Огонь в её сердце

Ещё спустя три недели Микаса почти полностью оправилась. Рана стянулась, лишь иногда ныла, когда девушка уставала или перегружала себя. Наступил март, но холода и не думали отступать. За окнами маленького дома попрежнему выл ветер, мела метель. Военные действия здесь уже не шли, но жилось все равно трудно. После той зачистки в деревне осталось всего несколько человек. Кого-то расстреляли, кого-то увели в плен. Уцелевшие цеплялись друг за друга и всеми силами старались помогать другим. Ривай теперь не скрывался. Трудности сплотили всех. По началу русские относились к нему с презрением и недоверием. Но позже, убедившись, что он не посягает на их жизнь и даже наоборот помогает, как может, приняли его. Некоторые холодно, другие с какой-то теплотой. Жизнь медленно текла своим чередом. В один из холодных вечеров марта уже 44 года Микаса вытащила из своей кладовки гитару. Аккерман недоуменно уставился на девушку. - Неужели ты играешь?- спросил он недоверчиво. - Раньше выступала в местном клубе. А с началом войны прекратила. Когда стало не хватать дров, ни раз была мысль сжечь её, но рука не поднималась. Огонь быстро догорит. А теплоту на душе, которую дарит музыка, им не заменишь. Темноволосая с нежностью провела пальцами по натянутым струнам. - Совсем расстроилась,- прошептала она. - Сыграй мне,- попросил Ривай, садясь на кровать и опираясь об стену. Микаса присела на край стула и, расположившись удобнее, вновь тронула струны и запела. Темная ночь, только пули свистят по степи, Только ветер гудит в проводах, тускло звезды мерцают. В темную ночь ты, любимая, знаю, не спишь И у детской кроватки тайком ты слезу утираешь. Ривай не понимал русскую речь. Но мелодичный нежный голос, негромкие, местами фальшивые аккорды и свеча в качающейся лампадке успокаивали его. На душе и впрямь стало тепло. Как я люблю глубину твоих ласковых глаз, Как я хочу к ним прижаться сейчас губами. Темная ночь разделяет, любимая, нас, И тревожная черная степь пролегла между нами. Меж чёрных бровей пролегла морщинка. Девушка пела, словно забыв обо всем, полностью уйдя в песню, отдаваясь чувствам и эмоциям, накрывшим её. Голос дрожал, но одновременно был спокойным и уверенным. Верю в тебя, в дорогую подругу мою. Эта вера от пули меня темной ночью хранила. Радостно мне, я спокоен в смертельном бою, Знаю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось. С густых ресниц на жёлтый изгиб гитары закапали слезы. Но нежный голос попрежнему выводил ноту за нотой. Пальцы скользили по грифу гитары, перебирали струны, наполняя комнату успокаивающими и трогательными звуками. Смерть не страшна, с ней не раз мы встречались в степи, Вот и теперь надо мною она кружится. Ты меня ждешь и у детской кроватки не спишь, И поэтому знаю: со мной ничего не случится. Последний аккорд, и комната погрузилась в тишину. Лампадка все ещё качалась. Ветер за окном все ещё завывал. Слезы из глаз Микасы все ещё капали на инструмент. - О чем она?- тихо спросил Ривай, беря девушку за руку. - О любви,- коротко ответила она, отложив гитару. - Очень красиво. Споёшь ещё? Можно без гитары. - Я.. - Пожалуйста. Только не про войну. Мужчина ладонью стёр слезы с впалых бледных щёк. Микаса лишь кивнула в ответ. Ночь коротка, спят облака, И лежит у меня на ладони Незнакомая ваша рука. После тревог спит городок, Я услышал мелодию вальса И сюда заглянул на часок. Аккерман поднялся на ноги и протянул девушке руку. Та, не понимая, чего он хочет, замолчала. - Давай станцуем. Не останавливайся,- Ривай улыбнулся. Микаса, все ещё в недоумении встала. Рука мужчины легла на её талию. Хоть я с вами совсем не знаком, И далёко отсюда мой дом, Я как будто бы снова Возле дома родного… В этом зале пустом Мы танцуем вдвоём, Так скажите хоть слово, Сам не знаю о чём. Этот вальс был странным. Сбивчивый, но такой чувственный. Удивительно живой для этого времени. На лице девушке медленно проступала улыбка. Движения становились более уверенными, голос крепчал. Будем дружить, петь и кружить. Я совсем танцевать разучился И прошу вас меня извинить. Утро зовёт снова в поход, Покидая ваш маленький город, Я пройду мимо ваших ворот Шаг, поворот. Раз, два, три. Раз, два, три. Маленькая комнатка словно превратилась в огромный зал. Сейчас они не замечали ничего, кружась в этом танце. Была только песня и эти плавные движения. Хоть я с вами совсем не знаком, И далёко отсюда мой дом, Я как будто бы снова Возле дома родного… В этом зале пустом Мы танцуем вдвоём, Так скажите хоть слово, Сам не знаю о чём. Дыхание немного сбилось, но глаза обоих горели счастьем. Война, разруха, голод... Все это не имело сейчас значения. Да какая разница, любые тяготы жизни можно преодолеть, если таких моментов будет больше. Микаса смущённо закусила губу и уткнулась в плечо Ривая. Тот крепче прижал её к себе. - Я люблю тебя. Лампадка все еще качалась. Ветер все еще завывал...