Медовый месяц Десятого Вонголы

Тсуна счастливо выдохнул. — Джудайме! — Травоядное, отойди от моего зверька! Гокудера, собиравшийся уже накинуться на Саваду, резко затормозил. Даже Хаято понимал, что за то, что он снесет Хранительницу Облака с ног ему влетит не только от самой Хранительницы, но и от босса. Тсунаёши лукаво улыбнулся и потянулся к своей возлюбленной, чтобы наконец-то обнять ее. Невеста на это только фыркнула, и сделала резкий шаг в сторону. Она же просто мастерски отпрянула от него! — А ты не наглей! — Кёя, не веди себя так, будто не рада увидеть меня наконец-то дома! Хибари напряглась, как перед атакой. Ощетинилась. — Все нежности только после свадьбы, травоядное! Ты и так наворотил дел! Камикорос! Тонфа оказалась прижатой к подбородку Дечимо быстрее, чем тот успел пискнуть. Мукуро только мстительно фыркнул. Он первым узнал счастливую новость и первым же получил по своему дорогому хохолку за это. Вот пусть их Босс сам и отдувается, раз не может держать себя в руках. — Да что не так?! Тсунаёши нахмурился и смерил всех Хранителей холодным взглядом. Рокудо еле сдержал смех, а Гокудера подозрительно потупил взгляд. Остальные оцепенели. Савада, если быть честным, надеялся хоть на какую-то радость с их стороны, если на то пошло. Его не было почти месяц! И вместо того, чтобы услышать приятные, радостные слова, Хранители окружили его полукругом в коридоре и чего-то ждали. Только Хаято проявил какую-то малейшую радость. Ямамото кашлянул в кулак, привлекая внимание к себе. — Да тут, понимаешь, Тсунаёши… Открылся один интересный факт… У Кёи от его фразы на шеи расцвели красные пятна, и вся она как-то подобралась. Напряглась. Ее лицо застыло в какой-то смеси смущения и холодной отчужденности. Она сжала своё любимое оружие еще крепче. Савада сглотнул. — Ну? Десятый Вонгола хоть и был очень терпеливым человеком, человеком широкой души. Но такие моменты терпеть не мог. Он знал на что были способны Хранители. И если они сейчас ведут себя так, то в его отсутствие наступил… — Ребенок у тебя будет, травоядное… Полный абзац. — Что? Как? Савада ошалело похлопал ресницами. Хранительница резко отбросила тонфа, схватив за грудки. Стук оружия эхом отразился от стен. Стоило отметить, что даже разозленной до чертиков, она выглядела безумно сексуальной. — Тебе на пальцах объяснить, как появляются дети?! Слова прозвучали пощечиной. Дечимо мгновенно пришел в себя. Что? Ребенок? Дети? Тсунаёши рухнул на колени перед Хибари. Та в свою очередь опять растерялась, не зная как поступить и какую колкость произнести. Она неожиданно стала такой беззащитной… — Боже… Его лицо просто заискрилось счастьем. Он прижался к Хранительнице лицом, мягко целуя плоский живот через тонкую ткань футболки. Улыбка сама растянулась на лице, а скулы свело от приятного напряжения. Кёя стояла ни жива ни мертва, по привычке запустила руку в светлые волосы, поглаживая. Тсуна шептал что-то свое, немного щекоча ее. Она ожидала положительной реакции на свое пикантное положение, но не настолько бурной… Стало… Ох, ее просто стало распирать от волнительного удовольствия, которое забурлило у нее в груди, заполняя каждую клеточку собой. — Как мило, ку-фу-фу. Рокудо скрипнул зубами, испытывая отвращение. — Слишком мило. Ямамото вмешался, тихо шикнув на иллюзиониста: — Мне кажется наше наличие их совершенно не волнует, не стоит ли удалиться? — Но, Джудайме!.. Такеши привычным движением закрыл Хаято рот рукой и силком потащил к двери в зал. Ламбо хмыкнул и тоже поспешил ретироваться. Мукуро устало фыркнул, утаскивая с собой ничего не понимающего Сасагаву. Небо и его Облако так и остались стоять посреди прихожей, прижимаясь к друг другу. Счастливые до неприличия и очень вымотанные вынужденной разлукой. *** Было сложно сориентироваться с утра. Вернувшийся, наконец-то, Тсунаёши весь день и почти всю ночь разбирал накопившиеся бумаги и выглядел на следующий день заметно помятым. В западный филиал, который он покинул только вчера утром, с ним должны были поехать Гокудера и Мукуро. Но к этом небольшому списку присоединилась и Кёя, которая каким-то невероятным образом узнала, что ее жениха пыталась соблазнить каждая вторая. Она ехала с целью основательно объяснить, кому принадлежит Тсунаеши Савада и почему не стоит к нему лезть. Гокудера же был включен в делегацию как правая рука, а Мукуро — дизайнерским довеском их маленькой компании. Он все ещё мстительно припоминал боссу, как вчера тот огорошил его новостью, что теперь холостяцкая жизнь закончилась, и он официально выдан замуж по расчету. (Или, с учетом характера Вика, скорее, женат). И данный расчет возражению не поддается. Еще, правда, были слова напутствия, вроде: — Мальчик хороший, не угробь его только. Или: — Он чудесный, но слишком наивный и невинный, головой за него ручаешься! Ну и самое любимое: — Головой за него отвечаешь, чуть что — хохолок долой. И милая улыбочка акулы. Мукуро, если честно, был заинтригован. Тсунаёши, как никто другой понимал, что добровольно иллюзионист не свяжется с человеком, который быстро надоест ему. Также Савада был слишком добреньким, чтобы обречь своего Хранителя на несчастье. Самопожертвование и другие отвратительные заразы. Всё это в сумме указывало на то, что босс был крайне уверен в своей позиции по отношению к этому человеку и в их с туманником совместимости. Рокудо усмехнулся. Это было всяко лучше, чем связать свою жизнь с капризной дочерью какого-нибудь Дона. Многие из таких пытались соблазнить его, чтобы насильно связать узами брака… Было бы неприятно проштрафиться. А так, интуиция еще не подводила босса. Мукуро хихикнул. — Ты увидел что-то интересное? Тсуна недоуменно уставился в окно. Мимо машины проносились однотипные деревья. Зеленые и скучные. Он искренни недоумевал, почему его хранитель так веселился, рассматривая их. Сойти с ума он не мог. Они ехали довольно долго, но разве такие путешествия были им не в привычку? Рокудо же лишь помотал головой в ответ. Хибари фыркнула. Гокудера хмыкнул. Тсуна пожал плечами и вернулся к рассматриванию документов, всученных ему бывшим репетитором. Филиал Западного отделения Вонголы встретил его тишиной. Была середина рабочего дня и в саду разгуливали лишь прислуги, которые спешили выполнить какие-нибудь особые поручения. Хаято молча записывал что-то в свой блокнот, внимательно рассматривая окружающую обстановку. Тсунаёши было в общей сложности плевать на то, куда уходил бюджет, но вот Гокудера мог снести всем неугодным голову, за потраченную не туда копейку. Кёя сплела с Савадой пальцы. Хитро. Дечимо прищурил глаза. Таким образом она могла спокойно демонстрировать его руку той стороной, на которой рядом с кольцом неба Вонголы, находилось обручальное. Коварно. Десятый чуть не заурчал довольным котом на это маленькое проявление инстинкта собственницы. Было приятно. На входе в здание его узнали сразу. Два массивных охранника сначала насупились, увидев знакомое лицо в группе каких-то людей, а потом резко замерли. Стушевались. Мукуро, мастерски виляя бедрами и закинув трезубец на плечо, подмигнул замершим здоровякам и прошел мимо. Тсунаёши и Хибари даже не удостоили их взглядом. А Гокудера скупо оповестил этих двоих, что в их Особняк нагрянула неожиданная проверка в лице Десятого босса Вонголы и его хранителей, для осмотра документации и выполнения требований, предъявленных на прошлой проверке. Было немного грустно, но по пути к кабинету босса Тсунаёши, к сожалению, никого не встретил. Правая рука и иллюзионист остались стоять у двери, ожидая отмашки. Савада же с каким-то особым внутренним превосходством, под руку с Кёей, распахнул дверь в кабинет босса. Глаза его застыли в холодном отчуждении, а фамильный плащ семьи Вонгола оттенил фигуру, добавляя мрачности. Джованна окинул взглядом вошедших. Посмотрел на Тсуну злобно, а на Хибари недоуменно. Осмотрел их двоих и как-то неприятно прищурился, заметив сцепленные руки. И не нашел выхода лучше, чем просто прорычать: — Тебя вчера не оказалось на рабочем месте, Савада. Ты уволен и больше можешь не приходить сюда. — Ох, были дела, знаешь. Савада отодвинул стул, стоящий напротив этого смертника и небрежно сел. Хибари тенью встала за ним. Вокруг валялся ворох каких-то бумаг. В солнечном свете на его руке сверкнуло кольцо Неба Вонголы. И на это обратил внимание не только Савада. Джованна сглотнул. — Что-то не так, а? Чего ты так побледнел? Тсунаёши издевательски ухмыльнулся. И не обернувшись, кинул за спину: — Дорогая, сядь, в твоем положении вредно долго стоять. Хибари насмешливо фыркнула: — Я беременна, а не смертельно больна, зверек. Незнакомый мужчина сглотнул на этих словах и как-то замер, только глаза нервно забегали из стороны в сторону. Она тоже прекрасно понимала, когда в ее травоядном просыпался инстинкт собственника. — Слушай сюда, Джованна… Тсунаёши перестал церемониться. Напрягся. — Ты должен понимать, как сильно оплошал. Уволен тут ты, а не я. Согласись, сложно уволить Десятого Босса Вонголы? Радуйся, кстати, что остался живым и невредимым. Если бы не мое безграничное терпение, тебя вывозили бы отсюда безжизненным куском мяса. Гокудера. Хаято мгновенно ворвался в кабинет, передавая боссу какие-то документы. Они тут же были кинуты на стол Джованны. — Надеюсь, ты будешь благоразумным и сам подпишешь это, потому что иначе… Савада поднялся со стула и развернулся в сторону двери, бросая вслед: — Иначе это будет подписано уже твоей кровью и, скорее всего, не тобой лично. После представления, которое они устроили в кабинете босса, в гостевом зале была устроена внеплановая интермедия, куда созвали всех членов филиала и на котором громогласно объявили, что положение дел в филиале будет пересмотрено. Все шокировано смотрели на Саваду, который с особой холодностью рассказал об увольнении босса семьи. Когда кто-то все-таки удосужился спросить, что всё это значит, Гокудера раздраженно бросил: — Что непонятного? Босс Вонголы вышиб из Семьи раздражающую крысу, которая карманила деньги семьи. Вам стоит радоваться, что ваш филиал не закрывают, хотя, Джудайме! Тут слишком много неполадок! Взгляды всех стали еще более растерянными. Савада хмыкнул и каким-то немного театральным движением показал руку с кольцом. Кто-то даже пискнул. А кто-то злорадно рассмеялся, и по голосу можно догадаться, что был это Мукуро. Хибари зло сдавила его локоть в руке. На что Дечимо хмыкнул. — И, девушки, будьте бдительнее в следующий раз. Тщательнее выбирайте свою цель, проверив при этом, свободна ли она. — Если кто-то сунется к нему еще хоть раз, я размозжу ее голову о свои тонфа и даже не хмыкну, стирая с них кровь и тонну вашей косметики. Девушки замерли, как добыча перед удавом, но только одна выделялась из толпы других. Абсолютно потерянная и разбитая. — Сирень-чан, ты хотела познакомиться с Гокудерой? Тсунаеши злобно оскалился, а девушка замотала головой из стороны в сторону, истерически сверкая глазами. Она была готова свалиться в обморок прямо тут. — Уже нет? А жаль, его девушка — Киоко, не обрадовалась бы, но вот мой хранитель Солнца, ее брат, был бы очень рад увидеться с тобой. Лицо Савады стало угрожающим. — Где Виктор? Мукуро весь обратился во внимание. Девушка кое-как проборматала: — В-внизу, в мед-дицинском… Он… Он… Савада не стал больше ничего слушать и просто направился по знакомому маршруту. Хранители двинулись за ним. Многие так и остались сидеть на своих местах. Палата встретила их удушливым запахом чего-то въедкого и лежащем на одной из коек парнишей. У него были яркие, рыжие волосы, которые вились ниже плеч и глубокие голубые глаза. Он читал книгу. Возможно, интересную. Всяко интереснее, чем его неожиданные гости, на которых он даже не обратил внимание. Тсунаёши подошел к нему первым и присел на краешек постели. Виктор оторвался на секунду от книги и вновь продолжил читать. Прошло несколько секунд, прежде чем он понял кто перед ним. Книга выпала из его рук, а сам он шокировано уставился на своего друга. — Ну, привет, козлик. Я, конечно, потомком Хранителей не оказался, как ты предполагал, но зато вот. Он кивком указал на хранителей, которые подошли и встали у него за спиной. Виктор поднял взгляд и кажется лишился зрения или сознания на несколько секунд. За спиной Тсунаёши стояли Облако, Туман и Ураган Вонголы. — Оказался Десятым боссом Вонголы. Глаза больного комично расширились. Он резво замахал руками и заикнулся. Первое, что он сказал было: — Если что, это не я тебя тогда дебилом назвал! Оу… Он посмотрел на хитро улыбающегося Рокудо Мукуро, сглотнул. — О-о-он-но само вырвалось! — Да не переживай ты так. Я же обещал, что заберу тебя с собой? Ну так я и пришел за тобой. Виктор замер кроликом. Его руки запотели. Он немигающим взглядом уставился на Тсунаеши. — Я не хочу умирать. Тсунаёши чуть не рассмеялся в голос. — А ты и не должен. Я даже больше того, уверен, что теперь твоя смерть отсрочена еще на поколения этак три. Или сколько вы там, иллюзионисты, живете себе припеваючи. — Оя-оя, сколько нужно, Тсунаёши-кун, столько и живем. Мукуро протянул мальчику руку. Его будущий сожитель оказался действительно очень красив. И наивен. Можно было и попробовать. А то, как Вик покраснел и поспешно вытер руку о постель, чтобы пожать протянутую… Было действительно очень мило. — Приветствую в нашей семье, Виктор, я Рокудо Мукуро — Десятый Хранитель Тумана Вонголы. Твой будущий сожитель и, вероятнее всего, будущий муж. Приятно познакомиться. Виктор икнул и картинно лишился чувств. — Ку-фу~ Слабоватый. Ну, ничего - привыкнет еще. Тсунаеши размял плечи. — Пакуйте его и поехали домой. Я побыстрее хочу восполнить недостаток сна и разобраться с оставшимися документами. Кёя довольно хмыкнула, вновь сплетая с ним пальцы.