Медовый месяц Десятого Вонголы

— Эй, сопляк, ты там где?! Тсунаёши конечно же не отозвался. Зевнул, посмотрел на кофемашину. Машина его мучений старательно щелкала, готовя эспрессо. Еще раз зевнул. Это был обычный, даже в какой-то мере скучный денек. Таких деньков в жизни Савады, если припомнить… Не было. В принципе. С первой же встречи, с самого знакомства с наглым и хамоватым репетитором, (на самом деле садистом) его жизнь слилась в забавный калейдоскоп конфетти, который постоянно встряхивали. Он успевал побывать на грани смерти, попасть в будущее и познакомиться с прошлым. И все за несколько месяцев. Была этакая неизменная дуга. Или, лучше сказать, вилы, на которые он каждый раз наступал с особым упорством. В роли этих вил выступал самый убийственный репетитор, толкающий его на поиски приключений. (В прямом смысле слова "убийственный). Когда заканчивалось нечто грандиозное, что-то, что выжимало из него и его семьи все соки, начинались новые трудности. Масштабом побольше. Тсунаёши даже проследил закономерность этих процессов. Стоило только им разгрести проблемы, как неожиданно появлялись новые. Это звучало бы даже забавно, в какой-то мере, если бы не было так правдоподобно и грустно. Тсуна опять зевнул. — ЭЙ! Гребанный Реборн с его гребанными заданиями. Тсунаеши с головой накрыла огромная тень. Захотелось спать. — Ты должен сейчас же отнести кофе в кабинет босса. Я ору тебе это уже битый час. Ты че глухой что ли?! Так я могу подправить! Голос над ухом опасно понизился. Тсунаёши повернул голову в сторону собеседника, растерянно улыбнулся. Мудак (как его прозвал Савада) в ответ оскалился. До Леви в размахе плеч этот индивид не дотягивал, но вот с Занзасом в объеме конкурировать мог вполне. Савада изобразил непонимание и даже икнул. На самом деле ему очень хотелось чихнуть, но амплуа безобидного паренька (которое ему тщательно создал Реборн) никак не позволяло этого сделать. Нужно было искренне и со всей самоотдачей бояться этого нелепого переростка-качка. — Донести чашку с этой жижей до кабинета босса! Что непонятного?! Мальчишка ещё раз икнул для виду. Нос зачесался. Одеколон, который он учуял, был дешевым и отвратительным. Неприятно. Тсуна понимал, что у обычного, рядового офицера на дорогие духи и шелковые рубашки денег не хватало (а на хорошие манеры не хватало мозгов), но это же мафия! Стоило хотя бы подобрать дешевую альтернативу с приемлемой вонью. — Если разольешь, шкуру спущу! Амбал скорчил грозную рожу, которая, скорее, заставила поджилки Тсуны трястись от смеха, чем от страха. Было забавно. Этот рядовой (весь такой здоровый мужик) был бы нокаутирован в первой секунде противостояния с любым из Аркобалено, которые были меньше его раз в двадцать. Или же его постигла бы скорая смерть при встречи с той же Блюбелл, которая тоже была маленькой и миленькой девочкой. С ямочками. И акульими зубами. И острыми плавниками. Бррр. Сила не в объеме. Мудак хмыхнул, привлекая внимание задумавшегося Тсуны, внимательно посмотрел на него угрожающим взглядом и со скрипом развернувшись, вышел из кухни. Захлопнулась скрипучая дверь. Выдохнул. Почесал нос. Заодно шею. Действительно отвратительный аромат. Шатен с грустью посмотрел на кофе. Самому его выпить, видимо, уже не получится. Надеясь, что хотя бы босс оценит результаты его трудов (и трудов кофеварки, доживающей свой век) Савада подхватил чашку и двинулся в коридор. Зря тот мужик дверь за собой закрыл. Будь он действительно таким неуклюжим, каким себя выставлял, то у косяка уже растеклась бы лужа коричневой жижи. Стоило распорядиться и поставить в каждую резиденцию Вонголы по нормальной кофеварке. А то тут пили не кофе, а травились заваренным ядом. Тсуна цыкнул. Такой деньгооборот, а бытовая техника уже готова подняться на бунт от собственного несовершенства. Непорядок. Это был обычный, даже, в какой-то мере, скучный денек. Вчера Тсунаёши устроился на «работу». Отвязался на какое-то время от Реборна тире Вонголы и зажил своей тихой, спокойной жизнью. Жизнью, которой он промышлял бы, не появись в его повседневности понятие мафия. Всё было просто прекрасно. Новые знакомые, привычные насмешки над ним, подтрунивания и постоянные сплетни о новом работнике — Саваде Тсунаеши. (Не слышали о таком? А жаль.) На некоторые сплетни он хмыкал, словно подтверждая, на другие мотал головой. В конспирации не придумали вещь более незаменимую, чем сплетни. Люди так доверчиво относились ко всему, что слышали от других. Парадокс, но таким вещам, как сплетни о человеке, всегда верили больше, чем словам, сказанным самим человеком. Это был обычный день — первый рабочий день неуклюжего протеже-подвижной кофемашины Савады Тсунаёши в филиале Западного сектора Вонголы. Тсунаёши ненавидел задания Реборна. Они отличались хитрожопостью, которая из репетитора лилась тоннами. Но на этот раз он был очень даже доволен своей миссией. Самостоятельно вычислить хакера в одном из отделений Вонголы. Одному. Без Хранителей (к сожалению, Хибари тоже входила в этот незавидный список). Вдали от Реборна. Сказка. Мечта. Долгожданный отпуск. Одно из (на самом деле единственное), условий задания заключалось лишь в том, что узнать о его истинном происхождении и должности не должен был никто. Не волшебно ли? Никаких обязанностей! Никакой работы! Просто праздник какой-то! Тсуна вдохнул полной грудью.

***

Стоило упомянуть, что время, проведенное без Реборна, было бесценно. Приставания со стороны пары представительниц женского пола (парадокс), смешки, которые пускали в него рядовые мафиози. Ничто не волновало его. Савада был слишком уставшим после всей этой кутерьмы с Шимон и отдых расценил по достоинству. — Разбери эти документы, расфасуй их и принеси в следующий раз нормальный кофе, а?! Вассал (как про себя пафосно его обозвал Тсуна) Западного отделения Вонголы был одним из отрицательных аспектов задания. Парень редкостной стервозной наружности. Лощенный, выглаженный и невероятно ухоженный. Он вызывал только раздражение. Капризный не в меру и очень шумный. Савада вздохнул, погоревал и с бессмысленным взглядом уставился на кипу бумаг. Джованна (господи, имя-то какое отвратительное) и не подумал даже спросить, разбирается ли Тсуна в этой всей бюрократии или нем и глух к этим графикам и таблицам. Доверил ему все самые важные отчеты семьи, таможенные контракты и сделки. Вот же для любой информационной крысы раздолье! Слава Ками, Савада был человеком высокой морали. Ну, не будет же он сливать информацию кому-то о своей же семье? Да и в документах: пару взяток, пару сокрытий доходов. Ничего серьезного. В кармашек себе босс положил пару миллионов и в прочем ничего особенного. Тсунаёши погоревал над бумажками, погоревал, похныкал, помычал. Внимательно изучил все данные, разыскивая утечки и сделав вид, что так ничего и не понял, просто положил как было. На столе босса сверкнула рамочка. В красивой белой окаемке стояла фотография самой обворожительной девушки на этой несчастной планете. Это был еще один повод для Тсунаеши так сильно ненавидеть Джованну. Тот искренне и бесстрашно был влюблён в его яростную Хранительницу Облака - Хибари Кёю. Жизнь была медом без сахара, потому что, как и Джованна, Тсунаеши мог только слюнки пускать на далекий образ непреступной железной девы. В прямом смысле далекий. Кёя была в Японии и прилетать в ближайшие дни не собиралась.

***

Другим не менее раздражающим аспектом задания было наличие женщин, которые крутились вокруг него. Эти несчастные слухи были слишком идеализированы. Никто не мог понять, почему такого мелкого и побитого жизнью паренька взяли сюда. В Вонголу. В Королевскую семью. Естественно, все предполагали, что причина этому взятка. Богатенькие родители захотели протолкнуть сына в преступный мир и чутка доплатили. В конце концов это выросло в полный абсурд. Мол, его специально сюда отправили, чтобы он жену нашел и домой привел. Или, что (вот-вот, чистая правда) говорят он знаком с кем-то из Хранителей и тот его крышует. (Тсунаёши, между прочим, не раз просил Гокудеру не писать ему на мейл с официальной почты Вонголы. Прокололся же, что с него взять!) Любая светская львица хотела всего и сразу. Жениться на Хранителе Вонголы, получить побольше денег, защиты от всех нападок и красивого, сильного ухажера. Решили клинья к Хранителям подбивать через Тсунаёши. Сначала пытались подружиться, а после… — Ой, Тсуна-чан, прости, я чай разлила, так неудобно… Прости... Прости... Не попало на обувь? Давай протру? Короткая юбка обнажила загорелые бедра почти до самых трусов. Его пытались соблазнить. Такие вот леди, как эта. Тсунаёши прошел мимо, не дернув и бровью. Девушка недоуменно посмотрела вслед. Раздраженно хмыкнула и сделала зарубку в следующий раз нижнее белье и вовсе не надевать. Возможно, будь Савада подростком с пубертатным периодом, на него это даже сработало бы, но… В голову настойчиво лезли черные чулки на белоснежной коже. Обтягивающие нежные ножки. Перетягивающие пленительно волшебные ступни. Эти хрупкие лодыжки со стороны фарфоровые… Мягкие пальчики, поджимающиеся от удовольствия, с ухоженными ноготками черного цвета. Десятый босс Вонголы отогнал от себя великолепное наваждение и всё-таки направился на кухню, куда изначально держал дорогу. Легче было попросить кухарку приготовить новый кофе, чем угодить этому индюку.

***

Эта жизнь была не самой лучшей, но и не такой уж плохой, если судить объективно. — Вот же придурок. Никчемыш. Как его только взяли? — Да взятка это, уверяю тебя! — Думаешь, было кому за него платить? — Не знаю, блин, он реально на сиротку похож недокормленного. Убогого такого. Пх. — Вдарить хочется. — Да ну, мараться еще. Периодически (постоянно) Тсуну унижали и это было даже в какой-то степени мило. Напоминало школу. Только в школе никто не хотел тебя убить. (Тсунаёши уверен, иначе бы он уже был мертв.) От предполагаемых побоев он сбегал с особым усердием и прытью. Раскрываться было нельзя. А подставляться — да кто он такой, чтобы допустить избиения?! Он уже не никчемный Тсуна, он глава семьи Вонгола! На его счету миллиарды долларов, десятки убийств и свадьба с самой красивой девушкой планеты. Он сильный, ловкий, прыткий и благородный. Людей, которые его преследовали, было действительно жаль. Они искренне не понимали откуда он взялся на их голову. Неудачник, с большой буквы, с всепрощающей улыбкой и твердым взглядом. Холодным. Ужасающим. Взглядом Палача. Кто-то даже преследовал его, пытаясь разгадать этот секрет. Кто такой Савада Тсунаёши? Пришел неясно откуда и как. Версии были разные, но подозревали неладное. Шпион какой, может, или наемный киллер. Сверхсекретный агент. Фантом... Многие на все это поводили пальцем у виска. Мол, вы его видели? Шпиона этого? Да его каждый из нас зашибет, а уж если он с боссом столкнется... Бывали случаи, когда он все-таки попадался. Нависали гурьбой, эти рослые мужики размером со шкаф каждый, начинали качать права. Из-за всё тех же пресловутых обольстительниц, которые стали обделять их вниманием, а его, наоборот, подозрительно выделять! Будь они неладны! Он на этих женщин и носом-то не вел, какие претензии? Ну что кроме литров силикона и одежды нашпигованной оружием в них можно найти? Савада таких, как эти парни, не боялся уже давно. Он в свое время был тем еще экстремалом. Сделал, вот, предложение самой сильной и неуправляемой Хранительнице семьи Вонгола. Хибари Кёе. Сходу. Без признаний в любви, конфетно-букетного периода и даже намека на отношения. — Выходи за меня! На одном колене, как и положено. После такого идиотского поступка (но безусловно самого лучшего) он мог официально не бояться ничего. Хорошо хоть своё кольцо он надел не на сломанный палец, а на целый, потому что влетело ему тогда от девушки нехило. Вот это действительно романтика. — Да вы что… Я… Не… Они… Он краснел, махал руками на их слова о прямом назначении этих красавец. Парни ржали, да и отставали. Ну, что с глупого Тсуны взять? Девушки у них просто были истинные благодетели. Хотели убого защитить, как умели! Вы его видели? Ну мог ли он отбить у них кого-то? Они презрительно кривили губы в улыбках, а Тсунаеши облегченно выдыхал. Черные чулки и туфли на высоком каблуке… Господи… Как она согласилась выйти за него?

***

Была у него, и кое-какая отдушина в этом мирке скупых мафиози. Отдушину звали Виктор. Забавный паренек относился к Тсунаёши с юморком, как к брату. — Что, опять чмырят? Был Виктор рыжим-прерыжим, с характерными веснушками-крапинками. Часто смеялся и на месте не сидел. Про него часто говорят «типичный», «скучный» и «надоедливый». Тсунаёши же говорит со смешком «откуда в Италии такой козел рыжий взялся?» На что тот неизменно хрюкает, изображая свинью. — Ну, не переживай. Вот, прикинь, через несколько лет ты каким-то макаром окажешься потомком Хранителя Вонголы? Будешь весь в шелках! Все по струнке ходить станут! Заживём! Уж надеюсь слава не вскрутит тебе головушку, и ты не забудешь про своего старого приятеля! И Виктор даже не подозревал насколько был прав касательно своего «прикинь». Он был прекрасным, в какой-то мере идеализированным. Слишком добрым для мафиози и слишком наивным для человека в принципе. Тсунаёши с ним общаться очень любил. Этот парень никогда не обращал внимания на сплетни и пересуды, которые вились вокруг Тсунаёши, не замечал косых взглядом. С работой помогал, с бытовыми неурядицами. (Идеальный, черт его возьми, даже готовить умел! Даже кофе!) Жили они в одной комнате, и это было самое приятное соседство за жизнь Тсуны. (Не считая жизни с Хибари.) Друзья могли до самого утра разговаривать о пустяках. Перебирали каждодневные ситуации в своих головах и тщательно их обсуждали друг с другом. Виктор рассказывал о детдоме, Тсунаёши о матери. Иногда сосед готовил что-то вкусное (господи, что он за чудо?) и это выливалось в банальные задушевные посиделки, когда друг другу жалуются на банальные проблемы, типа, какой же босс все-таки мудак. Идеальная жизнь, но со своими минусами... В одной комнате с кем-то невозможно было что-то скрыть. Тут стоит уточнить. Невозможно было что-либо скрыть Виктору, а не Тсунаёши. Всё же первый не родился со штампом на лбу: «Босс Вонголы» и обязанностью скрывать своё положение перед одноклассниками несколько лет. (Постоянно таскает с собой варежки? Ну, у каждого свои причуды.) А вот Виктор спалился. Несчастной заставкой в телефоне, которую так и не удосужился поменять, после того, как был пойман за разглядыванием красочного фона. Тсунаёши был шокирован. Рыжий хмыкал и искренне недоумевал. У его нового друга точно не наблюдалось приступов гомофобии. (Да и разве он гей? Просто любит одного конкретного человека! Издалека, односторонне и очень даже безуспешно). В общем и частном, на телефоне у Виктора красовался Мукуро во всей своей красе. В кожаных штанишках, с кнутом и похотливой улыбкой. Виктор был влюблен. Влюблён в его Хранителя Тумана, который в любом удобном случае пытался захватить тело Савады. Жуть.

***

Конечно же, одновременно с долгожданным отдыхом от выходок репетитора, он исполнял свое прямое назначение — поиск крысы, сливавшей информацию. Интуиция по этому поводу молчала, а ей он привык доверять. Было тут что-то, что просто не взяли в расчет. Какая-то ерунда, которая была абсурдной правдой. Тем не менее, Савада всё-таки создавал вид кипучей деятельности. Пару раз он упомянул то тут, то там, что неплохо разбирается в компьютерах (на самом деле, увы, это было не так) и его тут причислили к команде экстренных техников, которые и в огонь и в воду, лишь бы угодить и починить. Эта команда состояла из него. И всё. С программистами и техниками, видимо, было очень туго. Это гораздо упрощало задачу раздобыть информацию о сливах. Когда его видели за чьим-то чужим компьютером это воспринимали как данность. Никчемный Савада — несчастный девственник-задрот. Это была самая умопомрачительная шутка и, в какой-то степени, крылатая фраза, которая приклеилась к губам мафиози. Ее старался отпустить каждый второй. Тут уж тебе ни одна девушка не даст, а кандидаток, как предполагали окружающие, и до этого было немного. Естественно, это картина была далека от правды. В компьютерах Савада совсем не разбирался, только недавно научившись щелкать мышкой. В графике тренировок, сна, и постоянных разборок с другими семьями, времени на освоение современной техники не находилось. Что уж говорить. Никто и не подозревал, что Никчемный Савада устанавливал на компьютеры дистанционные жучки, с которых Спаннером считывалась информация. Хотя была и правда в суждении про задротов и Тсунаёши. К нему ни одна девушка в трезвом уме не будет приставать с сексуальным подтекстом, потому что тогда ему даст Хибари. По морде. На лишнюю челюсть Савада не грешил. Самое грустное - всё действительно было чисто. К сожалению, даже в компьютере босса не было никакой информации. Так сказал Спаннер, а уж он-то разбирался. Слива просто не было. Никакие из компьютеров, как было уверенно сказано неприметным пареньком с леденцом из техотдела, не заходили в базу Вонголы (они и работу свою, оказывается, не всегда выполняли).

***

Виктор протер глаза рукой. Верилось с трудом. На подоконнике их с Тсунаёши комнаты сидела леди, чем-то смутно похожая на Хранительницу Облака Вонголы. Ладно, не смутно. Очень сильно. Девушка холодно сканировала глазами помещение, стряхивая с юбки невидимые пылинки. Казалось, ее вообще не удивляло нахождение здесь. А вот Виктора ее нахождение тут наоборот - очень удивляло. — Хибари-чан! Тсунаёши улыбнулся хмурой девушке, подлетая и неожиданно обнимая за плечи. Виктор уже четыре раза успел с ним проститься. За фамильярность, за вольность, за смелость и за геройский идиотизм. Он тоже был без ума от Десятого поколения Вонголы, но тем не менее любил жизнь и умел соображать здраво. Секунды растянулись в минуты. Расправы неожиданно не последовало. Не появилось знаменитого ежа Облака. Комната не вспыхнула пламенем. Девушка даже не ударила Саваду своими легендарными, как и вся она, тонфа. Она лишь привычным жестом начала перебирать вихристую прическу шатена. Хмыкнула. — Какое же ты травоядное. По-доброму улыбнулась. Уткнулась носом в волосы и вдохнула привычный аромат мятного одеколона. В тот момент Виктор был искренне поражен. Наглостью, романтикой и их отношениями друг к другу. Поражен до самого коматоза.

***

Это потом Виктор узнал, что его лучший-чмо-над-которым-все-издеваются-друг, сделал предложение самой сильной Хранительнице Вонголы, и та согласилась. Шутки про потомков Вонголы приобрели двойное дно. — И она прямо-таки сказала «да»? Тсуна в очередной раз кивнул. — А может она имела в виду, что-то другое? Ну, не свадьбу… А, типо, да ты больной. Или да тебе в психушку надо? Да я закимикорошу тебя! Тсунаёши помотал головой. — То есть, ты сделал предложение Хибари Кёе, она согласилась, у вас скоро свадьба, а ты мне ничего не сказал?! Тсуна цыкнул, зашипел, приложив палец к губам. Несмотря ни на что, у него всё ещё было задание, которое требовало конспирации. Если кто-то услышит это... — Ага, предложение, свадьба. Всё как ты сказал, а теперь давай прекратим об этом, а? — То-то ты на наших девушек внимания не обращаешь… — Вороны ваши девушки, на всё блестящее летят… А как узнают, что внутри блестяшки нет… Виктор хмыкнул. — Ой, да прям нет? Тебя крышует не абы кто, а сама Хранительница Облака Вонголы! Тут не блестяшка, знаешь ли, тут полноценная сокровищница. Как узнают, слетятся с попытками протолкнуться к Хранителям Вонголы через тебя!  — Угу. Уже слетелись. Тсуна скривил губы. Вик резко затормозил и схватил его за плечи. — Слушай, а ты их действительно знаешь, получается?! Ты видел их да?! В живую! Это так круто! А Босса? Какой он?! У нас были Хранители с проверяющей делегацией до церемонии наследования! Но нам так и не удалось увидеть босса - нас закопали работой... А потом еще и полное собрание семьи отменили. Сослались на нападение значит, кражу там что ли или уничтожение каких-то артефактов… Ой, погоди! А Мукуро?! Мукуро знаешь?! Виктор тут же активизировался. До него только сейчас дошло, насколько он был близко к своей мечте. Тсунаёши устало прикрыл глаза и кивнул.

***

Сначала Тсуна не понимал почему все так резко начали обступать его со всех сторон. Тут ножку подставят, тут локтем ударят, а тут плечом заденут. Внимание к его персоне стало излишним. Не понимал, пока одна из старающихся пробиться за его счет мадам, не начала его шантажировать. Это было последнее чего он ожидал. Шантажировать его! И чем… — Хей, Никчемный Тсуна. Его окликнули в коридоре. Не самое лучшее время, ведь кипа бумаг у него на руках была действительно тяжелой. Он не был слабаком. Реборн выбил из него эту черту постоянными физическими нагрузками, но похвастать уклюжестью и расторопностью он всё ещё не мог. Споткнется и потом собирай по всему Особняку отчеты... Когда на бумаги опустилась чья-то рука, Савада смог увидеть только красные лакированные ногти. Они блеснули, отражая свет лампы. Девушка, что стояла перед ним, ухмыльнулась, наблюдая за ворохом документов, что свалились на пол. Про себя Тсуна перечислил все любые нарицательные Гокудеры и недоуменно посмотрел на женщину. Чертов Реборн и его чертова конспирация. Он выше них. Выше… Тихо… Ни пламени. Ни гипер-режима. Раз. Два. Твою мать... Три. Сучка. Четыре... — Да, Сирень-чан? Шатен про себя хихикнул. Кажется, девушку звали Сирендинелла. Или что-то вроде того. (Вот же родители поиздевались над ребенком.) Аккуратные волосы были сбиты в гнездо (предположительно модную прическу). А глаза горели, как у фурии. Собеседница презрительно посмотрела на хлипкого парнишку перед ней. — Не знаю уж, что в тебе нашла Хибари Кёя… Возможно, её потянуло на благотворительность в сторону бедных и убогих... А может это ради избежания какой-нибудь свадьбы по расчету со стареньким Доном?.. Знаешь. Довольно правдоподобная версия, правда? Дечимо решил выдать свою Хранительницу повыгоднее замуж, за хрыща старого. Ну, теоретически. Чтобы отношения между семьями улучшить. Негодовала-негодовала Хранительница. Она же своенравная. Дерзкая. А против Босса не попрешь, — она сложила руки на груди так, будто была на сто процентов уверена в своих словах. — А тут ты нарисовался. Выгодный вариант избежать замужества и воспитать лишнего зверька. Пф. Сирень хихикнула, прикрывая лицо рукой. — Но вот только я… — она перешла на шёпот, — слышала, что Дечимо Вонголы уже назначил свадьбу своей Хранительницы Облака на следующий месяц. Вот будет смеху-то, когда Десятый узнает о вашей "свадьбе"? Девушка скривила губы в усмешке, пытаясь напугать Тсуну одним своим видом. Периодически она сжимала и разжимала кулаки с этими бесящими красными ногтями, которые Тсунаёши нестерпимо захотелось пообломать. Он чуть не засмеялся в голос. Доносить ему на него же. Это что-то за пределами фантастики. Очень забавная ситуация получается. Надо же изобразить испуг. Точно! Тсунаёши раскрывает глаза, открывает рот и начинает хлопать ресницами, передавая состояние шока. Максимально неправдоподобно, но со всем старанием. — Что?! Пожалуйста, не надо! Он же!.. Он меня убьет!.. Я не хочу умира-а-а-а-ать! Он кидается к девушке в ноги, хватаясь за её юбку, в глубине души смеясь с того, какой же в нём умирает невероятный актер. Заламывает пальцы. Плачет. Мечется. Девушка стоит не жива не мертва. Ну, а что? Она хотела реакции? Она получила. Хибари Кёя действительно выходила замуж через месяц или около того. За него. — Если хочешь сохранить всё в тайне, — заговорщицки шепчет она, — тогда сведи меня с правым рукой Вонголы — Гокудерой Хаято. Тсунаёши резко отклоняется назад, офигевая от смены темы. — Ты что, любишь его что ли? В ответ ему прилетает надменный смех. — Я люблю деньги, славу и власть. А этот Гокудера удобный способ получить всё это. Самый наивный. Хах. Тсуна хмыкнул. Вот же Хаято недооценивали! Им, если кто-то начнёт помыкать… На лоскуты порвет и скормит своей кошке. Та любит сытно пообедать. — Хорошо! Как скажешь! Только никому не говори! Пожалуйста! Я умоля-я-я-яю тебя! Что не говори, а Тсуне нравилось тут.

***

Тсуна только-только начал получать от своего небольшого отпуска удовольствие. Научился пугаться, когда надо, и даже не смеяться, когда ему кто-то угрожал. Он привык к такой жизни. Тсунаеши не перестал бояться за своих подопечных. Со своим вынужденным отсутствием он испытывал еще большие опасения, как бы кто-то из Хранителей не вляпался в очередную историю, но… Он наконец-то почувствовал себя нормальным, обычным человеком… О чём он так долго мечтал. Эта жизнь могла быть его, родись он немного другим. Но один звонок разрушил его новый уклад. — Алло? Тсуна-кун? Это Шоичи. Я тут из Египта звоню. Да знаю, что в отпуске я! Просто у вас там переполох был какой-то по поводу хакера, который что-то сливал… Так это же я был… Просто логин забыл. А там нас из Пентагона взламывали, надо было ставить блоки от червя. Думать было некогда-а-а… Прости, за потраченные нервы… ой-ой-ой, мой живот… Это я через айпи того несчастный филиала зашёл. Доступ только с наших компов имеется. Не сердись только! — Да какой тут сердиться. Тсунаёши нервно хихикнул. Вот и всё. Закончатся подколки, издевательства, вечные поручения, шантаж и подтрунивания… Закончится время обычной жизни Савады Тсунаеши. Савада Тсунаеши, босс Десятого поколения Вонголы, вновь переполнен обязанностями, ответственностью и проблемами Хранителей. Забудьте всё, что он сказал. Он устал от этой повседневности. Без друзей, Хибари, насмешек Реборна и горы отчетов. Устал обходиться без этого. Он много трудился, чтобы защитить родных ему людей, и он заслужил быть рядом с ними. Заверив, что всё в порядке и беспокоиться не о чем, Савада сбросил звонок. Вдохнул, выдохнул. Распрямил плечи. Поднял голову. Устремил свой взгляд в дверь. — Кто звонил? — отозвался Виктор с кровати, повиснув на ней вверх ногами. Тсунаёши, который только хотел сделать первый шаг к выходу из этой игры, мгновенно завис. Чёёёёрт. Он же забыл!.. — Да вот. — Что вот? Парень перелистнул модный журнал, мотая ногами из стороны в сторону. Тсунаёши сглотнул: — Меня домой забирают? — Ты у меня спрашиваешь? Витя отбросил глянец и посмотрел на друга, как на полоумного. Тсунаеши затупил: — Я утверждаю? Витя хмыкнул: — Да. — Да? — Ты резко поглупел или всегда был таким дебилом? Тебя таки депортируют домой? Ты тут как будто каторгу отбывал. Виктор улыбнулся немного грустно и одновременно радостно. Что за ходячий парадокс? Тсунаёши присел на краешек кровати, сжимая руки в кулаки. Он пробыл тут всего три недели… Но эти воспоминания, которые он делил с Виктором, стали его счастливым мигом на это время. Он обязан был отплатить этому человеку тем же. — Ага. И я бы хотел поговорить об этом… Виктор побарахтался-побарахтался, перевернулся на пол и все-таки сел. Почесал затылок и обратился во внимание. — Валяй. — Я бы хотел тебя забрать с собой… — Оп! Парень резко взмахнул рукой, взъерошивая волосы и расплываясь в улыбке. — Мне нравится твоя тяга окружать себя прекрасными вещами, но можно спросить с собой это куда? Я не готов ради тебя бомжевать! Он картинно всхлипнул, попытался утереть слезу рукой, но немного промахнулся… — Чёрт! Я ткнул себе пальцем в глаз! Ай! Это же больно! И начал тереть. Савада хихикнул. Ну вот как его оставишь? — С собой — это с собой. Жди. Завтра приду вот забирать свои документы и тебя, познакомлю с парой неординарных личностей. Дом у меня не маленький и людей в нем много. Пристроим тебя. В идеале, конечно же, к одному милому разноглазому маньяку… В общем. Не переживай. Уверяю, тебе понравится. Виктор игриво рыкнул. (Получилось щипеляво...) — Разноглазый маньяк? Мне нравится! Договорились!