Возлюбленный враг

       — Вали куда шёл, Ангелок недоделанный, — яростно шипел Виктор — высокий темноволосый парень с зелёными глазами, за спиной которого стояла группа из пяти человек. — Кого это ты ангелком назвал, Драный кошак? — Ладислав готов был наброситься на обидчика. Он всего на пару сантиметров уступал Виктору в росте. За правое плечо Ладислава придерживал Саша, а в левое запястье вцепилась Эльвира, не давая сдвинуться с места. Остальные из их компании просто толпились у него за спиной. Ладислава действительно за глаза называли Ангелом, как объясняли друзья, за блондинистые вьющиеся волосы и голубые глаза, но вытерпеть эту кличку он мог только от девушек и то через раз. Лучший друг — Саша, в своих очках производивший впечатление жуткого ботаника, посмеивался над его невезением с прозвищами и даже именем, ведь из-за ошибки в свидетельстве о рождении своё имя Ладислав тоже не жаловал. Его родители решили, что так даже интереснее, а вот он сам был иного мнения на этот счёт. Виктора Терса за яркую внешность прозвали Черной пантерой, как правило, сокращая прозвище просто до Пантеры. Может быть, своими агрессивно хищными повадками тот и напоминал кого-то из крупных кошачьих, но… Ладислав считал, что больно много чести этому зарвавшемуся красавцу! Сам Ладислав звал его не иначе, как Драный кошак. — Что, мозгов сообразить не хватает, гуманитарий? — презрительно усмехнулся Виктор. — Зазнавшийся пидор, — зло выплюнул Ладислав. Группа за спиной Виктора, застонав, дружно закатила глаза и кинулась его останавливать, когда тот рванул было к Ладиславу. Лучший друг Виктора Антон — русоволосый, накачанный, словно тяжелоатлет — вцепился в его предплечье. Рыжий чувак и щуплый кареглазый пацан повисли на руках. Темноволосая девушка с каре — Лида — заступила дорогу. Сбоку маячил еще один субъект, снимая всё это на телефон. — Сам ты блядская гомосятина! Сейчас я из тебя дурь выбью, чертов блондинистый урод! — ревел Виктор. — Тихо! Драки в нашем заведении не приветствуются. Просим всех участников инцидента покинуть клуб, — стал их разнимать очнувшийся наконец охранник. — Какого чёрта? Это он всё начал, почему мы тоже должны уходить? — возмутился Ладислав, тыча пальцем в сторону Виктора. — Потому что вместо того, чтобы по-хорошему договориться, вы с друзьями устроили тут разборки и распугиваете клиентов, — разозлился охранник. Надо сказать, что если со стороны Виктора было только пять человек, то за спиной Ладислава стояло семеро. Правда, в компании Ладислава всегда было больше девушек, которых сложно было причислить к боевым единицам: подруга детства Эльвира — бойкая симпатичная шатенка с серыми глазами и завсегдатай в его компании, и две блондинки: полненькая, как шарик сахарной ваты, Таня и словно засыпающая на ходу курносая Света. Парней было четверо, не считая самого Ладислава. Лучший друг Саша. Лёша, он же Лекс — кареглазый брюнет с закидонами и претензией на самого оригинального чувака. Упитанный Никита и высоченный Миша. На этот раз компании Ладислава и Виктора столкнулись в ночном клубе, откуда их теперь прогоняли. Их возмущений никто не слушал, на приватные разговоры охрана не шла. Всё же весь район был в курсе, что, когда они с Виктором умудрялись сцепиться, лучше было держаться от них подальше. Работникам клуба ещё повезло, потому что вечер только начинался, и они ещё не успели принять на грудь, иначе простыми возмущениями дело бы точно не кончилось. Зато всем им не повезло в том, что теперь приходилось идти искать другое место, чтобы потусить. Выйдя из клуба, обе компании расположились справа и слева от входа в здание, подальше друг от друга, решая, куда двинуться теперь. — А всё из-за тебя, Лад! Сдался тебе этот Терс? Нельзя было его проигнорировать? Куда мы теперь пойдем? Нас вон сколько, а сегодня пятница, всё забито, — возмущалась Эльвира. — Так, теперь во всём я виноват? Это он вечно ко мне цепляется, — Ладислав возмущённо махнул в сторону Виктора и его компании. — Нет, Эльвира права. Ты мимо Виктора спокойно пройти не можешь. У вас прямо-таки взаимная любовь, — возразил Саша. — Да ты ошизел вообще? Какая такая любовь? Совсем спятил? — заорал Ладислав и, схватив Сашу за грудки, принялся трясти его, чтобы окончательно вытрясти бредовые мысли. — Тихо-тихо, Ангелок. Саша не так уж и неправ, — встал на сторону Саши Лекс. — Вы с Терсом вечно друг на друга реагируете как бешеные. Он тебя, конечно, провоцирует, но кидаешься на него первым обычно ты. — Ангелок? И ты туда же, Лекс? — обиделся Ладислав. — Ну и отлично. Я домой. — Погоди, Лад! Не обижайся ты. Лёша же правду говорит, — попыталась его остановить Эльвира. Ладислав, направившийся к метро, в ответ ей показал средний палец.

* * *

— Хватит кипятиться, — уговаривал Виктора лучший друг. — Антон, ты вообще слышал, что этот недоголубь пизданул? — Виктор нервно расхаживал взад-вперед, мечтая только о том, чтобы догнать Ладислава и съездить кулаком по его смазливой мордашке. — Слышал, и что? То, что ты ему наговорил, в разы хуже. Неудивительно, что Ангел вечно рвётся тебе морду начистить. — По-твоему, это моя вина? — Виктор остановился, разглядывая друга в упор. Он зло сузил глаза и поджал губы от негодования. — По-моему, — ответил Антон, — вы оба хороши. Как встретитесь, кидаетесь с распростёртыми объятьями друг к другу. Честное слово, порой кажется, что вы так страстно дубасите друг друга из-за невъебенной любви, а не наоборот. — Охренел? — от еле сдерживаемой злости в голосе Виктора Антон попятился. — Вить, успокойся. Это мы, что ли, виноваты, что у вас с Ангелом такие отношения? — Антону на выручку пришел Стас, рыжая шевелюра которого резко пробилась ближе к центру спора. — Какие такие, твою мать, отношения? С ума вы все посходили, что ли? — Да ладно! Сейчас куда ни плюнь — везде культ обжимающихся мальчиков, — вставила свои пять копеек Лида, единственная девушка в компании Виктора. — Какой культ? — зашипел он. — Ну этот... как его там анимешники зовут… А, в жопу бога! Все равно не помню. Но вроде и книги такие есть, и фильмы, и… — поддержал девушку Стас. — А ты откуда знаешь? — с подозрением уставился на него Виктор. — Я ему сказала, — вступилась за их рыжего друга Лида. Виктор пристально заглянул в глаза ей и Стасу, но так и не определился во мнении насчет них. — И что вы этим хотите сказать? — произнёс он очень тихо. — Хм… Возможно, ты к нему неравнодушен? — предположил Антон и, видимо, разглядев что-то в лице Виктора, шагнул за спины ребят, быстро добавляя: — А может, он к тебе? — Убью! — сорвавшегося с места Виктора еле поймали на подходе к Антону. — Совсем с крышей попрощался? Все в курсе, что вы поубивать друг друга готовы, но чего ты на своих-то кидаешься? — зло закричала ему в лицо Лида. — Так хочется кулаки почесать? Тогда иди ищи своего Ангела, он это любит! — Сука, — выплюнул вконец взбешённый Виктор и, развернувшись, зашагал прочь. — Эй, Вить! Ты куда? Да не бери ты в голову! — закричал Антон. — Идите на хуй! — буркнул Виктор, не оборачиваясь.

* * *

— Ну, отлично, — простонал Антон, наблюдая как высокая фигура лучшего друга удаляется всё дальше. Вечер пятницы можно было смело считать испорченным. — Ага, — подтвердила Лида, — жопа чешется в поисках приключений у Виктора, а на хуй должны идти мы. — Черт! Только их нам не хватало, — досадливо поморщился Сергей, который вообще-то любил всякие конфликты, и особенно когда можно было всё снять и использовать как компромат. Сергей указывал на компанию Ангела, которая двинулась в их сторону. — Бля-а, — протянула Лида, — может, позвонить Виктору, чтобы обратно шёл? — Не стоит, а то эти бараны сразу сцепятся. Мы Ангелу без Виктора не интересны, а его друзья в драку никогда не лезут, это блондинчик у них бешеный, — поделился наблюдениями Антон, напряжённо наблюдая за приближением враждебно настроенной компании. — Тише вы! Они уже близко, услышать могут, — шикнул на них не по годам мелкий и щуплый Костя. — Ещё раз привет всем! — вперед вышел Саша, видимо, на правах лучшего друга Ладислава. — Мы тут посовещались и решили, что пора бы заключить перемирие. — А Анге... — начал было Стас, их неугомонный рыжик, но Антон вовремя его пнул и договорить у того не получилось. — Кхе-кхе-кхе! — Ладислав не в курсе, что мы с вами договориться хотим. И вам советую Терсу ничего не говорить, — продолжил Саша как ни в чём не бывало. — В общем, идея у нас такая. Давайте делиться информацией и следить за тем, чтобы наши… хм… лидеры? Ничего, что я их так назову? — Да какой из Лада лидер? Он только и может, что неприятности всем устраивать, — возмутилась бойкая шатенка, подружка не разлей вода Ангела, Эльвира. — Прямо как Витя, — поддержала её их единственная дама — Лида. — По мне, так оба раздолбаи. — Вот-вот, — Эльвира улыбнулась нежданной союзнице. — Девушки, не стоит в отсутствии них говорить такое, тем более с враждебно настроенной стороной. Назовем их лидерами, чтобы всем было не обидно и понятно, — вернул себе слово Саша. — Так вот, есть такое предложение, чтобы не получилось как сегодня: делиться планами и следить, чтобы наши горячо любимые друзья не повстречались где-нибудь в темном переулке.

* * *

Выруливая на дорогу к метро, Виктор нос к носу столкнулся с Ладиславом. Стало понятно, что они оба шли по параллельным улицам, и вот настало время им выйти на одну прямую. — Ёбаная жопа! — простонал Виктор, резко затормозив. Он ещё не отошел после шока от предположения друзей о том, что он якобы влюблён в Ладислава. Привыкший всё анализировать Виктор шёл и думал, что его действительно задевала несвойственная мужчинам красота Ладислава, а в особенности его бесили блядские губы. Да что там! Весь блондин с головы до пят бесил его неимоверно. Он сам себя переставал узнавать, когда они сталкивались. У него просто сносило крышу, и всё. Виктор не помнил, чтобы его когда-либо кто-то так же бесил: до кровавых кругов перед глазами, до стучавшего в висках пульса, пересохшего горла и дрожи предвкушения в руках. — Это твоя, что ли? — хмуро уточнил Ладислав, так же затормозивший. Виктор сдерживался, сколько мог, но одного взгляда на Ладислава хватило, чтобы понять: всё, сейчас начнется. Звук голоса, хмурый взгляд и эти чертовы пухлые губы, при взгляде на которые ни о чём, кроме как о поцелуях и минете, думать не получалось. Вот по губам он кулаком и зарядил. Ладислав вовремя отскочил, чтобы не схлопотать кулаком по кумполу. Удар пришёлся вскользь, но оскорбительно ощутимо задел губы. — Вот же сука! — прошипел Ладислав, и бросился на Виктора сам.

* * *

— А очкарик дело говорит, — одобрил Антон идею Саши об обмене информацией, — может, пойдем куда-нибудь и обсудим всё как следует? — Идём. Только не называй меня очкариком. Меня Саша зовут. — Понял. А я Антон. Нашу прекрасную леди зовут Лида. А это Сергей, Костя и Стас — если перечислять по убыванию по мере ценности. — Что? Я что, наименее ценный? — от возмущения Стас побледнел, отчего его веснушки проступили чётче, и он сразу же покраснел до корней рыжих волос. — После того, как довёл Виктора, я за тебя и ломаного гроша не дам, — подтвердил Антон. — Ну, Тох, я же не виноват, что он жуткий гомофоб. — Вообще-то, это все знают, — вставил свои пять копеек Саша. — Таких гомофобов, как ваш Виктор и наш Ладислав, ещё поискать. Но мы отвлеклись. Моя очередь представлять своих спутников. Начнем с девушек: Эльвира, Таня, Света. — А кто из них девушка Волкова? — поинтересовался Стас. — Вот поэтому ты наименее ценен. Вечно суёшь свой конопатый нос куда не надо, — прокомментировал его реплику Антон. — У Ладислава нет постоянной девушки, — ответил Саша и, помедлив, добавил: — На данный момент. А как насчёт Терса? — Та же история, — улыбнулся Антон, и после многозначительной паузы добавил: — На данный момент. — Итак, мы опять отвлеклись. Представляю нашу компашку дальше. Это Леша, мы его зовем Лекс и вам советуем. Это Никита и Миша. Ладислава вы все знаете. — Раз с формальностями закончили, идем куда-нибудь, бухнем и поболтаем, — предложил Антон, и народ потянулся за ним и Сашей. Место для такой большой компании удалось найти далеко не сразу. Пришлось набиться в зал сомнительной забегаловки, зато кроме них там никого не было. Как ни странно, но они очень быстро нашли общий язык. Возможно, дело было в том, что ругались и дрались между собой только Виктор и Ладислав, а возможно, всё было немного сложнее. — …И вот прикинь, Витя ему говорит: «Ты что, пидорас?», а тот ему: «Я не пидорас, а гей». Что тогда началось! Я думала, Витя его прикончит, — делилась впечатлениями Лида. — …И тут этот долбоёб полез к Ангелу целоваться, это капец был! Кровищи на весь танцпол, орущие бабы… э-э-э… пардон, девушки, — вещал Лекс. — …А помнишь, как Терс у Лада спросил, не гей ли он? — вспомнил Саша. — Ладислав ещё тогда вместо ответа съездил Пантере по роже? — Ага! Витя потом сказанул, что настоящие мужики красивыми не бывают, — подтвердил Антон. — Да ладно? Пантера сам очень красивый. Следуя его логике, он не мужик, — прыснула в пухлую ладошку Таня. — Вот сама ему об этом и скажи, — проворчала Лида. — Он от одного намека о гомосексуализме убить готов. — Прямо как Лад, — вздохнула Эльвира. — Вот-вот! Не понимаю, как в наше время и в нашем городе могут оставаться два таких махровых гомофоба? И ведь даже пошутить на эту тему нельзя: тут же либо в морду зарядят, либо нахуй пошлют, — подтвердила Лида. — Деточка, ты хочешь сказать, что гетеросексуальность не твоя религия? — подозрительно воззрился на неё Саша. — Ай-яй-яй! Если об этом Терс узнает, тебе не жить. — Не лезь к Лиде, она всего лишь яойщица, но этого Виктору не скажешь, ты прав. Зато тебя, очкарик, я как-то в отеле с парнем видел, и вы там явно не книжки читали, — хитро улыбаясь, выдал Сергей. Все с ужасом уставились на Сашу. Дело было даже не в том, что он был с парнем, а в том, что он лучший друг Ангела и тот этого факта точно не знал, иначе их дружбе давно настал бы конец. — Ты покойник, — благоговейно прошептал Антон. — Ой, вот только не надо этого театра, я вас прошу, — поморщился Саша. — У каждого здесь есть свои грешки, просто никто не может их перед этими двумя открыть. — Ну, вообще-то, это правда, — подтвердила чуть ли не засыпавшая до этого Света. — Вот мы с Таней обе были влюблены в Ангела, а теперь он нам дорог, но только как друг. — Потому что теперь мы вместе, — улыбка озарила круглое личико Тани, и она взяла за руку Свету. — А меня заводит групповой секс, — призналась Эльвира. — А я с братом сплю, — жизнерадостно заявил Стас. — Ты худший, иди убейся об стену, — прошипел Антон. — Но я же его люблю! — возмутился Стас. — Всё равно сдохни, инцестник! — Кто бы возмущался, но не ты, — ласково вставил Сергей, и Антон сглотнул. — А что он? — спросил Стас. — Тоха же у нас, как и Витя, гомофоб. — Не-а, — улыбнулся Сергей. — Тоха у нас пассив и весьма непривередливый. — А сам-то! — зарычал Антон. — Голубой, голубее некуда. — Так я обратного и не утверждаю, — пожал плечами тот. — Серый, а откуда ты знаешь про Тоху? — глаза Стаса азартно заблестели. — А так не ясно? — приторно улыбнулся Сергей. — Заткнись! — рявкнул Антон. — А то что? — с любопытством спросил Сергей. — Просто помолчи, — попросил Антон. — Раз у нас вечер признаний, то должен сказать, что в шестнадцать переспал с физруком, — продолжил вечер признаний Костя, и на удивлённые взгляды присутствующих пояснил: — Меня тогда застукал Сергей. Так что лучше я сам всё расскажу, пока за меня этого не сделал он. — Ого! Да у нас реально проблемы будут, если наши гомофобы это узнают, — засмеялся Саша. — Кто у нас тут остался? Колитесь, что у вас за секреты? — Ну, мы с Никитой как-то переспали по пьяни, — повинился длиннющий, словно баскетболист, Миша. — А я би по жизни. Так что, ребята, кому одиноко, я готов вас утешить, — подмигнул Лекс. — Пипец, — подвела итог встречи Лида.

* * *

Не то чтобы Ладиславу не нравился Виктор. Как раз наоборот, он был ему интересен. Но с самого начала отношения у них не заладились из-за сволочного характера и вечных придирок Виктора. Если бы не его постоянные нападки, Ладислав давно бы предпринял попытку подружиться. Вот только из-за отношения Виктора даже пройти мимо него, не получив пару отвратительных эпитетов и подколок, было невозможно. А дальше не выдерживал уже сам Ладислав, и дело обычно заканчивалось мордобоем. Впрочем, даже враждовать с Виктором Ладиславу нравилось. Пусть Виктор говорил много обидного и несправедливого, но всё же обращал на него внимание, что не могло не радовать. О причинах такой нездоровой реакции Ладислав никогда не задумывался, но с подачи друзей собственный интерес к Виктору уже не казался таким безобидным. Драка получилась зачётной. Оба они запыхались и еле шевелились, но сдаваться ни один не желал. Обычно их разнимали друзья, ведь и виделись они, как правило, в универе или в других людных местах. Ещё ни разу им не доводилось встретиться с глазу на глаз. О том, что эта встреча может стать и последней, Ладислав старался не думать. Виктор оказался чуть сильнее, зато Ладислав — быстрее и изворотливее, что уравнивало их. Нормальные люди давно бы договорились, но, видимо, мирное урегулирование было невозможным между ними. Взять верх над противником казалось очень важным, а сдаться было невозможно. Разукрашенное синяками и ссадинами лицо напротив страшно привлекало, кулаки со сбитыми костяшками так и чесались «приласкать» ещё немного, а всё такой же твердый взгляд глаз напротив только раззадоривал. — С хера ли ты ко мне вообще прицепился? — задал Ладислав давно мучивший его вопрос. Не то чтобы он сам не нападал на Виктора, но первым всё начинал именно Терс. С самого начала оскорбляя, Виктор будто специально доводил его. — Потому, что ненавижу грёбаных пидоров! — выплюнул Виктор вместе с очередным выпадом в сторону Ладислава, который тот успешно отразил. — А то я не заметил. Но при чём тут я вообще? — Притом, что пидор. — Это в каком месте? — Блядь, а мне откуда знать, в каких местах пидоры пидорами являются. — По мне, так ты просто ко мне цепляешься, — сказал Ладислав, отступая чуть в сторону, чтобы передохнуть.

* * *

Виктор тоже шагнул вбок, увеличивая дистанцию, чтобы перевести дыхание. Если так подумать, то ведь и правда: про Ангела много судачили, но никогда не шептались о том, что тот гей. Вот о том, что гомофоб — постоянно. Только Виктор по-любому не мог в это поверить. Или?.. Друзья говорили, что он влюбился в Ладислава. Всё внутри восставало против этого предположения. Так и хотелось заорать в небо: «Никогда!» Но если это не так, то почему тогда Виктор постоянно цеплялся к Ладиславу? Логичного объяснения собственным эмоциям и поступкам Виктор не видел. — Ты мне не нравишься, бесишь просто, — прошептал Виктор скорее для себя. — Ты меня вообще-то тоже в восторг не приводишь, — неприязненно сказал Ладислав. — Я заметил, — ухмыльнулся он. — Если мы ненавидим одинаковые вещи... Значит, и любить должны похожее, — вдруг выдал Ладислав. — Например, мне нравятся девушки типа Ирки с вашего потока, пышногрудые брюнетки. — Ну, нет, если говорить о красивых девушках, то это Алёна в вашей группе, высокая блондинка, — договаривая фразу, Виктор с ужасом понял, что Алёна похожа на Ладислава. Та же идеально прямая спина, те же голубые глаза, и, что самое главное, она блондинка. На голубоглазых блондинок Виктор перешёл полтора года назад, когда впервые встретился с Ладиславом. Он уже было хотел выругаться, но понял, что объяснить Ангелу причину своих стенаний не сможет, и сдержался. — Вот блядь! — простонал Ладислав. — Зеленоглазые брюнетки? — на всякий случай уточнил Виктор, и по ужасу, отразившемуся на лице Ладислава, понял, что угадал. Он бы с удовольствием позлорадствовал над ярым «гомофобом», если бы его проблемой не были голубоглазые блондинки. Вернее, один голубоглазый блондин.

* * *

— Ничего сейчас мне не говори, — взмолился Ладислав, даже не поднимая взгляда на Виктора — предполагаемую причину всех своих бед. Он пытался осознать кошмарный по своей катастрофичности факт: не такой уж он и натурал. — А я и не знаю, что сказать. Разве что посочувствую. Тебя это утешит? — раздалось в ответ. — Нет. Ни хуя меня это не утешает! — яростно прошипел Ладислав, взглянув-таки на Виктора, и тут же отвернулся, понимая, что всё. У него встал. Хотелось побиться головой о стену ближайшего дома и заорать: «Как так?» и «За что?» Такого с Ладиславом до сих пор никогда не происходило. — Вот же блядь! — не сдержавшись, простонал Ладислав. — Есть мысли? — Одна. Съебись, пожалуйста, с глаз моих. И так хуёво — дальше некуда. За что мне это? Чёрт! Как так?! — Ладиславу хотелось просто умереть, вот просто взять и умереть, или чтобы его убили. Он исподлобья глянул на Виктора и понял, что помощи тут искать нечего, потому что он скорее кончит, если Терс подойдет его бить. — Блядь! Блядь! Блядь! — Послушай, я понимаю, что тебе хуёво. Поверь, мне самому не лучше. Но, в конце концов, тебе же нравятся девушки. В универе мы практически не пересекаемся, так что через какое-то время отпустит. — Думаешь? — с надеждой спросил Ладислав. — Не может же натурал ни с того ни с сего стать геем? Или у тебя стоит на парней? — Виктор с подозрением покосился на него. Вот и как было ответить на такой вопрос, если сегодня впервые за девятнадцать лет жизни у Ладислава на парня встал? — Не стоял, — Ладислав смотрел в асфальт, понимая, что сдохнуть — это единственный путь. — Не… блядь! — Виктор шумно выдохнул, наконец, разглядев подтверждение его слов.— Надо успокоиться и не паниковать. — Легко тебе говорить. А у меня стояк! — Ладислав чувствовал, что сходит с ума. — Не у тебя одного, — зло ответил Виктор. — Предлагаю отдрочиться в кустах и разойтись по домам. Прописываю терапию бабами. Обоим. — Твою-то мать! Не хочу я дрочить. — А куда денешься? Или у тебя другие варианты есть? Препираясь, они всё же залезли в кусты, и вот тут-то Ладислав осознал, что пиздец только начался. Для него стало откровением, что можно стоять и прислушиваться к тому, как рядом в темноте дрочит другой парень, остро реагируя на каждый шорох, вдох, стон. Когда тебя перетряхивает от желания, каждый нерв как натянутая струна, которая звенит даже от порыва ветра, не то что от прикосновения, и кажется, что сам воздух искрит от напряжения.

* * *

Самым поганым было то, что вместо положенного отвращения от ситуации, в которой оказался, Виктор ощутил потребность подойти ближе к Ладиславу и… помочь. Вот только чем можно было помочь парню, у которого на тебя стоит, понять он не мог. Впрочем, нет, мог, но отказывался верить в очевидное. Мало того, у него и у самого стоял так, что не отогнёшь, а уж когда из соседних кустов послышались шорох и приглушенные стоны, стало совсем плохо… или хорошо, если учесть, что Виктор кончил. — Кошмар всей моей жизни, — выбравшись из кустов и уставившись строго перед собой, констатировал Виктор. — Кошмар и рядом не стоял, — Ладислав обессиленно сел на поребрик. — Согласен. Я бы предложил пойти выпить, но сам понимаешь — идея хуёвая. — Идея хуже некуда, — поёжился Ладислав. — Идем к метро? — Нет. Я на такси. — Тогда звони, я подожду, когда тебя заберут. — Я тебе баба, что ли, чтобы меня провожать? — зашипел Ладислав. — Даже не думал об этом, но ты реально выглядишь как самоубийца. — Не дождёшься! — Вот как? А жаль. Может, не будь тебя, и проблем бы у меня не было, — вслух размышлял Виктор. — Так, может, если бы тебя не было, был бы тот же результат? — зло бросил Ладислав. — Ну, так мы это и проверим. Сейчас разойдёмся и постараемся вообще не пересекаться. — А чего тут стараться? Мы живём чуть ли не в разных мирах. Чего проще-то? Вали уже. — Тогда пока, — и Виктор зашагал в сторону метро. — Нет уж, прощай и желательно навсегда! — крикнул ему вслед Ладислав.