Меня зовут Боб....

— Наверное, у тебя много вопросов ко мне? Что не удивительно, ведь у каждого возникли бы вопросы, на которые должны быть ответы. - Жан улыбнулся и убрал руки за спину, смотря на меня. Он прикрыл свои янтарные глаза. Вглядываясь в его очи, я видел себя. Такое странное чувство, словно смотрю на себя после долгой комы. Отрезок словно из другой жизни. Моргая, я вышёл из оцепенения, чёрт, странное чувство. Довольно пугающе. Ощущаю такой едкий холодок по позвонкам. Но, кажись, это фантомное чувство, странно смотреть на него. Осматривая его внешность, хоть он и похож на меня, но я всё же заметил отличия, такие как: форма лица (чуть вытянутое лицо, покрытое щетиной), волосы растрёпанные и были темнее моих, брови плотные. Они были темнее волос, уплотнённые к переносице и узкие у висков. Нос был ровненький, слегка вздёрнут на конце. Его слегка пухлые губы растянуты в тёплой улыбке, а глаза, хоть и блестели, но напоминали терпкий янтарный мёд.       Да и одежда его была такой: Чёрная водолазка, которая обтягивала тело и выглядывала из-под белого халата, брюки того же чёрного цвета и кроссовки? Кроссовки как раз сильно выделялись из его делового стиля. Его тело было странным, он имел мускулатуру и напоминал телосложением меня, но, видно, он не сильно много занимался беготнёй, в отличие от истеричного блондина и ненормального красного пса. Мои глаза посмотрели на руки, которые снова появились перед моим лицом. На руке было обручальное кольцо и часы, которые были разбиты. А жаль, видно же, что часики, ух бля, какие дорогие. Я видел мелкие ожоги на руках, видно, он тоже любитель замарать руки. Мда уж, тяжёлый случай, "два дебила - это сила", как говорится в великой поговорке. Но скорее дебил я, потому что он не выглядит как дебил. Может, мы просто любим экспериментировать над жизнью?       И вообще, этот тип веял теплом, словно горящий шар посреди зимы. Пока я занимался своим изучением, он терпеливо ждал, пока я его осмотрю, и слегка хохотнул. — Твой взгляд, как у сокола, следишь за каждой деталью? Я такой интересный? Никогда бы не подумал. - Он заговорил тоном, словно говорит таким чистым и мягким тембром, что аж волосы на затылке стали дыбом. Я слегка покашлял в кулак, прочищая своё горло. — Эм, ну а чё… Нужно же узнать кто ты, таинственный Жан… Что ты такое и где мы, бля? Я чё, умер? - Я говорил серьёзно, скрещивая руки на груди и слегка хмуря бровь. Хоть я пытаюсь выглядеть как скала, но внутри меня истерически гавкает маленькая чихуахуа. — Мы внутри нас, Жал, это наше сознание: наши мысли, наш разум, наша душа. - Говоря это спокойно и с улыбкой, он ввёл меня в тупик. Первые три секунды я замер, и у меня дёрнулся глаз. — Блять… я понял... Я умираю и это мой предсмертный бред. - Нервный смех моего хриплого голоса вылетел из моего рта, но смотря на серьёзный взгляд, и как он смотрит на меня с пониманием и улыбкой, а по его движениям, таким как, «ручки в кармашек», я догнал: это нихуя не шутки… - Только не говори, что эта вся хрень - правда… — Жал, ты внутри своего разума, точнее, нашего разума. - Он подошёл ко мне и встал рядом, положив руку на плечо. Он улыбался, словно учитель, который ведёт своего ученика на свет. - После того, что Томми сделал, глубоко выведя тебя из равновесия, ломая твоё эмоциональное состояние, он полностью разбудил меня и дал мне в нужный момент вытащить тебя. — Что ты сделал? Я нихрена не понял. Ты что, управлял мной? - Прищурив глаза и смотря на лицо этого странного мужика, я чувствовал сомнение. Но в то же время осознавал: он что-то невиданное мне, и это всё правда. — Да, мне пришлось взять контроль тела и совершить «прыжок», а точнее, телепортацию. Но она была рискованной и могла убить тебя. Но в то же время, оставаясь там, мы не многое могли сделать. Оставаясь с Томми, мы бы потерпели более неприятную участь, чем смерть от «прыжка». - Слушая его, я удивлялся, хотя я мягко выразился. Я охуел. — Ты кто, блять, такой, а, Жан? Ты кто, почему ты… как бы это пошло не звучало, находишься внутри меня?! - Я скинул его плечо и сделал пару шагов назад, смотря на него с опаской. Кто он, чёрт возьми? Он знает Диктора, делает неведомую хуйню, которая могла меня убить, управляет мной. — Прости меня за то, что рисковал. - Я увидел, как печальная улыбка отразилась на его лице, он прикрыл глаза, опустив взгляд в пол, наклоняя голову, а потом поднял её и снова посмотрел на меня. - Меня зовут Жан Смит. Да-да, я вижу, что ты знаешь эту фамилию, но я предпочитаю носить фамилию своей матери. А не общего нашего с Робертом отца. — Чё?! Ты хочешь мне сейчас, блять, сказать, что ты… - Я мысленно, физически и, конечно же, морально пришёл в лютый пиздец. - Ты брат основного? — Эх… присаживайся, Жал, это надолго. - Сзади меня появилось кресло, и я резко опустился в него, выпучив глаза. Чё, бля? С какого я сел? Он сел напротив в кресло чёрного цвета, я сжал поручни. - Я поведаю тебе кто я… От лица Жана       Смотря на Жала, я как будто бы смотрел на себя молодого и ещё неопытного ребёнка. Но в то же время все эти шрамы на его лице... Я видел в нём частицу себя. Кукла, которую собрали из разных кусочков разного пазла. Я улыбался ему, растягивая уголки губ, как мог. Создать мой разум, это эфирное тело, чтобы он увидел меня, каким я был в последний день своей жизни. Мой голос был немного другим, в отличие от голоса Жала, он у меня был хриплый и раздвоенный. — Меня зовут Жан Смит, моя настоящая фамилия Данки, отец настоял, чтобы я не оставлял фамилию матери. - Жал наклонил голову на бок и широко раскрыл глаза. Я видел, как его мимика довольно забавно меняется. Забавно, он словно мим в невидимой коробке, вроде он говорит, а вроде нет. - Как ты понимаешь, я родственник Роберта, ты же знаешь кто он? — Ну… кхм… допустим, знаю… хах… - Жал нервно смеялся, я видел, что он нервничал, что неудивительно, доказывал это нервный смех, и как он прикусывал губу, до покраснения. — Не бойся меня, я не мой брат. - Жал открыл рот так широко, что я мог видеть его гланды, в его глазах читался шок. - Да, Роберт мой брат, моя кровь.       Сзади появился словно экран, показывающий мир, который я видел своими глазами. Глаза клона широко раскрылись, в них мелькали моменты моей жизни. У Жала сильно забегали глаза, я поставил локти на поручни кресла и положил на руки, которые свёл друг к другу, подбородок. Он дёргался, забавный, я улыбался. Чувствую и смотрю на него, я видел ребёнка. — Моя жизнь не была простой, каждый момент рассказывает часть моей личности. - Я тоже посмотрел туда, и тут остановился миг, где маленький я сидел на мягком диване, играя в кубики, рядом со мной сидела женщина, гладя меня по голове, и тут она прокашляла в руку, и я увидел кровь на её руке. Помню какой я испытывал страх тогда. Как мои детские ручки в 5-ти летнем возрасте потянулись к матери. Она взяла меня на руки, сидя на полу, она обнимала меня, я чувствовал, как слезы капали на меня.       Глянув на Жала, который посмотрел на меня, нахмурив свои брови. Он открыл рот и сказал сухо: — Твоя мать… Она была чем-то больна? - Он сутулился и смотрел на меня своим острым взглядом цвета янтаря, словно плавленого золота. Я чувствовал его любопытство, и как его сердце сжималось, словно он ощущал мою боль в тот момент. — Да, она была больна. И она умирала. Я помню, словно это было вчера, те последние дни с ней, когда она кашляла, много спала, еле двигалась и чуть ли не падала. И один раз я вернулся с улицы, я часто гулял возле дома, возвращаюсь, а там куча врачей. А меня забрала женщина, как я понял, соцработник… - Прикрывая глаза, слегка отвернул голову, с моих губ вырвался воздух. — Ты был в детском доме? - Мои глаза вернулись к этому парнишке, я слегка улыбнулся уголками своих губ и кивнул. - И сколько вы там провели? Вас забрали оттуда? — До девяти, то бишь, четыре года. Меня потом забрал мой отец… - Снова взглянул на экран, Жал поступил так же, поднимая свои ярко-янтарные глаза.

***

Показали уже мальчишку девяти лет, на щеке которого был пластырь. Он улыбался, смотря на женщину, которая гладила его. Она взяла за руку маленького меня и повела. — Куда мы идём? - Мой голос был любознательный тогда, я всегда улыбался. И как говорили мне учителя и воспитатели детского дома, я был как маленькая звёздочка. — За тобой пришли. - Она улыбалась, и на её лице появились морщинки, она вела меня по коридору, потом спускались по лестнице, дети детского дома шли за нами. Они весело поздравляли меня. Они хлопали. Каждый ребёнок был рад покинуть это место и обрести семью, и каждый ребёнок тут был рад за тебя. Мне повезло, что я попал в такой уютный детский дом, редко такое встречаешь. — Кто? - Я улыбался, взяв рюкзак из рук другого воспитателя. Старик погладил меня по голове, я посмотрел на него. — Сейчас увидишь, внучок. - Они повели меня на выход, когда открывались двери детского дома, я улыбнулся и увидел мужчину, который кинул сигарету на землю и затоптал её, он посмотрел на меня. Я увидел сиреневые глаза, которые смотрели на меня с прищуром, его бородка выглядела, как у злодея из мультиков, у него чёрно-каштановые волосы. Одет был в строгую одежду, он выпрямился и смотрел на меня, словно видя во мне кого-то другого. — Познакомься, Жан, это твоя новая семья. - Я увидел в машине, на капоте которой сидел мужчина, женщину, которая смотрела на меня холодно, скрестив руки на груди, её бордовая помада хорошо запечатлелась в моей памяти. Старик подтолкнул меня тогда, я посмотрел на него, поджав губы. Не знаю почему, но я не чувствовал тепло от этой семьи. Но я подошёл, мужчина смотрел на меня сверху-вниз. Он протянул мне руку для рукопожатия и смотрел на меня лениво, словно на муху. Я улыбнулся неуверенно и пожал его руку. — Меня зовут Джон Смит, я твой отец. - Он чётко говорил своим уверенным голосом, словно поставил все фигуры на шахматной доске. — Я Жан… Жан Данки. - Услышав, что я назвался фамилией матери, он сжал мою руку, и я испуганно посмотрел на него. — Не произноси больше эту фамилию. Ты - Смит. Больше никогда не вспоминай эту фамилию. Ты меня понял, сын? - Он говорил прямо в лицо и сощурил глаза, я же, смотря на него, чувствовал, как он сжимает мою руку, его глаза словно расплавленное железо. — Д-д-да, сэр! - Сказал громко я, а он кивнул и показал головой сеть в машину на заднее сидение. Я пошёл к ней и открыл дверь, облизнув губы. Я увидел ещё одну пару глаз, они принадлежали мальчишке. Глаза, в которых скрывался таинственный огонёк, кудрявые волосы, сиреневые глаза и белоснежная улыбка, он улыбался мне, он протянул мне кубик Рубика. — Сыграем в кубик Рубика, братик? - Я улыбнулся ему и залез в машину, чувствуя тепло в его словах. Такое заманчивое тепло…

***

— Тогда я впервые встретился со своим родным отцом, со своей мачехой Мэри Смит. И со своим старшим братом, который меня старше на два года, Робертом Смитом. - Глянув на Жала, который снова, словно рыбка в аквариуме без воды, открывал и закрывал рот. Он забавный. - Не удивляйся так, парень. — Как тут, нахуй, не удивляться, ты, блять, брат самого умного человека на планете… охренеть, мой мозг просто только что такой: «Черепушка, прощай, я ухожу в бар, к бухлу и шлюхам» - Я захохотал, слушая этого мальчишку, боже, какой он открытый, говорит то, что думает, какой уникальный гений. — Ха-ха, забавно, Жал. Ну, у меня тоже, как и у большинства людей на этой планете. Как у гения может быть такой брат. - Тут он резко посмотрел на меня соколиным взглядом, а потом встал. Конец от лица Жана — Слушай, чувак, я тоже не велик. - Тут я начал говорить, честно, я был в чистом ахуе, это непонятное сознание, моя прошлая, видно, жизнь. - И плевать на это, я есть какой есть, не знаю ещё тебя достаточно хорошо, но никогда не говори, что ты не великий. Ведь мы сами по себе великими должны быть для себя. А на остальных насрать.       Я видел как он широко раскрыл глаза, потом он расплылся в улыбочке, от чего я сам улыбнулся, почему так? Я не сильный любитель улыбаться во все свои прекрасные зубки. Так тепло, словно костёр, который внутри меня потух, в один миг, вдруг, воспылал. — Жал… ты, словно новая комета, которая летит в холодном космосе, такая яркая. То холодная, то опасно горячая. Или ты маленькая пчёлка, которая идёт против улья и не боится этого. Даже сама смерть станет твоей любовницей и не даст тебе умереть. - Он говорил, смотря на меня, я открывал глаза, моргая, и усмехнулся. Ну и сравнение. - Или ты… — Так, хватит сравнений, Жан Смит, у меня голова уже идёт кругом. Точнее, наша голова? - Я усмехнулся, смотря по сторонам, а потом на него. — Твоя. Я просто прошлое сознание, созданное твоим мозгом, чтобы твой мозг легче воспринимал старые воспоминания. Словно у тебя амнезия была, и чтобы мозг не перегрелся. Ну, в каком-то смысле, можно меня назвать остатками прошлого сознания. - Слушая его, я кивал и смотрел на него. Я увидел кольцо и поджал губы. Неужели я уже видел его смерть… или свою. В голове пока ничего не укладывается. Наша, моя, ни черта. — Как всё это странно, и ты будешь рассказывать мне о себе? - Мне было интересно, если честно, узнать о прошлом себе, чёрт, чувствую себя персонажем из мультика про мальчика, который владел стихиями. "Аватар Жал! Повелитель всех стихий… и всех красивых девочек и мальчиков". Не, скорее, повелитель идиотизма. — Да, но постепенно, как говорится, прошлое надо выкусывать медленно, пережевать, чтобы не подавиться. - Этот мужчина встал, сделал два шага и протянул мне руку, я пожал её и улыбнулся ему. - Я очень рад тебе, Жал. Прошу, не вини себя, ты не мог догадаться, что Томми так поступит. — Эх… с самого начала надо было понять, что он мне не союзник… но такое чувство странное было… - И правда, я так рад был ему, и сердце тогда колыхнулось. — Не удивительно, он был моим сексуальным партнёром. Только я так считал, наверное. - Жан нервно посмеялся, а потом посмотрел на меня, мои глаза чуть не вылетели из орбит. - Ох… прости, как говорят молодые: "Ой, спойлер". Я потом тебе расскажу. В следующий раз, когда заснёшь, Жал… - Он притянул меня к себе и обнял. Я почувствовал тепло, а потом я начал падать вместе с ним, я схватил его и сжал в объятиях. Так тепло… А потом я открыл глаза…       Открывая глаза и вздыхая, я стал дышать, словно проплыв дохренища или бежал, как собака. В глазах мутно, я смотрел по сторонам, пытаясь набрать в лёгкие больше воздуха, и пытался сфокусировать свои глазки, которые болели. Я тяжко вздыхал, в горле сухо. Эх, вот бы воды. Причмокнув губами, я закрыл и открыл глаза, вот бы ещё поспать. Но нельзя, как там моя рана? Руками я слабо потянулся к ней, и тут я рукой нащупал что-то тёплое и пушистое на животе, я нахмурился, чего? Оно тёплое и шевелится? Что, простите?! У меня со лба пробежала струйка пота. Я глотнул, а живот отозвался болью, точнее, рана, я чуть не забыл, что меня хорошенько вспороли. Хорошо, что кишки не выпали. Так, вернёмся к пушистой хрени на моём животе, я не мог так зарасти. Рукой я нащупал пучок схватил его, сглотнул каплю слюны в своём сухом рту, поднял комок, привстал на локтях, поднося поближе к лицу. Сфокусировав глаза на этой штуке, я широко раскрыл глаза и заверещал, как девчонка, смотря на большую пушистую пчелу, с большими глазками, которая лапками закрыла свою мордочку от меня. Я тяжко дышал. Она была размером с морскую свинку. " — Оу, это мои генетически выведенные пчёлы, Жал. Не думал, что они выжили. Суть этих малышек в том, что их слюна невероятно полезная, как воск или тот же сок алое. Они крупные и пушистые. Трудолюбивые малышки, как пёсики, добрые, у них нет жал. Так что не бойся их. Они безобидные. Я удивлён, что они выжили, думал все посдыхали.» — Я откинул этого пушистика и грохнулся головой обратно и взвыл, закрывая руками своё лицо. Ну что это за наказание такое? — БЛЯяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя… - Мое ругательство можно было услышать за километры. По мне ползали десятки этих недо-пчёл. — Я НЕНАВИЖУ ПЧЁЛ!!!