Напишешь мне формулу любви?

Добрых пять минут Иван сидел на трибунах ледового дворца и нервно крутил в руках телефон. Блуждая взглядом по пустому льду, он слушал надоедливые гудки в трубке, а потом и вовсе этот противный машинный голос, так некстати сообщающий, что абонент не абонент. Она не отвечала. Было ли в этом что-то удивительное? После очередных ссор, если мужчине не удавалось запереть ее дома, она уходила и могла подолгу не отвечать. Даже, когда, как Ивану казалось, отходили уже оба, она оставалась холодна. Но сегодня она должна была ответить. Почему? Просто потому что должна. Можно было и в пятый раз послушать одно и тоже: абонент временно недоступен; можно было снова разозлиться и разбить чертов телефон, представляя себе, что угодно; можно было опять накручивать себя до предела; можно было по-второму кругу выйти на лед и начать забрасывать шайбы в ворота, только бы не думать; можно было сделать все, что угодно, но Ваня предпочел - ничего. Такое сладкое, заманчивое ничего. Сжимая руки в кулаки, хоккеист поднялся и, бросив быстрый взгляд на лед, ушел с трибун. Они были слишком пустыми, слишком родными, слишком другими, чем какими они были до знакомства с ней. Иван понимал, что добрее и милосерднее было бы отпустить ее. Абсолютно. Насовсем. Как же, наверное, жаль, что он не знает таких чувств. Самое ужасное для любого хоккеиста - это понять, что больше не хочешь играть, не потому что что-то случилось на льду, а потому что жизнь - более сильный соперник в хоккейной форме 《судьба》, которого хоть двести лет изучай, все равно проиграешь. - Ванька, а что Пелагея в Питере? - удивленно гляда на экран своего телефона, спросил Сорокин. - Ты что дурак? - чувствуя, как участилось сердцебиение, переспросил Телегин. - Что она по-твоему там забыла? - По-моему, хоккейные трибуны СКА она там забыла. - со смешком ответил Илья. - А вообще сам посмотри. Холодными руками Иван нетерпеливо забрал из рук у вратаря телефон и неотрывал взгляд от фотографии своей жены у кого-то в инстаграмме с неопределенным местоположением, но явно не похожем на московские просторы. - На твою финальную она не пришла, но на СКА явно собирается. - прищурился Сорока, заглядывая Ване через плечо. - Да подожди ты, тут лес один запечатлен. - раздражительно констатировал Телегин. - Да, но дочка-то чья? - Илья закатил глаза и вышел, пробормотав что-то вроде: покурим - не курю, и оставил Ивана наедине с мыслями. Мужчина вернулся к созерцанию фото. Пелагея держала на руках двоих детей и очень искренно улыбалась в камеру. Девочка, которую невозможно было не узнать, крепко обнимала ее за шею, а Марк упирался руками в плечо. Ваня невольно усмехнулся. Его жена, как всегда стояла в растегнутом пальто и без шапки, утопая кроссовками в снегу и даже не заморачивалась, что голая нога в джинсах с подворотом очень нетипична для ее стиля, а главное опасна зимой. А он был так далеко, что не мог заставить ее одеться теплее. Похоже она и вправду решила поразвлечься перед новым годом и уехать в культурную столицу. Вот только лес за ее спиной подозрительно сильно напоминал финскую или эстонскую границы. Да и сама поездка навряд ли носила в себе сугобо туристический характер. Возвращая телефон влалельцу, Иван, как в тумане, наощупь пошел на трибуны. Не то чтобы в фан-секторе думалось легче, просто было уже не так страшно. - Привет, Пелагея. Надумала вернуть заявление в суд или соскучилась по Прибалтике, без который ты явно не можешь прожить вот уже, как три месяца? - отправил язвительное смс на телефон жены Иван, о чем тут же пожалел. Ну просто потому что в двадцать четыре пора бы научиться сдерживать свои эмоции и признавать свои ошибки. Но видимо Иван в свои золотые мог только увеличить пирамиду проблем, в то время, как Поля с поразительной точностью всегда знала, какой кубик вытянуть, чтоб она рухнула вся и сразу. Хотя и она больше любила строить, чем разрушать. Покидая свой второй дом последний раз в этом году с почти предсказуемым проигрышем Металлургу, Телегин не спешил в такую неуютную теперь квартиру. Заехав в любимое кафе Марка, он вдруг понял, что не может без сына. Заказав кофе, он принялся искать в контактах номер Белова. Тот ответил на удивление быстро. - Здоров, семьдясет седьмой. Как там на льду? - решил начать с хорошего Ваня. - Война. - отшутился Антон. - Но навряд ли ты звонишь узнать что-то такое, чего нет в турнирной таблице? Несколько секунд, показавшихся Телегину вечностью, он не сводил глаз с ненужного в этом заведение телевизора, где рекламировали какой-то футбольный матч. Взгляд не цепляло. Мысли тоже. В голове все путалось. - Пелагея в Питере? - сдавшись, сказал он как есть. - Да. Но я ее не видел. Успокойся. - холодно бросил Белов. - Мы вроде с тобой договорились, что.... - вновь начал Иван. - Мы с тобой договорились, что я не полезу в ваши отношения до тех пор, пока она лично не придет просить у меня защиты. - отрезал Антон. - Вань, я не думаю, что она придет, но если придет, я не откажу. - Если придет, позвони мне. - попросил тот. - Я не буду за ней бегать по всей России, но честно говоря, до вашего севера проехаться хочется. - В своем доме я не позволю устраивать разборки, тем более так, как это любишь делать ты, поэтому оставь девочку. - попросил Белов и добавил, - Мне кажется, Вань, или ты просто боишься ответить за свои поступки? Антон попал в десяточку хотя стрелял не то чтобы наугад, но как из Магадана в московский кремль. Спустя недолгое молчание, Иван, не прощаясь, сбросил вызов и силой воли заставлял себя сосредоточиться на футболе, но не мог и причин было предостаточно.

***

Весь следущий день Пелагея посвятила себе, Марку и... Тасе. Лена была очень занята какой-то, как она сама выразилась, новогодней хренью и попросила подругу посидеть с ее дочерью. Поля не видела причин ей отказать, поэтому уже уже в восемь утра в ее полном распоряжении был весь отель, машина Беловой и двое детей. Не растерявшись, она тут же попросила их поиграть в просторном холле, где как раз стояла большая рождественская елка в европейском стиле, как любил выражаться Марк. - Надеюсь, вы ничего тут не сломаете? - уходя, уточнила Поля, широко обведя руками пространство вокруг. Дети одновременно отрицательно покачали головами и тут же наперегонки понеслись к лифту. Пелагея несколько секунд смотрела им вслед, а потом спокойно зашла в номер. Падая на кровать, она перепроверила пропущенные вызовы. Все от Ивана. И ни одного от Димы. Снова расстраиваясь, она сама ему позвонила. Билан взял трубку не сразу, а только на третий раз, когда девушка уже успела отчаяться. - Что, Пелагея? - резко спросил Дима. Поля вздрогнула от такого холодного тона, который взбодрил ее получше, чем ледянной душ с утра пораньше. Дима очень редко называл ее полным именем. Лишь, когда собирался отчитывать за что-то, впрочем дальше обращения дело никогда не заходило. - Ты злишься на меня? - робко спросила она. - Да. А ты думаешь не за что? - опережая все ее вопросы и избавляя себя от вздохов сожаления, твердо стальным голосом начал Билан. - Ты разбудила меня в единственный, мать его, выходной. Это раз. Ты снова, как бы между прочим, поставила меня перед фактом и сбежала куда подальше от наших общих проблем. Это два. Ты снова очень явно показала, что тебе плевать на мое мнение. Это три. Девушка слушала поток его мыслей широко раскрыв глаза и изо всех сил старалась не рассплакаться. - Дим, - попыталась оправдаться она, но не договорила. - Замолчи, Пелагея. - прорычал Дима и до Поли дошло. Он пьян. - Разберешься с собой - звони. Разведешься - звони. Вернешься в Москву и будешь готова к нормальному разговору - звони. Вот тогда звони, когды выполнишь хоть один чертов пункт. Только на этих условиях я готов продолжить наше общение. Кстати привет, Марку, я соскучился. - иронично закончил мужчина и сбросил трубку. Поля отшвырнула телефон в сторону и отправилась на поиски успокоительного. Она была окончательно разбита, а впереди ее ждал очень долгий день. Умом девушка понимала, что ссоры с Димой неизбежны и хотя, и была перед ним виновата, сорваться назад в столицу она не могла, да и не хотела. Ей правда было нужно время. Она уехала чтобы наладить общение с маленьким сыном, который за несколько месяцев пережил гораздо больше всего, чем их увлекательное трио. И в отличие от всех Марк не был ни в чем виноват. Он просто стал жертвой обстоятельств и разменной монетой между мужем и женой, отцом и не матерью. Весь день Пелагея провела в лесу в Лаппеенранте, где окунулась с головой в зимнюю сказку и такие по-фински огромные сугробы. Маршрут ей построила Лена с обходом долгих очередей на границе и максимальным спокойствием. Белова считала, что самый лучший союзник для ее подруги на данный момент - тишина. До обеда Поля смотрела, как Марк веселится с Тасей, играя с ней в снежки и беспрерывно катаясь на санках. Сама она участия в подобных играх не принимала и просто гуляла по территории парка такая свободная и счастливая. Задумавшись Пелагея не заметила, как Марк подкрался к ней сзади и кинул снежок ей за шиворот. - Ай! - только и успела выкрикнуть Поля и повернуться к сыну. Ребенок тут же исчез за сугробом, подготавливая с Тасей новые снаряды. Через секунду на девушку обрушился снежный град. Забыв про свой возраст и слишком осенний внешний вид, Поля упала на коленки и принялась лепить снежки голыми руками. Ее милое личико сморщилось от колючего холода, однака сама она явно не собиралась проигрывать и перехватывая подползающего к себе мальчика, Пелагея покатилась с ним кубарем с горки. Тася смотрела на Полю абсолютно удивленными глазами, словно не до конца понимая, что взрослые тоже способны веселиться, как дети. Прыгая следом, девочка набрала полные ботинки снега и, не удержавшись громко чихнула и виновато взглянула на Пелагею, быстро проговорив: - Мне не холодно. Девушка приняла решение зайти в ресторан большого отеля и уютно провести несколько часов в скандинавской обстановке перед камином, потому что и сама очень сильно дрожжала от холода и не хотела и дальше морозить детей, которым еще предстоял вечерний поход на Тасину тренировку, в который и Марк захотел поучавствовать. Останавливаясь перед красивым деревянным домом со странным названием:《Scandic Patria》Поля отряхнула пальто и взяла своих неугомонных детей на руки, не смотря на их протестующие вопли. - Тихо, иначе нас отсюда выгонят. - строгим голосом сказала Пелагея, а после улыбнулась и добавила, - Вы же не хотите заболеть и пропустить все на свете, в том числе и последний матч любимого СКА? - Нет. - одновременно выкрикнули дети. Поля, еще раз шикнув на них, поудобнее перехватила Марка, который медленно выскальзывал из ее рук и сделала шаг по направлению ко входу. Внезапно ей перегородил дорогу высокий мужчина в вязанной национальной шапке и вежливо проигнорировал вопросительный взгляд и робкую улыбку Поли. - Одел бы девчонку, - обратился он к Марку, демонстрируя свой характерный финский акцент.- заболеет еще. Пелагея недоуменно хлопнула глазами. За время пребывания в Финляндии она не заметила ни одного живого человека на своем пути, а уж тем более того, кто бы вообще обратил на них свое внимание. Даже тот отель к которому они случайно вышли, стоял в абсолютной глуши в лесу и казался безлюдным. Вес детей начал сказываться и Пелагея почувствовала, как руки предательски дрожжат. Опуская их на землю, она обхватила себя руками за плечи, чувствуя, как Марк обнимает ее за талию. - Простите я не хотел вас напугать. - улыбнулся 《снежный человек》- Просто я фотограф и не смог удержаться. Ваша счастливая семья меня покорила, поэтому держите ваш маленький новогодний подарок. Отдав Поле карту памяти из своего фотоаппарата, фин отошел от двери и мгновенно исчез из виду, потерявшись в повалившем с неба снегопаде. - Вы не бойтесь, народ здесь добрый хоть и улыбается редко, да и не говорит почти. - добавил его голос словно из ниоткуда, отчего девушка невольно вздрогнула и поспешила зайти в теплое помещение поближе к камину. Уже в холле отеля, она включила ноутбук, радуясь, что так удачно его захватила, пересматривая содержимое подарка. Отпивая горячий глинтвейн из красивой кружки и невольно залюбовавшись ею, Пелагея не сразу смогла вспомнить свой пароль от электронной почты. Ей пришлось включить телефон и снова столкнуться с суровой действительностью: десять пропущенных от Вани и ни одного от Димы. А еще куча смс от Беловой. Где вы? Как вы? Доехали? Не холодно? Не устали? Вздохнув, Пелагея не удержалась и весело рассмеялась, словив на себе робкую улыбку от маленькой девочки, которая неуверенно читала на память детский стишок, не сводя глаз с огня в камине. Отправляя Лене свое самое любимое фото неожиданной фотоссесии, девушка с ногами забралась на диван и, сворачиваясь в клубочек, накрылась пледом, мечтая поспать хоть часик в такой тихой и умиротворяющей обстановке. Детей у нее прямо на входе забрала приятная на вид блондинка с огромными голубыми глазами. Она обещала их накормить и проводить в игровую комнату. Глаза сами по себе закрывались и спустя пять минут Пелагея погрузилась в глубокий сон. Погода за окном напевала ей колыбельную, а огромные окна от пола и до потолка создавали ощущение чуда. Заснеженные ели, чьи ветки едва выдерживали белые снежные шапки, словно одеялом накрывали девушку, обещая сберечь ее до прихода весны. Ей снился Дима. Даже во сне Поля отчаянно хотела его обнять. Хотела чтобы он был рядом. Хотела чтобы он так же, как и она наслаждался красотой на родине зимы. Хотела чтобы на этих фото был и он. Она так много всего хотела, что быстро проснулась и, не удержавшись, отправила такое доброе фотосообщение Билану. Ответ пришел не замедлительно: Я рад за вас. Только вот, опять ты почти раздетая в снегу. Поль, оденься, прошу. Р. S. Я не злюсь. На лице у девушки снова заиграла улыбка, которая так сильно ее преображала. И даже дорога назад не показалась никому такой длинной и нудной, не смотря на то, что в Финляндии и Питере темнело слишком рано. Дети крепко спали на заднем сиденье, бережно пристегнутые ремнями безопасности, а Поля тихо напевала любимые песни, изредка бросая на них взгляды в зеркало заднего вида. Она морально готовилась к разговору с Антоном. Поле предстояло убедить его помочь ей с разводом и хотя сейчас она не до конца понимала, найдет ли в себе силы вернуть заявление в суд, расставить все точки и акценты над многозначной ï девушке хотелось. - Мам, я написал письмо деду Морозу. - вдруг сонным голосом произнес Марк. - А Тася свое уже давно отправила. Марк улыбнулся маме и попросил сделать музыку погромче. - И что ты попросил? - как бы невзначай поинтересовалась Пелагея. - Диму. - нахмурившись ответил мальчик. Поля удивленно на него посмотрела и резко нажала на тормоз, пропуская огромного лося через дорогу. Этот лось оказался для нее менее неожиданным, чем желание сына. - Ого! - восторженно завопил пораженный мальчишка. - Мам, мы в стране чудес? Поля рассмеялась и утвердительно кивнула. - Что еще ты попросил у зимнего чародея, Марк? - вернулась к теме разговора девушка. - Нууу, - замялся мальчишка, - я бы хотел, чтобы дед Мороз сделал меня учеником итальянской школе в Москве, а еще коробку рождественского печенья. Мам, ты же сможешь выполнить мое желание? - спросил Маркуша и весело рассмеялся, замечая выражение лица мамы. - Ты думала я все еще верю в Babbo Natale? - Ну Тася же верит. - неуверенно ответила Поля. - Мам, Тасе пять лет. - фыркнул Марк и добавил, - Я правда хочу учиться в итальянской школе. Девушка пожала плечами, продолжая внимательно следить за дорогой. Она не была против того, чтобы ее сын учился на итальянском языке, к которому он особенно успел привязаться и оберегал от всего лишнего, если его новая школа находилась в родном для них городе. - Хорошо, снегурочка исполнит твое желание. - со смехом ответила она, осозоновая что теперь ей придется смириться не только с вечным хоккеем в семье, но и итальянскими книжками. - Спасибо, мам. - поблагодарил Марк и снова сладко засопел носом. А Пелагея еще долго обдумывала его уверенное желание в лице Билана на Новый год. Неужели он уже настолько привык к диминому присутствию в их жизнях, что просит вернуть не папу, а его? Когда до въезда в Питер оставалось меньше километра, девушка вернулась из путешествия по собственным мыслям к происходящему на дороге. Уже давно было решено, что ни на какую тренировку дети сегодня не идут, но Поля позволила себе совсем облениться и сказать семье Беловых: - Извините, ребята, но у меня нет сил. Тася сегодня ночует с нами. Заваливаясь в свой уютный номер, Пелагея, не раздеваясь, а только лишь скинув пальто и куртки с детей, упала с ними в обнимку на кровать и, едва ее голова, коснулась подушки, она заснула.

***

А вот Билану не спалось. Когда Пелагея прислала ему фото с виноватым сообщением, он открывал новую бутылку виски. Однако едва взглянув на девушку в своем телефоне, он замер на пол пути. Уже несколько часов мужчина сидел на диване в гостинной своей пустой и пыльной без ее присутствия квартире и неотрывно смотрел на этот нежный кадр. Его сильно раздрожало, что Пелагея снова не заботится о своем здоровье. Диме хотелось отчитать ее за это, но он не мог не улыбаться, видя, как сильно она счастлива, когда рядом с ней сын. Внезапно Билан решил зайти на сайт интернет - билетов и выкупить самый ранний на завтрашний поезд Москва - Питер. Ну в самом деле не встречать же Новый год в столице?