stay alive

Я проснулся раньше Тайлера. Я лежал на кровати, так же на боку, и рассматривал, освещенное первыми лучиками, прекрасное лицо. Я водил подушечкой пальца впалым скулам, пухлым губам…. Я запускал руку в волосы Тайлера, и мечтал почувствовать. Я так жаждал его тепла, вкуса губ, его самого, в конце концов. Я так хотел называть его «Моим Тайлером», нет, не так, «Моим Таем». Тай. Тайлер. Таааааай. *** Спустя некоторое время после моего пробуждения проснулся и Тайлер. Он выглядел таким счастливым. Тай выполз с кровати в одних боксерах, не надевая на свое столь прекрасное тело ничего. Ох, боже… Я не мог отвести взгляд от Тая. У которого, кстати, намечался небольшой утренний стояк. От этого вида мне стало плохо. Будь я в теле, я уверен, у меня бы тоже встал, только не совсем от влияния утра. Я подошел к Тайлеру, который пытался соорудить себе бутерброд, и обнял со спины, смыкая руки на груди парня. Позавтракав, Тай быстро оделся, и вылетел из квартиры. Придя в больницу, Тайлер надел халат, и направился в мою палату. Наконец я узнаю, о чем думал Тай все это время. — Привет, Джош. У тебя классное чувство ритма. А еще у тебя красивый и нежный голос. — А ты сам, Тай, красивый и нежный. Такой маленький, такой милый и невинный. — И когда ты поешь, я слышу звук, каждое слово и ощущаю его в своей голове, но не чувствую груза. — Не совсем понимаю, что ты имеешь ввиду. — То есть, иногда, даже не так… часто, когда человек поет, его голос, он имеет вес. И когда слушаешь как кто-то поет, его голос, хоть и супер красивый давит на слух, а твой голос, он такой….невесомый, Джош. — Никогда об этом не задумывался. Тайлер сидел на моей кровати, и гладил мою ладонь. — Да, Брендон показал мне кое-какие видео. И знаешь он дико клевый человек. Он обещал сегодня зайти к тебе. — Да, знаю, это же мой чувачелла. — Слушай, Джош, я зайду к тебе, после того как закончу с работой, хорошо? Так бы я сидел бы с тобой весь день. Немного погодя, Тай провел холодной ладонью, по моей татуированной руке, по плечу, по щеке, немного напомнив мне мои утренние манипуляции с его личиком. После этого он взял мою ладонь в свою, нагнулся к моему уху и прошептал: «Ты чертовски красив, Джош Дан». ГОСПОДИ, ГОСПОДИ. ГОСПОДИ! Неужели я нравлюсь ему? Я не могу поверить… Он был так близко, и этот комплимент. Как бы я хотел быть в теле, боже, как же я хочу поцеловать его. Я должен как можно скорее вернуться. Я так жажду этой близости, этих прикосновений, мне нужен он. Тай вышел из моей палаты и направился к другим пациентам. А я тем временем, все пытался сдвинуть с места хоть что-то. В фильмах, после этого человек оживает. В общем, мишка, мирно сидевший на моей тумбочке валялся на полу, чашка, стоявшая на посту медсестры была разбита, а бумаги, лежавшие на столе в ординаторской, были разбросаны по всей площади комнаты. Последним я был доволен особенно. Я чувствовал что я оживаю. Серьезно, я мог ощущать. Не всегда, конечно, но если я очень старался, я мог. К часу дня пришлепал Брен. И пришлепал не один, а с Изабель. Так зовут его гитару. — Хаюшки, Джиш. — Брен, мать вашу! Не говори так! Я ненавижу когда меня так называют! — Мне говорили, ты на поправку идешь. Тип, вот-вот очнешься. — Что? Почему я не в курсе? Видимо, мои сегодняшние попытки восстановиться дали о себе знать. — Джош, помнишь, я в первый раз пришел к тебе в больницу? — Как такое забыть? Тут же можно было корабли пускать, настолько ты тут все наслезил. — Пат и Пит уехали на машине, а я решил воспользоваться метро. — К чему это ты, Брен? — И пока я ждал поезд, я увидел как двух девушек, которые просто держались за руки, начали избивать. — Ох, Брен, я… — Какая-то банда гомофобов и гомофобок набросилась на них! Эти чудовища орали, что быть такими как они, это ужасно, и что они будут гореть в аду, что они не имеют права любить друг друга, но… Ведь любовь не выбирают, Джош! — Не выбирают, я согласен. — Я конечно, побежал вытаскивать девочек из драки, и работники метро тут же подбежали, банда смылась, а девочки… Они просто сидели на грязном полу, и обнимались… Одна говорила другой что-то типа: «Прошу тебя, не бойся, мы справимся, мы переживем, прошу тебя, родная, я так люблю тебя.» Разве под запретом любить, Джош? Между прочим однополые браки разрешены! — Брен, я горжусь тобой. Брен, еле сдерживал слезы. Столь больно ему было вспоминать эти события. — И в общем, — Брен вытащил гитару из чехла, — под этим впечатлением, я написал песню. — Ох, Брен, твои песни я могу слушать вечно. — Она еще, совсем сырая, но я очень старался, правда. Брен, провел рукой по струнам, затем поставил нужный аккорд и начал петь: «Не хочу слышать о твоем парне, Иногда лучше быть одной. Но если передумаешь, ты знаешь, где я. Да, если передумаешь, ты знаешь, где меня найти, Потому что я никогда не стану твоим парнем. Я не мог подумать, что Попадусь так, как попался в твои сети. Оттолкни другую девушку и сдайся мне… Девочки любят девочек и мальчиков, Девочки любят девочек и мальчиков. Я не мог подумать, что Попадусь так, как попался в твои сети. Но девочки любят девочек и мальчиков, А любовь не выбирают. Ты должна спасти свою репутацию, О твоей подружке вот-вот узнают. Но если передумаешь, ты знаешь, где я. Да, если передумаешь, ты знаешь, где меня найти, Потому что я не хочу спасать твою репутацию. Я не мог подумать, что Попадусь так, как попался в твои сети. Оттолкни другую девушку и сдайся мне… Девочки любят девочек и мальчиков, Девочки любят девочек и мальчиков. Я не мог подумать, что Попадусь так, как оказался пленённым тобой. Но девочки любят девочек и мальчиков, А любовь не выбирают. — Боже, Брендон, Знал бы ты как я восхищаюсь тобой, и твоим творчеством! — Просто, помни, Джош, когда Тайлер Джозеф, твой лечащий врач, прибежит сознаваться тебе в чувствах, любовь не выбирают! НЕ ВЫБИРАЮТ! — Я и не собирался отталкивать его. — Видел бы ты, как он краснел вчера, говоря о тебе, как блестели его глаза, когда он смотрел видео с тобой в главной роли. Джош, я не знаю каким образом, но ты, просто лежа в коме, по уши влюбил в себя своего врача, и ладно будь он девушкой, но, Джош как ты сумел закадрить парня? — Я не знаю. Возможно, он просто чувствует симпатию ко мне, и все на этом…. Дальше он просто рассказывал о событиях в универе, и о тяжелых парах. Затронул и Пата с Питом которым сегодня обещал помочь. Вспомнив об этом, он резко вскочил, уложил Изабель в чехол, сказал что-то на подобии: «Блять, Джишва, это из-за тебя я опоздал!» И вылетел из палаты, я побежал за ним, очень уж хотелось мне посмотреть, как этот ураган по имени «Брендон Ури» собьет кого-то, или же сам грохнется на какой-нибудь ступеньке. Но я и подумать не мог, что этим кем-то станет начальница Тая, в которую Брен влетел, повалив девушку на пол. Брен оказался сверху. Сара не знала что делать, она не ушиблась, ведь Ури, каким-то магическим образом подставил руки под ее голову. А затем, этот идиот, поцеловал смущенную до предела девушку в щеку. После этого, он помог ей подняться, обнял, извинился. Это нормально так знакомиться? А потом, Брендон достал откуда-то ручку и клочок бумаги, нацарапал там что-то, еще раз извинился, и убежал вниз по лестнице. Оставив раскрасневшуюся Сару, в недоумении. Та, в свою очередь, опустила взгляд в листочек, а потом запрыгала от радости. Я был мягко говоря, в шоке. Я решил найти Тайлера. Тот сидел в ординаторской и что-то писал. Затем он вышел в холл, я последовал за ним, и увидел как дверь в мою палату захлопнулась. Видимо Брен что-то забыл. Но к моей радости, это был не Брен, а Эшли. Моя маленькая Эшли. Она улыбалась. — Джош, мне сказали что ты идешь на поправку быстрыми темпами, и… В общем, у меня там в Париже, такая движуха, и без меня никак не обойтись. Я улетаю сегодня. Прости, Джош. — Эшли, ничего страшного. Я так рад за тебя. Я обнял сестру, ощутив, насколько же узкие плечи девушек. — Я привела твою квартиру в порядок, оставила немного денег. — Ох, Эш! Это я тут старший брат! — Просто, сложно должно быть совмещать работу и учебу, да и в музыкальном магазине не разбогатеешь. — Вот тут ты ошибаешься! Почему мы с Эшли все время пререкаемся? Вот это я понимаю, брат с сестрой! — В общем, Джош. Брен будет заботиться о тебе, когда ты очнешься, ну и врач твой, доктор Джозеф. Ты надеюсь, без меня не пропадешь. Я позвоню тебе, как только ты сможешь ответить. — Хорошо, Эш. — Пока, Джош. Люблю тебя! Эшли поцеловала меня в лоб, и вышла из палаты. Она направилась к посту медсестры, и принялась заполнять какие-то бумаги. Тут к ней подошел вездесущий Тайлер. — Мисс Дан, добрый день, вы вчера так и не подошли. — Начал он. — Ах да, я забегалась. А когда освободилась, часы приема были закончены, и я решила что подойду сегодня. — Джош часто шевелит пальцами рук, вчера ночью он что-то пытался сказать во сне. — Это отлично. Ну мне пора, удачи, Доктор Джозеф. Эшли отдала бумаги медсестре, направилась к лифту, и скрылась за его оковами. Тайлер пошел в столовую. После трапезы, Тай направился в мою палату. Я так люблю это, ведь это означает, что Тай опять будет делиться со мной своими мыслями. *** Два часа разговора. Как обычно пролетели незаметно. И Тайлер, сегодня говорил по-другому. Как-то особенно нежно. Он открылся мне в своих чувствах, сказал что его глаза горят для меня, то есть, что он уже открыт для меня, и готов быть со мной. О боже, я должен показать ему, что и мои глаза, хоть и закрытые, горят для него. Тайлер придвинулся еще ближе ко мне. Коснулся ладонью моей щеки, а потом…. Боже, он поцеловал меня. Коснулся своими губами моих. Как бы я хотел углубить это поцелуй. Нет, я должен очнуться. Я должен, я обязан ответить взаимностью. Я хочу вернуться! Я хочу очнуться, вы слышите! Я выбежал в коридор и закричал что есть мочи. — Я хочу быть живым! Я ХОЧУ БЫТЬ ЖИВЫМ! А потом всю больницу озарило белым светом. Последним что услышал, был тихий, нежный голос Тая: ….- и знаешь, Джош, хорошо что сегодня не воскресенье, потому что, по воскресеньям я хочу покончить с собой.