Желать

Снег крупными хлопьями падал на крыши, землю, укутывая все белоснежным покрывалом. Северус Снейп откинулся на мягкую спинку, прислушиваясь к уютному скрипу колес и цокоту лошадиных копыт. Он сегодня слишком устал, чтобы возвращаться домой пешком. Сначала они долго играли в карты, а потом Мадам выставила новых мальчиков, вперемежку с бывалыми — вечер продолжался. Неопытные, что-то попискивающие, трогательно краснеющие омеги с трудом сдерживали страх перед группой уже изрядно выпивших альф, понимая что их ждет групповая оргия. Мадам знала, как услужить приближенным Темного Лорда. Северус же как обычно выбрал Гарри, робко улыбнувшегося ему. Участвовать в оргии тому не хотелось совершенно и он мысленно вознес хвалу небесам за то, что этот не особо привлекательный альфа не жалует групповые развлечения. И последнее что услышал омега, стараясь не отставать от быстро шагающего в уединенные аппартаменты господина, было развязное, произнесеное огромным темнокожим альфой: — Раздевайтесь, птенчики, и жопки напоказ. Живо! *** Омега старательно работал язычком и альфа сыто заурчал. Ему не особенно повезло сегодня в карты и настроение было неважным, но Гарри отлично знал свое дело и вскоре благодатное расположение духа вернулось к Северусу Снейпу, и он собственнически подгреб под себя теплого мальчишку. Гарри вспомнил, как в первый раз перепугался до смерти, когда в него ткнул пальцем мрачный суровый альфа. — И если он меня устроит — выводить постоянно, — бросил тогда альфа Мадам, уводя под локоть взволнованного омегу. Слава богу клиент оказался не извращенцем. Со временем Гарри начал замечать, как разглаживалась глубокая складка меж бровей Пожирателя, как теплел его взгляд, когда они оставались наедине. Сумма, большая чем положено за подобные услуги, регулярно оказывалась под подушкой. А еще Снейп полюбил перебирать густые волосы парня и чувственно целовать местечко за ухом. Никогда не будил спящего после нескольких бурных оргазмов Гарри. Редкое внимание к омегам, которым приходилось зарабатывать себе на тарелку супа ублажая альф. А потом началась война. Магическая война, которая смела и Северуса Снейпа и ласкового Гарри, втайне высчитывающего дни до появления альфы в заведении Мадам, и многих других, которые попали под жернова огня, взрывов и смерти. *** Снег крупными хлопьями падал на крыши, землю, укутывая все белоснежным покрывалом. Северус Снейп откинулся на мягкую спинку, прислушиваясь к уютному скрипу колес и цокоту лошадиных копыт. Он сегодня слишком устал, чтобы возвращаться домой пешком. Стоп! Он зажмурился и резко открыл глаза. Ему показалось, что это когда-то уже было. Что за черт! Вроде было и в то же время нет. Будто пытаешься схватить невидимую паутинку, пытаешься зачем-то рассмотреть ее узор. И это кажется тебе очень важным и значимым. А потом наваждение тает словно дымка. И лишь отголоски чего-то, что сознание не в силах осмыслить оставляют свои следы. Да и те быстро исчезают будто следы на песке, смытые морской волной. *** Он долго играл этим вечером с приятелями в карты. И проиграл. Не то чтобы это ухудшило настроение, но приятного было мало. И отказавшись от времяпрепровождения в обществе умелых омег Мадам, Снейп отправился домой с твердым намерением отыграться в следующие выходные. *** Сегодня карта шла. Слышался звон стекла — альфы, вольготно расположившиеся в гостиной, уже изрядно приняли на грудь и не собирались останавливаться, подливая себе вновь и вновь. Северус расстегнул пуговицу на рубашке и вальяжно откинулся на спинку кресла — после удачного выигрыша можно и мальчика выбрать. Мадам их уже спустила к господам и те послушно расположились на коленях гостей. А те кого еще не разобрали — сидели на диванчике, положив ухоженные руки с отполированными ноготками себе на колени. — Еще партию, Сев? — полупьяно протянул Люциус Малфой. Он не выносил проигрыша. Но Северус его не слышал. Он вперил взгляд в мальчишку, вжавшегося в диванчик и взволнованно обкусывающего себе ноготь на большом пальце. Снейп поморщился — он терпеть не мог у омег обкусанные ногти. Да и вообще он терпеть не мог неухоженных омег. Это было его слабостью — абсолютно гладкое тело, легкий флер туалетной воды, поблескивающие ноготки на руках и ногах… Снейп любил их — слабых, томно вздыхающих, хлопающих длинными ресницами, послушно задирающих ножки… Любил как альфа, который обожает все мягкое, гладкое и уступчивое. И заведение Мадам полностью удовлетворяло его потребности. Физиологические и эстетические. А вот душевные… Нет, порой иногда хотелось просыпаться по утрам и видеть заспанное лицо своей половинки, вдыхать ее волнующий аромат. Но Снейп быстро избавлялся от лишних романтических образов — его вполне устраивала свободная жизнь. А прелестных, сочных попок у Мадам предостаточно. Но почему же он тогда безотрывно смотрит на омегу, желающего видимо обглодать свой палец до основания. И что это такое? У Мадам никогда еще не было таких нелепых мальчишек: простенькая рубашка и зеленые шортики, темные, немного вьющиеся на концах волосы похоже так и не удалось уложить и они теперь художественным беспорядком спускались на плечи, бледное, не подкрашенное лицо, большие глазищи словно у пойманного врасплох олененка… Мда, омега был явно на любителя. Причем весьма на любителя. Хотя некоторых альф заводили подобные штучки. Значит Мадам все-таки осознанно спустила его к гостям. Авось и приглянется он кому. «Ужас какой-то». Продолжая наблюдать за грызущим ногтевую пластину мальчишкой. «До него дотронешься и он упадет в обморок. Как пить дать. И что с таким потом делать?» Снейп предпочитал исключительно умелых, раскрепощенных омег. Которые сладко постанывали, подмахивали попкой, ластились… Омег, которые обожали «потанцевать» на крепком члене. — … Сев, ты меня слышишь? Малфой посмотрел на друга, потом перевел взгляд на парнишку… Холодная сталь глаз блеснула азартом. — А? Прости, — ловя себя на мысли, что испытывает жгучее желание подойти и хлопнуть омегу по рукам. И почему же он все продолжает на него смотреть? Почему его волнует это? Серые глаза Малфоя сузились, по губам скользнула хищная улыбка… А мальчишка, оставшись теперь в одиночестве, вдобавок стал елозить на диванчике будто желая ввинтиться в обивку и исчезнуть в ней навсегда. Малфой еще раз облизнулся, что-то прикинул в уме и лениво потянулся, растягивая слова: — У Мадам столько разнообразия… Хотя бы взять вот этого парнишку. Он так и пышет невинностью. Трахнуть его будет забавно. Интересно, в постели он все так же будет обгладывать ноготь? Придется связать… Снейп замер. Он не раз делил омег с Люциусом. Но сейчас… Его накрыло удушливой волной от мысли, что Малфой залезет на парнишку. Дальше развивать мысль не хотелось абсолютно. Платиновый красавец обладал извращенной фантазией. Северусу вспомнился как-то затраханный ими до сладостного обморока золотоволосый омега. Встать тот явно смог лишь к обеду. И, если эти воспоминания вызывали легкое возбуждение: рослый и ладный омега и впрямь оказался хорош и вынослив, послушно обслуживая сразу двух разгоряченных альф, то теперь Северус почувствовал неудовольствие от одной мысли, когда представил немного нелепого, худого мальчонку пищащего от страха под Люциусом. А то что омега будет пищать альфа почему-то не сомневался. Что за черт! Немочь бледная! «Он хоть совершеннолетний?» По губам Малфоя скользнула ухмылка. Он прекрасно заметил жадный взгляд друга. — Сыграем? Кто возьмет верх, тот и первый распробует мальчонку. Предупрежу Мадам, чтобы придержала наш приз. Малфой тут же направился к владелице заведения, а Северус вновь уставился на ничего не подозревающего омегу. На миг ему даже стало жаль его — вроде симпатичный, а никто не захотел взять. Все-таки мало кто хотел возиться с зажатым омегой. Альфы приходили за отдыхом и удовольствиями. Омега тем временем немного успокоился видимо обрадовавшись, что на него никто не клюнул. Наивный. Хотя нет, вон косится взглядом. Вероятно понимает, что работать все-таки придется. «И где его только откопали?» Внезапно осознавая, что хочет понюхать искоса посматривающего на него мальчишку. Именно понюхать и узнать как тот пахнет. Узнать естественный запах не заглушенный парфюмерией. И надо сказать, что эти мысли Северусу не пришлись по вкусу. Совершенно. Еще не хватало нюхать омег. Надо просто встать и уйти. Люциус и без него прекрасно развлечется. Да, вот сейчас он встанет и уйдет. Сейчас.