Комната, в которой...

Прошла пора сессии у студентов, наступили долгожданные летние каникулы и по улицам защеголяли прекрасные девушки в коротких юбках и шортах. Тэхен успешно работал все два месяца, правда зарплату получил только за один, так как брал чересчур много отгулов. Намджун присылал все во время, правда до сих пор не вернулся из Кореи, поэтому Тэ рассказал коллегам, чтобы те не волновались. Чонгук успешно сдал экзамены, сблизился с одногруппниками, не считая Троя и парней из команды, и почти не вспоминал ту попойку с профессором Мином, о которой его постоянно расспрашивал Тэхен, но он не рассказывал. Сам не знал, почему. — Хен, мы опоздаем, — Чонгук нервно теребил лямку своего рюкзака и посматривал в сторону двери. Автобус, который увезет их на кемпинг, вот-вот должен был приехать к университету, а они с Тэхеном все еще торчали в доме, потому что мама давала хену наставления. — Я положила тебе в рюкзак второй тюбик с мазью от комариных укусов, вдруг Чонгуку придет в голову избавиться от своего, — шептала Миндже Тэхену, — Еще запихала пару футболок… Ты уж проконтролируй сыночка, чтобы не покалечился, и сам не пострадай. А еще не пейте много, ладно? — Нуна, — протянул Тэхен, стискивая ее руки и улыбаясь, — Все будет хорошо, это всего лишь пара дней, не более. — Хен! — Чонгук подошел и схватил его за предплечье, — Такси уже приехало, пойдем. Мама, — он обратился к женщине, — Не переживай ты так, все будет нормально. Она стукнула его по лбу и приобняла за плечи, затягивая в объятия и Тэхена, который от внезапности споткнулся о коврик и, краснея, впечатался щекой в скулу Чонгука. — Чтобы без глупостей, дети мои. У Тэхена кольнуло сердце, и он стиснул ее и Чонгука сильнее, чувствуя разливающееся по телу тепло и мысли, что вправе считать их своей семьей. После Чонгук все-таки вытянул его из квартиры, а он начал возмущаться, почему они едут на такси, а не на автобусе. Чонгук на это лишь злобно фыркнул и запихал его в машину.

***

Солнце жарило сегодня больше обычного, поэтому многие лениво перебирали ногами и обмахивались всем, что попадалось под руку. У самого университета творилось то же самое, только на людях висели еще и огромные сумки со всяким барахлом для похода, будто они не на отдых собирались, а на взбирание на гору. Автобус был припаркован совсем рядом, но никого пока не пускали, потому что руководителя поездки нигде не было видно. Чонгук стянул с Тэхена сумку и вышел из такси, предварительно расплатившись. У него было воодушевленное настроение, ведь он проведет с хеном буквально несколько дней на природе и поможет ему развеяться от повседневной рутины. Тэхен же был противоположного мнения: как-только он вылез из такси, его охватило чувство паники. Он едет с незнакомыми молодыми людьми, которые младше, на какой-то отдых, в который он, работающий парень, никак не вписывался. Но эта паника быстро ушла, как только он зацепил взглядом искрящуюся улыбку Чонгука. Пусть все идет своим чередом, пока рядом находится он. — Ребята, привет, — Чонгук улыбнулся и пожал руки нескольким парням, по виду больше напоминающих каких-нибудь светлых рокеров, — Это Тэхен, — он указал на Тэхена, и тот поздоровался в ответ. — Многие не поедут, — сказал один из студентов, — Возникли какие-то неотложные дела. — Под многими ты имеешь в виду Троя и остальных из команды? — включилась в разговор одна симпатичная студентка, закрепляя солнечные очки на голову и закидывая руки на плечи парней. Ее черные лоснящиеся волосы доставали до передних карманов светлых ободранных на коленках джинс, а белая блуза без рукавов слегка просвечивала лифчик. Тэхен отвел взгляд в сторону, а парни переглянулись между собой и уставились на Чонгука. Он тяжело вздохнул: — Причина ясна, это даже к лучшему. Тэхен молча стоял и не знал, куда себя деть: было бы неловко вклиниваться в чужой разговор, из которого ты ничерта не понимаешь, да и атмосфера была совсем не в его стиле. Отчего-то было чувство, будто он старый дед, наблюдающий за блатными подростками из школы по соседству. Девушка заметила его неловкость, щелкнула пузырем жвачки и лукаво заулыбалась: — Чонгук-и, а это кто? — Это мой друг, — Чонгук улыбнулся в ответ и приобнял смущенного Тэхена за плечи, — Моника, это Тэхен. Тэхен, это Моника. — Друг, говоришь? — Моника отлипла от парней и подошла к Тэ, протягивая наманикюренные пальцы, — Очень приятно, Тэ, ты привлекательный. Чонгук закатил глаза: — Не обращай внимания, хен, она всегда такая. — Почему ты называешь его «хен»? Что это значит? — подал голос один из одногруппников. — Это корейское обращение младшего к старшему, — ответил Тэхен. — Вааа, точно, вы же оба корейцы, — заулыбался другой, — А сколько тебе лет? — Я на два года старше. Парни перестали докучать Тэхену вопросами, когда к ним подключились еще несколько человек. Чонгук не отпускал руку с его плеча и мило разговаривал со всеми. И эти милое лицо, счастливая улыбка и активная жестикуляция почему-то причиняли Тэхену боль. Он, весь такой одинокий, отстраненный от мира, со знакомыми, которых можно по пальцами пересчитать, с кучей страхов за плечами, с неуверенностью в сердце и ухватившийся за Чонгука, как за спасательную соломинку. И Чонгук, молодой парень с открытой душой, имеющий кучу перспектив в будущем, уверенный в себе, в своих чувствах и действиях, желанный для окружающих, но, почему-то, отдавший сердце именно ему. Странное чувство поселилось в сердце, которое и грело, и заставляло чувствовать холод. — Ребята, препод пришел. Староста замахал руками, призывая всех подобраться ближе к автобусу. Невысокая взрослая женщина поочередно называла фамилии каждого из присутствующих, отмечала что-то у себя в документах и просила класть вещи в багажный отдел автобуса, который благополучно открыл полный водитель. Когда очередь дошла до их вещей, Тэхен сказал, чтобы Чонгук шел в автобус и занимал места, а сам остался загружать сумки в багажник. — Не хочешь сесть со мной? — у открытых дверей автобуса к нему подошла Моника, сверкая синевой своих глаз сквозь солнечные очки, — Мы бы могли поболтать и узнать друг друга поближе. — Не думаю, что это будет честно по отношению к Чонгуку, поэтому откажусь, — криво улыбнулся Тэхен, взбираясь по ступенькам. Девушка ухватила его за запястье прежде, чем он успел оказаться внутри: — Ты ему нравишься, знаешь? Тэхен промолчал и ретировался в автобус. Он, черт возьми, знает об этом, почему посторонние вмешиваются и не дают спокойно отпустить такие тяжелые мысли хотя бы на время? Внутри стоял гомон, и он подумал, что ему повезло, что он не учится в университете, иначе давно бы сошел с ума от огромного количества шума. Пытаясь найти Чонгука, он едва ли не рухнул носом об пол, потому что перед проходом оказался порог. — Чонгук, можно сесть с тобой? — какая-то миленькая блондинка стояла где-то в середине автобуса, где сидел Чон. Тэхен зацепил ее взглядом, пока выравнивал равновесие: красная клетчатая рубашка, из-под которой едва выглядывали короткие бежевые шорты, и если бы у него в горле от этой картины не встал неприятный комок, он бы присвистнул. — Прости, но тут уже занято, — Чонгук вежливо отказался, встретился взглядами с Тэхеном и радостно замахал рукой, — Иди ко мне! Тэхен смутился, но послушно зашагал вглубь автобуса. Девушка уже ретировалась и недовольно посматривала в окно где-то на пару сидений дальше, а Чонгук не отводил взгляда от него, даже когда он сел рядом. — Почему не захотел сидеть с ней? Она симпатичная, — протянул Тэ, смотря в сторону. — А почему ты не согласился сидеть с Моникой? Я все видел и прекрасно знаю, что она от тебя хотела. — Я с тобой на отдых еду, а не с ней, и не переводи стрелки, — он стукнул Чонгука по плечу, на что тот наигранно скуксился, — Тебя я знаю, а ее — нет. Чонгук посмеялся и, не спрашивая разрешения, положил голову на его плечо. Тэхен напрягся и возмущенно запротестовал: — Страх потерял? — Как я мог сесть с кем-то другим? — забурчал Чонгук с закрытыми глазами, — Ведь мне нравишься ты. Сердечко Тэхена обеспокоенно заметалось в грудной клетке, и он попытался успокоиться, прийти в себя, но проклятое лицо начало гореть. Даже кондиционер, дующий сверху, не спасал. — А еще у тебя плечи шире, — добавил Чонгук и сразу получил промеж глаз, но аккуратно, чтобы нос снова не заболел.

***

Автобус остановился через полтора часа. За окнами солнечными лучами сквозь ярко-зеленые кроны деревьев играло солнце, а чистое голубое небо отражалось от ровной глади небольшого озера, берег которого был словно из золотого песка под полуденным солнцем. У Тэхена глаза заболели от ярких красок, пришлось проморгаться и вновь уставиться на всю эту красоту, пока студенты один за другим покидали автобус и радостно ликовали. Он за время учебы в школе ни разу не ездил в походы или лагеря. Один раз его уговаривал Чимин, но он так сильно боялся выезжать за пределы города, что вцепился в диван и отрицательно качал головой. Сейчас, видя всю это красоту, он жалел, что не согласился раньше. Тэхен выдохнул и отлип от окна, концентрируя все свое внимание на Чонгуке. Где-то в середине поездки он переложил его спящую голову к себе на колени, поэтому сейчас все его старые джинсы были в слюнях. Но отчего-то эта картина не вызывала отвращения, а наоборот, умиляла так, что будить это чудо не хотелось. — Чонгук-а, мы приехали. Вставай. Чонгук разлепил свои сонные глаза и приподнялся, чмокая губами и вытирая слюни. Тэхен прыснул от смеха, потому что он напомнил ему маленького воробья. — Мы так быстро приехали, — пробурчал Чонгук, встал и нацепил на плечи рюкзак, — Пойдем? — Пойдем. Территория, на которой располагались небольшие деревянные домики была огорожена не только небольшим сетчатым забором, но и лесом, прижимающим их впритык к песчаному пляжу бледно-голубой воды. Преподаватель скооперировала всех, чтобы разделить по несколько человек, и Чонгуку, по его же жалостливой просьбе, достался домик с двумя местами. Крыша его уходила по самую землю, из-за чего напоминала собой треугольник под цвет стволов близстоящих деревьев, а стеклянные окна не выставляли напоказ происходящее внутри. — Вах, — Тэхен потерял дар речь, когда оказался в доме, — Как ваш университет смог оплатить подобное? — Это презент за достижения нашей группы, — улыбнулся Чонгук, — Успеваемость, участие в различных соревнованиях, помощь в проведении университетских мероприятиях. — Но ты же в университете не так долго торчишь, откуда столько? — У нас отличный староста: он уламывает преподов проводить все это во время пар. Здорово же, — он плюхнулся на кровать подле стены, — Твоя кровать с противоположной, но ты можешь спать со мной. — Как-нибудь обойдусь, — Тэхен показательно скривился и со всей присущей силы кинул в Чонгука одну из сумок. Тот поймал ее сразу, прищуривая глаза, — Лучше разбирай вещи, нам дали немного времени, потом начнется беготня по поводу еды. И ведь действительно: через каких-то полчаса началось тотальное взаимодействие со всеми вокруг. Девушки и некоторые парни, в том числе Чонгук, были выбраны поварами и должны были состряпать что-то вкусное и чтобы этого было много. Остальные же обустраивали территорию для отдыха: прибирали дома, ставили сетку на пляже, таскали дрова и хворост для костра. Тэхен успел поближе познакомиться практически со всей группой Чонгука, хотя всегда считал, что не умеет общаться и притягивать людей. Оказалось, достаточно всего лишь улыбки, искренности в глазах и желания общаться. Когда солнце стало садиться, все потихоньку подобрались поближе к разожженному костру и раздали друг другу по баночке пива. Моника крутилась рядом с Тэхеном, пока он, в свою очередь, пытался притереться к Чонгуку и напроситься на ложечку вкусной еды раньше положенного. Чонгук не давал, и это раздражало, а еще бесило, что та длинноногая блондинка с розовым фартуком порхала возле него и пуляла своими огромными глазами невидимые искры, которых Чонгук не замечал, зато видел Тэхен. Настроение даже немного пропало, и он выпил целых две банки. Когда все после вкусного ужина рассаживались возле костра, Тэхен помедлил, и эта блондинка опередила его, наклонившись и светя своей оголенной грудью прямо перед чонгуковым лицом: — Чонгук-и, можно мне сесть рядом? Тэхен закатил глаза и закусил губу, собираясь развернуться и уйти, но Чонгук ухватил его за руку с вопросительным выражением лица: — Куда ты идешь? Садись рядом. — Но девушка… — Прости, Лиа, но я хочу сидеть с ним. Девушка обиженно надула губы и села между парнями с противоположной стороны, а душа Тэхена ликовала, пока он удобно располагался рядом с Чонгуком и любовался его нежными чертами лица в теплом сиянии костра. Потом кто-то из парней достал гитару, и под яркие искры огня полилась одна из самых приятных мелодий. Все стали подпевать, Чонгук тоже, и его пение было одной из самых завораживающих вещей, которые Тэхен когда-либо встречал. Когда все напелись, наступила пора игр, в которых Тэхен не хотел участвовать, а Чонгук особо не возражал. Его вызвали одного из самых первых, заставляя метать палки в построенную из пустых банок башню. Тэхен и не сомневался в победе, поэтому без особого удивления ликовал, наблюдая за тем, как он ловко сшибает все банки одним броском. Все смеялись и радовались, и во всей этой суматохе Тэхен не заметил, как они с Чонгуком оказались по разные стороны от костра, а та блондинка, Лиа, сидела рядом с ним и, хихикая, пихала ему в руки очередную банку пива. Чонгук улыбнулся ей, приобнял за талию и послушно принял подачку. Тэхен отвел взгляд в сторону, прикусывая губу. К черту этот дурацкий праздник жизни. Моника сидела рядом и наблюдала за его подавленным состоянием. Глотнув немного алкоголя, она обратилась ко всем присутствующим: — Ребят, ребят, я хочу сказать тост, — она резко подняла банку пива вверх, из-за чего несколько капель упало на землю, — Этот вечер не был бы таким прекрасным без любви, которой пропитан воздух. — Ну началось… — сидящий рядом с Тэхеном парень прикрыл лицо рукой. — Дорогие Соня и Дилан, — Моника махнула банкой сначала в сторону покрасневшей девушки, а потом в парня, который сидел напротив с лицом, выражающим всю несправедливость жизни, — Поздравляю с началом отношений. Я спалила вас еще месяц назад на пожарной лестнице, живите счастливо и предохраняйтесь, — она сделала глоток и заулыбалась. Остальные заулюкали, на что возмущенные Дилан и Соня в один голос запротестовали: — Да какого хрена, Ника? Почему ты всем рассказала? — Я не обещала хранить это, — сделав обидчивое лицо, сказала Моника, — Раз уж пошла такая тема, рассказывайте все, если есть что скрывать, — обратилась она ко всем. — Мы с Ником расстались, — не выдержала одна девушка, — Он написал мне об этом в фейсбуке неделю назад. — Лора изменила мне на выпускном со своим одногруппником, — высказался парень, голова которого была сбрита налысо. Все с ужасом уставились на него. — Что? Серьезно? Лора? Да не может такого быть. — Может, ее фотки попали в твиттер. Удивлен, что вы не в курсе. — А я видел, но подумал, что это чей-то прикол. Тэхен, кажется, не слушал, смотрел в одну точку и устало лакал пиво. Сердце беспокойно металось в груди, а отводить взгляд от костра не хотелось. Если бы сделал это, то он сразу же устремился бы на Чонгука и девушку, что почти висела на нем. Моника придвинулась к нему ближе и положила руку на его плечо, привлекая внимание. — Гук! Чонгук отлип от пива и вопросительно посмотрел на нее с зажавшимся Тэхеном: — Что? — Ты у нас главный красавчик и холостяк. Поведай-ка, что у тебя на сердце. Чонгук перевел взгляд на Тэхена, который не хотел смотреть в ответ. Он ничего не сказал, лишь усмехнулся и качнул головой. Моника прищурилась: — Ладно, тогда скажи, ты встречаешься с Тэхеном? Тэхен застыл, не смея пошевелиться. Внутри все онемело, и даже сделать обычный вздох оказалось сложно. Он просто сверлил землю глазами в ожидании ответа, который, почему-то, очень хотелось услышать. — Нет, мы не встречаемся. Что-то внутри Тэхена разбилось на множество осколков. Он встал и, слабо улыбнувшись Монике, направился в темноту, в сторону зеркального озера. — Мы пока не встречаемся, но скоро обязательно будем, — договорил Чонгук, поставил недопитую баночку на землю, — Веселитесь, а я пойду. Игнорируя недовольные протесты девушки, которая ему даже не нравилась, он направился следом за Тэхеном. Моника проводила его с легкой улыбкой на устах и продолжила разговаривать с одногруппниками. Свое дело она уже сделала.

***

Тэхен снял сандали, чтобы зарыться в еще теплый песок босыми ногами. Ощущать нечто подобное было сродни мурашкам, покрывающим тело, когда невыносимо приятно. Присев на песок, поближе к воде, он прижал колени к груди и положил на них голову. Хотелось погрузиться в воду полностью, чтобы она окутала с ног до головы и скрыла его от реального мира. Маленькие водомерки скользили по озеру, вызывая рябь, из-за которого отражение луны искажалось и двигалось. За этим было бы интересно наблюдать, если бы мысли не терзали глупые вопросы и ответы на них. Тэхен вздохнул, ногами зарываясь в песок еще глубже. Почувствовав, что кто-то пришел, он уткнулся в коленки сильнее. Это был Чонгук. Он сел рядом и ничего не сказал. Его ноги тоже были без обуви. — Красиво, — нарушил напряженную тишину Тэхен, чувствуя вину. На самом деле он повел себя как последний баран, обидевшись на правду. Поставил рамки, и сам же на них напарывался. — Красиво, — повторил Чонгук, смотря на его профиль в свете луны, — Даже очень. — Как думаешь, моя мама видела нечто подобное? — Думаю, что да, — Чонгук перевел взгляд на гладь озера, — Когда я приходил к ней в больницу, она рассказывала, где бы хотела побывать. Не помню, чтобы в списке было небольшое озеро посреди леса, поэтому, думаю, что она видела нечто подобное. Тэхен улыбнулся, и Чонгук тоже. — Да, моя мама была еще той любительницей строить планы. Помню, где-то в классе восьмом я должен был написать сочинение о том, где бы хотел побывать. Тогда я не думал о подобных вещах, потому что мы с матерью не могли себе такого позволить, поэтому я спросил у нее: «мама, где ты хотела бы побывать?». Она улыбалась сначала долго, а потом ответила: «я родилась в год, когда построили башню Намсан, но за всю свою жизнь в Корее ни разу не смогла в ней побывать. Это странно, но я бы хотела именно этого». Тогда я написал сочинение, которое назвал… — «Покорение башни Намсан», — закончил Чонгук и встретился с его удивленным взглядом. — Как ты узнал? — Твоя мама рассказывала. — Она так и не смогла там побывать, — Тэхен тяжело вздохнул, — Это расстраивает меня. — Можешь съездить туда, пусть она увидит твоими глазами. — Ты поедешь со мной? — Тэхен обернулся и посмотрел на Чонгука из-под опущенных ресниц, — Мы бы попробовали омук, выпили соджу и посмотрели на ночной вид с башни Намсан. — Ты уверен, что хочешь этого именно со мной? — дыхание Чонгука было прерывистым, и он неосознанно придвинулся ближе, сгребая песок бедрами. Тэхен уткнулся лбом в коленки и тяжело задышал: — Мне не нравится, что она смотрит на тебя, сидит рядом с тобой. Не позволяй этого, если сказал, что я тебе нравлюсь. Чонгук, пытаясь сдержать улыбку, рукой убрал за ухо Тэ его несуществующие длинные пряди и провел по позвоночнику дальше, вниз: — Хорошо. — Хочу, чтобы ты всегда был рядом со мной. — Что еще? — Чонгук приблизился к лицу Тэхена, выдыхая на его покрасневшие щеки. — Отстань. Тэхен насупился, отвернулся и хотел встать, но руки Чонгука не позволили, заставив сначала приземлиться на пятую точку, а потом и вовсе улечься спиной на песок. Чонгук усмехнулся и навис сверху, опираясь руками по обе стороны от него. Тэхен часто задышал, смотря прямо в его прожигающие черные глаза. Ему было плевать на темноту, потому что он чувствовал в этих глазах трепет и нежность, совсем не похожие на блики в глазах окружающих людей. Чонгук качнул головой, чтобы челка перестала мешать, и слабо улыбнулся: — Ты мне не нравишься, Тэхен. Я люблю тебя. Тэхен молча кивнул, заливаясь краской, которой не было видно, и вцепился в чужие оголенные руки выше локтей. Было чертовски приятно слушать свое имя из этих уст. На его смущенное лицо падала тень, поэтому Чонгук мог видеть эмоции только наполовину. — Что еще? — набравшись смелости, передразнил Тэхен и расплылся в квадратной улыбке. — Можно поцеловать тебя? Улыбка с лица пропала моментально, Тэ сжал чужие руки сильнее и задышал под сбившийся ритм собственного сердца. Чонгук растерялся и замотал головой: — Расслабься, я пошу… — Можно, — выдохнул Тэхен. Настала очередь сердца Чонгука отбивать рваный ритм о ребра. Лицо покраснело, его глаза расширились от удивления, но он продолжал нависать над полностью расслабившимся и прикрывшим глаза Тэхеном. Он так давно ждал и не верил, что это случится так скоро. Чонгук наклонился ближе, опаляя дыханием его дрожащие и сжатые в линию губы. Тэхен почувствовал, как щекочут чужие волосы лоб и как щекочет теплое дыхание лицо, с небольшим страхом переместил руки на шею Чонгука и потянул на себя, чтобы поскорее, чтобы еще ближе. Их губы соприкоснулись всего на мгновение, просто легкий детский чмок. Чонгук отпрянул и посмотрел на реакцию. Тэхен удивленно распахнул глаза и встретился с его улыбающимся лицом, поэтому не смог сдержать ответной улыбки. Чонгук недолго наблюдал, наклонился, снова коснулся губ, пробуя на вкус, изучая, и оказался между разведенных тэхеновых ног, подтягивая его на себя и заставляя усесться на свои бедра. Шершавые и требовательные губы хена оказались лучше, чем он себе представлял. Они скользили по уголкам его собственных, раздвигали их и сминали каждую по отдельности. Тэхен тяжело дышал сквозь, вертел головой, как хотел, цеплялся руками за его плечи, чтобы не упасть обратно на спину, и сдерживал порывы углубить поцелуй. Это было неистово хорошо и правильно, до мурашек на затылке и болей в конечностях. Существовали только он и Чонгук, колени которого уходили глубоко в песок от веса их тел, а еще водомерки и луна, наблюдающая откуда-то сверху. — Эй, голубки, у нас еще один ящик открылся, идите сюда! — донеслось до них со стороны леса, и Тэхен, испугавшись, с чмоком оторвался от припухших губ и чуть не свалился на спину, но чужие сильные руки не дали упасть. Чонгук прижал его к себе за талию и поймал взглядом на фоне костра женскую фигуру. Это была Моника. Он не видел ее лица, но, готов поклясться, что она улыбалась. — Пойдем? — он вопросительно уставился на макушку прижавшегося к нему Тэхена. Тот медленно кивнул, чувствуя невероятное смущение, а еще быстрое биение чужого сердца. Они встали, Чонгук помог ему очистить спину от песка и старался не ловить его взгляда. И ежу понятно, что сейчас обоим необходимо было просто отойти и не смущать друг друга еще больше. — Может, не пойдем? — тихо предложил Тэхен, вышагивая к своим сандалям, — Тебе нельзя много пить. — Наверное, ты прав. Еще и Лиа пристала ко мне, — Чонгук забурчал, схватил свою обувь с песка и встретился взглядами с замершим Тэхеном. Тот стоял напротив, совсем близко, в одной руке держал сандали, а другую протягивал ему. — Пойдем спать? Чонгук стоял и смотрел на него неверящим взглядом, словно боялся, что все это было плодом его воображения. Тэхен усмехнулся, переплел свои пальцы с его и потянул от серебристого песка, на котором остались их следы. В эту ночь Тэхен все-таки спал в кровати Чонгука.