Спасибо, Вам, Сакура!

      В итоге я и Саске-кун оказались в коридоре в самом начале урока по Гендзюцу. Ну, справедливо, что тут скажешь. Вот именно, что ничего. Но даже тут нам понадобилось время, чтобы отсмеяться. Дополнительный всплеск эмоций вызвала реакция влюблённых в Саске девчонок на его смех. Они, видимо, и не подозревали, что он умеет смеяться. Ну, мы подтолкнули их к такому открытию, нам за это можно было бы и спасибо сказать. Но от них похвалы не дождёшься. Плохо дело; чем больше я думаю, тем сложнее перестать хохотать. Смешат уже даже абсурдные вещи. Хорошо, что на мне нет макияжа. Это было бы страшно. Особенно, потёкшая тушь. От смеха я и Учиха уже держались за животы и едва ли не катались по полу. С горем пополам мы, вытирая выступившие от продолжительной истерики слёзы, выпрямились наконец, молча стоя, опершись на стену, и даже не глядя друг на друга. Один неверный взгляд, одно неверное движение, слово и нас нужно будет соскребать с пола, так как встать самостоятельно мы уже не сможем.       В кабинет мы были впущены лишь на следующем уроке. Особенно сильно на нас осуждающе глазел, помимо Ируки-сэнсэя, Наруто. Хотя, его взгляд можно было бы назвать скорее пытливым. Мы это откровенно проигнорировали, после такого количества хохота сил совершенно не осталось. Хуже, чем после тренировок. Оборачиваюсь к Ино, спрашиваю, не пропустили ли мы что-либо важное. Саске тоже посмотрел на блондинку. И вот оно уже видно, достижение, которого добилась я в ответ на мои попытки сплотить ребят — Саске-кун стал более доверительно относиться к нам, общаться, перестал игнорировать даже влюблённую в него Яманако, хотя проявлял к ней чисто товарищеский интерес, но зато она стала первой и единственной из поклонниц, кого Учиха удостоил хоть какого-то внимания, что не могло не радовать её саму. Я не в счёт, я и не любила его, хотя девчонки иногда косятся на меня. Эх, дети! Какая любовь в таком возрасте? Хотя, если взять канонную Сакура, то… Ой, что-то я не о том! В общем, Ино сказала, что ничего такого мы не пропустили. Можно и расслабиться, наверное…       После уроков мы вместе со всеми, кого я пригласила к Учихам (как будто я там сама живу, ё моё!) договорились, что тренироваться в полном составе начнём с завтрашнего дня, так как им ещё нужно было предупредить родителей, а то мало ли, они могут не доверять этому Клану и не пустить своих детей на их территорию, пусть даже и под таким безобидным предлогом.       Я же, схватив Саске за руку, потащила, буквально проволокла, мальчишку в свой дом. В конце концов, я у него и обедаю и ужинаю, уже чуть ли не живу там (кстати, Микото-сан приглашала меня как-то заночевать у них, но я отказалась. Вот генином стану, тогда посмотрим. Может, и Наруто с собой захватим. А пока дома нужно спать, а то вдруг не замечу как перееду к Учихам и всё! Там уж и до помолвки недалеко. Мда, ляпнула, так ляпнула .), а он ко мне боится даже отобедать зайти. Ничего, я не кусаюсь, Саске-кун, и не стану тебя травить. Мне это, как минимум, не выгодно. Я ж не против тебя. Я твой друг или нет?       Ка-сан была приятно удивлена, что Саске всё-таки сможет разделить обед с нами. Кизаши и Мебуки поприветствовали долгожданного гостя и усадили нас за стол. Я, видя как сжался мой друг, чувствуя себя не слишком уютно в доме с чужими людьми, сажусь прямо напротив него и начинаю корчить смешные рожицы. Это даёт эффект — Саске-кун едва заметно улыбается, озираясь на ка-сан, делающую последние приготовления к обеду. Спустя пару минут и я и Саске-кун начинаем хихикать. Кизаши и Мебуки нас не ругают, наоборот, одобрительно улыбаются. За столом Ёжику были заданы парочка вопросов, но ни одного упоминания об Итачи-сане, Саске бы это расстроило. Или родители Сакуры сами догадались или же просто повезло, что они не коснулись этой больной для мальчика темы.       Когда с обедом было покончено, я, уже по привычке, упаковала отдельно еду для своего блондинистого друга. Мебуки теперь даже не удивляется, на спрашивает, зачем мне столько много еды с собой, так как я ей всё уже пояснила, и она меня поняла. Ненадолго поднимаюсь на второй этаж в свою комнату, оставляя Саске на первом этаже в ожидании (благо, не томительном и долгом, и будучи уверенной в том, что взрослые его не проглотят за то недолгое время, в которое я отсутствую рядом с ним.), хватаю со стола с вечера приготовленную новую небольшую книгу для Наруто и спускаюсь вниз.       При выходе Саске-кун прощается с ка- и ото-сан, я же спешно бросаю им, что буду сегодня как обычно, после чего мы уходим. Теперь после похода к Наруто я не возвращаюсь в дом, так как меня сразу оттуда забирает с собой Саске, поэтому сейчас мы не сговариваясь направились к дому нашему соседу по парте. Ещё одно «нововведение» в канон — парты в Академии не на два, а на три человека. Помнится, такое в аниме было только при распределении генинов по командам. Ух, память не подводит меня! Иногда такие мелочи просто накрепко остаются в воспоминаниях, в то время как более значимые вещи бесследно исчезают, улетучиваются. Но знание того, сколько должно было быть мест и сколько стало на партах в Академии не спасёт мне жизнь!       При появлении на пороге я сразу стучусь в дверь, давая хозяину сего жилища понять, что пришла. Проходит пара минут, и путь в дом открыт, в дверях стоит Наруто-кун. — Сакура-чан! — радостно восклицает мальчик, но ровно до того момента, как, посмотрев чуть левее от меня, видит Саске.       В этот момент блондин замолкает в попытке испепелить брюнета взглядом. Саске ни то улыбается, ни то ухмыляется. Что это за перекос лица такой? Нет, это ему совершенно не идёт, выглядит так, будто он готов к нападению со стороны Узу.....Воу, воу, мальчики! Вот только драки мне здесь сейчас не хватало! Я то вас даже разнять не смогу в случае чего. Я вообще ничего не смогу. Я слишком слаба. Ну погодите у меня. Мебуки и Кизаши, конечно, не хотели, чтобы их дочь становилась куноичи, поэтому даже речи о её ранней физической подготовке не заходило, но уж раз я сейчас и стала тренироваться, то вскоре я сама буду вас метелить, если вы продолжите так друг к другу относиться, причём, до того момента, пока не заставлю вас стать ТАКИМИ друзьями…нет, не поможет. Но если я не сделаю что-то прямо сейчас, то Наруто набросится на Саске. И пусть я знаю, что Учиха победит, но это сильно ударит по самолюбию блондина. А так как у него уже есть один друг в лице меня, то, в отличии от канона, Наруто, вполне возможно, не станет пытаться наладить отношения с Саске даже после попадания в одну команду. — Наруто-кун, — произношу я, привлекая внимание обоих «лучших друзей» к своей персоне, — можно войти? — понимаю, что Учиху он впускать не хочет, что очевидно, поэтому добавляю. — Нам.       Войдя в дом, вижу, что Наруто порывается захлопнуть дверь прямо перед лицом Саске, но не делает этого. Уже хорошо. Внутри жилища снова беспорядок, вещи разбросаны (грязные, чистые — не важно — всё в одной куче.), но бросая взгляд на стол вижу, что там всё предельно аккуратно, а вся грязная посуда горой перенесена в раковину. На столе же, придвинутом для большего попадания света к окну, остались две книги. Две моих книги. Одна из них, та что, очевидно, прочтена, лежала на краю в закрытом виде. Вторая же, вся заполненная закладками, от чего она стала больше в полтора раза и выглядела обезображено, была открыта примерно в середине; судя по всему Наруто-кун читал её перед моим приходом.       Мальчик стоит, вместе с нами разглядывая беспорядок, и заметно краснеет. Что, стыдно? Очевидно, я веду себя слишком по-взрослому, а он считает меня едва ли не идеальной, поэтому даже не представляет, что я когда-либо смогу сотворить что-то подобное. Но я и не такое устраивала в прошлой жизни, в этой я веду себя намного аккуратнее, стараясь привить себе чистоплотность с самого детства, но раньше… Мне аж самой сейчас стыдно становится. — Наруто-кун, — решаюсь прервать я наступившее молчание, подхожу к столу и кладу принесённую с собой книгу на деревянную поверхность. — Я принесла тебе следующую. — Сакура-чан, спасибо тебе! Это так интересно! Мне понравилось. Ты просто супер! В смысле, книга, которую ты мне принесла… — секунда и блондин уж стоит рядом со мной, расхваливая ни то меня, ни то книги.       В ответ я лишь улыбаюсь. Говорить ему что-то сейчас просто бесполезно, а Саске-кун встал, опершись на стену, и начал более детально осматривать место, где живёт Наруто. Спасать меня он, видно, не собирается. У него самого дома всегда порядок, так как Микото-сан приучила домашних к чистоте. Наруто ж учить было некому. Если я сейчас сделаю уборку, то уже завтра здесь снова будет бардак, да такой, что ступить куда-либо страшно; упадёшь все — кости переломаешь.       Мне самой в такой обстановке становится не по себе. Кажется, что я всё ещё там, что я не умирала. Кажется, что вот-вот дверь откроется, и покажется моя мама. Уставшая, только пришедшая с работы, голодная. Увидит, что её дочь сидит на полу в окружении грязных тарелок, чашек, кружек, пачек из-под чипсов, конфет, печенья и, разведя руками, не в силах что-нибудь поделать со своей непутёвой доченькой, начнёт сетовать на свою горькую судьбинушку, на то, что в доме ей никто не помогает, никто о ней не думают. А она… Я скучаю, мама. Знала бы ты, как я скучаю по тебе, папе, сестрице, и плевать на то, что с последней мы ввиду занятости и её и моей практически не общались.Да какая там занятость! Мне просто было банально лень идти к ней... Я хочу к вам. Ко всем вам.       Смерть. Интересно, она у всех такая? Такая…продолжающая жизнь? Или мне одной выпала такая доля? Даже не знаю, счастье ли это или же беда. Дабы не придаваться мыслям и воспоминаниям от которых всё ещё щемит сердце, я иду и начинаю мыть посуду под продолжающийся монолог Наруто. Какая-то хвалебная речь, не иначе! Вода заглушает его слова, но окончательно парень заткнулся лишь тогда, когда до него дошло, что я совершенно его не слушаю. И Саске и Наруто с вопросом смотрят на меня. Ну, чего тут такого? Хватит! У меня уже такое ощущение, что я затеяла всё только ради Учихи. Саске, Саске, Саске, Саске…достало! Ладно хоть он не снится мне. Ещё пока, наверное. Нужно и Наруто помогать.       Для бедняги Наруто мне придётся стать «матерью», а то потонет в этой грязи, ещё и без друзей, и станет похожим на Гаару. Вспоминая мальчика из Сунагакуре, едва не роняю из рук недомытую тарелку. Он уже сейчас стал машиной для убийства? Он уже пережил всё, что не пожелаешь и врагу. Но я не в силах помочь ему. Он там, а я здесь. Я не смогу спасти всех, кого хочу. Это не в моих силах. С чего я решила, что у меня всё получится? Возможно, я даже Клан Учиха не смогу спасти, как бы я не пыталась. И вдруг меня накрывает такая злоба, такая обида… Нет, только не депрессия, успею ещё настрадаться! Чего это я в самом деле?!       Все эти мыслительные процессы в голове я производила молча, внешне не подавая никаких признаков, только изредка хмурясь, поэтому когда в конце концов я, до этого стоявшая и моющая посуду на автомате, ухмыльнулась собственным мыслям и издала негромкий горький смешок, на меня вновь устремились две пары глаз. — Наруто-кун, садись ешь. Мы не будем, — вытирая руки о собственную кофту, так как полотенце поблизости не было мною обнаружено, произнесла я. — Мы уже поели, — добавил Саске-кун.       Бросив на него мега-взрывательный взгляд, Наруто молча взял коробочку с едой, которую я так же оставила рядом с книгами, и положил её на стол. Я закипятила чай и налила кипяток в три кружки, после чего добавила туда найденные мной пакетики с заваркой: для меня, Наруто и Саске. Оказывается мальчишка пьёт чай. Хотя, чему тут дивиться: он что, не человек что ли? Стол от окна был благополучно передвинут мальчиками в центр комнаты. То, что они хоть что-то сумели сделать вместе, не подравшись, убедило меня в том, что не всё ещё потеряно. Наруто занялся рисом, а мы с Саске, сидя напротив него, преспокойно попивали чай. Я кинула взгляд на две двери. Одна из них точно вела в спальню, вторая, скорее всего, в ванную. Боюсь представить, что у него там творится. Но после того как я, запнувшись о кучу вещей на полу, едва не улетела на пол, от чего меня спас Саске-кун, Наруто-кун клятвенно пообещал, что после нашего ухода он всё приберёт и больше никогда не будет жить в «свинарнике». Нет, ну, он сказал не совсем это, но, если из его получасовой речи, наполненной извинениями и объяснениями, выделить главное, то именно это он и произнёс.       Уже убирая со стола, спрашиваю придёт ли Наруто завтра на тренировку. Мальчик хмурится, смотрит сначала на Саске-куна, затем на меня, на него, на меня, снова на него, затем на меня. Он должен согласится. Он и хочет, но колеблется. Слишком гордый. Будь она неладная, эта гордость! — Там будет он, — отвечает Наруто, кивком указывая на Саске. — Там буду и я, — как бы невзначай произношу, поднимаясь на ноги.       Бомба сброшена, цель поражена! Опа! Готовенький Наруто Узумаки! Можно хоть сейчас хватать его и забирать на тренировки. Стоило только напомнить, что я не оставляю его там, хотя и так понятно, что я там буду, но каков результат, каков результат, а! Вот бы так же легко все проблемы решались. Не жизнь, а малина!       На следующий день в квартал Клана Учиха, помимо уже знакомой всем меня, вместе с Саске-куном пришли ещё шесть человек. Все те, кого мы пригласили, кроме отказавшегося ещё вчера Абураме. Новые люди — новое внимание. И пусть я понимала какого это, когда на тебя смотрят, понимала, что всем не особо приятно это, но спасти от этого никого не могла. Неприятно всем новым пришедшим. Всем кроме Наруто-куна — не привлекать внимания Наруто не мог. Ну что вы…он об стену расшибётся, но только бы его видели и все знали, что он будущий Хокаге, а как же иначе! Этот парень местами начал меня очень даже раздражать… Теперь я, кажется, стала лучше понимать канонную Сакуру, потому что этот кадр не мог не мельтешить перед глазами, отчего хотелось схватить его за шкирку и впечатать в стену. Он то там, то тут, то снова там, то вообще где-то там, не знаю где — в поисках того, сам не знает чего. Более менее угомонился он после встречи с Фугаку-саном, даже взгляд Итачи-сана не подействовал на него так сильно.       Сложности были ни только с Наруто. Тренироваться всем вместе вообще оказалось намного проблемнее, чем я ожидала. Путаница, вечные споры, стычки. Шикамару спит, Ино крутится рядом с Саске, Чоуджи ест (у него что, совсем нескончаемый запас еды с собой?! И откуда он только её берёт столько много?!), Наруто нарывается на драку с Учихой, всё норовит его избить, глупый мальчишка! Даже мне ещё не удавалось повалить его, хотя за время совместных тренировок мне стало намного легче нанести парню хоть какой-то урон. Хината всё жмётся в уголке, наблюдая за Наруто. И это бесит! Аааа! Киба всё носился с Акамару. Я же, со стороны наблюдая за этим безумием, тихо выла, подобно голодному волку в ночи на луну. И зачем я, спрашивается, всё это затеяла?       Через два дня таких «плодотворных тренировок» я была вымотана. Нет, не физически, а морально. Шум от нашей компании был слышен даже за территорией квартала, из-за чего Фугаку-сан был вынужден выслушивать жалобы, поступаемые на нас. Он не спешил на ругать или разгонять, он терпеливо ждал, когда мы поймём всё сами, а надо ли было ждать? Нет, не надо.       Сидя за столом, я лениво перебирала свой ужин хаси. Он был вкусным, как обычно, но сил на то чтобы есть не осталось. Хотелось спать. Завернуться, как мумия, в бинты и уснуть долгим сном, чтобы весь этот кошмар — настоящий и будущий — миновали меня. Чтобы я снова проснулась утром перед учёбой в своей квартире, а затем, как обычно, опаздывала. Хотелось, чтобы это всё оказалось лишь кошмарным сном. Но это был не сон. Теперь это — моя жизнь. — Сакура-чан, что-то случилось?       Совсем утонув в своих мыслях, не сразу понимаю, что кто-то заговорил со мной. Поднимаю голову в поисках этого кого-то, натыкаюсь на внимательные взгляды всех кроме Саске-куна, он, кажется, всё ещё увлечён размышлениями о чём-то. — Ты устала, Сакура-чан? — обеспокоенно спрашивает Изуми-сан.       Она теперь, как и я, в этом доме частая гостья, а всё благодаря Шисуи-сану, который, зная, что она неравнодушна к Итачи-сану, а тот в свою очередь из-за отсутствия времени не всегда вспоминает о девушке, берёт её с собой практически везде, где дозволено. Купидон нашёлся, ё моё!       Я отрицательно качаю головой. — Если хочешь, я помогу вам с тренировками, — сразу же предлагает Шисуи-сан, доголодавшийся в чём дело. Он ещё и телепат? Или у меня на лице всё написано? Сложно...       Мы с Саске-куном одновременно удивлённо глазеем на него. Вот неожиданно — так неожиданно. Кажется, у меня слишком удивлённое лицо. Закрываю рот, а он снова открывается. Нижняя челюсть попросту отвисла. Ей просто не терпится поздороваться с полом. Боюсь, пол на такое рвение не ответит взаимностью. — Только, — немного погодя добавляет парень, видя, что мы очень даже не против, — я не смогу заниматься с вами каждый день, так как я занят. — Я буду помогать, — тут же бодро откликнулась Изуми-сан.       Третьего чуда я не ожидала, но, а вдруг… Украдкой взглянула на Итачи-сана. Не смотрит.       Даже голову не поднимет. Сидит себе, думу думает. Ну и пусть думает. Пфф, больно нужно нам Ваше внимание, милорд! И без Вас справимся, вот!       И так у нас появились два учителя, которые поочерёдно сменяли друг друга или же тренировали нас вместе. Должна отметить, хорошо тренировали. Неотъемлемой частью тренировок стали спарринги. Изуми-сэнсэй и Шисуи-сэнсэй, как звучит... Немного непривычно.

Хьюга Хината — Инузука Киба Акимичи Чоуджи — Яманака Ино Харуно Сакура — Учиха Саске Нара Шикамару — Узумаки Наруто

      Сначала никто из нас не воспринимал своего противника всерьёз, все дрались спустя рукава. А Наруто-кун возмущался, мол «Почему это я не с Саске?». Но парнишка быстро усёк (нет. Не до конца.), что Шикамару-кун не так прост, как кажется на первый взгляд. Да и вообще, те кто был сильнее сразу показали, что слабых щадить не станут. А Изуми- и Шисуи-сэнсэй во время тренировок оценивали наши способности. Тренировки были не ежедневными, но устраивались как можно чаще. Иногда кто-то из учителей забирал одного из ребят и уводил его на один-два раза позаниматься отдельно ото всех. Там ему указывали на всё ошибки и давали советы, поэтому когде этот счастливчик возвращался ко всем, то его противнику приходилось пересматривать приоритеты как в защите, так и в нападении. Сильные и слабые стороны оппонента мы должны были узнавать сами. Новые, так как прежние мы уже запомнили. Но раз в две недели противники менялись. Хотя, к большому негодованию Наруто-куна, с Саске-куном его так и не решались поставить. Это будет полезно в реальном бою. Нужно быстро сориентироваться при каждом новом противнике. Без этого шиноби не выжить. В общем, нам несказанно повезло, что за нас взялись в таком раннем возрасте. То есть, мы взялись, чтобы взялись за нас, чтобы мы за себя взялись, потому что… Короче, не важно.       Про теорию мы тоже не забывали. Но так как всем вместе и не почитаешь спокойненько, то чаще всего мы занимались этим только втроём — я, Наруто-кун и Саске-кун. После окончания уроков мы шли ко мне домой и, наконец-то все вместе, обедали. Это прекрасно подействовало на взаимоотношения в нашей тройке. Наруто-кун прямо расцвёл на глазах. Мебуки и Кизаши приняли мальчишку, хорошо к нему относились, поддерживали его, ну и воспитывали, конечно. Но мальчик не держал на них обиды за небольшие наказания. Возмущался иногда, но быстро забывал обо всём. У меня словно появился братишка. Шумный, непоседливый, дерзкий, но очень добрый, а главное - счастливый.       После еды мы бежали в дом Наруто. Там было спокойнее всего. Стелили на полу покрывало, брали книгу, ложились и поочерёдно читали вслух. Сложнее всего было донести что-то до Наруто. Мальчишка всё-таки ж был немного туповат. Саске-кун больше не проявлял открытой враждебности к нему, что меня безусловно очень порадовало, он вместе со мной мог в течении часа разъяснять какую-либо непонятную блондину тему. А при условии, что Узумаки не понимал практически ничего, то нам приходилось запастись терпением. Очень. Очень. Запастись. Чтобы. Не выкрутить. Идиоту. Шею. Пар я выпускала на тренировках.       Итачи-сан до сих пор держался стороной от нашей компании, не смотря на то, что Шисуи-сэнсэй не раз приглашал его с собой. Но зато Итачи-сан стал заниматься со своим младшим братиком отдельно, что придало Саске-куну уверенности. Он стал более улыбчив, внимание брата подействовало так же, как и внимание Кизаши и Мебуки на Наруто. Они оба почувствовали поддержку взрослых, почувствовали, что в них верят, что они не брошены. Другие дети, не обделённые вниманием родственников, не возмущались такому вниманию к их персонам.       Помимо тренировок и увеличения общей базы знаний мы не забывали и про отдых. Но не про бесцельное сидение в четырёх стенах, это не отдых, это лень. Чаще всего мы играли в сёги. И в этот момент я поняла, что по уровню мышления я…где-то далеко. Особенно от Шикамару. Хотя, если сравнивать его и себя, это прямо небо и земля. Этого парнишку ни за что не обыграть. Зато я узнала, что Чоуджи оказывается умеет думать. Ну, я знала это ещё раньше при просмотре аниме, но когда встречаешь этого человека в реальной жизни, так сразу по нему и не скажешь. Кажется, будто он умеет только есть. А нет...       Так же, когда на тренировках мы были без сэнсэев, то мы делились на группы по 3 человека (ещё 2 оставались следящими — нейтральной стороной.), у каждой команды было по одному артефакту (ими выступали какие-либо самоделки), которые должна была захватить команда противника. На подготовку давалось полчаса. За это время команда должна была выработать план, найти себе главный штаб, где под защитой или без оставался артефакт, после чего расставить ловушки и найти временное укрытие. Всё это делалось на территории квартала, но так, чтобы наши игры не мешали остальным жителям. Это было сложно, но того стоило, ведь в реальном бою с настоящим противником лучше не особо-то привлекать к себе внимание других, так как в этом случае есть риск привлечь на подмогу ни только своих, но и чужих союзников. После старта, данного наблюдающими, обе команды должны одновременно отражать атаки друг друга и попытаться добраться до чужого штаба, чтобы отобрать артефакты. В случае, когда штаб противника плотностью захвачен одной из команд — игра окончена. Задача же наблюдающих следить за тем, чтобы не было никаких жертв в результате этой игры. К тому же у них была возможность рассмотреть и оценить действия остальных ребят, но помогать им они не могли, зато в следующем битве, становясь вместо судей игроками, они могли лучше оценить противника, зная его возможности, показанные до этого. Им были видны тайные ловушки, укрытия, действия — многое, практически всё. Вот в чём их преимущество. А главное, в результате этой игры все становились сильнее, скрытнее, тише, наблюдательнее и аккуратнее. Но первые два месяца судьям некого было спасать. Лишь по прошествии некоторого времени, когда все стали заметно сильнее и опаснее (лишь друг для друга, так как мы всё-таки не гении, а значит не схватывали всё на лету, но при таких тренировках учились мы быстро.), судьям всё чаще приходилось останавливать игру едва ли не в самом её начале, а территория таких наших тренировок уже не ограничивалась одним кварталом Клана Учиха, а стала занимать едва ли не треть деревни, мы стали частыми гостями у медиков. Родители, естественно, были недовольны такими последствиями тренировок, и часть из них запретила своим чадам продолжать такие игры, но видя то, насколько они стали сильнее, остывали и давали разрешение на продолжение их обучения.       К тому же мы научились командной работе и составлению плана атаки. В этом больше всех везло тем, с кем в команде был Шикамару-кун, они учились на его примере, а когда он становился судьёй, то работать приходилось с большим усердием, так, чтобы Нара не догадался о том, что задумали остальные, добиться этого было практически невозможно, но игрокам выгоднее держать даже наблюдателей в неизвестности до последнего, дабы всё было по-настоящему опаснее, так как в реальном бою наблюдателей не будет, будут только опытные бойцы, а значит и ирьёнинов по близости может не оказаться, да и отправить раненых к ним будет попросту некому. Значит, нужно полагаться на свои навыки, а если их план вычислят, то из-за этого могут появиться ненужные жертвы, а в игре - отсутствие реального страха и сосредоточенности, ведь, если ребята уверены, что рядом наблюдатели, то можно и не выкладываться на полную силу.        Немного времени и это понял даже Наруто.       Первые несколько недель я думала о том, как же мне подступиться к Шикамару и рассказать ему всё так, чтобы он поверил мне, ведь объяснить, откуда у меня такая информация, я не в силах, а шпион из меня пока никакой. Затем я благополучно погрузилась в учение и игры, поэтому о плане по спасению Клана забыла, и даже вспоминая, продолжала откладывать его в долгий ящик, руководствуясь тем, что пока не время.       К осознанию того, что пора действовать меня привёли слова Итачи-сана, сказанные им за очередным ужином в доме Учих. Теперь уже помимо меня, Изуми- и Шисуи-сэнсэя там был и Наруто-кун. Причём, Микото-сан и Фугаку-сан, кажется, были не против того, что мы все, не родные им люди, питаемся у них чуть ли не каждый день. Для меня это было странно. Что это за гостеприимство такое?! Они будто богачи какие-то. Или им нравится, когда в их доме полно людей? В любом случае, я им благодарна, ведь эти люди не просят ничего взамен. И ни только я.       Итачи-сан сказал, что завтра им с Шисуи-сэнсэем нужно идти на какую-то миссию. Пустяковую, добавил он. Но на лице Микото-сан отразилось беспокойство, страх. Недолгие, быстро пропавшие и сменившиеся дежурным спокойствием, но мне хватило и этого понять, что я едва не опоздала. Забыла, забыла, забыла! Нельзя, так нельзя!       Я едва не подскочила с места, но в последний момент остановилась, дабы не вызвать подозрений у тех, кто был рядом. Дрожь, меня колотила дрожь. Не знаю, видно ли было это снаружи. Едва ужин заканчивается, я, как можно скорее, но спокойнее покидаю дом, прощаясь со всеми. Я должна поговорить с Шикамару. Должна! Не став дожидаться, когда выйдут Наруто-кун и Саске-кун, убегаю.       Я знаю, где живёт Шикамару-кун. Не помню, как добралась до туда. Я думала, что это лишь литературный приём и на самом деле люди не могут совершенно забыть то, как делали что-то. Но нет. Я и правда очнулась лишь тогда, когда столкнулась в дверях нужного мне дома с Шикаку-саном. Растерялась, осмотрелась, поняла что пришла в нужное место, извинилась, спросила, дома ли Шикамару. Естественно дома! Уже, наверное, спит. Через пару секунд в дверях появляется сам мальчик. — Привет. Извини, если отвлекаю, — Да уж! Отвлекаю! От чего? Так, стоп! Успокойся, Сакура, всё нормально! — нам нужно срочно поговорить, Шикамару-кун.       Несомненно отец и сын видят, что я нервничаю. Я стою, кусая ногти, и трясусь. Не заметит этого только слепой. Быстрее, Шикамару-кун! Быстрее думай! А он медлит. Медленно, лениво выходит из дома, молча, медленно ведёт меня в какую-то забегаловку, медленно садится за дальний столик, рядом с которым нет никого. И чего мы тут забыли?! Мы же дети, нас никто не станет подслушивать. Или станет? Может, тогда убить их? Ах, голова уже совершенно не работает! Бред, бред, бред! — Ну и? — сложив руки замком перед собой, спрашивает Шикамару-кун.       Что «ну и»? Боже…я же ничего ему ещё не объяснила! А в своей голове я уже сделала это всё и теперь жду от него ответа… Плохо дело, всё-таки нужно успокоиться, а то вдруг наброшусь сейчас на него и задушу прямо здесь, а потом и не вспомню.       Вдох, выдох, попробую прийти в себя. Он ждёт. Смотрит на меня и терпеливо ждёт. Интересно, где это мы? Осматриваюсь по сторонам. Мы сидим в самом тёмном углу. Везде повешены светильники в виде факелов, прикреплённых к стене, которые на самом деле не с открытым огнём, а с вкрученными лампами, отдающими жёлтый свет. Стены из красного дерева, такой же пол. Не дурно, весьма не дурно. Напротив входа прилавки и касса. Столы невысокие, со стульями, деревянные, как и всё здесь в общем-то. Выбор еды…не могу я сказать, какой он. Вообще не о том думаю! Поворачиваю голову обратно к собеседнику. Как выглядят два восьмилетних ребёнка, сидящих в укромном уголке в небольшой закусочной, серьёзно глядящие друг на друга. Уморительно, не правда ли? Но мне сейчас нет дела до того, кто и что там подумает. Люди вообще на нас не смотрят.       Снова вдох, снова выдох, мне уже лучше. Перестаю трястись, словно осиновый лист на ветру. Хах, а в Японии, скорее, подойдёт не осиновый лист, а сакура. Сакура, трясётся, как сакура. Беру себя в руки и тихо, часто запинаясь, начинаю свой рассказ. Шикамару-кун слушает, не перебивает. За хронологией совершенно не слежу, перескакиваю с одного на другое, вот же…как бы не ляпнуть чего лишнего.       Кажется, говорю слишком долго. Всё время поправляюсь, иногда, судя по взгляду Нара, повторяю одно и то же несколько раз. Он терпит, терпит, слушает, пытается понять, но не встревает. По мере продолжения рассказа я успокаиваюсь. Из Шикамару бы получился неплохой психолог. На секунду представляю, что было бы, будь на его месте Наруто-кун и понимаю, что он перебивал бы меня чуть ни через каждое слово. — То есть, ты утверждаешь, — наконец произносит мальчик с серьёзностью взрослого человека, когда я едва привожу рассказ к логическому завершению, — что Клан Учиха подозревают в планировании политического переворота в Конохагакуре?       Я и не думала, что он настолько умён, чтобы понять всё сразу. Хотя, не думала бы - не пошла к бы к нему.       В ответь лишь немой кивок. — И ты хочешь, чтобы несколько значимых Кланов в деревне поддержали Клан Учиха, доверившись ему не смотря на это? Считаешь, что это спасёт Клан Учиха?       Кивок. — И тебе нужно, чтобы я как-то подтолкнул отца к этому решению?       Да! Да! Это именно то, то мне нужно! К чему столько уточнений, если ты понял! — Нет. — Что? — говорю это практически беззвучно, ошарашенно глядя на мальчика.       Почему?! Почему, нет?! Сердце бешено заколотилось, чувствую, что в глазах начало темнеть. Почему?! Ты хоть понимаешь, что это единственный способ спасти Клан Учиха?! Единственный! И моя последняя надежда — это ты, Шикамару! Ты!       Неужели, я ошиблась… Неужели, ничего уже нельзя исправить… Неужели…но почему? Почему всё выходит так? Если бы я не совалась туда, то могла бы спать спокойно даже после уничтожения Клана. Хотя, кого я обманываю! Зная, что Клан Учиха вырезан, а я даже не предприняла никакой попытки, как бы я себя не убеждала в том, что всё-равно ничего бы не смогла, жить нормальной жизнью после этого я не смогу…прямо как сейчас…А его ведь уничтожат...       Почему?...