Любовь, до которой я дотронулась

      Всем привет! Меня зовут Чон Сона. Мне 17 лет, но за этот недолгий промежуток времени произошло столько вещей, что и в страшном сне не снилось! Особенно все, что произошло за последний год.       

Боль, пустота, непонимание того, что происходит, — это краткое описание меня в 5 лет. А все из-за одной ночи…

      В детстве я не отличалась особой общительностью, поэтому в садике друзей у меня не было. Целый день я читала сказки, играла в игрушки и рисовала. Одна. Всегда одна… Не знаю, что за клеймо было на мне, что ни я, ни другие не хотели дружить друг с другом. Взаимная антипатия, что ли… Но я привыкла. Мне было достаточно моей семьи. Родители никогда не забывали уделять мне время, и к тому же я единственный ребёнок в семье, так что вся их любовь доставалась мне.       Папа хорошо нас обеспечивал, работая в какой-то престижной компании, так что мы жили ни бедно, ни богато - как-то средне. Всё в моей жизни было спокойно, может, даже слишком. Никаких проблем, хотя я думала, какие проблемы могут быть в 5-летнем возрасте. Оказывается, могут. Ещё какие. Я всегда всё запоминала и обо всем думала. Слишком хорошо запоминала, слишком много думала. И как бы я хотела стереть из своей памяти тот день — день, когда я эмоционально умерла…       5 марта, 12 лет назад       Птицы уже встали и начали будить меня своим чудным пением. К ним присоединилось и солнце, которое гуляло своими лучиками по моему лицу, из-за чего я прищурилась. Мама зашла в мою маленькую детскую комнатку и начала меня будить. — Пандочка, вставай!       Она часто называла меня пандой, потому что я безумно любила это животное. — Ыы, спать хочу! — начала хныкать я. — Сона, если хочешь получить свой любимый леденец, то придётся встать.       Услышав слово леденец, я подскочила с кровати, летя в туалет. Знает же мама, как заставить меня проснуться.       К своим пяти годам я была уже более самостоятельная, нежели другие дети в моём возрасте. Может, это и к лучшему, ведь все беды, которые меня ждали в будущем, я проходила практически одна.       Я сама оделась, и мама мне заплела косичку (у меня были длинные волосы до поясницы, и мама очень любила их заплетать). Ну а потом все как обычно: мы позавтракали с папой, убегая на работу, он поцеловал нас, и мы начали убирать со стола. Потом мы пошли в садик, я получила заслуженный леденец, поцелуй и наставления, а мама – мой согласный кивок. И опять я вроде в обществе этих детей, но при этом одна. Как обычно.       Эх, если бы я знала, что совсем скоро я действительно буду одна, то это «общение» с моими сверстниками мне бы показалось цветочками. Ибо ягодки попались горькие…       В этот день забрать меня пришла тётя, чему я очень удивилась. Мало того, что всегда меня забирала мама, так ещё и отношения у моего отца со старшим братом были не очень, а эта тетя — жена этого брата, следовательно с ней отношения у родителей не лучше. — Здравствуй, тётя! — Собирайся! — грубо и громко выкрикнула она, отчего я подскочила, но, не смея что-либо сказать, быстро оделась и вышла за ней на улицу. Схватив мою руку, она повела меня к машине. — Тётя, мы куда? И где мама? — Ишь, какая любопытная выросла! Твои родители умотали на ужин к президенту компании, где тот перед всеми работниками повысит твоего отца до статуса директора филиала! Хотя твой тупой отец не заслужил этого! Чон Гын (тот самый дядя и её муж) столько трудился для этой компании! И что же?! Это он заслуживает быть директором, а не твой папаша! — тётя явно была на пределе.       Они с дядей и так были гораздо богаче нас, и зависть им просто сносила крышу. Они из-за чего-то нас ненавидели. Просто так. Без причины. Странно, не правда ли? Но терпеть оскорбления в адрес отца я была не намерена и полезла на рожон. — Мой папа не тупой! Не смей оскорблять его! — и тут… мне прилетела звонкая пощёчина. Отчего вся щека заполыхала, а слёзы полились из глаз. — Замолчи! — от её голоса зазвенело в ушах. — Как ты смеешь так со мной разговаривать?! — Извини, тётя… — все, что я смогла проговорить сквозь слёзы, за что получила другую пощёчину, благо уже по другой щеке. — Я тебе не тётя! И не надо извиняться, мерзавка! — я искренне не понимала, почему она меня так не любит… — Госпожа, — вмешался водитель, — приехали.       Я-то подумала, что у этого мужчины пробудилась совесть и он решил заступиться за ребёнка, а он лишь сказал, что мы приехали домой.       Тётя вышла из машины и, не дожидаясь меня, вошла в дом, ну а я побрела за ней. Войдя, тётя приказала служанке провести меня в комнату, на что та согласно кивнула. Доведя до комнаты, девушка меня накормила, искупала, переодела и уложила спать на кроватку. Но вот только спать не входило в мои планы. Когда родители были где-то далеко, я всегда начинала переживать за них и, как обычно, утешала себя мыслями, что с ними все в порядке. Знала бы я, как же ошибалась!       Из-за размышлений мой сон уехал в Америку и сказал, что вернётся ещё не скоро, поэтому я решила покачаться на качелях в саду. Несмотря на то, что уже темно, я спустилась по лестнице в сад и, найдя качели, начала своё увлекательное занятие, которое, к сожалению, вскоре мне надоело.       И тут я решила рассмотреть дом, ведь у дяди я практически никогда не была. Обойдя несколько комнат, я наткнулась на дядин кабинет, но его самого нигде не было. Решив осмотреть его, я зашла внутрь. Все было в деловом стиле, по-богатому и со вкусом. Но через секунду я услышала шаги. Мигом я очутилась в шкафу, в надежде остаться незамеченной.       Дядя и тётя, войдя в кабинет, о чем-то увлечённо говорили, но тут их прервал дворецкий. — Господин, вам срочное письмо, — обращаясь к дяде, он протянул конверт. — Что еще, — недовольно буркнул он. Но пока дядя читал содержимое письма, его мимика сменялась одна за другой. То он в непонятках, то задумчивый, то радостный. Закончив читать письмо, он посмотрел с ехидной улыбкой на тетю, которая, казалось, сейчас лопнет от любопытства. — Ну что же там?! Не томи! — Дорогая, поздравляю! Одним конкурентом стало меньше, причём мне даже не пришлось ничего делать! — Это как? — Ну, мне пришло письмо, в котором говорится, что один из наших сотрудников, когда ехал на ужин, попал в страшную аварию и разбился вместе с женой насмерть. — Ну это-то ладно, — с каким-то страшным спокойствием и безразличием сказала тётя, как будто это не ей сейчас рассказали о смерти двух людей. — А почему письмо пришло тебе, а не начальнику? Какое тебе дело до ваших работников? — А дело в том, что работник и жена, которые разбились, — это Чон Хук и Чон Ына.       И тут я чуть не выпала из шкафа из-за услышанного… Я ожидала услышать имена кого угодно, но только не их… Только не имена моих родителей…