Гибридный ребёнок

      Человечество долго ждало этого события. Великий японский мастер Курода тщательно работал над своим проектом, желая подарить миру своих кукол, которые навсегда изменят жизни многих людей. Спустя несколько лет кропотливой работы, Курода наконец-то представил свой продукт — Гибридный ребенок.       Гибридный ребенок — кукла, которая растет от любви и заботы своего хозяина. Именно хозяин предопределяет внешность гибрида, его голос и характер, относясь к нему так, как ему хочется. Гибридный ребенок удовольствие не из дешевых. В основном их могут позволить себе только богачи, либо те, кто долго и упорно копил достаточно денег на покупку такого чуда. Богатеи меняют кукол как перчатки, тех, кого выбрасывают в достаточном возрасте — отправляют в бордель, ведь поношенные вещи никому не нужны в доме, совсем юных — отправляют в исправительную школу. Некоторые гибриды погибают из-за недостаточной любви своего хозяина, а кто-то сбегает от жестокости и насилия. В медиасреде даже успели создать группу из гибридных детей, которая имеет успех и до сих пор. На работе одного человека многие нажились.       — Господин, его привезли, — в кабинет заходит дворецкий и оповещает хозяина о прибытии того, кого так долго ждал Чонгук.       Чон поднимается из-за стола, отбрасывая все дела, и спускается в гостиную, где молча стоит маленький светловолосый мальчик, опустив голову. Что-то в сердце екает, и Гуку хочется обнять это маленькое чудо, но он лишь рассматривает гибрида. Тот одет в длинные синие шорты и светлую рубашку, заправленную внутрь. Но не это привлекает Чонгука. Глаза, волосы, — Курода хорошо постарался при выполнении этого заказа.       — Господин Чон, он не умеет говорить, — информирует курьер хозяина куклы. — Но Вам повезло, он в состоянии сам передвигаться. Если Вашей любви и ласки будет достаточно, к девятнадцати годам он станет совсем, как человек: его плоть, кровь, сердце, чувства — все станет индивидуальным и живым на сто процентов. Вы можете дать ему имя.       — Его еще нет? — хмурится Чонгук, но в душе радуется, что может назвать свое чудо сам.       — Мы решили, что это должны сделать Вы. У него есть серийный номер, — мужчина убирает светлые волосы за ухом и показывает точно выведенные цифры. — Дав имя, Вы станете полноправным хозяином.       — Я назову тебя, — задумывается Чон, присаживаясь напротив мальчика. — Чимин. Да, Чимин. Меня зовут Чонгук, — представляется он, поднимая голову куклы, заставляя того взглянуть на себя. — И я буду любить тебя. Чимин смотрит большими глазами и подается вперед, обнимая своего хозяина. И Чонгук чувствует себя как в раю, когда маленькие ручки сцепляются вокруг его шеи, а носик утыкается в плечо.

***

      Чимин рос пухлощеким и милым мальчиком, который уже через год начал говорить. Он вечно крутился рядом с хозяином, желая быть всегда ближе к нему, даже если тот злился. Младшему удавалось успокоить разозленного мужчину, всего лишь скрутившись калачиком на коленях мужчины, легко поглаживая крепкую грудь и по-детски целуя в щеку. Чимин заливисто смеялся, смешно танцевал и радовался, когда им, с Чонгуком, удавалось погулять вместе. Чон водил его в парк, кино, кафе, искренне улыбаясь, когда видел ответную улыбку у пухленького малыша.       — Чонгук-и, я твой брат? — спрашивает Чим, уплетая сладкие мочи.       — Конечно, Чимин-и, — улыбается в ответ Чонгук. — И мы всегда будем вместе! Чим рос быстро. Это одна из особенностей гибридных детей. Они растут намного быстрее, чем люди, обычно, год их жизни ровнялся двум годам человеческих, реже — трем. Иногда Чон даже не успевал следить за тем, как его малыш растет, как быстро приобретает знания и меняется. Чонгук каждый раз, глядя на парня, улыбался и понимал, что не сможет отпустить, даже если нужно будет.

***

      Чонгук много раз спрашивал себя «зачем мне гибридный ребенок?». Сначала ему хотелось, чтобы у него был наследник всей его огромной корпорации, потом, чтобы у него был родной человек, как брат, которого у Чона никогда не было, через несколько лет Чон уже не задавал себе такой вопрос, потому что все начало всплывать на поверхность, стоило наступить тому дню, когда Чимину исполнилось девятнадцать.       Чон много сделал для Чимина: он устроил малыша в школу гибридов, обучал его всему, что поможет ему в управлении делами корпорации, делал полноправным членом общества. Гук преследовал цель — сделать из Чимина человека, насколько это возможно, но серийный номер не скрыть и это всегда расстраивало малыша. Чон дал Чимину фамилию своего дальнего родственника — Пак. И с некоторых пор появился в доме Чонгука — Пак Чимин — мальчик, в которого мужчина вкладывал всю свою любовь, ласку, заботу. Пак стал для старшего целой вселенной. После школы малыш поступил в университет экономики, бизнеса и права. Чонгук любил Чимина, но был строг с ним, поэтому Пак старался не злить хозяина: учился, был покладист и тоже любил, но другой любовью, нежели Чонгук. Так ему казалось.       — Мне уже восемнадцать, а я до сих пор низенький, — будто обижен на весь мир, Чимин выглядит как надувшийся хомяк.       — У тебя идеальный рост, малыш, — улыбается Чонгук, поглаживая руку младшего, когда оба лежат на кровати, накрывшись теплым одеялом. — Мне нравится.       — Ребята из университета намного выше меня.       — Ты идеален, Чимин-и, не смотри на других, — Чонгук зарывается носом в изгиб шеи младшего, а после мягко целует.       Чимина прошибли мурашки, если бы он не знал, что Чонгук относится к нему только как к брату. Он всегда говорил об этом, на протяжении всей жизни, поэтому Пак давно перестал задумываться о всех поступках старшего, которые хоть как-то выбивались из отношений братьев.       — Ты ведь не бросишь меня до того, как я смогу стать человеком?       — Что за глупости? — тихо спрашивает Чон, прижимая младшего к себе. — Я никогда тебя не брошу!

***

      К двадцати годам у Чонгука не было никаких сомнений, что Чимин вырос и стал человеком. Его характер немного изменился, подстроившись под внешний мир, но он по-прежнему оставался для Чонгука самым нужным и дорогим человеком.       И в последнее время Чон стал замечать за собой странные чувства к этому милому мальчишке, которым он некогда был. Чимин стал более холодным, у него появлялись дела, о которых Чону не нужно было знать, и старшему даже казалось, что у его мальчика кто-то есть. Этого он не допустит.       Но и Чонгук не так прост. В последнее время он стал заменять Чимина кем-то другим, лишь бы не принуждать младшего к чему-либо, ведь он не знает, что тот может чувствовать, кроме братской любви.       — Поговорим? — холодно просит Чон, когда Пак проходит мимо гостиной, вернувшись за полночь.       — О чем? — хмыкает Чимин, но подходит к старшему, который расположился в гостиной.       — Ты снова пришел поздно.       — У меня были дела.       — Какие же?       — Это неважно. Ты тоже не особо объясняешь, когда приходишь домой только под утро. Все? Или допрос еще не закончился?       — Не груби мне! — взрывается Чонгук, подскакивая с дивана. — Я твой хозяин!       — Мне двадцать, — напоминает Чимин. — Я человек!       — Но ты все равно мой! — хватая за плечи младшего, и сильно сжимая их, говорит Гук.       — Что-то я не помню, чтобы ты вспоминал об этом, когда трахал своих шлюх в этом доме, сосался с ними на моих глазах! И сейчас ты говоришь о том, что я принадлежу тебе? И не надейся! — Пак скидывает чужие руки со своих плеч и поднимается в свою комнату.       Слова будто ножом по сердцу. Он не хотел делать больно своему гибриду. И себе. А сейчас почему-то больно.