Сок джунглей

Название: О пользе "Боржоми" Автор: marlu Бета: не бечено Размер: мини Канон: ориджинал Пейринг/Персонажи: ОМП/ОМП Категория: слэш Жанр: общий, юмор (сомнительный) Рейтинг: R ____________ Я не знаю, зачем это сказал. Все вышло спонтанно, нелепо и потому до крайности не к месту. Правда, это выяснилось уже потом, а пока я смотрел идиотскую передачу, где снова втирали про геев, злился и думал, как же мне это надоело. — Геи, геи, задрали этими пидорами, — выдал я вслух наболевшее. — Такое ощущение, что они везде и лезут изо всех щелей, сидели бы тихо, но нет! Мерзость! — Фим, — Лерка оторвалась от экрана смартфона, где строчила очередное сообщение бесконечным подружкам, — ты чего? — Достали! Хочется вымыться с мылом, чтобы смыть с себя эту гадость и руки из карманов не вынимать, чтобы снова не замараться. Я высказался и в полной тишине — по экрану беззвучно бежали белые титры, я ушел на кухню попить воды. Сделал пару глотков из кувшина и меня попустило. — Чай кто будет? — крикнул я, но в ответ послышалась возня в прихожей. Пришлось идти выяснять. — Тар, ты куда? Рано же еще, — я смотрел на друга, неспешно надевающего куртку, и ничего не понимал, потом спохватился: — Случилось что? Он помотал головой и стал обуваться. Дурацкая привычка, над которой я обычно стебался: сначала верхняя одежда и шапка, а потом обувь. Еще бы перчатки натянул, чтобы шнурки сподручнее завязывать было. — Тар? — повторил я вопрос. — Ничего не случилось, просто мне надо уйти, — ответил он, избегая смотреть мне в глаза. Вот что могло случиться за две минуты, пока я был на кухне? — Заходи завтра, полуфинал… — Пока, — бросил он, не заметив мою протянутую руку, и вышел. «До свидания» я говорил уже закрытой двери. — Лера, что тут у вас произошло? — я скрестил руки на груди и чувствовал как внутри клокочет гнев: если она выгнала Тара по какой-то своей бабской прихоти, то придется объяснять, что он-то как раз неприкасаем и будет в моей жизни при любом раскладе. Лучший друг, спасший жизнь. А девушки… Девушки имеют свойство меняться. — У нас? — Лерка ненатурально удивилась и подняла брови. — Я-то при чем? — Чего Тар выскочил как ошпаренный, когда еще и девяти нет? — Ты же сам сказал, что он мразь, — Лера встала, одернула юбку и небрежно кинула телефон в сумку. — Я, пожалуй, тоже пойду. — Постой, это он на мои слова обиделся что ли? — А ты не знал, что он голубой? — Лерка на секунду притормозила рядом, покачала головой и ушла в прихожую, оставляя меня хватать воздух ртом и бороться с шумом в ушах в одиночестве. Да так оно, пожалуй, было лучше. Новость меня оглушила. Я плюхнулся в кресло и с силой потер виски. Нет, я не догадывался, что Тарас по парням. Сколько лет общались, сколько гор покорили вместе — нормальный мужик. Настоящий. И мне плевать с кем он спит, но вот так по глупости обидеть лучшего друга… — Знаешь, я думаю, что тебе стоит извиниться перед ним, — Лерка, уже одетая, заглянула в комнату. — И еще, — она помялась немного, — наверное, нам надо пока перестать встречаться. Взять тайм-аут… Подумать, разобраться… Я тупо смотрел на нее и молчал. Потоптавшись у порога, она ушла, так и не дождавшись ответа. И ты, Брут… Телефон жег руку. Я несколько раз почти решался позвонить, но в последний момент трусил — боялся напомнить о себе и попасть в черный список. Наверное, надо дать человеку немного остыть, успокоиться. Но совесть нудела: какое «успокоиться»?! Не ссорились, отношений не выясняли, ты просто сказал человеку, что он полное дерьмо. Да и что можно сказать по телефону? Как заставить слушать сбивчивые объяснения, что я сбрехнул черт знает что ради даже не красного словца, а сам не знаю ради чего? Хотелось выть. Я тупо листал вкладки на телефоне, думал позвонить кому-то из приятелей, пожаловаться, поискать сочувствия, но понимал, что это плохая идея. Не поймут, не поддержат, а если поддержат, то не так. Лить грязь на Тара я позволить не мог. А вычислить его, даже если не называть имен, не проблема. Промаявшись до утра и логично рассудив, что вечером его может просто не быть дома, я поехал к нему. Утром люди как правило расслаблены, не ожидают сюрпризов и гостей и потому есть шанс проникнуть в квартиру и извиниться. Мысль, что он может быть дома не один, я старательно отгонял. Полчаса в метро я репетировал проникновенную речь. Она выходила такой жалкой и нестерпимо пафосной, что в конце концов я плюнул и подходил к дому Тара положившись на авось. На то, что искреннее раскаяние тронет его сердце и все будет как раньше: вечерние посиделки, совместные отпуска в горах и треп по телефону обо всем. Сначала я долго жал кнопку звонка, потом начал стучать, не веря, что Тара нет дома. Мне казалось, что я слышал и крадущиеся шаги, и неровное дыхание с той стороны двери. Наверное, он просто выжидал, надеялся, что я уйду. Сдамся… — Какого черта?! Дверь все-таки открылась и я увидел помятую и страшно недовольную физиономию Тараса. — Поговорить надо, — я не слишком вежливо втолкнул друга в его же квартиру и зашел следом. Не объясняться же на пороге. — Ну говори, — сказал Тар и скрестил руки на груди. — Я извиниться пришел за вчерашнее. Сам не знаю, что на меня нашло, ничего такого я не думаю на самом деле. И ты мой самый лучший друг, несмотря ни на что! Тар молчал, глядя куда-то мимо меня. От этого становилось неуютно и как-то стремно — поди пойми, что у него на уме. Да и извинение вышло так себе, на троечку. — Тар, больше всего на свете я боюсь, что ты меня не простишь. Как мне убедить тебя, что я не вру, что на самом деле просто сморозил глупость? — Не надо. — Тар! — тут я реально испугался его безжизненного холодного голоса. — Я… Мы же одной крови! — Неужели? Я на секунду замялся, потому что цитата оказалась хоть и к месту, но ужасно двусмысленной — я всего на всего имел в виду нашу любовь к горам… Теперь он смотрел на меня внимательно, изучающе и словно чего-то ждал. Холодок пробежал ручейком вдоль позвоночника. Спрашивать себя на что я готов ради Тара я не стал, просто сделал шаг и как сиганул в пропасть, не зная выдержит ли страховка — поцеловал. Прикрыл глаза, обнял за напряженные плечи и целовал, стараясь не думать ни о чем. Страховка выдержала. Такое было ощущение, когда он ответил. — Зачем? Фима, зачем? Не стоило этого делать. В его голосе слышалась мука и недоумение и он попытался отстраниться. Не слишком уверенно, как бы нехотя. — Затем, чтобы доказать, что не вру, — я не дал ему отодвинуться, притянул снова к себе, поглаживал по напряженной спине и получая от этого всего какое-то странное удовлетворение. — Не заиграйся, Фима, — Тар вывернулся и тяжело дышал. — Я не играю! Ты мне нужен на любых условиях! Что-то пошло не так. Ситуация стремительно вырывалась из-под контроля, но отступить сейчас я не мог. Шагнул вперед, попытался обнять, но Тар попятился и сбежал в комнату, оставив в прихожей меня одного. Я с полминуты давил в себе желание побиться головой об стенку, но потом решился и пошел следом. Он сидел на кровати, обхватив голову руками. — Тар? — Уходи, Фима, или тебе придется в своих доказательствах зайти чуть дальше, чем ты планировал. — Ну что мне еще сделать, чтобы ты мне поверил?! Бля, ну если тебе недостаточно слов, то я готов… Он вскинул голову. Криво улыбнулся. На небритом лице эта усмешка выглядела почти устрашающе. — Ну тогда велкам, — Тар повел рукой, приглашая лечь. Я с трудом сглотнул, тугой ком в горле мешал, и избавиться от него даже кашлем не удалось. Тар отвернулся, вытянулся на кровати и прикрыл глаза. — Подвинься, — буркнул я и лег рядом, не чувствуя ни рук, ни ног, а одну только слабость. — Даже так? — Тар вскинулся, навис надо мной, подняв правую бровь почти на середину лба. Мне стоило больших усилий выдержать его взгляд. — Повернись на живот, — отрывисто скомандовал он. Я уткнулся носом в изгиб локтя, до боли закусив губу. За спиной Тар чем-то шуршал, возился, стягивая с себя трусы, потом принялся за меня. Я не сопротивлялся. Даже в меру сил способствовал раздеванию. Послушно приподнимался, когда он подсовывал под меня подушку и почти не верил в реальность происходящего. Я? Нет, это не я… Не со мной… Страховочный трос со звоном порвался и ничто уже не могло удержать от встречи с бездной. Боли как таковой не было. Скажем так, обладай Тар большими габаритами, затея могла закончиться не так хорошо. Но его не самый выдающийся член проник в меня пусть и с трудом, но без фатальных последствий. Было странно. Неприятно. Дискомфортно. Но терпимо. Я как со стороны видел себя лежащим на старой односпальной кровати в узкой комнате и тихо радовался, что на трехстворчатом гардеробе не было зеркала. Боюсь, что зрелища моя хрупкая психика бы не выдержала. Тар ускорился. Больно сжал мои бедра пальцами, движения стали совсем рваными и хаотичными. Я почувствовал, как внутри пульсирует его член. Все, финиш. Едва кончив, Тар вскочил и, сдирая на ходу презерватив, выскочил из спальни. Я с трудом перевернулся — поза была жутко неудобной — и пошел за ним. Не хватило еще, чтобы все жертвы внезапно оказались напрасными. Он обнаружился на кухне. Стоял, опершись руками о столешницу и опустив голову. — Тар? — Зачем, Фима, зачем?! Ну ладно я, безнадежный идиот, но ты-то, тебе зачем? — Ты ничего не перепутал? По идее рефлексии предаваться нужно мне. — Ты же меня возненавидишь, — он резко обернулся. — Но отказаться было выше моих сил. — Это ты сейчас хочешь мне втереть про стакан воды в пустыне или что-то в этом роде? — подозрительно поинтересовался я. Он невесело рассмеялся, а мне в голову пришли очень интересные мысли: кажется, кто-то тут и правда дурак и не замечал очевидного. — Тебе не больно? Я потрогал пострадавшее место, еще раз убедился, что все в порядке и помотал головой. — Пить хочешь? — Тар открыл холодильник и протянул мне бутылку «Боржоми». — Думаешь, поможет? — задумчиво спросил я, прикладываясь к холодному горлышку. Вода с шипением наполнила рот, пузырьки ударили в нос, заставив фыркнуть. Тар посмотрел на меня, на вторую бутылку «Боржоми» у себя в руке и заржал. — Значит так, — я бросил пустую бутылку в ведро. — Сейчас мы идем досыпать, потому что я сегодня встал в несусветную рань и вообще почти не сомкнул глаз. — А потом? — А потом я тебя трахну во имя восстановления справедливости. — А потом? — А потом мы будем пить «Боржоми» и опять трахаться. И на каком-то этапе я пойму всю прелесть настоящего мужского секса. — А потом? — Тар пятился, а я наступал на него и хотел стукнуть за дурацкие вопросы. — А потом я позвоню Лерке и скажу, что подумал и решил, что она права и нам надо расстаться, ибо настоящая мужская дружба превыше всего. А сейчас мы будем спать! Я сделал ему подножку и мы вместе упали на кровать. Тар укрыл нас обоих одеялом и затих. А я чувствовал себя удивительно спокойным и счастливым, как будто и не лежал сейчас на самом дне пропасти…