Желать

Что вы знаете о желании? Что вы знаете об отчаянии? Два абсолютно противоположных чувства. И два создания природы — такие разные, но неизменно дополняющие друг друга. Но один из них был сейчас вновь напуган. А другой… Альфа глухо заворчал… Да, вот оно… Беспомощный, сочный… А омега… Что он мог поделать? Купленный мальчишка, который лишь всхлипнул, взглянув в потемневшие глаза альфы, и попытался прикрыться руками. Впрочем прекрасно осознавая, что это бесполезно. Полотенце, просунутое между ног, пока еще не намокло — до сильного истечения было далеко. Всего лишь пару капель, но Гарри сгорал от стыда. Он не мог смириться сейчас со своей физиологией. Он был так юн. И еще хотелось разрыдаться. И пусть альфа смотрит, пусть… Он купленная вещь. «Вещь, вещь…» Пульсировало в голове всхлипывающего и скорчившегося на кафельной плитке омеги. Все, вот и все. Альфа не сможет устоять перед соблазном покрыть. Они все такие животные. Даже этот. Наверное. Вон как хищно раздувает ноздри. И смотрит. «Как же тошнит… Только бы не вырвало перед ним… И голова кружится…» И как же хочется просто свернуться клубочком на своей постели, предварительно выпив сладкий чай. И спать. И Гарри тихо застонал. Он сейчас был так уязвим. Все же не зря даже в заведении Мадам омеги никогда не работали в такие дни. Слишком легко получить внутренние повреждения. Слишком капризными и слезливыми становились омеги. Их природа изменилась, оставив течку лишь как сигнал для продолжения рода. «Сердится? Наверняка… Я окажусь виноват, что не предупредил, не высчитал… Что же сейчас будет?» В голове Гарри, ослабленного течкой, завертелись ужасные картины. И он закусил губу, чтобы не разрыдаться. Да, и еще — несмотря на состояние, член налился болезненным возбуждением, причиняя дополнительные страдания. Что же это? У него так не было в прошлый раз. Первобытный альфа вновь заворчал, обнажил клыки… Как просто… Разложить, погрузиться… В само сосредоточие омеги. Погрузиться, упиваясь слабостью, подминая, вновь и вновь показывая кто здесь хозяин. Омега пискнул, будто прочитав мысли альфы, и еще крепче сжал ноги, словно его уже пытаются банально изнасиловать. «Нельзя, так нельзя… Черт, он же похоже вот-вот провалится в обморок…» Зверь ощетинился на голос разума — взять, пометить… И шумно втянув носом воздух, альфа навис над побелевшим теперь от переживаний омегой. *** И снова широкое ложе, где омегам пристало ублажать альф. Гарри облизнул пересохшие губы. «Я все же видимо потерял сознание… Господи, а что он делает? Не трогайте меня, пожалуйста…» — Тшш… Я сейчас помогу, — по-хозяйски раздвигая полы светлого халатика. — Ну не бойся меня так… Понимая, что ему до ужаса интересно было бы скользнуть языком между ягодиц маленького омеги. Неожиданная потребность. Весьма. Да и напряженный член Гарри явно требовал внимания. Северус интуитивно почувствовал, что Гарри больно от прилившей к пенису крови. Снейп никогда не хотел попробовать каково это — с течным омегой. Ему не нужны были проблемы. Не было никакого желания смотреть на изменение настроения, слушать хныканье, от того что то слишком глубоко, то резко… Он обожал жаркий, чувственный секс. А сейчас… Поистине этот мальчишка заставляет его вновь и вновь ощущать двойственные эмоции. — Не надо, пожалуйста… — срываясь на рыдания, чувствуя как его поудобнее придвигают к краю кровати и чуть приподнимают бедра. Нет, все же интересно, каков он на вкус теперь? Но и доводить до истерики мальчонку и так близкого к ней не хотелось совершенно. Да, незадача. Снейп закатил глаза, вновь мысленно костеря на чем свет стоит судьбу, обрушившую на его голову это недоразумение. «Похоже первая или вторая течка. Совсем юный… Что же мне с тобой делать, малыш?» Наблюдая, как омега судорожно цепляется за ткань полотенца, прикрывающего его анус. Да, добраться до попки сейчас явно не удастся. Не применять же силу к этому вновь залившемуся краской до корней волос олененку. Глупый. Он, Северус, всего лишь так хочет поласкать его там… И из грудной клетки альфы вновь вырвался глухой рык. Омега затих. Благоразумно понимая, что взбешенный альфа рядом не лучшее, что с ним, Гарри, может произойти. «Ведь конечно же он злится. Он платил деньги не для того, чтобы слушать мои причитания. Что же сейчас будет?..» А дальше было ощущение прокатывания волн вдоль позвоночника. И они росли, росли… И было так тяжело, даже больно в паху. И был альфа. Там, между его бедер… И путающемуся в калейдоскопе эмоций и впечатлений Гарри было достаточно совсем немного. Немного для того, чтобы он тоненько всхлипнул, дернулся и залил рот Северуса семенем. *** Тщательно вылизанный от упавших на кожу перламутровых капелек, все еще не понимавший, что же будет дальше, но с облегчением отметивший, что пах уже так болезненно не скручивает, омега ошарашенно таращился на нависшего над ним альфу. Северус вздохнул и коснулся губами щеки Гарри. «Маленький, что же ты такой маленький… И что же мне с тобой делать, детка?.. Мой олененок…» И вновь вздохнув, резко перекатился на спину. — Иди к себе, Гарри. Тебе надо отдохнуть. Сам сможешь дойти? Гарри автоматически кивнул — он воспользуется специальным лифтом для омег, чтобы не пересекаться даже с работающими здесь бетами. Ну так, на всякий случай. Хотя правила поведения в заведении Мадам соблюдались строго. Да и обслуживающий персонал дорожил своим местом. И будь омега хоть голым, когда возвращается от клиента — к нему не прикоснутся и пальцем. Да, Гарри кивнул, а потом непонимающе уставился на Снейпа. Его отпускают? А вдруг на него нажалуются хозяйке? А вдруг?.. — Все хорошо, Гарри. Иди к себе. Иди. Ну, быстро марш отсюда, — чуть повысив голос. Положительно, у него в голове полный раздрай. И виноват в этом вот этот мальчишка. Чертов олененок! Растерянного мальчонку уговаривать долго не пришлось. И смешно пискнув: «До свидания, сэр. То есть Северус. Простите…» — юный омега юркнул за дверь апартаментов, плотно запахнув халатик и все еще до конца не веря, в то что с ним произошло за эти выходные. Да, подумать было над чем. И весьма основательно. *** Гарри повозился в коконе одеяла. Сколько сейчас времени? Судя по сумеркам, сгущавшимся за окном, проспал он долго. Но зато чувствовал себя вполне неплохо. Патрик, что-то мурлыкавший себе под нос, улыбнулся ему, продолжая вытягивать утюжком свои платиновые локоны и ткнул пальцем во внушительную коробку конфет. Возлежавшую на маленьком резном столике — У тебя ничего не слипнется? — хихикнул сосед по комнате, ловко управляясь с утюжком. Гарри вздохнул. Ему бы так. А то вечно копна на голове. А потом направился к доставленному курьером подарку. — Цветок тоже тебе. Я его поставил в вазу. Ты же непротив? Было видно, что парнишка сгорает от любопытства. Серые глаза сияли. А Гарри снова некстати померещилось, что видел он и эти черты лица и серые глаза и платину волос… Там, в странных снах. Правда не похоже, что они там были приятелями с Патриком… Совершенно непохоже. И его точно звали как-то по другому. — Поттер, не спи! Беззлобно, продолжая что-то мурлыкать себе под нос. И делать вид, что ему ну абсолютно не интересно, что же произошло. Ага, как же. Ранним утром встрепанный и красный как рак Поттер метался в поисках средств гигиены, а потом выпил аж две огромные чашки сладкого чая и уснул. Даже ничего не рассказав, ему, Патрику. Которого он между прочим разбудил, влетев в комнату с такой скоростью будто за ним черти гнались. Да еще и стул уронил… Единственное, что омега знал, это то что Поттера купил VIP- клиент. И в тайне надеялся, что может повезет этому немного смешному мальчонке. И альфа попадется человечный. А там уж чем черт не шутит… Слишком уж Гарри невинен для подобного заведения. Нет в нем искры, нет хитрости, чтобы выгодно себя подать, чтобы ублажить альфу и при этом не остаться в накладе. Даже тот козел-извращенец с носками был в восторге от него, Патрика. И платил вдвое, называя послушным красавчиком. А Гарри тем временем отмер и все также кутавшись в одеяло подошел к коробке конфет и вытащил карточку. Там были лишь инициалы. И все. — Мда. Немногословен твой, — заключил Патрик заглянув через плечо вновь о чем-то замечтавшемуся соседу. А Гарри внезапно вспыхнул, вспомнив сильные руки, жаркий шепот альфы… — Ну расказывай уже. Сил нет терпеть, — не выдержал Патрик и плюхнулся на диван. И смущенный Гарри, присевший рядом и так и не выбравшийся из теплого уютного кокона, начал свой рассказ.