Human

Ему всегда нравились рыжие. Огненно рыжие, с почти неонным цветом волос, девочки — фениксы, девочки — зажигалки, малышки с короткими медными волосами и тонкие русалочки с волосами цвета паприки. Он был влюблён в каждую из них. — Как говоришь тебя зовут? — Келли, — длинющие рыжие волосы ниже колен. Русалка. Словно шагнула из книг Андерсона (хотя его он никогда не любил, а благодаря маленькой племяшке влюбился в Диснеевскую версию). — Мы переспим сегодня или нет? Немного требовательна. Там в клубе она казалась… моложе. Юной. Были подозрения, что ей нет и восемнадцати. А тут… На животе шрам от кесарево, на груди растяжки, а вокруг глаз маленькие морщинки. Апофеоз и венец всему… Простенькое обручальное колечко на руке. — Келли, а знает ли твой муж где ты пропадаешь? — он играет. Когда кольцо на пальце его вообще останавливало? Кольцо это ещё что. Питер вспоминает ружьё и охотника за мутантами с чьей дочуркой переспал во вторник. Возможно когла-нибудь это ему аукнется… Он смотрит на длинные рыжие волосы и хмыкает. Когда-нибудь. И очень не скоро. Келли делает пару стремительных шагов к кровати. Буйная, непокорная, неудержимая. Молодая душой. Влюблённая… Влюблённая в любого мутанта, которого встретит. Питер Хейл повидал на своём веку таких. Отдающие дань моде или те, кто стремится к запретному плоду. Келли скорее относится ко второму типу. Облачилась в лучшее платье, привела тело в порядок, выбрала лучшее бельё и сделала прекрасный макияж. Обманка. Красотка. Оставила ребёнка с няней, наврала мужу что будет с подругами. Питер притягивает женщину к себе. — Не бесись, — он целует Келли в кончик носа. — Проведи со мной ночь и забудь об этом. И больше никогда, Келли, не ищи приключений и не изменяй мужу. Особенно с мутантами. Она послушает его. Как и всегда. Как и все до неё.

***

 — Прыгай. Рассказывай стихи. Повой на люстру, — Скотт сопротивляется с минуту, а потом выполняет все выше перечисленные действия. — Ау! Малышка Стилински довольно чувствительно бьёт кулаком своего бойфренда в плечо. Милый мальчик. — Ладно, Скотт. Остановись. Довольна? — Нет, — Стайлз все реже носит перчатки. Что-то подсказывает, что сказывается влияние Рэйкена. — А если бы тебя так эксполитровали ради удовольствия? Прикинь, что ты марионетка? Тео смотрит чуть несходительно на неё. И получает ещё один удар, но теперь в солнечное сплетение. Извинись. Ладно, это не честно, но мальчишка зарвался. Питер не произносит приказа вслух, достаточно лишь подумать. — Прости, — Тео зажимает себе рот. Забавно. — Это не честно. — Так же как и со Скоттом. И не обольщайся МакКолл, я на стороне справедливости, — Питер наблюдает за тем, как Лидия переворачивает ещё одну страницу толстого фолианта. Стайлз хмыкает и пускает язвительную шпильку в адрес Хейла. — Мистер Рэйкен, совет на будущее, тренеруйте свой дар. — И стану таким же крутым манипулятором как вы? — насмешлив и заносчив. Мордашка знакомая. Где-то он уже это видел. — Попробуем. Стилински, прекрати бить меня без повода. И она сопративляется. Великолепно. Слабый удар приходится на живот парня.

***

— Она напоминает мне маму. — Лидия? — Питер выуживает из кармана пачку сигарет. — Чем же если не секрет? Тео смотрит на то, как банши что-то втолковывает его неразумной девушке: — Цветом волос и упертостью. У мамы волосы были рыжие, огненно рыжие и... пипец длинные, до колена, — террорист, манипулятор… мальчик не дополучивший любви. — Красивая безумно. Упёртая. Рассказала, что как-то повтречала телепата, который просил её забыть о мутантах… Мама запомнила, держаться подальше не стала и… — Загремела в Центр? — симпотичная мордашка, голубые глаза, насмешливый прищур. — Как её звали? Парень ворует (безбожно одалживает) пачку сигарет у Хейла из кармана: — Келли. Келли Рэйкен. И возвращается в лофт. Спорить со Стайлз, грозится покусать Малию, заставляет делать Скотти разные глупости… Лидия внимательно наблюдает за каждым движением Питера. Питер наблюдает за тем, как медные пряди девушки переливаются на солнце… А ещё старается вспомнить в каком году переспал с некой Келли и насколько вероятно, что его дар передался одному насмешливому манипулятору?