Возлюбленный враг

       Если бы Виктор полтора года назад смог вообразить, как будет выглядеть ничего не соображающий от страсти Ладислав, призывно раздвинувший для него ноги, он бы не стал тратить время на перепалки и мордобой. Он бы по-любому трахнул его. Напоил. Изнасиловал. Но, безусловно, овладел им. Оставалось только поражаться собственной слепоте. Собственное желание требовало если не сожрать и уничтожить, то, как минимум, затрахать Ладислава. Картина того, каким вчера был Ладислав, здорово выбивала Виктора из колеи. Лад так и виделся стонущим от каждого движения, заводящим ощущением разгорячённой кожи под ладонями, взглядом затуманенных страстью глаз. Виктор всегда считал, что Ладислав — прирожденный пассив, но своё мнение предпочитал держать при себе. Он и подумать не мог, что когда-нибудь сам убедится в этом, и ему это так понравится, что станет самой горячей эротической мечтой. Виктор витал в облаках, всё ещё смакуя близость с Ладиславом, который напряжённо сел рядом. Волковы как ни в чём не бывало собрались за столом за завтраком. — Какого хрена вы вчера без меня трахались? — заявила рассерженная Оксана. — С чего это мы должны были тебя ждать? И вообще, откуда ты знаешь? — разозлился Ладислав. — С того, что я твоя младшая сестра и ты должен исполнять мои капризы. Мне мама вечером сказала, чтобы я у вас под дверью не маячила, потому что вы уже натрахались и спите. — Иди ты на хуй со своими капризами! — взвился Ладислав. — Лад, не матерись! — прикрикнула на него Тамара Алексеевна. — В общем, я на вас обиделась и ухожу в школу первой, — гордо вздернув нос, Оксана вышла из кухни. — Подумаешь, обиделась она. Я прямо плачу от раскаяния, — пробубнил Ладислав. — Мне вот в универ идти, где каждая собака в курсе того, что мы с Виктором встречаемся. Вот об этом стоило бы побеспокоиться, а никак не о сестре извращенке-вуайеристке. — Разве из-за того, что вы с Витей встречаетесь, могут быть проблемы? — забеспокоилась Тамара Алексеевна. — Просто мы два самых известных гомофоба на своих факультетах и многим успели насолить за два года обучения, — пояснил Виктор, переставая жевать. — Ну, у нас, слава богу, не средневековье какое-то. Пошумят-пошумят и успокоятся, — отмахнулась Тамара Алексеевна. — Тамара права, — подал голос до того молчавший Юрий Степанович. — Общество уже не то. Не стоит переживать о чужой реакции. Сейчас даже гомофоб поплюётся на гомосексуальную пару и пройдёт мимо. — Но мы-то с Виктором мимо в своё время не проходили, — проворчал Ладислав. — Вы исключение. Да и сейчас уже возмужали, исправились. Так что ничего страшного. Всё это юношеский максимализм, он хорош до поры до времени. А потом как семья появляется, становится не до чужих дел, тут бы со своими разобраться, — вздохнул Юрий Степанович. — И всё равно я не понимаю, какого хрена вы все так спокойны? — взорвался Ладислав. — Мы же оба парни! Мужики не должны за ручку ходить, целоваться и всё такое. — Тебя что-то не устраивает? — спросил Виктор. — Эм… — от взгляда Виктора, Ладислав побледнел. — Нет, всё нормально. Хотя ты мог бы меня и поддержать. — Ага. Какого хрена все радеют за гомиков, и мне хотелось бы знать. Но сейчас нам выгодна чужая придурь, так что просто смирись, — равнодушно пожал плечами Виктор. — На самом деле всё довольно просто, — вновь обратил на себя внимание Юрий Степанович. — Среди гомосексуалистов в своё время было огромное число суицидов, особенно среди подростков. Взрослые по большей части стремились покинуть страну. СМИ раздули это, раскопали несколько скандальных историй и тема получила такой широкий резонанс в обществе, что на официальном уровне были вынуждены запретить любую травлю сексуальных меньшинств. — Ой, вот только о законах, политике и общественности не надо, я вас умоляю! Вы меня этим с детства пичкаете, достало уже, — простонал Ладислав. — Кто же виноват, что ты никогда никого не слушаешь? — проворчала Тамара Алексеевна. — Пф! Тоже мне борцы за равенство и братство. Хоть что мне говорите, но гомосексуализм — это противоестественно. — Опять за старое! — всплеснула руками та. — А как же то, что ты с Виктором встречаешься? — А то, что я с Виктором, это не гомосексуализм вовсе. — А что же тогда? — Любовь, — ответил за Ладислава Виктор и продолжил жевать дальше. — Тамар, оставь их в покое. Они мальчики умные, сами постепенно во всём разберутся, — уже не отрываясь от книги, проговорил Юрий Степанович. — Юра, ты на работу опоздаешь, если будешь читать, — напомнила Тамара Алексеевна. Виктора Ладислав уже просветил, что у его отца была привычка читать всё подряд и чаще всего делать это на кухне. Так что к его молчаливому присутствию во время еды Виктор уже привык. — Витюш, а папу своего ты к нам познакомиться не позовешь? А то как-то нехорошо получается. Он там один-одинёшенек у тебя остался, — Тамара Алексеевна переключила свое внимание на Виктора. — Не знаю. Он у меня гей. Абсолютный, — глядя в тарелку, ответил Виктор. — Так и что же? Ты можешь его пригласить к нам вместе с парой. Всё же мы теперь не чужие друг другу. Он, наверное, волнуется за тебя, а так придёт хоть посмотрит, как ты тут устроился. — Вот уж то, что он волнуется, это навряд ли, — проворчал Виктор. — Я тоже думаю, что тебе его надо будет пригласить как-нибудь на ужин, — согласился Ладислав. — Думаешь? — Он всё же твой отец, а я о нём ничего не знаю, кроме того, что он гей. Согласись, это как-то неправильно. — Самое правильное — это не подпускать его к тебе, — отрезал Виктор. — Витюш, неужели Лад успел поругаться с твоим папой? — забеспокоилась Тамара Алексеевна. — Ничего такого, — поторопился ответить Ладислав. — Этот старый козёл приставал к Ладу, — пожаловался Виктор одновременно с ним. — Лад у нас видный мальчик, оно и неудивительно. Но тебе не о чем беспокоиться, ты точно для него вне конкуренции, раз он позволил тебе быть сверху. — Мама! — закричал Ладислав, отчего подпрыгнул на стуле даже Юрий Степанович, вновь погрузившийся в чтение. — Ох! Милый, что ж ты у меня такой стеснительный? Поверь, все, кто тебя вчера слышал, обзавидовались тому, что твой любовник способен заставить так кричать. Ладислав покраснел как рак и, вскочив со стула, направился к двери. — Я ушёл, — бросил он, вылетая из кухни. — Не надо с ним о сексе, — попросил Виктор. — Кто ж виноват, что он такой застенчивый, — развела руками Тамара Алексеевна. — Но когда я был снизу, вы это не комментировали, — заметил Виктор. — Просто ты можешь и сам до всего додуматься, а вот Лада надо подталкивать. Если я не буду ему задавать неудобные вопросы, то их зададут другие. А он у нас мальчик вспыльчивый. Лучше я на себе сначала проверю, можно ли его сегодня в люди пускать. — Хм… Понятно. Спасибо за вашу заботу. — Не за что, милый, — улыбнулась ему Тамара Алексеевна. Растянув губы в ответной улыбке, Виктор вышел из кухни. Ему ещё предстояло догнать выведенного из себя Ладислава.

* * *

Перед универом Ладислав и Виктор натолкнулись на настоящее столпотворение. Стоило им подойти, как народ расступился, давая пройти, шумные пересуды смолкли, а от толпы отделилась делегация из трёх человек: двух девушек, которые и разнесли весть о том, что Ангел с Пантерой встречаются, и вчерашний качок, пристававший к Ладиславу с расспросами. — Извините, мы просто хотели у вас обоих спросить. Вы правда встречаетесь? — спросила одна из девушек. — Правда, — односложный ответ Виктора породил возбуждённые перешёптывания. — А вы можете сейчас поцеловаться? — спросила другая девушка, нервно сжимая телефон в руке. — Да вы охуели! — тут же возмутился Ладислав, отчего девушки шуганулись за спину качка. — Почему бы и нет? — спросил у него Виктор. — Какого хрена! И ты туда же? — повернулся к нему Ладислав. — Я бы засомневалась. Не поспорил ли он на тебя? Больно всё быстро и организованно, — предостерегла вынырнувшая из толпы поближе к ним Лида. — Ты вообще-то должна быть на моей стороне, а не наговаривать на меня и нагнетать, — прищурился Виктор. — Ты сам говорил, что я подушка для Ангела, — показала язык она. — Что ты говорил? — не понял Ладислав. — Что мы что-то типа подушек безопасности для тебя. Романтично, не правда ли? — ухмыльнулась Лида. — Ни фига не понял, — честно признался Ладислав. — Не расстраивайся. Я тебе потом запись посмотреть дам, — подбодрил его Сергей, тоже выбираясь из толпы к друзьям. — А как же поцелуй? — напомнила о себе девушка с телефоном. — А как же приличия? — зарычал Ладислав. — Да кому к чёрту они нужны, — махнул рукой Виктор, полностью разворачиваясь к нему. — Не хочешь меня поцеловать? — Тут, блядь, весь универ, — напомнил Ладислав. — И что? Из-за этого ты не хочешь? — Из-за этого я не понимаю, что тебе в голову взбрело, — пробормотал Ладислав, но больше отпираться не стал. Что бы там ни задумал Виктор, Ладислав был на все сто процентов уверен в нём. В конце концов, Виктор всегда был таким же гомофобом, как и он. Жаль только, что на любовь их предубеждения не распространялись. Не отрывая взгляд от зелёных глаз, Ладислав медленно приблизился к Виктору и осторожно поцеловал, будто он мог укусить в ответ. Виктор ответил, и уже через мгновения поцелуй превратился в схватку не на жизнь, а на смерть. Вокруг послышались смешки, подбадривающие возгласы и свист. Когда тяжело дыша, они отлипли друг от друга, пространство у главного входа в здание филологического факультета взорвалось аплодисментами. — Я только одного понять не могу, кто у них актив, а кто пассив? — спросила подоспевшая Эльвира. — А это секрет, — подмигнул ей Виктор. — Скажите, — вновь обратила на себя внимание девушка с телефоном. — Если вы встречаетесь, то это значит, что и на гомосексуальные отношения вы изменили свой взгляд? Вокруг вновь наступила тишина. Поближе к ним подобрались друзья, которые как никто знали ответ на этот вопрос. — Мы по-прежнему против гомосексуализма, — ответил за двоих Виктор. В толпе раздались резкие голоса, но теперь не столь единодушные в том, одобрять или возмущаться словам Виктора. — Да пофигу, как вы там и к чему относитесь. Но если Пантера не завалит Ангела, то, считай, жизнь он прожил зря, — брякнул Лекс. За что тут же схлопотал удар от Виктора в скулу. — Да ты заебал уже, бешеный кошак! — А тебе, как я посмотрю, жить надоело, — вздохнул Саша. — Ещё слово о Ладиславе, и я тебя закатаю в больницу, — предупредил Лекса Виктор. — Так, всё. Брейк, парни, — вмешался Ладислав и обратился к Виктору: — Лучше скажи, про какой спор Лида говорила? — Она думает, что я то ли хочу тебя подставить, то ли продать, то ли растлить. В общем, сам узнавай, что творится в её больной голове. — И ничего у меня голова не больная, — возмутилась Лида. — А от твоих сюсюканий с Ангелом реально страшно становится. — Я не Ангел! — возмутился Ладислав. — Но ведь похож, — возразила Лида. — Не похож! — Лида, не трать силы, ты его всё равно не переубедишь, — вмешалась Эльвира. — Вы мне скажите, мы на пару вообще идём, или так всем универом и будем топтаться у входа? — вернул всех на землю Саша. На пару они всё же попали, но заниматься, похоже, никто не собирался. Студенты только и делали, что пересылали друг другу фотки и видео целующихся у входа в универ Ладислава и Виктора. — А-а-а! Какой он лапочка! Я просто не могу, — донесся до Ладислава шёпот девушки спереди. На экране её телефона он с раздражением увидел страстно сосавшихся себя и Виктора. — Блин, почему я не могу посмотреть, как они занимаются любовью? — прошептала соседка по парте девицы с телефоном. — Вот-вот! Хоть бы одним глазком взглянуть. Да что там! Я бы просто послушать согласилась. — А главное, по ним вообще непонятно, кто из них пассив, а кто актив. Я думала, что это по-любому Ангел будет, но он так уверенно зажал Пантеру, что я теперь сомневаюсь, — задумчиво продолжила мысль вторая. — И не говори. Ангел, конечно, забияка, но рядом с парнем его можно только пассивом представить. Он такой котик, просто сил нет! — Ага. А вот посмотришь как он жамкает Пантеру, так и непонятно становится. С таким-то характером, как у Ангела, если он решит что-то, то уже не отступится. Блин, теперь не успокоюсь, пока не узнаю, кто кого поимел. А Ладислав сидел и в который раз поражался проницательности Виктора и его дальновидности. Это ещё надо было додуматься так воспользоваться чужим любопытством, чтобы отвести от него, Ладислава, похотливые взгляды. Виктору отлично удалось сбить с толку окружающих. Конечно, как только все узнали об интимном союзе двух гомофобов, тут же озадачились вопросом, кто же из них был снизу? Все хотели посмотреть на того, кто рьяно кошмарил гомиков, а потом сам же подставил задницу партнёру своего пола. Ладислав не мог понять, почему подозрения сразу пали на него, но вот в логических выкладках Виктора он ни секунды не сомневался. В том, что Виктор неспроста спровоцировал его на поцелуй у входа, он был уверен с самого начала. От размышлений Ладислава отвлекли перешёптывания парней с задних парт. — Опять Ангел и Пантера. И что им неймется? Встречаются же. Нет бы уже успокоиться. Так нет. Они против гомосексуализма, блин. Вот же где двуличные твари! — возмущался первый парень. — А меня больше удручает, что Ангел встречается с парнем и это, блядь, не я! — застонал его сосед. — Да уж, по всему выходит, что если ты к нему подойдёшь, то он вмажет тебе, как в прошлый раз, — поддакнул первый. — Как только Пантере удалось его уломать? — Хочешь спросить у Пантеры? — Нет уж, обойдусь. Хватит того, что я умудрился втюриться в одного гомофоба, а вот иметь дело с двумя вообще не тянет. — Слабак, — хмыкнул первый парень. — Да хоть десять раз слабак, зато с целыми костями. — Думается мне, что именно этим Пантера Ангела и взял. — Чем? — Тем, что не побоялся сломанных костей, — ответил первый. — Ну ты, блин! Умеешь утешить, нечего сказать. — Я тебя лучше анально утешу. — Да иди ты в жопу! — Как раз на это я и напрашиваюсь, — прошептал первый, целуя зардевшегося второго в щёку. Ладислав только вздохнул. Ему отнюдь не льстило, что какой-то пацан по нему сохнет. И уж совсем не нравилось то, что двое парней флиртовали у всех на виду прямо на паре! И пусть он сто раз двуличный, но отказываться от Виктора или своих убеждений он не собирался. Благо и Виктор был того же мнения. Из всего окружения только он смог понять и принять его точку зрения. И пусть та была кривой, косой и нелогичной, зато одной на двоих.

* * *

После пар Ладислав и Виктор встретились в холле здания филологического факультета. — Как прошёл день? — спросил Виктор Ладислава. — Весь день охреневал с тебя. — Прости, что ты делал? — Слушал, что народ говорит, и тихо фигел от твоей предусмотрительности. — А... Скажи, неплохо иметь меня в качестве союзника, а не врага? — ухмыльнулся Виктор. — Иметь тебя в любом качестве классно, — Ладислав выделил голосом слово «иметь» и подмигнул Виктору. С Виктором здорово было даже драться, хотя на самом деле всегда хотелось дружить. Ладислав и предположить не мог, что быть вместе окажется ещё лучше, что это вообще возможно для него любить мужчину. Рядом с Виктором, казалось, возможно всё: оставаться при своих убеждениях, проще смотреть на жизнь и даже преодолеть собственные фобии и табу. А самое главное, между ними всегда были взаимопонимание и доверие, кем бы они ни приходились друг другу.

© Copyright: WILLow_W, 29.09.2013