Ангел и Тварь.

      — Видишь, я же говорил: все норм будет, — прохрипел Урод. Наручники на запястьях Обера щелкнули и с металлическим лязгом упали на пол. Легионер поспешно пнул их в самый темный угол.       — Ловкач, сука. — Тихо рассмеялся мужчина, растирая запястья.       Урод на подобную похвалу лишь коротко кивнул.       — Короче, план такой: я притворяюсь, будто у меня приступ астмы, а ты зовешь охранника. Как только тот входит в камеру, вырубаешь его и мы поспешно отсюда валим. — В стрессовых ситуациях мозги Урода начинали работать, словно мощный компьютер.       — Ну, хуже уже не будет. — Флегматично пожал плечами мужчина. — Начинаем?       Вместо ответа Урод повалился на пол, словно мешок, и очень натурально закашлялся, захрипел, и выпучив глаза, скрутился на полу в позе эмбриона.       — Начальник! Тут человек загибается! Эй! — громко заорал Обер и пнул решетку. — Человек подыхает, алё!       По коридору загрохотали армейские ботинки.       — Съебался от дверей, быстро! Мордой к стене! Живо, бля, живо! — Охранник снял автомат с предохранителя и прицелился Оберу в грудь.       Мужчина решил не рисковать и выполнил приказ спецназовца. Уперевшись лбом в холодную шершавую поверхность стены, Обер услышал, что заскрежетал засов и решетка с противным скрипом открылась. Мужчине лишь оставалось надеяться, что боец не заметит отсутствие наручников в этом мраке.       — Что случилось?! Астма?! — Видимо, спецназовец попытался перевернуть Урода на спину.       — Нет... Вампиризм!!!       С этим воплем Урод вцепился руками в горло охранника и повалил того на пол. Обер решил не оставлять своего напарника наедине с "проблемой". Подскочив к ним, легионер коротким пинком отбросил автомат подальше от места схватки. Боец попытался закричать, но Урод поспешно ударил того в горло ребром ладони. После этого он вдавил большие пальцы в глазницы спецназовца, выдавливая их содержимое.       — Заканчивай с этим! — Обер быстро вытащил нож из ножен бойца и вогнал лезвие в висок ослепленного.       — Пуф, сука. — Урод вытер пальцы об разгрузку мертвеца и забрал у последнего пистолет. Дополнительные обоймы он так же рассовал по карманам своего разгрузочного жилета.       Обер же отыскал автомат М4А1 и проверил магазин. Полный, но запасных у трупа не обнаружилось. Печально, ну да ладно.       Напарники вышли из камеры и, стараясь двигаться как можно тише, отправились блуждать по коридорам школы. В той части здания, куда их отвела охрана, было абсолютно пусто — за десять минут беглецам не попалось ни одной живой души. А вот на лестнице напарники едва не столкнулись с патрулем спецназа. Видимо, бойцы отошли перекурить и через пару минут покинули лестничную площадку, давая возможность военнопленным подняться на этаж выше.       А вот тут уже до слуха Обера долетели звуки толпы — этот этаж был отведен под жилые помещения, где содержались выжившие жители города.       — Можно затеряться в толпе.. — прошептал Урод, чуть приоткрыв дверь, ведущую на этаж.       — Это какой этаж? Второй?       — Ага.       — Тогда влетаем в ближайшую комнату и вырубаем всех, кто там есть. После выпрыгиваем в окно и стараемся уйти в город. — Обер задумчиво почесал щеку и перехватил автомат поудобней.       — Погнали, епта. Первая дверь налево.       Разноглазый резко открыл дверь и напарники, быстро пробежав по коридору, ввалились в первое попавшееся помещение.       Судя по всему, в комнате жили — около стены стояла двухъярусная кровать, а в центре лежал грязный матрас. Единственное окно было открыто нараспашку и по помещению гулял сквозняк.       — Пусто, бля. — Урод, на всякий случай, закрыл входную дверь на защёлку.       Из окна открывался прекрасный вид на парковку возле главного входа в школу. Машин стояло не так много, но цепкий взгляд Обера успел заметить армейский грузовик с крытым кунгом. Неплохая машина.       Вот только была одна проблема — окно, из которого смотрел Обер, располагалось как раз над небольшим козырьком, что украшал главный вход здания. И как раз возле него стояло трое вооруженных людей в форме спецназа.       — Гасим их. — Урод, стоящий возле легионера, бесшумно спрыгнул на козырёк.       Поймав в прицел голову одного из спецназовцев, Обер мягко надавил на спусковой крючок. Приклад врезался в плечо, а боец повалился на землю с прострелянной головой. Его товарищи среагировали слишком медленно и два хлопка пистолета оборвали их жизни.       Разноглазый парень спрыгнул на землю и быстро подбежал к грузовику. Обер наблюдал за ним поверх прицела автомата и молил Фортуну, чтобы машина оказалась открыта. На счастье беглецов, Урод распахнул дверь грузовика и влез внутрь.       Мужчина не стал дожидаться, когда напарник заведет грузовик, и спустился на землю тем же путем, что и Урод.       — Они троих наших завалили! Тревога! — Долетел до слуха Обера чей-то вскрик и звук выстрелов. Пули защелкали по асфальту у самых ног легионера. Взвыла сирена.       Адреналин забурлил в крови, когда одна из пуль просвистела возле самого уха. Шумно дыша, легионер влез внутрь тента грузовика и повалился на пол. Сделал он это не зря — спустя секунду палаточную ткань изрешетили пулевые отверстия. Ползком Обер добрался до небольшого окошка, соединяющего кабину водителя и грузовой отсек машины. Отодвинув железную шторку, легионер заглянул внутрь.       Согнувшись в три погибели, Урод копался с проводами, вытащенными из рулевой колодки. Соединив контактную пару, он едва не подпрыгнул от неожиданности — машина издала громкий звуковой сигнал.       — Желтый и синий в скрутку! — Подсказал мужчина своему напарнику.       Грузовик мелко затрясся, раскручивая двигатель и, рыкнув, завелся. Урод лязгнул рычагом КПП и надавил на педаль газа. Утробно зарычал движок.       Грузовик бодро выехал с парковки и двинулся на дорогу. Обер буквально ощущал, как свинцовые подарочки ударяются в железные бортики кузова и в дверь водителя. Когда грузовик выехал на дорогу, попутно разметав импровизированный КПП, — Обер понял это по прекратившемуся лязгу пуль — мужчина встал в полный рост и перебрался поближе к выходу из грузового отсека.       Быстро сменялись покинутые дома и легковые машины, стоящие вдоль тротуаров; столбы ЛЭП и белая дорожная разметка. Легионер уселся на узкую скамью у самого выхода и положил автомат на колени. Они с Уродом смогли сбежать из плена легавых и далось им это малой кровью. Именно это и настраживало Обера.       — Свежа на удивление, от туфелек до бум, как будто приглашение, на ооочень странный блюз... — Негромко пропел Обер, смотря в низкое свинцовое небо. Старая песня, но очень красивая...       Внезапно до слуха Обера донесся подозрительный шум. Словно...       — Поганые ублюдки! За нами погоня! — заорал Урод.       Обер и сам прекрасно это видел — когда грузовик проскочил перекресток, из-за поворота выскочил армейский хамви (благо, без пулемета) и довольно быстро принялся сокращать расстояние. Спустя несколько секунд мужчина увидел, что во внедорожнике сидит четыре человека.       — Да бляяять... — отчаянно пробормотал Обер и встал на одно колено, прицелившись из автомата в водителя.       Короткая очередь, выпущенная по стеклу со стороны места водителя не нанесла тому никакого урона — пули оказались остановлены бронестеклом и лишь слегка ухудшили обзор. Нужно что-то потяжелее.       Хамви ускорился и резко протаранил грузовик, отчего Обер едва не вылетел из кузова. Поднявшись на ноги, мужчина увидел, как из окна пассажирской двери высунулся боец с автоматом на изготовку. Легионер оказался быстрее — несколько пуль оборвали никчемную жизнь спецназовца и его тело вывалилось из окна.       — На, это будет покруче, чем автомат! — Мужчина развернулся, услышав крик Урода. Из небольшого окошка в начале кузова выпал ручной гранатомет, а следом за ним небольшой подсумок со снарядами.       В данный момент Обера не слишком заботил вопрос о том, откуда все это взялось в кабине. Зарядов гранатомет, Обер взвалил его на плечо и вернулся обратно к выходу из грузового отсека, не забыв взять с собой подсумок.       — На, нахуй! — Ракета влетела точно в лобовое стекло хамви, пробив его и разорвавшись внутри салона. Машина полыхнула изнутри, а крышу в буквальном смысле снесло от взрыва. Вильнув, внедорожник впечатался в стену дома.       Разобравшись с одной проблемой, Обер тут же приобрел себе еще одну — раскалённые пороховые газы подожгли ткань кунга. Грузовик горел изнутри.       — Прямиком в ад, нахуй! — Весело рявнул Урод, перекрикивая рев двигателя.       — Мы горим, долбоеб!       Обер оптимизма своего напарника не разделял. Становилось слишком жарко.       Грузовик взревел двигателем и просел на один бок, входя в поворот. Под действием инерции Обер едва не повалился на пол.       По вечерним улицам города несся полыхающий грузовик. Остатки кунга горели ярким пламенем, раздуваемые ветром. Угонщики уже было расслабились, как внезапно, в конце улицы, низко завис боевой вертолет.       Вот тут-то Обер и ощутил, как на спине выступил холодный пот — пулемет, установленный под кабиной пилотов, хищно зарыскал. Пули застучали по грузовику, заставляя Урода пригнуться, а Обера вновь повалиться на пол. Машина завиляла, стараясь сбить прицел стрелку, как вдруг от подкрылка вертолета отделилась ракета.       — Прыгай!!!       Оберу два раза повторять не пришлось. Сиганув через борт грузовика, мужчина так крепко приложился об асфальт, что в районе ступни что-то хрустнуло, и несколько раз перевернулся по инерции. Он не видел, успел ли выпрыгнуть Урод — глаза застелила кровавая пелена боли — но услышал оглушительный взрыв и лязг искареженной стали.       Приподнявшись на локтях, легионер увидел, как груда горящего металлолома с зубодробительным скрежетом катится по дороге, а вертолет набирает высоту.       — Ух, мляяяя... — прошипел Обер, осторожно поднимаясь. Лишь чудом он себе ничего не сломал и, судя по ощущениям, чутка подвернул ногу. — Надо убираться от сюда. Только Урод...       Прихрамывая, он двинулся к парадной ближайшего многоэтажного дома — в паре метров от входа, свернувшись в позу эмбриона, лежал разноглазый парень. Беднягу знатно проволокло по асфальту, стерев кожу на ладонях до мяса, а левая нога была неестественно вывернута в области колена. Но он все еще находился в сознании — Обер услышал тихие маты.       — Ты как? — задал вполне очевидный вопрос мужчина.       — Хуево, не видишь что ли?! — Урод негромко взвыл, когда полевой медик прикоснулся к вывернутому колену.       — Щас будет заебись, — с садисткой ухмылкой пообещал Обер.       Схватившись за щиколотку раненого, второй рукой мужчина сжал колено, от чего Урод страшно взвыл. Ту руку, что держала щиколотку, Обер потянул к себе, в то время как другую от себя. Сделал он это очень резко — по-другому сустав не вправить — и напарник дико заорал от боли.       — Ну как, заебись?       — Я тебя ебну. Помоги подняться.       — Давай, брат, уходим. — Мужчина подал руку напарнику и рывком поднял того на ноги.       Негромко матерясь и воровато осматриваясь по сторонам "двойка" вошла в подъезд. По ушам тут же ударила мертвая тишина — ни звука, лишь хриплое дыхание Урода и топот тяжёлых берцев. Все двери первого этажа оказались закрыты, со вторым все точно так же. Обер не был уверен, что в квартирах хоть кто-то есть — наверняка гражданские эвакуированы. По крайней мере, легионер не увидел ни одного трупа.       Поднявшись на третий этаж, Обер от безнадеги дёрнул ручку ближайшей к нему двери. С протяжным скрипом она открылась, запуская напарников в тёмный коридор прихожей. Странно.       — Мы не одни... Закрой двери.