Ангел и Тварь.

Квартира явно принадлежала очень одинокому человеку. Обер понял это, пройдя в главную комнату и задумчиво оглядев небогатое убранство. Посреди комнаты стоял небольшой диванчик, а перед ним — комод, сделанный из красного дерева и широкая «плазма» на нем. У левой стены приютилась односпальная кровать с помятым бельем и письменный стол рядом с ней. Помимо этого, у входа на балкон стоял двухстворчатый шкаф, который почти сразу привлек внимание мужчины.       — Кухня и ванная пустые. — С этими словами хромой Урод вошёл в главную комнату. — А ещё там в шкафчике лежит резиновый хер…       — Чего?.. — Обер едва сдержал смех от услышанного. Значит, в квартире жила очень одинокая девушка… Или одинокий педик.       — Резиновый. Хер, — раздельно произнёс разноглазый. — Фиолетовый такой.       Тут мужчина не сдержался и заржал в голос, как и Урод. Вот только сквозь смех легионер услышал, как со стороны шкафа раздалось чье-то чихание. Урод также это услышал и, коротко кивнув напарнику, подошёл к шкафу. Обер понял коллегу без слов и приготовился атаковать того, кто все это время прятался в двухстворчатом шкафе.       Пилот распахнул дверцу, и из шкафа буквально вывалилась худощавая девица. Она была одета в синюю футболку с эмблемой известной рок-группы и джинсовые шорты до колен. Обер почему-то был ни разу не удивлён тем, что данная особа решила прятаться в этом месте. Гораздо сильнее его заинтересовали её короткие волосы, покрашенные в совершенно дикие цвета: начиная от ярко-алого и заканчивая кислотно-зеленым. Про себя легионер сразу же окрестил её «попугаем».       — Коготь? — Довольно спокойно спросила девушка, усевшись на полу и обводя «гостей» гневным взглядом карих глаз.       — Ох, блять, вот это ты угадала, — желчно сказал пилот и переглянулся с напарником, словно спрашивая: что с ней делать будем?       Обер и сам не мог ответить на этот вопрос. По идее, хозяйку квартиры стоило связать, а ещё лучше убить — лишние свидетели им не нужны. Вот только мужчина не понимал, почему эта пигалица ведёт себя столь бесстрашно.       — И тот фаллос в ванной не мой, а сестры… — Девушка вдруг заинтересовалась своими ногтями, но Обер успел заметить, как покраснели её щеки.       — Ага, я так сразу и понял. Тебя как зовут-то, попугай? — легко произнёс мужчина.       — Мэрри, но для друзей — Рейн.       — Понятно. — Обер склонил голову набок и молча взглянул на своего напарника. Урод явно был весь на нервах — это было видно по тому, как парень разминал костяшки пальцев и слишком уж плотоядно рассматривал Рейн.       — Ты одна в квартире? — Быстро спросил Обер, и тут же получил ответ на свой вопрос. Легионер ощутил, как что-то холодное коснулось его затылка, после чего прозвучала короткая команда: «не двигайся, иначе умрёшь».       Голос принадлежал парню лет двадцати, однако Оберу было крайне неприятно осознавать, что стоит только дернуться — и его мозги разлетятся по всей комнате. Мужчина так и представил, как тяжёлая пуля пробивает ему череп и как его содержимое выплескивается Уроду в лицо… Брр…       — Урод, а ты знаешь, что ты просто уебок? — Тяжело вздохнул легионер и взглянул на напарника. Тот в свою очередь смотрел куда-то за спину Оберу.       — Кто бы мне это говорил, — язвительно бросил парень.       — Лицом к стене. Оба. — Приказал все тот же бесчувственный голос. Напарниками не оставалось ничего другого, как повиноваться.       Уперевшись лбом в холодную и шершавую поверхность стены, Обер заложил руки за спину. Если бы в комнате стояла абсолютная тишина, то можно было бы услышать, как скрипят шестеренки аналитического ума легионера. Или же рваное, сиплое дыхание Урода, стоявшего в паре десятков сантиметров от мужчины.       — Надеюсь, я успел вовремя, Рейн. — Обер чуть повернул голову, силясь рассмотреть говорившего. Получилось не очень хорошо, но полевой медик успел заметить силуэт высокого худощавого парня. Наверное, даже разноглазый пилот был крупнее, чем он. — Ну, в плане, не успели они… Кхм, «того»?       — Я твою маму «того», — Урод хрипло рассмеялся, за что получил довольно сильный удар по почкам, заставивший его согнуться.       — Завались. Иначе прострелю колени, — всё так же равнодушно. Это начало напрягать Обера. Что Рейн, что этот парень вели себя слишком расслаблено. Словно и не было никакой атаки на город.       — Они безоружны? — голос донесся откуда-то сбоку, словно «говорун» уселся на кресло.       — Да, я просканировала их. Оба состояли в бывшем отряде Амели Лакруа. Оба числятся погибшими при оказании огневого прикрытия сводной группе и командирам, — При этих словах Обер едва заметно вздрогнул. Откуда они столько знают? Когда Рейн успела просканировать напарников? Кто вообще эти люди?       Слишком много вопросов. Ответов будет наверняка в разы меньше.       — А ты не чрезмерно дохуя знаешь? — Урод явно был удивлён не меньше легионера.       — А у вас все это на лице написано. Ну, или на груди, да, — Рейн негромко хихикнула.       — Ладно, товарищи легионеры, можете опустить руки и повернуться к нам лицом. Все-таки в одной организации работаем, — расслабленно и даже дружелюбно произнёс парень.       Обер повернулся и с интересом взглянул на новоявленного «коллегу». Им оказался рыжеволосый парень с пронзительным взглядом зелёных глаз. Лицо такое же худое, как и тело, одетое в плотную куртку из чёрной ткани. Нос длинный и острый, отчего лицо парня, сидевшего в кресле, приобретало сходство с лисьей мордой. — Марвин, — коротко кивнул парень. Отчего-то Оберу он сразу не понравился. Урод был солидарен с мнением своего напарника, вот только выразил его уж больно ярко.       — Ну ты, блять, и дрыщ.       — Чистые душой грязь пропускают мимо ушей, — ловко парировал Марвин. — Я так понимаю, вы у нас «мёртвые души»?       — Можно сказать и так. Мне интересно, откуда ты столько знаешь о нас. — Обер скрестил руки на груди и нахмурил брови.       — Как я и говорил ранее, мой дорогой друг, мы с вами работаем в одной организации и странно, что вы об этом не слышали.       — Да куда уж нам, — деланно вздохнул Обер и краем глаза заметил, как его напарник бочком сместился чуть ближе к рассказчику, чересчур уж заинтересовано смотря на пистолет, что лежал на подлокотнике кресла.       — И не удивительно. Амели не очень разговорчивая, — продолжил «коллега». — Так вот. Помимо проекта «Легион», что должен был послужить основной движущей силой при атаке на Лондон, Мойра и её штат научных сотрудников трудились над созданием специального разведывательного подразделения «Иридиум». Я так думаю, не стоит подробно объяснять, для каких целей было создано данное подразделение?       — Вполне все ясно. Что ты хочешь конкретно от нас? — Оберу понемногу начинал надоедать этот разговор. Тон Марвина открыто намекал на то, что «легионеры», не говоря уже о «берсерках», были простым пушечным мясом. — И да, ты слишком уж открыто нам об этом рассказываешь.       Ответить Марвину не дал резкий хлопок выстрела. Рейн, сидевшая на подоконнике, с грохотом повалилась на пол, разбрызгивая в разные стороны то, что когда-то было её головой. Обер среагировал мгновенно. Падая на живот, он успел заметить, как Урод налетел на Марвина, нанеся мощный удар в подбородок и завладев пистолетом. Ещё два выстрела. По комнате пополз запах пороха.       — На пол, блять! Снапы работают! — рявкнул Обер и, схватив напарника за щиколотку, оттащил от бездыханного тела разведчика. Дело начинало приобретать крайне интересный поворот. Не вставая, Обер развернулся и по-пластунски пересек комнату, уже в коридоре поднявшись на ноги.       Здесь его ожидал крайне приятный сюрприз. Прямо у входа лежал военный вещмешок, окрашенный в защитный цвет. Встав на колени, легионер развязал горловину и расплылся в кровожадной ухмылке. Внутри, матово поблескивая чёрной краской, лежало два ПП «Бизон». Отличные скорострельные машинки. Видимо, раньше принадлежали тем двум мертвецам, что лежали в главной комнате.       — Слышь, Урод, смари какая херня! — Обер бросил напарнику, что подпирал стену рядом с дверным проёмом, один из ПП. — Всего один на шнек на 50 патронов, поэтому…       — Ааа! Опять эти тени пришли за мной! — Как-то уж совсем визгливо вскрикнул Урод и высунулся из укрытия, расстреливая чуть ли не половину магазина. Причиной тому был треск оконной рамы и звук скольжения по тросу.       Спецназ — а это был точно он, ибо Обер увидел в главной комнате три окровавленных тела в чёрной униформе — явно собирался взять штурмом квартиру. Даже под адреналиновым приходом легионер услышал, как за дверью раздались невнятные звуки и топот тяжёлых берцев. Шумно выдохнув, Обер приблизился к входной двери и резко распахнул её, не дожидаясь выстрела.       А за дверью его ждал чёрный зрачок автоматного дула. Обер явственно видел, как палец бойца мучительно медленно тянет на себя спусковой крючок. Времени раздумывать не было. Схватившись за ствол автомата, легионер потянул его на себя, одновременно с этим всем корпусом смещаясь с линии огня. «Бизон», упертый в грудь бойца, дернулся в руке, словно живой, и свинцовые пули с лёгкостью прошили пластины бронежилета. Схватив мертвеца за лямку разгрузки, Обер выбрался из квартиры, прикрываясь им как живым щитом. На лестничном пролёте его уже ждали трое спецназовцев. Вот только двигались они, как казалось Оберу, словно сонные мухи.       ПП застрекотал, превращая тела солдат в мелкое решето, однако, несколько пуль спецназовцев едва не достигли цели, но увязли в теле их бывшего товарища. Обер с каким-то остервенением отбросил от себя мертвое тело и быстро обыскал трупы. Забрав автомат М4А1 и несколько магазинов к нему, Обер окликнул Урода и поспешно начал спускаться с лестницы.       — Ты думаешь, это была вся группа захвата? — с одышкой спросил напарник, догнав Обера.       — Вряд ли. На улице могут ждать ещё несколько. — «Коллеги» остановились на лестничной клетке первого этажа и прислушались.       Тишину портил лишь размеренный рокот двигателя. Не было слышно ни радиопереговоров, ни топота. Молча кивнув напарнику, Обер спустился к двери подъезда и приоткрыл её, ожидая стука тяжёлых пуль о металлическую поверхность. Но нет, лишь тот же звук двигателя, стоявшего на холостых оборотах. Рискнув высунуться, Обер увидел, что улица была абсолютна пуста. Лишь на проезжей части стоял армейский «хамви», который был не менее пустым, чем улица.       — Быстро. За мной, — раздельно произнёс легионер и, резко распахнув дверь, пробежал к машине, спрятавшись за колесом. Странно. Нет звука выстрелов, нет звонких рикошетов пуль от бронированной стали.       Урод же, в свою очередь, уселся на подножку авто и приоткрыл водительскую дверь, после чего буквально вполз на сиденье. Обер последовал его примеру и сел на заднем. Утробно зарычав мотором, «хамви» плавно сдвинулся с места. Урод прибавил газу, и машина скрылась на одной из многочисленных второстепенных дорог.       — Стремная херня, на самом деле. — Спустя некоторое время произнес напарник. — «Иридиум»… Это получается, мы всего лишь пушечное мясо по сравнению с этими, ебать их в рот, киборгами. Точно такое же, как берсерки. Понимаешь?       — Я не понимаю, почему тебя это так удивляет. — Флегматично пожал плечами Обер, почесывая затылок. Тонкие струны души Урода — а точнее самолюбие — были задеты такой неприятной информацией. Врач же старался не думать об этом. В конце концов, его не должна волновать иерархия Когтя.       У напарников были проблемы гораздо серьезнее. Они лишились всякой связи с командным центром и стоило бы найти какую-нибудь полевую базу Когтя или хотя бы опорный пункт. Амели явно очень удивится, встретив двух «мертвых» легионеров.       А тем временем Урод увел «хамви» с основной дороги, двигаясь по второстепенным. Пилот то и дело посматривал вверх. Видимо, помнил слова командира Лакруа о дронах Overwatch. Внезапно, радио громко затрещало помехами напополам со звуками выстрелов. Напарники быстро переглянулись и Обер подкрутил рукоять настройки частоты.       — Говорит Дива. Срочно требуется боевой вертолет на Роллинг-стрит… — Сообщение прервали помехи. — Твою… Можно быстрее, меня тут зажали!       Далее же последовал грохот взрыва и радиопередача прекратилась так же резко, как и началась, оставив напарников в тягостном молчании.       — Какая неожиданность. Она в полукилометре от нас… — На губах Урода появилась маньячная ухмылка, а Обер ласково погладил цевье винтовки. Ему не терпелось отомстить оперативникам за покалеченного напарника и разбитое лицо.