Вслед за ронинами

      Над Биркой медленно поднимался рассвет. Белоснежные горы в отблеске солнца казались нежно-розовыми, пели птицы и едва ощущался нежный ветерок. Это место не просто напоминало рай, оно было им.       Ло много где побывал, но никогда не видел ничего более красивого, чем сейчас.       Он стоял у небольшого ограждения, постепенно просыпаясь и пристально наблюдая за великолепным восходом.        Рядом возникла Рони. Она немного неуверенно улыбнулась и, поправив волосы, обернулась к Трафальгару.       — Ло, я люблю тебя, — эти слова должны были звучать тихо и неуверенно, но не звучали. Рони чуть сощурилась, словно оценивая стоящего перед ней человека, и слабо скривила губы.       Из-за этого признание звучало не как выражение чувств, а приказ.        Ло больше не видел несколько неуверенную девчонку. Перед ним была не Рони, а Сказочница, но не в том добром смысле профессии рассказчика сказок детям, а опасная бестия, оцененная Дозором почти что в двести миллионов и убившая такое чудовище, как вице-адмирал. Ло смотрел на неё в упор и впервые подумал, что именно её стоило назначить старпомом ещё тогда, изначально, а забить на всё, оставив обязанности фактически на Бепо. Сказочница довольно щурилась словно в ответ на его мысли и не высказанные слова. От этого стало не по себе.       Её руки в крови по локоть, ей же перепачкана одежда. Сказочница тянула к нему ладони, кровь с которых буквально текла ручьём. Ло знал, что ни одна из капель не её собственная, и от этого становилось жутко даже матёрому пирату.        Дышать стало трудно. От давления чужой воли изображение перед глазами плыло. Ло подурнело. Его повело вперёд прямо навстречу рукам девушки.       Она аккуратно обхватила его лицо длинными тонкими пальцами, заставив вздрогнуть от могильного холода, сама потянулась вперёд и накрыла его губы своими…       Ло резко сел на кровати. Сна не было ни в одном глазу. До звонка будильника было ещё отвратительно много времени, но спать больше не хотелось. Не после… такого.       Ему уже давно не четырнадцать, но сердце билось, как сумасшедшее. Во рту пересыхало, а дыхание прерывалось. К чёрту. Раз за разом. Ло медленно провёл рукой по лицу, возвращая себе самоконтроль и хоть какое-то успокоение.       — Чёрт!       Но, впрочем, его состояние особенно не изменилось.       Можно было сказать, что это началось где-то неделю назад, когда Джевелри Бонни превратила его в ребёнка. Ло много чего натворил в детском возрасте, но наконец-то вернул свой, так что это не должно было стать проблемой. Прошлое остаётся в прошлом. Чёрт, да прошло столько времени, что о воспоминаниях, относящихся к его десяти годам, не должно было остаться и следа!       Но остался. Ло ничего не забыл. И всякий раз, когда он видел эту рыжеволосую… бестию, сердце замирало, как в первый раз.       Ему было плевать на людей. Особенно на тех, кто слыл добрым — чаще всего эта доброта была лишь напускной и насквозь фальшивой. Рони была искренней, но совершенно не воспринималась. Девчонка девчонкой. Но не когда была зла. Юный Ло видел огонь в тёмных глазах, видел кровь на руках и чувствовал опасность такую, что подгибались колени. Рони была зла и опасна. Жестока. По идее следовало бежать прочь и держаться от неё как можно дальше, потому что в тот момент её слова и действия чертовски напоминали Дофламинго.       Но вопреки законам логики молодого Ло тянуло к ней, как магнитом.       И эта же проблема осталась, стоило ему повзрослеть.       Что делать с этим, было непонятно. По логике вещей, стоило признаться и зажить стандартной счастливой жизнью. Завести семью, найти себе дом где-нибудь на суше, жить долго и счастливо… От одной только перспективы сводило зубы. Они пираты, причём оба. Оба амбициозные и опасные, со своим багажом проблем и приключений. Со своим багажом трупов и врагов. Спокойная жизнь им не светила. Да и… отношения?.. Ло поморщился. Только этого ему не хватало. Не в море и не с его образом жизни. Если бы он хотел нормальную семью, остался бы хирургом в Норт Блю.       Значит, вариант «сказать» отпадал? Стоило просто дождаться, пока Рони и он сам перегорят, а после жить так, будто ничего и не было? Это было значительно более удобно.       … но почему-то даже при простой мысли об этом внутри всё обжигало огнём.       Коротко вздохнув, Ло наконец-то вылез из кровати и поспешил собираться. Должность капитана предполагала определённую ответственность.       С поисками смоляного мастера за первый день не справился никто, потому в этот раз Ло решил и сам приложить к этому усилия. Насколько ему было известно, сейчас на Сабаоди было достаточное количество именитых пиратов, натворивших шума в Новом Мире. Возможно, они смогут ему кого-то посоветовать. А уж убеждать Ло умел.       Более того, следовало разобраться с пленными. Честно говоря, ими следовало заняться еще вчера, но Ло было категорически не до них. Потому это было отложено.       Однако, после завтрака пришлось заняться делом.       Ло решительно спустился в трюм к камерам. Было тихо. На охрану с возвращением капитана как-то подзабили, потому что Рони не распорядилась, а Ло не уточнил, однако решетки хватило, чтобы сдержать двух пленных. Они оба сидели на полу и одинаково мрачно смотрели на вошедшего капитана. Ло мог их понять, но простить — нет.       В условиях смуты Рони не знала, что с ними делать и насколько каждый из них виноват. Зато знал Ло, обладающий поразительным умением оказываться не в то время не в том месте. В том, что к заговору причастны оба, даже сомнений не было.       Вместо вопросов он просто обнажил меч.       — Что, прямо так? — кисло усмехнулся Мин-Т’хин. — Без слов и помпезности? Прирежешь как крыс на собственном корабле? А как же предсмертное желание?       — Вы и есть крысы с того момента, как посмели затеять бунт. Без желания обойдётесь. Слабаки не выбирают, как им умереть.       Спустя секунды всё было окончено. Ло скривился, но не столько от брезгливости, а от осознания ситуации. Бунты — хорошая вещь, наглядно демонстрирующая истинное положение в команде. Обычно пираты делятся на тех, кто поддерживает капитана и кто против него. В этом случае всё просто: поддержавших — поощрить, предателей — отправить на корм рыбам. Но в тот раз была и третья сторона: те, кто стоял на месте и ждал итогов. Такие люди были опаснее всего.       Ло пока не знал, как к ним относиться. Их неопределённость была понятна — все же среди тех, кто никак себя не проявил, были в основном новички и Зюса. Однако не было никакой гарантии, что в будущем их верность повысится. Придётся внимательно наблюдать за всеми.       Вычеркнув очередной пункт из своего текущего списка дел, Ло поспешил наверх отыскать трио Робинсонов. Внизу их ждала работа.       Закончив отдавать приказы на субмарине, Ло посетил местный книжный. Медицина не стояла на месте, тем более в разных частях мира, потому Трафальгар регулярно проверял медицинские журналы на наличие новых открытий, лекарств и эпидемий. Также он периодически покупал новые книги для Бепо. Контролировать маршрут на Гранд Лайн, ориентируясь только по Лог Посу, было почти невозможно. Некоторые погодные явления без соответствующих знаний они бы физически не смогли миновать. Потому было так важно следить за описанием всех новых природных аномалий. По крайней мере пытаться следить… Отвратительная политика Мирового Правительства по замалчиванию особо важных проблем совсем ему не содействовала. Скорее всего, его попытки почти бесполезны.       Но попытаться стоило.       На выяснение новостей были убиты почти весь день и немалая сумма денег, но его осведомлённость немало возросла и капитанская каюта пополнилась приличным количеством книг, так что Ло был уверен, что оно того стоило. По сути план-минимум на день был выполнен.       Оставалось последнее: разговор с Рони.       Ло не собирался говорить ей то, что по идее должен был, но разговора было не избежать. Это касалось того, что случилось на субмарине, пока Ло был ребёнком. А конкретнее — восстания.       Рони пришлось искать по всей субмарине. Всякий раз, когда Ло уже казалось, что он нашёл её, остальные члены команды говорили, что она уже ушла. Сказочница словно чувствовала грядущий серьёзный разговор и как могла его избегала. Это начинало бесить.       В итоге отловить её вышло уже ближе к ночи на выходе с субмарины.       — Рони! — Ло окликнул девушку и, убедившись, что она услышала и развернулась к нему, продолжил. — Ты куда-то торопишься? Разговор есть.       Девушка замешкалась и протянула: — Ну, как бы да, но… я слушаю. Что-то случилось?       — Нет. Рони, ты… — Ло замолчал, не зная, с чего начать. Собственно, об этом надо было спрашивать ещё вчера, но это совершенно вылетело из головы. А сейчас снова перед глазами был тот сон, мысли разбредались в разные стороны, и Ло был совсем не уверен, что не начнёт нести какую-то околесицу.       Отвратительно.       — М?       — … ты сильно держишься за должность кока? — идиот.       — Что?!       — Не в том смысле. Я собираюсь найти на Сабаоди ещё новичков. Сама помнишь, если пустить всё на самотёк — неприятностей будет по горло. Мне нужен нормальный старший помощник, который посвятит всё время команде. И я собираюсь назначить кого-то официально, а не как до этого. У тебя уже есть опыт в этой работе, причём, не плохой. Но заставлять тебя совмещать две должности будет неразумно. Так что скажешь насчёт моего предложения?       Рони ошарашенно моргнула, во все глаза уставившись на Ло. Потом моргнула ещё раз, кажется, постепенно осознавая ситуацию и, довольная, чуть ли не подпрыгнула на месте. Ло был рад, что его слова вызвали у девушки такой восторг, но был бы куда более рад, если бы его вызвали другие слова. Чёрт, глупость какая… В любом случае, менять что-то было уже поздно.       — Какая я везучая! — Рони всё же не удержалась, довольно прищурилась и хлопнула в ладони. Однако быстро смутилась и опустила руки вниз. — Ну, в смысле, не то, чтобы мне не нравилась работа кока, но она тяжёлая и муторная. Особенно, учитывая, сколько у нас теперь человек на борту. Я на кухне провожу по полжизни. Это очень много. Так что… я с радостью принимаю предложение стать первым помощником! Обещаю приложить все зависящие от меня усилия! Когда могу приступать?       Ло немного завис, пока девушка тараторила, потому не сразу услышал вопрос. Чуть отвернулся, прочистил горло и ответил: — С завтрашнего дня.       — Чудно, — Рони снова улыбнулась, — извини, что убегаю, но мне уже правда пора. Это всё или есть что-то ещё?       Возможно в этот момент действительно стоило что-то сказать. Что-то, что не давало ему покоя с самого утра. Три простых слова, которые в данный момент никому из них не были нужны. Три простых слова, которые бы только всё разрушили и испортили жизнь им обоим. Три простых слова, которые, возможно, привели бы к чему-то новому и невероятно интересному.       Но Ло не был готов жертвовать привычной жизнью и что-то менять. Его вполне устраивало всё то, что уже было. Это сейчас. Что же до будущего…       Почему-то он был уверен, что этой женщине от него никуда не деться.       Потому, легко махнув рукой на прощание спешащему старпому, Ло быстро развернулся и направился внутрь субмарины.

***

      Ло спустился на завтрак в довольно приподнятом настроении. Сегодня он действительно выспался — то есть спал без намекающих снов — и в течение дня был свободен. В ближайших планах было только два пункта: рассказать Рони поподробнее о её новых обязанностях, потому что вчера она сбежала от него почти мгновенно, и найти наконец смоляного мастера. За исключением возможной затянутости последнего, всё можно было окончить часа за полтора.       Однако едва Ло оказался в гостиной, где пираты уже собрались за столом, его поджидал неприятный сюрприз: завтрака не было. Хирург мысленно выругался: кажется, следовало вслух сказать, что, пока новый кок не будет найден, еда остаётся на Рони. Чёрт. Ло был уверен, что это очевидно.       — Рони ещё не объявлялась? — Ло медленно обвёл взглядом команду, но ответом ему стала тишина. — Ясно. Можете не отвечать.       — Кажется, на свои обязанности она подзабила. Интересно, с чего бы? — кисло поинтересовался Шачи.       Ло вздохнул: — Моя ошибка. Я закрепил за ней должность старпома. Кажется, нужно было сделать чуть больше уточнений.       — Намно-о-о-ого больше, — протянул Пенгвин, уже покусившийся на холодильник. — Тут негусто. Я не представляю, как из четырёх полок приготовить столько еды, чтобы хватило всем. Это нереально.       Демонстративно вздохнув, к холодильнику направился Фрей. Спустя секунду донеслось уже уверенное: — Сейчас всё будет.       Список дел пополнился пунктом срочно найти нового кока. Срочно. Потому что любимым завтраком Фрея оказались бутерброды, на которые ушли все имеющиеся продукты. Ло обошёлся одним кофе, решив, что перехватит себе что-нибудь позже, когда все разойдутся, а после обязательно поговорит с Рони. С обедом такой накладки выйти не должно.       Однако Рони на завтраке так и не появилась, а её каюта оказалась пуста и, кажется, покинута наспех. Ло не собирался вторгаться в личное пространство своего старпома, но, облокотившись на дверь, случайно вошёл. Фантики, листики… собственно, он ожидал нечто подобное, но всё это лежало на кровати, полностью скрывая под собой покрывало. Спать на этом было чисто физически невозможно. Значит, либо она успела бросить так всё рано утром, уйдя с подлодки до того, как кто-то что-то заметил, либо её вчерашняя прогулка затянулась.       Ло вздохнул. В любом случае, до того момента, как она вернётся, выяснить это не представлялось возможным.       Но к обеду Рони так и не явилась. К ужину — тоже. Ло начал думать, что с ней что-то могло случиться, хотя недавно проявившаяся устойчивость к пулям и убеждала его в обратном.       Кажется, ему всё же стоило остановить её в тот раз, когда она покидала подлодку, но об этом он пожалеет куда позднее.       На архипелаге Сабаоди наступило время заката. До ежемесячного аукциона рабов осталось два дня.