Корица в твоем какао

      Проснулась Сэйери ночью от ноющей боли в голове. "Пойти медсестру поискать..." - хватаясь за перевязки, думала. Попыталась встать, небольшое головокружение мешало, но не останавливало. При желании поскорее избавиться от этой противной боли, Тояма вышла из палаты босиком и встала как окаменелая. Тому была своя причина, ведь на стуле, по левую сторону от ее палаты сидел Итачи. Ну как сидел: одну ногу поджал под себя, вторую свесил вниз, одну руку разместил по спинке, положив другую ладонь на бицепс и сверху голову. Волосы спутаны и беспорядочно рассыпаны по плечам, сутулой спине и ледяному лицу. Одна прядь иногда отдалялась от лица, ровно в такт его дыханию. Спокойному и умиротворенному. Девушка хотела взглянуть на часы, что висели напротив палаты над стеклянными дверьми и увидела себя в отражении. Те же джинсы, майка, отекшее лицо с немного покрасневшими веками. Волосы из-за повязки на весь лоб и вокруг головы торчали чуть ли не во все стороны. Сэйери вздохнула, но все же взглянула на время. Почти ровно три ночи. Вернула внимание к Итачи, села на корточки сбоку, но лицом к нему.       - Итачи-сан, - не шепотом, вообще особо не заботясь о других людях, спокойно позвала. - Итачи-сан, - чуть громче и толкнула его по коленке. - Просыпайтесь, - повысила тон и ударила слабо по ляжке, Учиха медленно поднял голову, не торопясь открывать глаза сразу; зевнул, одной рукой прикрывая рот, а второй убирая все волосы с лица назад.       - Вы жестокая, - мягким сонным голосом произнес, смотря на нее все еще растерянными глазами. - Почему Вы в коридоре? - не менял положения, разве что подпер голову той же рукой, на которой лежал.       - Это я должна спрашивать, - металась по образу. - Вы тут сидели все это время? Я думала, Вы ушли домой, - нахмурилась.       - Нет, я не уходил, - снова зевнул. - Как Ваше самочувствие? - крайне редко и замедленно моргал.       - Я просто ударилась головой, - вздохнула и встала. - Идите домой, Вы не должны жить здесь из-за секретаря, - покосилась.       - Вы начинаете раздражать, - прикрыл глаза. - Почему Вы не хотите мне верить? - поднял голову, чтобы взглянуть на нее.       - Да потому что это бред, я замучилась повторять это слово раз за разом, - осмотрелась вокруг.       - Давайте тогда сделаем так. Я сейчас ухожу, - поднялся и потянулся, указал на дверь. - И как только я пересекаю порог, мы оба забываем обо всем, что произошло, идет? - вскинул бровь. - Я не тот человек, который собирается что-то доказывать сотни раз, - убрал руки в карманы. - Вы должны понимать, что я отказался почти от всего, потому что действительно посчитал, что именно Вы мой человек. Да, мы знакомы с Вами почти ничего, но знаете, предпочитаю думать, что "своих" людей узнаешь почти сразу же, - подошел почти впритык и смотрел сверху вниз, но она сохраняла себя. - Я покажусь полным эгоистом, если заставлю Вас быть со мной, когда Вы отвергаете меня. А я... - прошептал, чуть наклонившись к ее уху. - А я ведь мог бы это сделать. Но ведь я уверен, что и у Вас ко мне... - заглянул в глаза, но она смотрела будто насквозь, - ...что-то есть внутри, - его голос хотел казаться строгим и надменным, но можно было бы разглядеть в нем хоть какую-то надежду.       Может, это была его профессиональная игра, нацеленная на ее хваленую проницательность, но это мог бы знать только он. Вообще, все происходящее не следовало ни одному ее или его шаблону. Скорее всего, его план состоял также из того, что нет времени все тянуть. Вся суть в том, что уже менее, чем через месяц свадьба. И если он будет тянуть, то потом эта тема раскроется, а времени будет слишком мало, чтобы что-то правильно решить. С другой стороны, что здесь вообще решать? Как чувствуешь, так и поступай, казалось бы, все просто, но на кону у каждого стоит вообще все. Работа, отношения, будущее. Либо рискуй и потеряй или выиграй, либо опусти руки и просто живи по течению, не зная, что ждет впереди. Возможно, занимаясь самобичеванием всю оставшуюся жизнь, за жалостью о том, чего не сделал. Не делается ставка на азартность человека, скорее на его любовь к зоне комфорта. На его стремлении улучшить свою жизнь или просто обрести стабильность.       "Он..., - парень делает шаг в сторону и пару вперед, не останавливаясь. - Он же не врет мне? - оборачивается и смотрит на удаляющийся силуэт. - Он просидел здесь почти двое суток, чтобы что-то мне доказать? - делает неуверенный шаг за ним. - Он же действительно рискует всем, это так? - его фигура скрывается в тени, тут же выходит под яркий свет, софиты в коридоре включены через один. - Он пытался объяснить мне, что времени у нас нет, верно? И у меня нет возможности месяцами думать, поступаю ли я правильно, да? - ускоряется. - Он просто дал мне два варианта: либо да, либо нет. На свой страх и риск. Но только сейчас, - почти бежит. - Только сейчас мне есть что терять, и разве это справедливо? - тянет руку, но он не оборачивается, продолжая идти к выходу. - Почему, когда у меня ничего не было, я не могла рисковать? Потому что как раз мне было нечем? Это так работает, да? - догоняет за метра полтора до дверей и цепляется за край футболки, Итачи останавливается, но не двигается".       - Это нечестно, - немного тяжело дышит, голова кружится и в глазах темно. - Нечестно, что Вы совсем не даете времени мне. И заставляете бегать, а у меня болит голова, между прочим, - на секунду улыбается, пытаясь восстановить дыхание, утихомирить кровь внутри, чтобы не стало осложнений. - Вы не можете... - наконец, выпрямилась, - ... так поступить, - поднимает голову.       В этот момент Учиха обернулся и обнял ее. Молча, крепкими объятиями.       - Знаете, Итачи-сан, если честно, мне все еще не верится, что это все правда, - не сопротивлялась, еле доставая подбородком до его плеча. - Думаю, что я, так и Вы, просто встретили человека, образ и характер которого нам оказался незнаком, из-за этого... - было сложно говорить, ведь невозможно пошевелиться.       - Замолчите уже, пожалуйста, Тояма-сан, - низким, но заботливым и нежным голосом сказал, кажется, он улыбался. - Возможно, Вы правы, но я уже рад, что Вы позволяете этой надежде жить, - отстранился. - Возвращайтесь в палату.       "Мне все еще совершенно не верится во все происходящее. Наверное, потому, что обычно, если я чего-то хочу, я никогда этого не получаю. Но здесь... я влюбилась в Итачи-сана, поэтому я и... подумала, что так быть не должно. Что, разумеется, он должен жениться и не воспринимать меня как девушку вообще. Так все бы и произошло... как всегда... так почему, - подняла глаза на него. - Почему вдруг, моя мечта сбывается?... Почему вдруг политика Вышестоящей силы надо мной резко изменилась? Почему парень, который мне нравится... почему он согласен бороться вместе со мной?" - странное чувство терзало сердце. Тысяча "почему" забивали голову, девушка схватилась за края майки и поджала губы.       - Итачи-сан, ты... как ты понял, что влюблен в меня? - дрожащим голосом прошептала, он сильно удивился из-за "ты", ведь именно она инициировала, до этого момента происходящего, стиль разговора.       Он молчал, видно, что он не знает, как обратиться к ней, чтобы не задеть, ведь она снизила планку для общения, но можно ли было ему? Тояма, кажется, поняла и еле заметно кивнула, улыбнувшись.       - Думаю, что задумался об этом, как о реальном, после того, как ты позвонила мне ночью, - пожал плечами. - Потом... - отвел взгляд в сторону. - Я задумался, что, возможно, та песня, что ты пела на свидании с Акитой-саном... была адресована не ему, - кажется, он терял уверенность в своих словах. - А мне, - глухой нотой и попытался подглядеть ее реакцию, девушка покраснела. - Чтобы убедиться в этом, я стал провоцировать тебя, чтобы понять, что ты действительно чувствуешь, - ее лицо искажалось в искреннем удивлении. - Когда свет выключили, я подумал, что не могу ошибаться, ни в себе, ни в тебе. Конечно, ты можешь быть права насчет "нового персонажа" в жизни, но я не считаю так.       - Почему? - ей вроде как нравилось слушать его.       И правда, будто все загадки для нее становились очевидно простыми и логичными.       - Потому что на самом деле мы не так сильно и различаемся. Ты видишь ровно столько, сколько знаешь, - слабо улыбнулся, а Сэйери нахмурилась.       "Он намекает, что знает обо мне много, а я о нем почти ничего? Это не так!" - возмущалась в мыслях. "Раздражает. Такой момент испортил".       - У меня есть парень, - неизвестно под каким мотивом выдала, но Учиха не отреагировал.       - У меня есть невеста, - приблизился. - Сколько личностей ты в себе совмещаешь? - подошел вплотную, положил руку на шею сзади и приблизил к своему лицу. - До завтра, Тояма-сан, - шире улыбнулся и резко отстранился, пошел к выходу.       - Почему же ты раньше не ушел?! - проворчала вдогонку.       - Ушел бы, ты бы не поверила, - махнул рукой.       Девушка скрестила руки на груди и слегка разозлилась, но несерьезно. "Значит, так он решает подобные вопросы? Слишком самоуверенно, не стоило за ним бежать! Будем считать это благодарностью за его потраченные впустую два дня жизни", - кивнула и развернулась, пошла искать медсестру. Вдруг, резкий звон в ушах, настолько высокий, что глаза моментально зажмурились, Сэйери вскрикнула и упала на колени, накрывая уши руками. Через пару секунд все стало в порядке, Сэйери опустила руки и медленно открыла глаза. Совершенно неясно. Все вокруг размазано и очень темно. Девушка моргнула пару раз и потерла глаза руками. Еще через пару минут и этот дефект спал, хотя некоторый дискомфорт все же остался.       - Что Вы тут делаете?! С вами все в порядке?! - громкий голос из-за спины, перед Сэйери появилась девушка лет двадцати пяти, наверное, интерн на дежурстве сегодня.       - Простите, - улыбнулась Тояма. - Все в порядке, просто голова болит, - протянула руку, медсестра тут же помогла встать и провела до палаты.       - Утром Ваш лечащий врач решит, можно Вас выписать или нет, а до тех пор, пожалуйста, не вставайте, - нервно говорила, накрывая одеялом.       - Хорошо, но можно стакан воды, пожалуйста? - сестра кивнула и ушла, а через пару минут пришла. - Это нормально, что у меня шумит в ушах, кружится голова, в глазах двоится? - вскинула брови.       - Да, Вы когда очнулись после падения через несколько минут, то тоже жаловались на это, хотя все же, немного странно, что Вас до сих пор преследуют эти симптомы, - что-то записывала.       - Через несколько минут? Я думала, я спала все время, - немного удивилась.       - Нет, что Вы. Потеря сознания после падения так долго длиться не может, иначе это было бы сдавление мозга, в общем, гораздо большее, чем просто сотрясение, что Вы получили, - улыбнулась. - Вы, наверное, просто не помните, но Вам не давали заснуть в течение еще нескольких часов, это необходимо для диагноза. Может быть, Вы слишком чувствительны, поэтому до сих пор испытываете сильное недомогание, хотя последствия сотрясения длится от нескольких дней до двух-трех недель, знайте об этом, - положила досточку и блокнот в сумку у кровати и вышла.       "Неприятные последствия, не думала, что это так больно. Стоит ли выходить на работу? Я думаю, что стоит, но Итачи и Хана-сан, возможно, не позволят мне этого. Я создаю столько проблем, а ведь работаю всего пол месяца", - прикрыла глаза и провалилась в сон. Проснулась девушка от сладкого запаха. Медленно открыла глаза и приподнялась, на тумбочке стоял завтрак и банка горячего чая из автостопа около офиса Ap-Lord, Сэйери знала это, поэтому стала искать глазами того, кто принес его. И нашла. У окна стоял Учиха, что-то печатал в телефоне. Волосы собраны в низкий хвост, как всегда выглаженная белая рубашка, брюки, вычищенные туфли.       - Почему ты здесь? - тихо прошептала, приподнимаясь на локтях.       - М? - обернулся, на лице не было ни единого следа недосыпа, как он делает это - непонятно, может, он постоянно живет в таком режиме и привык? - Я принес тебе чай, хотел знать, когда тебя выпишут, - убрал смартфон в карман. - Ты же знаешь, что я не пущу тебя даже на порог компании, пока ты не будешь полностью здорова? - вскинул бровь.       - А за свет, воду, я чем в этом месяце платить буду? - проворчала и полностью села, поставила на свои колени поднос с едой. - Это нечестно, - съела виноград.       - Если надо будет, скажи, я заплачу, - хмыкнул.       - Нет уж. Не надо вести себя как мой муж, мы с тобой даже не пара, - кажется, это задело ее гордость.       "Заплатит он. Думаешь, я беспомощна? Для тебя деньги ничего не значат, Итачи Учиха? Конечно, я понимаю, что ты пытаешься заботиться обо мне, но..." - задумалась.       - Сбавь темп, - вслух завершила мысль. - Мы с тобой же друзья, к чему это все? - подняла глаза на него. - Хочешь? - протянула яблоко.       - Я не... - подошел, взял, но его перебила открывшаяся в палату дверь. - Спасибо, - быстро выкинул.       - Доброе утро, Тояма-сан, - в комнату вошел мужчина лет сорока.       Как и все врачи, одет он был в белый халат, под которым простая коричневая кофта с длинными рукавами, черные брюки и ботинки. Не очень короткая стрижка, сантиметров, может, на пять, волосы, видимо, от природы обладали прикорневым объемом, аж завидно. На воротнике кофты висели очки. Он закрыл за собой дверь.       - Я Ваш лечащий врач, Агато Хаясе, - поклонился, девушка с Итачи кивнули в ответ. - Извините, Вы, - посмотрел на Учиху, - кем приходитесь?       - Я ее на... - хотел ответить, но Сэйери перебила.       - Друг. Это мой друг, - улыбнулась, оба мужчины сразу странно покосились на нее. - Вы же пришли, чтобы выписать меня, верно? - с надеждой посмотрела.       - Я... - сделал паузу и втянул побольше воздуха, - извините, не могли бы Вы выйти? - обратился к Итачи, тот удивился. - Если Вы захотите, я потом и ему все объясню, - теперь начальник в паре с девушкой напряглись.       - Итачи-сан, - тихо, не переводя глаз.       - Да, я буду в коридоре, - незамедлительно ответил и взял пиджак, быстро покинул палату.       - В общем, Тояма-сан, - сел на стул рядом с постелью. - Как Вы чувствуете себя сейчас? - сминал в руках папку.       - В порядке, если учитывать, что... - задумалась.       - У Вас сильно кружится голова, шумит в ушах, иногда нарушения координации, несвойственная Вам невнимательность, рассеянность, плохой сон или отсутствие аппетита?       "У меня? А разве так не должно быть? Разве это не очевидно? Это же... это же абсолютно нормально? Разве нет?" - задумалась. "Я чуть не попала под поезд, упала с лестницы... забыла о поправках, да, это так, но разве это не естественно?" - не могла понять, к чему клонит доктор.       - Да, это так, хотя... С координацией вроде все было хорошо, - опустила глаза.       - Я не собираюсь лгать Вам, Тояма-сан, - тяжело вздохнул. - Мы сделали МРТ в первый же день, если помните, чтобы убедиться в отсутствии гематомы после удара, - протянул папку, девушка открыла ее, но мало что понимала. - На МРТ мы обнаружили саркому головного мозга, проще говоря, рак, - более тихо сказал. - Область неоперабельная, границы стерты, и она агрессивна, что свойственно почти любой саркоме.       - И сколько? - голос дрожал, она продолжала листать бессмысленные бумажки и снимки. - Сколько мне осталось? - подняла глаза, ресницы дрожали, наворачивались слезы, внутри зарождалась истерика.       - Наверное, около пяти месяцев, мне жаль, - наблюдал за ней, было видно, что он мог видеть такую реакцию не в первый раз, разумеется, он же доктор; только сразу не сказал, что онколог.       - Пять? - закрыла и вернула документы доктору. - Всего пять? - руки дрожали.       - Если согласитесь на химию то, возможно, шесть-семь, - принял, заметив, как сильно дрожат ее кисти рук.       - Нет, - шепотом. - Я не хочу, - свет в глазах погас. - Я только обрела то, о чем мечтала. Хорошую работу в большой компании, - посмотрела на врача, скатилась слеза. - Мне даже признались в любви, представляете, Агато-сан, - утерла слезы и улыбнулась такой горестной улыбкой, что губы Хаясе-сана слегла дрогнули, а брови свелись. - Мне признался в любви почти самый завидный холостяк в Азии, - уже не сдерживалась, дыхание сбилось, слезы текли ручьем.       - Это он? - указал в сторону коридора, девушка кивнула. - Я видел его, вроде, в новостях, - тихо добавил, ему, казалось, тоже больно.       - Да, он очень знаменит в своих кругах, - на последнем слоге сорвалась. - Пожалуйста, Агато-сан, - взглянула. - Ни за что не говорите ему, я прошу, - продолжала вытирать глаза, а это совершенно бессмысленно. - Никому вообще не говорите, Агато-сан, - закашляла. - Выпишите что-нибудь, чтобы я могла как можно дольше скрывать симптомы, и я буду счастлива, - снова улыбалась.       - Вы улыбаетесь, Тояма-сан, - сухим голосом прошептал, даже не моргая, смотрел на нее.       - А что мне, - задыхалась, - что мне остается? - попыталась рассмеяться, но стало больше похоже на истерику. - Я просто немного зла, что... - снова вытерла лицо полотенцем, что подал доктор ранее. - Что не догадалась ранее, - посмотрела в потолок. - Знаете, все стало слишком хорошо для правды, - прикрыла глаза.       - Вы думаете, что Вас наказали за счастье? - продолжал наблюдать, хотя самому становилось хуже, что странно, ведь это его работа, сообщать подобное семи из десяти пациентов.       - Да, - смело. - Я всю жизнь безмерно работала, чтобы чего-то достичь, а тут получила такое счастье, но... Вы и сами знаете, - поток слез уменьшился, дыхание, пусть и сбитое, но уже тихое.       - А может, это подарок? - с надеждой. - За все ваши старания, - она резко посмотрела на доктора с удивлением.       - Я не знаю, Агато-сан, - легко покачала головой. - Какая уже разница, верно? - глаза все еще наполнены самой сильной болью и разочарованием, но она уже пыталась казаться сильной.       - Как же такое возможно... - для себя сказал Хаясе и поднялся. - Если хотите, чтобы он ни о чем не догадался, создадим общую теорию, допустим, что я сообщил Вам об осложнении после сотрясения, и Вы задержитесь здесь еще на пару дней. И Вам стоит умыться, - поднялся. - Вы удивительная девушка, Тояма-сан, - протянул руку, она осторожно встала. - Если хотите знать, то сотрясение было очень слабым, после такого только шишка бы и вылезла. Вашей болезни уже около года, странно, что она раньше не дала о себе знать, - рассказывал, будто уверенный, что она сможет справиться со всем этим.       - Вот как, - облокотилась на раковину, - спасибо за правду, Агато-сан, я сама дальше справлюсь, позовите его, прошу, - включила воду.       - Да, - тихо ответил и направился к дверям.       Сэйери посмотрела на себя в зеркало. Красный нос, опухшие веки, да Учиха точно окажется дураком, если не поймет в чем дело. Но снова надежда освещала сердце, заставляя забыть обо всех рисках. Девушка подошла быстро к столику с завтраком и взяла кусочек огурца, быстро провела по лицу, издалека заглядывая в отражение. "Это, конечно, моментально все не скроет, но хотя бы покраснения. Конечно, в чем смысл прощаться с жизнью раньше времени? - улыбнулась себе. - Сэйери, ты сильная. Проживи же это время со смыслом. Все будет хорошо, умирать не страшно. Это обязательная часть каждой жизни, соберись, девочка, - сжала кулак. - Все нормально. Так и было задумано, конечно", - прервал самоутешение стук в дверь. Девушка села на кровать и дала разрешение, Итачи вошел.       - Все хорошо? - кажется, доктор сдержал свое слово, и он ничего не знает.       - Да, более чем, - улыбнулась. - Ты уже съел его? - удивленно посмотрела на руки.       - Я не завтракал, - не поддавался эмоциональной провокации с ее стороны, сохраняя серьезность. - Что случилось? Почему меня попросили выйти? Что-то серьезное? - нахмурился, не осмеливался подойти ближе.       - Нет, - похлопала по местечку рядом с собой, приглашая сесть. - Просто доктор сказал, что у меня есть осложнения, время от времени я могу нести бред и терять равновесие, - съела еще виноград, хотя на самом деле ничего не лезло внутрь.       - Понятно, - подошел. - Уволишься? - взглянул с совсем крохотной дозой волнения и надежды.       - Нет же, - взяла его руку, потянула на себя, он оказался рядом, куда она его и приглашала ранее, положила голову на его плечо. - Я буду работать до конца, - улыбнулась. - До самой смерти, - добавила.       - У нас в компании пенсионный возраст для женщин - шестьдесят лет, - пробубнил.       - Да-да. Итачи-сан, - выпрямилась и посмотрела на него. - Спасибо, что был со мной все это время, - лицо чуть не выдало настоящую обстановку, губы дрогнули, а ресницы задрожали.       - Ты выглядишь ужасно, - нахмурился, Сэйери ударила его по плечу, отчего он слабо рассмеялся. - Шутка, - защитился ладонью от последующих.       - Тебе пора на работу, - прохрипела и обернулась к столику, схватила еще пару фруктов и протянула парню. - Держи, передай Хане-сан одну грушу, а вторую сам съешь, - всучила и поднялась. - Давай, иди, - важно покачала головой, Учиха недоверчиво посмотрел, но сделал так, как она просит.       - Я вечером еще зайду, - предупредил и вышел.       Как только дверной замок щелкнул, Тояма упала на колени на холодный пол, пыталась сдержаться, но только задыхалась от этого. Глаза жгло от новых слез, которых внутри уже попросту не осталось. "Это нечестно, - закрыла глаза руками. - Это абсолютно нечестно! - кричала внутри. - За что? Я же не сделала ничего плохого! Почему?! - подняла голову. - Почему?! Почему я не умерла до того, как все это случилось со мной, а?! Кто-то нарочно ждал, пока у меня все будет отлично, да?! Ты смеешься, потому что я виню кого угодно, кроме себя, да?! Потому что это несправедливо! Не существует в этом мире ни черта доброго, ясно? Нет никаких высших сил, потому что тогда куда они смотрят?! Чем Вы там заняты на своих чертовых небесах?!" - Сэйери молча плакала на полу, но по ее взгляду все прекрасно было видно, хорошо слышно. "Что мне теперь делать? Конечно же, теперь нет никаких вариантов, стоит сказать Итачи, что ничего не может быть. Ему стоит жениться на Кейре, быть счастливым всю свою долгую жизнь. Ему не нужна девушка на полгода. Конечно, не нужна. Я... не нужна, - прошептала. - Именно я", - накрыла губы ладонью и расплакалась. Мысли будто убивали изнутри, но кто-то заставил опомниться стуком в дверь. Девушка резко поднялась, но еле-еле устояла на ногах.       - Да, - резко утирала слезы руками, глубоко дышала.       - Приветики, - в палату вошел Цукаса с букетом ярко-красных роз. - Оу, - увидел опухшее от слез лицо и запутанные волосы. - Ты пугаешь меня, - прошел и протянул букет, Тояма встала и обняла его, уже такого близкого и родного друга, по крайней мере эмоционально.       - Привет, Цукаса-сан, - прошептала.       - Что это с тобой такое? - поглаживал по голове. - Не получится соблазнить Итачи в таком виде, ц-ц-ц, - старался разрядить обстановку. - Прости, что раньше не пришел, - отстранился, Сэйери покачала головой в знак, что все хорошо, но так хотелось на самом деле разорваться, закричать.       "Должна ли я и ему соврать? Он же мой хороший друг, да пусть мы и знакомы от силы месяц, но... я не смогу. Я не смогу одна это нести. Стоит ли мне сказать ему? Есть ли у меня право так усложнять ему жизнь? Разве я достойна его внимания?" - смотрела на него и думала.       - По глазам вижу, что что-то не так, - напрягся. - И ты явно скрыла это от Итачи, потому что на парковке он мне сказал, что все в порядке, - покосился. - Я имею право знать, Сэйери-сан? - опустил ее на кровать, сам сел на тот же самый стул рядом.       Взгляд девушки притупился, она сжимала со всей силой собственные пальцы, смотря в пол. Видно, что ей очень больно, но она сомневалась.       - Сэйери-сан, - положил свою руку сверху на ее, - если ты не хочешь говорить - не надо, но очень сложно нести что-то в одиночку, - шептал, заглядывая.       - Мне... - наконец, начала, но все еще отводила глаза. - Осталось жить около пяти месяцев, - проглотила звуки на последнем слове.       Она ждала расспроса от парня, что он будет говорить тысячу слов об ошибках в анализах или снимках, что-то в этом роде. Но он просто сидел и не шевелился.       - Это рак, - тихо произнесла и расплакалась.       Цукаса подсел и обнял, она прижалась, вцепилась руками в рубашку и закричала. Она вымещала все сдерживаемое. Все самое сокрытое. Она раскрыла все. Крики глушились его грудной клеткой, поэтому вне палаты не было ничего слышно. Он гладил ее по спине, молча и медленно дыша. В его мимике, конечно, читался шок. Он смотрел в одну точку, прижимая к себе. Паника, страх, даже чувство вины - все в ярких янтарных глазах. Через пару минут крики стихли, остались одиночные всхлипы. Еще через некоторое время полная тишина, как понял друг, девушка заснула. и так было хорошо. Он осторожно поднялся, уложил ее и накрыл одеялом. Откинулся на сиденье, накрыл свой рот ладонями, чтобы вдруг ни коим образом не разбудить ее. Его нос слегка покраснел, глаза стали на мокром месте, но это максимум. Он мог понять, какого ей. Цукаса также прекрасно осознавал, что на данный момент - он единственный, кто будет разделять этот огромный груз, эту боль вместе с этой хрупкой девушкой. Она ему доверилась, это теперь и его ответственность, и никуда бежать от нее парень не собирался.       Больше их никто не тревожил. За раздумьями и Цукаса уснул, сидя на своем несчастном деревянном стуле, когда он проснется, тут же поймет, что его ноги отекли. К шести часам, как и обещал, пришел Учиха. Не дождавшись ответа на стук, просто вошел, застав друзей обоих спящими. Итачи тихо поставил еще один стул с другой стороны и посмотрел на девушку. Покраснения сошли, да и в палате уже темно, только свет с улицы, пробивающийся сквозь жалюзи освещал здесь хоть что-то. Он просто наблюдал, как вздымается ее грудная клетка, как она недовольно хмурится, кажется, что-то ей не нравится в ее сне. Майка немного задралась, Учиха увидел много родинок, идущих с бедра по всему животу. Их не настолько прям много, но парень сравнил ее тело со звездным небом. С молодым, которое только проводило солнце за горизонт. Когда можно насчитать только семь-десять звездочек. Учиха улыбнулся собственным мыслям. Через время, снова стук в дверь, начальник поднял глаза. Появилась Хана. Итачи поднес указательный палец перпендикулярно губам, как бы показывая: "Будьте тише", - секретарь кивнула. В этот момент Сэйери стала что-от произносить, а почти сразу же за этим нехотя открыла глаза.       - Итачи-сан? - прошептала и более активно продолжила. - Почему не разбудили? Где Цука... - начала шуметь, но Учиха и ей показал тот же жест, кивнув за ее спину, Тояма обернулась. - Спит? - удивилась. - Хана-сан? - узнала знакомую в проходе. - Эй, Цукаса-сан, просыпайся, - толкнула. - Хана-сан, включите свет! - кажется, будто она уже забыла обо всем, хотя и правда, на сердце уже не так болело.       Конечно, неприятно принимать сей факт о своей болезни, что жить осталось совсем недолго, но ничего не исправить. Так поздно замеченный рак неизлечим, это почти самая главная проблема медицины. Чувства все еще хлыстали ее сердце, но характер четко дал понять, что не стоит тратить оставшееся время на депрессию или что-то подобное. Ее жизнь начинает приобретать большую ценность, и пустить ее в грязь теперь еще более идиотский поступок.       Цукаса открыл глаза и не сразу понял, что тут происходит, что рассмешило первого секретаря, а за ней и второго.       - Вы принесли что-нибудь вкусненькое? Хоть кто-то из вас? - смотрела по очереди на каждого.       - У меня есть коробка конфет и фрукты для тебя, - стуча каблуками, поднесла пакет и присел на кровать, поправляя пальто на своих плечах.       - Я тоже принес кое-что, - Итачи поставил сумку на койку, Сэйери тут же заглянула туда.       - Ого! Давайте поедим тогда все вместе, - пролепетала и хлопнула ладонями.       Почти на лице каждого появилась улыбка, кроме Цукасы. Его улыбка была разбавлена горечью, в глазах читалось непонимание и восхищение, но когда Тояма заметила его, то подмигнула, отчего парню немного полегчало. Он подумал, что она вроде хорошо справляется, удивлялся, как же. Как такая маленькая, хрупкая девушка выдержала самый сильный удар своей судьбы. Конечно, он понимал, что внутри ей больно. Хотя, может, она и приняла свое будущее. Этого Цукаса не знал, посмотрел на Итачи. Никто никогда вообще не догадается, понял он, в чем правда или нет, но он держался отстраненно, будто что-то его тревожило, но что - не знал. Перевел взгляд на Хану. Девушка полностью верила, что все хорошо, от этого Цукаса хмыкнул. Осознавал, что он может видеть этот яркий красный свет вокруг нее. Эту ауру, пропитанную обманом. Но он хорошо понял, Сэйери никогда не позволит Цукасе поделиться этим секретом с кем-то. По крайней мере, пока жива. Эти улыбки на лицах четверых, они не носили лицемерия. Возможно, это и был тот самый новый круг общения Тоямы, который подарила ей жизнь. Может, Агато был и прав.       "Цукаса-сан поможет мне. Я уверена, он не расскажет. Заметно, что он смотрит иначе. Если Итачи увидит, точно поймет все. Я подмигнула ему, кажется, он понял. Давай, Цукаса, нам надо это скрыть. Ты же поможешь мне, да? Итачи-сан, ты... ты же догадаешься обо всем, да? Я думала, - смотрела на него как можно более скрытно, - что нереальное произойдет, поверила в чудо. Но, знаете, чудес не бывает. И ты, Хана-сан, ты моя первая настоящая подруга. Я так рада, - чувство боли как мягкое одеяло затмевало чувство благодарности и нежности. - Если у меня такие друзья, правда ли моя жизнь так трагична? Я могу быть частью жизни таких прекрасных людей, а значит, это и правда, может быть, подарок? Агато-сан... - мысленно обратилась. - Такой подарок действительно стоит моей жизни? Я действительно заслуживаю этого перед смертью? Я могу", - еще раз оглядела всех. Цукаса что-то рассказывал, отчего Хана смеялась, а Итачи явно занимался высокомерием. Таким наигранным. Будто ревность или что-то вроде: "Пф, тоже мне". Как это обычно бывает.

"Я правда могу быть так счастлива? Агато-сан?"