Комната, в которой...

За закрытой дверью стояла полная тишина, и это всех немного напрягало. Парни обеспокоенно оглядывались: Намджун делал вид, что просто стоял к стенке спиной и ждал, хотя на самом деле пытался прислониться к ней теснее, чтобы услышать хоть что-нибудь, Олдри и Стиви сидели рядом и о чем-то болтали. Вернее болтал только Стиви, пока Олдри летал в облаках. Только Исин стал более спокойным, хотя несколько минут назад пытался обвинить во всем ни в чем неповинную дверь с замком изнутри. — Ты чего вдруг такой спокойный? — спросил Хосок, когда он пару раз провел рукой по своим волосам. — Это же было очевидно. И почему я сразу не догадался? Можно было просто позвонить этому пацану, — почти смеясь вдруг начал говорить Исин, тряся перед собой телефоном, на который совсем недавно в тихую списал номер Чона с телефона Тэ-Тэ. — Эй, о чем ты говоришь? — красноволосый толкнул его в плечо. — Я о том, что наш горе-коллега по мальчикам, как и эти двое, — на эмоциях ответил китаец, указывая на замерших Олдри и Стиви. Намджун, который до этого упорно делал вид, что не подслушивает происходящее за стеной, в то же мгновение уставился на них. — Эээ, а мы-то тут причем? — глазами Стиви рвал и метал, а Олдри молча уставился в потолок, всем своим видом показывая, что не имеет никакого отношения к происходящему. — Нет, — продолжил говорить сам с собой Исин, — Я ошибся, — Стиви нервно закивал, истерично посмеиваясь, и стал бормотать какую-то чепуху, — Он не по мальчикам, а по Чонгуку. — Что ты такое говоришь? — удивился Хосок. Намджун и он сразу же забыли про эту гребаную парочку, чьи отношения уже давно не были для кого-то секретом, и сконцентрировались на Исине. — Разве вы не видели? То, как этот пацан смотрит на нашего Тэ-Тэ? — он заиграл бровями, — Да по взгляду было понятно, что он не прочь разложить его прямо на этом столе, — похлопал по деревянной поверхности. — Хочешь сказать, что у него какие-то скрытые мотивы на счет Тэхена? — оживился Намджун, делая шаг к сидящему китайцу. — Не уверен. Чонгук не сделает ему ничего плохого, раз бросил пары и примчался сюда. Разве не так? Да и Тэхен просто ломается. Все ведь очевидно, — Джун хотел было что-то спросить, как Исин продолжил, — Кстати, что это был за рыжий парень? На этот раз все обернулись на Намджуна, который, судя по тому, как он выпроводил рыжего и черноволосого из кафе, прекрасно знал этого парня. Хосок ответил за него: — Это Пак Чимин… Только вот я совсем не понимаю, причем тут Тэхен? — озадаченно добавил он, всматриваясь в глаза Кима, надеясь, что хотя бы тот ответит на этот вопрос. Все-таки Джун знал Чимина гораздо больше, чем он. Намджун отрицательно покачал головой. Он и подумать не мог, что парень его лучшего друга знаком с парнем, который напоминает ему младшего брата. Чимина он знал почти четыре года: год со слов Юнги, а остальные три — видел лично. Но ни разу Пак не упоминал некоего Ким Тэхена. Даже сейчас весь зареванный в объятиях Юнги он не вымолвил ни слова, а сам Мин, уводя его из кафе, сказал, что ответит на все вопросы позже. Дверь скрипнула, и все подорвались со своих мест, но и шагу не сделали, потому что потемневший взгляд Чонгука лишал такой возможности. Намджун вздрогнул лишь от одного вида Тэ. Тот был к Чону настолько близко, что почти касался губами чужих ключиц. Его взгляд не фокусировался, а руки не отпускали рубашку Чона. Джун был внимательным парнем, поэтому сразу же заметил, как белели костяшки пальцев на руках Чонгука, стоило ему только посмотреть на Тэхена. — Нас нужно подбросить до дома, — прозвучал голос Чонгука, который сейчас был гораздо ниже, чем раньше. Непонятная тревога после слов Исина и состояние Тэхена не позволили Намджуну оставить этих двоих без присмотра. Он вызвался их отвезти. — Что? Что произошло? — в кафе ворвался запыхавшийся брат Намджуна, Сокджин. Все четверо устало уставились на него, подмечая, что такую картину они наблюдали за сегодня уже третий раз. — Уже ничего, — подал голос Стиви, упорно расставляя стаканы на своем рабочем месте, — Казус, который, я думаю, уладится и без нас. — Намджун, скотина, — выругался Джин, — У него привычка такая что ли, отрывать меня от еды? Все усмехнулись, кажется, за эти пару часов впервые от веселья, а не от подступающей истерики. Сокджин захватил с собой одно пирожное и, попрощавшись, ушел к своему долгожданному обеду. Стиви вяло протирал стаканы, когда к стойке подсел Хосок, глаза которого как-то подозрительно горели. — Чего тебе? — стиснув зубы, спросил блондин, делая вид, что совсем не помнит, что ляпнул Исин. — Значит, вы у нас заднеприводные? — усмехнулся Хосок, исподлобья глядя на смущенного бармена. Рядом прошел Олдри, который, обычно, почти ничего не говорил: — Нет. Только он. Стиви покраснел, прячась за барную стойку и крича что-то угрожающее вслед довольному Олдри, а Хосок поверить не мог в услышанное, потому что всегда думал, что позиция снизу принадлежала Олдри, но никак не активному Стиви.

***

Всю дорогу до дома Чонгук старался не замечать взглядов, что бросал на них Намджун, — теперь-то Чонгук знал имя этого противного парня, — в зеркало заднего вида. Это порядком бесило, и он прикладывал все силы, чтобы не сорваться, потому что в руках сейчас находилась вся его жизнь за последние пять лет, и она нуждалась в спокойствии и поддержке, которую он пообещал ему в той маленькой комнате. Конечно, его интересовало, ужасно интересовало, почему его Тэхен сейчас был в таком состоянии, но спросить напрямую у него он не мог, потому что его состояние не позволяло, а у Намджуна спросить гордость не позволяла. У Тэхена были непонятная ему прострация и неприятные колики в разных частях тела. Он слышал вокруг себя такой родной запах геля с грецким орехом и чувствовал теплые сильные руки на своих плечах, и сейчас ему впервые показалось, что мир сузился до одной конкретной точки. Точки по имени Чон Чонгук. Стало неважно, как и где о его местонахождении узнал Чимин, почему он пришел к нему после того, что он ему сделал. Намджун, конечно, сразу понял, почему в прошлый раз Тэхен попросил высадить его раньше по улице. Здание, возле которого они остановились, никак нельзя было назвать жилым, и, видимо, именно это и пытался скрыть этот дурак. Чонгук вытащил хена в полуобморочном состоянии и, ничего не сказав Намджуну, который тоже вышел из машины, скрылся в старой арке. Намджун на это лишь хмыкнул, прекрасно понимая, отчего поведение этого пацана было таким, и решил, что лучше он постоит тут немного и покараулит. Чонгук пытался держать своего хена как можно мягче, чтобы не причинить лишней боли его не натренированному телу. Всячески подбадривал его самостоятельные шаги разными словами, словно учил ребенка ходить, и, когда положение Тэхена позволяло, незаметно касался губами его макушки, на секунды ощущая приятный и родной аромат детского шампуня. Тэхен, кажется, совсем не думал, мыслями все глубже и глубже погружаясь в точку по имени Чон Чонгук. Ему были приятные его длинные, чуть искривленные пальцы, приятны шумные вдохи и выдохи, приятны успокаивающие слова, произнесенные его нежным голосом. Все это напоминало ему их совместное времяпровождение, когда они вместе смотрели фильмы и делали домашнее задание Чона. Тогда он и сам не мог понять, почему смотрел на то, как Чонгук делал чай и тащил его на подносе к небольшому столику у дивана, как он аккуратно мазал масло на хлеб и как бросал в его сторону улыбчивые взгляды. Это все отзывалось странной теплотой в сердце, которой хотелось поделиться с миром. Сейчас же он был не в состоянии даже сказать об этом Чонгуку, а ведь так хотелось. Именно сейчас, когда внезапное столкновение с Чимином, казалось, забрало все силы, и сознание не покидало чувство, что вот-вот и наступит конец. Наверное, моральная боль была слишком сильной. Настолько сильной, что Тэхен не смог даже вставить ключ в замочную скважину. За него это сделал взволнованный Чонгук. Как только порог квартиры был преодолен, Тэхен встрепенулся, будто что-то резко дернуло его вверх. Этим «что-то» была атмосфера комнаты, ее пошарпанные стены и связанные с ней воспоминания. Холод сковавший тело, сразу отогнал все мысли о Чоне, уступая место более душераздирающим — связанным с Чимином и ситуацией из прошлого. Тэхен, сдерживая порыв разрыдаться прямо здесь и сейчас, вытолкнул Чонгука за дверь, побоявшись реакции, которая, в его понимании, не могла даже граничить с состраданием и поддержкой. — Я хочу побыть один, — сухо сказал Тэхен, — Спасибо, — и закрыл прямо перед носом Чонгука дверь. Меньше всего хотелось, чтобы он видел его таким. И чем Тэхен руководствовался, когда отправлял ему ответное сообщение? Все, что Тэ смог сделать, это замотаться в небольшой плед и уткнуться сопливым носом в подушку. Лицо семнадцатилетнего Чимина мелькало перед глазами, а его сегодняшняя фраза звенела в ушах слишком громко, вызывая приступы тошноты. А, может, тошнило вовсе не из-за них, а от поступка, что он совершил на выпускном. Тогда он проявил слабость и отказался от друга, и сейчас не спасали даже мысли, что это было Паку во благо. «Слабый, как девчонка», — крутились в голове слова Чона, которые тот повторял ему на протяжении длительного времени. И сейчас Тэхен был впервые согласен с ними, согласен с Чонгуком. Осознание нехватки его дурацких и обидных шуточек накатило вместе с очередным приступом тошноты. Он вскочил с дивана и кинулся к унитазу, но содержимое желудка отказывалось выходить наружу. В дверь позвонили, и Тэхен, полностью уверенный в том, что за ней сейчас находился тот, кто был нужен ему больше всего, устремился к ней. — Ты как? — за дверью стоял Намджун, а Тэхен так и замер с разочарованием на лице, потому что ждал он своего Чонгук-и, но никак не босса, которого теперь выставить не получится. Тэхен ведь прекрасно помнил, как тот однажды грозил ему увольнением.

***

Чонгук не мог найти себе места в собственной квартире, потому что душа металась внутри, словно ненормальная — рвалась туда, за дверь, ближе к родственной, которая в данный момент нуждалась в помощи. Тысяча вопросов вертелось в голове, ответ ни на один из которых Чонгук не мог дать совершенно точно. Почему хен выгнал его? Почему находился сейчас в таком состоянии? Ноги и руки неприятно ныли, кажется, лучше своего хозяина понимая, где тому стоило сейчас находиться. Матери дома не было, и это единственная причина, по которой Чонгук сейчас стоял не рядом с Тэхеном, потому что банальный страх сделать или сказать что-то не то отдавал куда-то в позвоночник и переходил к сердцу. Мама в плане поддержки подошла бы гораздо лучше. Она хотя бы не била человека из страха за него. Он потянулся к ручке двери, все еще колеблясь. Сознание неумолимо требовало заключить хена в объятия, но этого было недостаточно. Останавливали слова, сказанные Тэхеном, и легкая боль от этого в сердце. Полная тишина вдруг нарушилась звоном будильника, который мама обычно ставила, чтобы во время принимать свои лекарства, и это послужило пусковым крючком для Чона. Рука дрогнула, и дверь бесшумно открылась, впуская в квартиру прохладный воздух и, как ни странно, знакомые голоса…

***

— Ты точно в порядке? — еще раз спросил Намджун, осматривая запутавшегося в пледе Тэхена, что стоял в пороге квартиры и шмыгал покрасневшим носом, — Мне дать тебе отгул? — Если можно, — выдохнул Тэхен, думая, что действительно пока лучше передохнуть… На самом деле мысли об отдыхе привлекали гораздо меньше, чем мысли о том, что встречи с Чимином теперь точно можно было бы избежать. Намджун смерил Тэхена тяжелым взглядом, а после тихо сказал: — На счет Чонгука, — замялся, не решаясь продолжить. Тэхен опустил глаза на свои оголенные ступни, — Поосторожнее с этим парнем. — Это касается только нас двоих, — неожиданно резко ответил Тэхен, не поднимая головы. Его порядком взбесило такое недоверие к Чону, ведь сам он знал его почти всю свою жизнь. И чего же этот Намджун так прицепился? Намджун поджал губы и криво улыбнулся. — Мне пора, — Ким неожиданно коснулся волос Тэхена и мягко улыбнулся, вызывая в парне нечто родное, что нельзя было описать словами, — Пожалуйста, береги себя. Широкие удаляющие шаги сопровождались стуком лакированных дорогих туфель, а Тэхен молча стоял на пороге и провожал взглядом широкую спину, хозяин которой сегодня был одет в ту самую кофту, которую совсем недавно одолжил Тэхену, когда тот пострадал от ненормальных посетителей. Кажется, Намджун был не плохим человеком, да и с работы по таким глупым пустякам не уволил бы, вот только впечатление немного подпортилось из-за сказанного про Чонгука. Тэхен ведь знал его с самого детства. Этот мелкий без причины руки распускать бы не стал, да и делать что-то без разрешения — тоже. В голову сразу полезли мысли о произошедшем недавно в коридоре. Тогда чужие, но такие желанные (?) губы были слишком близко. Слишком близко, чтобы просто оттолкнуть. И Тэхен ведь почти поддался… Парень удрученно выдохнул, в очередной раз жалея, что выгнал Чонгука, и маленькими шажками попятился обратно в квартиру. Он дернул дверь, но та не поддалась, и только потом заметил чужую руку на ней. По телу пробежало тепло, когда в проеме показался Чонгук, но холод, которым были полны его глаза, заставил невольно съежиться и отступить чуть назад. — Чонгук? — Что это сейчас было? — раздался низкий и хриплый голос, будто и не чонов вовсе.