"Я люблю тебя" или "Бумеранг"

Не делай зла — вернется бумерангом, Не плюй в колодец — будешь воду пить, Не оскорбляй того, кто ниже рангом, А вдруг придётся что-нибудь просить. Не предавай друзей, их не заменишь, И не теряй любимых — не вернешь, Не лги себе — со временем проверишь, Что ложью сам себя ты предаёшь. Омар Хаям POV Ваня Ух, ты… Одиннадцатый класс. Даже не верится. Совсем скоро начнётся взрослая жизнь, а я так и не насладился детством. Всю «молодость» мне загубил мой одноклассник — Александр. Он альфа. Он тот, кто портит мне всю жизнь. Каждый день я боялся приходить в школу, потому что Саша обязательно устроит какую-то подставу. То клей на мой стул нальёт, то в журнале двоек наставит, то физкультурную форму разорвёт. И ведь не докажешь ничего, поскольку его все обожают, даже учителя. Кому можно верить альфе — милашке или омеге — замухрышке? Конечно же тому, кто лучше глазками стреляет и шоколадку приносит. В общем жизнь — говно. Зачем Александр издевался надо мной? Я и сам не знал. Но ему явно это приносит удовольствие. В последнее время происходит, что-то странное. Саша как-то странно смотрит на меня, бывает принюхивается, словно я пахну чем-то сладким, то «случайно» коснётся меня. В голову залезла лишь одна мысль: Он хочет затащить меня в постель или это очередная подстава, что в принципе одно и тоже, поскольку про постель, на утро, узнает вся школа. В классе, как и ожидалось, был шум. Терпеть не могу громких звуков, кроме музыки. Этот галдёж… я словно на базаре, чёрт подери! Какие же они все мерзкие! Ненавижу людей. Как только появится кто-то слабее их, то бедолагу попросту, не щадя, уничтожат. Меня, например, каждый день уничтожает Саша. Стоило только мне зайти в класс, как на меня вылилось ведро воды сверху. Я промок до нитки. Вода очень холодная, а в школе даже отопления не дали. Я стоял молча, осматривая что промокло. Хорошо, что сумку, в этот раз, я оставил за дверью, а то все учебники бы промокли на сквозь. В ботинках теперь хлюпает вода. Класс тем временем залился дружным хохотом. В прошлом, я бы, может, разрыдался, но не теперь. Я равнодушно вышел из класса, забрал сумку и вернулся обратно в кабинет, плюхаясь на стул за свою парту. Я привык к такому обращению. Чёрт, холодно. Придётся терпеть.

***

Когда начался урок, учитель выгнала меня из класса, что бы я сходил и переоделся. Она знала, что у нас сегодня есть урок физкультуры и заставила меня переодеться в форму. Я зашёл в мужскую раздевалку, где и начал переодеваться. С волос капала вода, холодя и так холодную кожу лица. Я, кое-как, расстегнул пуговицы, которые не хотели поддаваться замёрзшим пальцам. — Держи, — Саша протянул мне полотенце. Когда он вошёл я не слышал. Но меня удивило то, что на его лице не было улыбки или насмешки, а в глазах даже показался некий стыд. — Пришёл поиздеваться? — спросил я, всё же приняв полотенце и начав вытираться им. Где моя футболка? А, вот висит. Так, теперь очередь штанов. Вот только… как быть с трусами? — Выйди, мне переодеться надо, — сказал я. — Зачем? Мне и такое шоу нравится, — дерзко ответил альфа. Я обмотал полотенце вокруг бёдер и снял трусы, а затем, прямо на голое тело, надел спортивные штаны. Откуда у него полотенце, я решил не спрашивать. Ведь это его шуточки. Не удивлюсь, если на полотенце был паук. Не смотря на альфу, я сложил мокрую одежду и убрал её в пакет, бросив в Сашу полотенце. Только спиной я не увидел, с каким блаженством он вдыхал запах, оставшийся, на этом полотенце…

***

— Я хочу поговорить, — схватив меня за локоть, сказал Саша. Чего ему от меня надо? Мало утренней издевки? Я послушно пошёл за альфой, у меня просто нет выбора, иначе меня силой затащат в тёмный угол. Он всегда добивается чего хочет. Альфы все такие. Мы зашли в мужской туалет. Убедившись, что никого нет в помещении, Саша неожиданно прижал меня к стене, одна рука обняла меня за талию, а вторая схватила мои скулы, что бы я не смог отвернуть голову, и его сухие шершавые губы, впечатались в мои. От шока я выронил сумку и упёрся руками в грудь альфы, отталкивая. Какого, спрашивается, чёрта?! Что он себе позволяет?! Я сжал зубы, не давая его языку проникнуть в мою ротовую полость. Пошёл он к дьяволу! Но не тут то было. Саша укусил меня за нижнюю губу, заставив меня вскрикнуть и его язык нагло вторгся в мои рот, сплетаясь с моим. Я заметил, что из-за этого, какой-то узел в низу живота начал приятно давить. Как это в романах называют? Бабочки порхают? Так вот, в моём случае, они пытались вместе со мной оттолкнуть этого мерзкого альфу. Когда нам обоим стало не хватать воздуха он отпустил меня. Я замахнулся, что бы ударить Сашу, но он перехватил мою руку. Я почувствовал, что мои щёки и уши горят, как в прочем и губы. — Ты… ты… чокнутый ублюдок! — вырвалось из моего рта. — Прости, я не мог сдержаться… — виновато сказал альфа. Я не ослышался? Виновато? Саша? — Вань, я люблю тебя, — прямо сказал Саша, намереваясь снова меня поцеловать, но я приложил ладонь к своим губам. Это очередной прикол. Жестокий, противный, мерзкий. Прямо как сам Саша. — Пошёл к чёрту, со своими шутками! — яростно прошептал я, хватая сумку и пулей вылетая из туалета. Чёртов урод! Только я не увидел, что альфа осел на пол и схватил себя за волосы, от безысходности…

***

Уроки закончились чётко по расписанию. Течка должна начаться через час, а может и меньше. В общем, я успею покинуть школу и вернуться домой. Моя течка никогда меня не подводила, она всегда была точна как часы. Начиналась в один и тот же день, в один и тот же час. Вот минуты могли запоздать. — Итак, сейчас мы все дружненько пройдём в актовый зал. Посмотрите на выступление младших классов, это займет чуть больше часа, — неожиданно, сказала учительница. Я широко распахнул глаза. А нельзя было за день до этого сообщить об этом?! Чёрт, я даже таблетки не взял! Течка начнётся через час, если не меньше! Я не мог сказать об этом учительнице, она бы отпустила домой, но я очень стесняюсь это. Так же как и девушки стесняются говорить про месячные. В актовом зале я сел в самый дальний ряд, лишь бы меня не видели. Чёрт, уже пол часа прошло, а я трясусь как осиновый лист. Что за.? Нет. Нет, нет, нет! Не может быть! Рано, очень рано! Я почувствовал как штаны начали мокнуть, а дырочка пульсировать. Что делать?! Чёрт, я краснею, чувствую как кровь приливает к щекам, ладоням, к члену. Мне плохо, всё заволакивает туман желания и похоти. Я почувствовал на себе прожигающий взгляд и повернулся к нему. Саша жадно меня разглядывал и при этом ехидно улыбался, злорадствовал. Я хочу его, прямо здесь, прямо сейчас. Хочу почувствовать его в себе. Как можно глубже и грубее. Представление закончилось и все начали выходить из актового зала. Я ждал когда все уйдут, что бы выйти последним. Саша окинул меня равнодушным взглядом и покинул помещение. Как только я вышел из зала, то вновь, почувствовал на себе взгляд. Саша стоял у двери. Я хотел его умолять о том, что бы он меня трахнул, но я просто грохнулся на колени. Я чувствую как дырочка просит о том, что бы этот альфа взял меня. Смазка начала выделяться сильнее. Чувствую себя шлюхой. Знаю, что он мой злейший враг, но я чувствую его запах, отчего я хочу его ещё сильнее. В этом момент я ненавижу себя. Ненавижу за то, что родился жалкой омежкой. — Саш… прошу тебя… помоги, — кое-как выдавил из себя я. — Я же чокнутый ублюдок, — альфа сел передо мной на колени. Он хочет что бы я извинился? — Прости, прости пожалуйста. Прости, мне… очень надо… — я не мог слова связать в предложение, это выше меня. Внезапно Саша схватив меня за руку, резко заставил подняться с колен, потом так же резко закинул к себе на плечо, унося из школьного заведения. POV Александр Он сейчас очень сексуален. Сейчас он не видит ничего, кроме похоти и желания. Он не представляет как я хочу его. Я посадил парня в машину, сам сел рядом и водитель такси повёз нас по адресу, который я ему назвал. Заплатив, я вывел Ваню из такси и снова закинув на своё плечо, понёс в квартиру. Родителей дома нет, я об этом знаю, поэтому я потащил омегу в свою комнату. Я набрасываюсь на него, буквально разрывая его футболку на кусочки, впиваясь в его шею укусом. Омега хрипло стонет, поддаваясь мне навстречу. Его лицо краснее помидора и он старательно отводит взгляд. — Что с тобой? Разве ты не этого хотел? — спросил я. — Мне… не по себе, — ответил Ваня. Его реакция мне понятна. Переспать с ненавистным человеком — на это не каждый пойдёт. Его руки неуверенно расстёгивают пуговицы на моей рубашке, которые так не хотят поддаваться. Поверь, милый, я их тоже не выношу. Когда с пуговицами было покончено, резкими движениями снимаю с себя рубашку, откидывая её в недры комнаты. Ваня посмотрел на моё тело, пока я был в сидячем положении и смутился ещё больше. С моими брюками проблем не возникло, а его штаны были насквозь мокрыми от смазки. Господи, этот запах… Он пахнет мятой и персиком. Люблю персики. Я целую его в губы, он отвечает, неумело, конечно, но он старается. Видимо в туалете я украл его первый поцелуй. Значит я буду первым… Вернее, я хочу быть первым, во всём. Руками я сжимаю мягкие ягодицы, так сильно, что могут остаться синяки. Но нам плевать. Слишком медленно, я хочу войти в него, что бы он кричал, извивался, просил о продолжении. Я сую омеге два пальца в рот и тот не думая, обильно смачивает их слюной. А вот я сейчас подавлюсь своей. Как он сексуален… У меня сейчас яйца лопнут! Вынимаю пальцы из его рта и приставляю один к колечку мышц. Палец легко проскальзывает во внутрь, но лишь на половину. Омега сжался и не пропускает меня дальше. — Расслабься… ну же, — прохрипел я. Он не послушался. Тогда я опустился ниже, прямо к члену омеги и облизал его по всей длине. Омега выгнулся, расслабившись и мой палец проскользнул дальше. Внутри очень тесно, мокро и жарко. Я засосал головку члена в рот, из-за чего Ваня вскрикнул и толкнулся бёдрами вперёд, что я даже не ожидал, как его член оказался полностью у меня во рту. В это время я вставил второй палец, двигая ими и иногда расставляя как ножницы, растягивая и подготавливая его к кое-чему большему. Он такой… такой… Чёрт, я так его хочу! Я поднялся выше, начав целовать его шею. Ваня отвечал на мои ласки громкими стонами, пока я расцеловывал его. Видимо шея его эрогенная зона. Мой! Только мой омега! Никому его не отдам! Ваня, неуверенно начал гладить мою спину руками, потом он провел ладонями по рёбрам, потом его пальцы запутались в моих волосах. Моя ладонь вся мокрая от его смазки. Пальцы уже скользят намного легче, поэтому я немного сменил угол проникновения, задевая припухшую простату. Я начал нажимать на неё, а Ваня буквально извивался от наслаждения, чуть ли не вырывая мои волосы. Но его протяжный стон наслаждения, подействовал на меня как знак, что я могу приступать к главному. Я вынул пальцы, под разочарованный стон омеги, но затем я приставил головку члена ко входу, неуверенно посмотрев на парня. Ваня лежал как побитый котёнок, которого как будто заставили лечь под меня. Мне стало его жалко. Впервые за столько лет! — Может не стоит? — спросил я. Я то потерпеть могу, а вот он. — Входи уже, не мед.! — рыкнул парень, но не успел он закончить предложение, как я ввёл головку члена во внутрь. Только вот я не ожидал, что он сожмёт стенки ануса так, что они буквально засосут мой член дальше, глубже, почти на всю длину. Мы оба застонали, я от удовольствия, он от боли. В уголках глаз появились слёзы. — Расслабься, будет легче, персик, — сказал я, касаясь рукой его члена. Я надеюсь, что эта ласка поможет ему расслабиться и не прогадал. — Тебе легко говорить… И вообще, какой я тебе персик?! Помидор, блин, — фыркнул омега, зажмуривая глаза и ногтями царапая мою спину. Я легонько толкнулся и вошёл полностью. Внутри омеги так тепло, мокро и так узко, что цветные пятна пляшут перед глазами. Я начал двигаться плавно и медленно, что бы Ваня немного привык. Затем, когда внутри омеги стало попросторнее, я смог двигаться увереннее и быстрее. Я подложил под поясницу парня подушку, из-за чего угол проникновения изменился и омега громко застонал. Видимо я нашёл простату. Ваня окончательно расслабился и немного толкался бёдрами ко мне навстречу…

***

Не знаю столько раз мы кончили за ночь, но мне хотелось, что бы она не заканчивалась никогда. Закончили мы лишь под утро, когда омега просто упал без сил, от очередного оргазма, и, через несколько минут, уснул. Мы оба перепачканы спермой, но нам плевать, потому что сон одолел обоих. POV Ваня Я проснулся лишь в пять часов вечера, альфа всё ещё спал. Я решил сбежать пока не поздно. Мне было хорошо с ним, но я знаю, что завтра в школе на меня будут показывать пальцем, клеймив словом шлюха. Я еле еле нашёл свою одежду и начал одеваться. — А как же завтрак в постель? — сонно и довольно, спросил альфа. Я недоумённо глянул на Сашу. Он шутит что ли? — Я пошёл домой, — бросил я, застёгивая пуговицы. — Почему? — удивлённо спросил альфа, встав с постели. — Потому! — злобно сказал я. Чего прицепился?! — А конкретнее? — Потому что! — так же грубо ответил я. — Тебе, что не понравилась ночь? — обиженно спросил альфа. — Мой ответ изменит завтрашний ход событий? Думаешь я не знаю о том, что ты хочешь завтра всем рассказать о том, что я буквально умолял тебя о сексе? Я знаю, что завтра я буду не просто объектом насмешек, но меня, может, трахнут в туалете толпой! — сказал я, едва не закричав. — Но я этого не сделаю, потому что… — альфа вёл себя как… как я в детстве. Он даже покраснел, что для альф редкость, — потому что люблю тебя, — он сказал это с такой искренностью, что я почти поверил ему, если бы не знал его. — Тебе бы в театре выступать с таким талантом, — сказал я, выходя из комнаты альфы. Почему мне так больно?! Сердце словно кровью обливается. Я чувствую себя бабой, которая вот вот заплачет. Он никогда не узнает, что когда-то я был в него влюблён. Но когда начались издевки… я влюбился ещё сильнее, а через год возненавидел всем сердцем. И вот теперь оно болит, словно меня избивала толпа из тысячи человек. Такое чувство, словно я снова влюбился. Влюбился в тысячу раз сильнее. Чувства, давно забытые, вновь вспыхнули. Не успел я дверь открыть, как альфа развернул меня, вновь целуя. И я сдался. Я обнял альфу за шею, притягивая его к себе. А его руки забираются под мою футболку.

***

Честно говоря, я был удивлён, когда мой альфа во время урока отогнал всех от меня, заявив, что я ЕГО омега. Кто прикоснётся — тот не жилец. Три месяца, я боялся просыпаться, потому что думал, что как только открою глаза, всё это окажется сном. Но каждый раз ошибался, ведь мой альфа любит меня.