Живой или мёртвый?..

ЛедиБаг, притаившись, наблюдала за акуманизированным. Это была девушка, и она стояла к ней спиной. Светлые волосы, концы которых окрашены в чёрный (кажется, путём акуманизации), короткая юбка и туфли — всё чёрного цвета. — Изумурчаешь? — раздаётся бархатистый голос Кота. — Чш!.. — не оборачиваясь, девушка жестом указывает Нуару спрятаться. — С кем мы имеем дело? — присев, спрашивает он. — Я пока не сообразила… В этот момент акуманизированная обернулась. ЛедиБаг обмерла. Прямо посередине белой футболки находился принт с фотографией Адриана. Лицо девушки наполовину скрывала маска, но Леди удалось узнать Хлою Буржуа. Похоже, она тоже сильно горевала. ЛедиБаг, сглотнув, смаргивает появившиеся слёзы. Она бросает взгляд на Нуара. Парень, не моргая, уставился на футболку акуманизированной Буржуа. — Это фото Адриана Агреста, — объясняет девушка дрогнувшим голосом, в который старалась добавить побольше безразличности. Ни к чему её напарнику знать, насколько сильно страдает и она. — Модель. Он погиб недавно. — Слышал… — кивает Нуар, всё ещё уставившись на футболку Хлои. — Но он ведь просто модель? — Хлоя… была его… подругой. Неважно. Не до этого обсуждения сейчас. Кот вновь кивает. — ЛедиБаг и Кот Нуар, где вы?! Ваши талисманы помогут вернуть Адрианчика! — Талисманы, — шёпотом повторяет ЛедиБаг. В голову закрадывается идея. — Миледи? — Нет, Котёнок, ничего. Идём, нам надо победить злодейку! Девушка решительно встаёт, выходя из укрытия и направляется к акуманизированной. Нуар следует её примеру. — А-а-а… Вот и вы. Я — Воскрешающая, и я заберу ваши талисманы! — Хм… Сколько раз мы это уже слышали? — Кот задаёт риторический вопрос. ЛедиБаг решает сразу же использовать Супер-Шанс. Она бы не смогла слишком долго наблюдать за фотографией Адриана на этой футболке. Принцип действий Воскрешающей был примерно такой же, как у Повелительницы времени и Пикселятора. Злодейка направляла какой-то предмет (что это — ЛедиБаг так и не разобрала, но, кажется, это расчёска, что странный выбор Бражника или акумы) на людей, те исчезали. Куда? Леди и этого не понимала, но после чудесного исцеления они должны были вернуться на свои места. Выпало зеркальце. Судя по всему, следовало повторить трюк с Пикселятором. Вот только подобраться к злодейке поближе никак не получалось, а время уже заканчивалось. — Нуар, прикрой меня! Я покормлю квами и вернусь. Напарник уже в который раз кивает. Сегодня он странный. — Тикки, давай скорее! — торопится девушка. — Я хочу ещё кое-что обсудить с Нуаром! — Что, Маринетт? — Я расскажу тебе потом, хорошо? — квами кивает. И почему все вокруг предпочитают кивнуть вместо того, что бы сформулировать полный ответ?.. Наконец, малышка доела своё печенье и смогла трансформировать девушку. Теперь битва пошла быстрее. Скоро удалось отразить атаку Воскрешающей зеркальцем, так что акума была уничтожена. Кот не использовал Котаклизм. — Котёнок, подожди меня, хорошо? — после традиционного удара кулачками просит Леди. — Мне нужно поговорить с тобой. Нуар удивлённо смотрит на девушку, но молчит. Хоть не кивает и на том спасибо. На асфальте сидит Хлоя. Девушка смотрит на героев, всё поняв, а затем начинает рыдать. — Эй… — ЛедиБаг не знает, как успокоить своего врага со школьной скамьи, ведь она сама недалека от такого же состояния. — Не стоит плакать. Он бы… не хотел этого. — Он был моим лучшим другом! Самым лучшим! «И единственным…», — думает Леди, не говоря этого вслух. — А ещё он кумир миллионов. Всем нам тяжело. Но если каждого захватит акума, то мы просто не справимся. Пожалуйста, контролируй себя, хорошо? Хлоя уставилась на своего кумира (ну, если её вкусы ещё не изменились). — Я… я постараюсь. — Спасибо, — ЛедиБаг выдавливает из себя улыбку. — Прости, мне пора. Нуар, идём! Она направляется на одну из крыш, а Кот спешит за ней. — В чём дело, моя Леди? — спрашивает он, едва они приземляются. — Мне нужен твой талисман! — она оборачивается, взглянув ему прямо в глаза. — Что? — кажется, он ещё никогда не испытывал такого удивления. — Талисман! Ты понимаешь, что так, скорее всего, можно воскресить человека?! — Минуточку… Ты желаешь воскресить Адриана Агреста? — Я… Ну… — она теряется от такого прямого вопроса. — Да, — ответ, наконец, прозвучал. — Но зачем?! Зачем?! — неожиданно громко восклицает Нуар. — Зачем? — шёпотом переспрашивает девушка. Действительно, зачем? Она садится на крышу и глядит на горизонт. Эти дома, эти улицы, где ходил Адриан. Это небо, на которое он смотрел. Этот воздух, которым он дышал. Разве он не захочет вновь испытать всё это? Разве ему не будет приятно знать, что кто-то ради него сделал многое? — Чтобы он жил. Чтобы радовался жизни. Чтобы он мог быть ря… здесь, в Париже. — Но зачем это тебе, Миледи? Разве он не обычная модель? Избалованный мальчик? Зачем?! — Не говори так! — она вскакивает и тыкает пальцем в его грудь. — Ты не знал его! Он был… он был потрясающим. Добрый, вежливый, хороший. Он не заслужил такой смерти. — Практически никто не заслужил смерти. Но ты, Миледи, ты знала его? — Да! — с вызовом бросает она. — Да ну? — громкий голос Нуара становится вкрадчивым шёпотом. — А ты знала, как ему живётся? Какая у него дома атмосфера? Что творится у него в душе? Знала?! — он впервые позволяет себе так громко и резко говорить с ней. Девушка задумывается, но ответ готов быстро. — Да, да, я знала! Приблизительно, но знала. — «Приблизительно»! Ты сама себя слышишь? Почему ты так переживаешь за него, ведь тысячи людей гибнут каждый день! Почему ты ради него готова пожертвовать тайной личности, которую так сильно хранила?! — Да потому что я люблю его, глупый ты Кот! — этот крик раздаётся внезапно. Девушка не выдерживает напора Кота и выдаёт второй по важности свой секрет. Потом осознаёт сказанное и, исправившись, шепчет. — Любила… теперь от него остался лишь прах, да и тот неизвестно где… Она вновь садится на твёрдую и холодную поверхность крыши. Слёзы сами текут по щекам, она этого не хотела. — Ты любила его? — голос Кота совсем другой. Он садится напротив девушки. — Да, да, да, чёрт возьми! А теперь его нет. Нет и не будет! — глаза застилает пелена слёз. Видеть трудно, и именно поэтому она не замечает такого странного выражения лица Кота. Нуар будто принимает какое-то важное решение. — Могу я обнять тебя? — вдруг задаёт он самый неожиданный вопрос. — Что? Что?! — она снова вскакивает на ноги. — Я выдала тебе свой секрет, я плачу, а ты, включив обычный режим флирта, просишь обнять меня?! — Нет, нет же! Я хочу утешить тебя! — Кот так расстроен и испуган её реакцией, что девушке становится ужасно неловко. — Прости. Мне… тяжело. — Я понимаю, — он делает шаг навстречу и обнимает её. ЛедиБаг чувствует его тепло. Он горит, действительно горит, и это чувствуется даже через костюмы, пусть и невероятно тонкие. Он сильный. И она чувствует себя защищённой. Она думает, что эти объятия такие родные. И напоминают объятия Адриана… При воспоминании о любимом она всхлипывает. — Моя Леди, прошу, выслушай меня, — девушка поднимает взгляд на Нуара и кивает. Кажется, она заразилась от него и Тикки. — Пожалуйста, дай мне шанс. Я знаю, что тебе тяжело, но сейчас я и не рассчитываю на романтику. Мне необходима хотя бы твоя дружба, понимаешь? — девушка вновь кивает. Ну точно — заразилась. — Может, из-за Адриана, — на этом имени голос Кота странно дрогнул, — ты готова к раскрытию личностей, но я пока не готов, понимаешь? Я думал, что желаю узнать твою личность. Но на самом деле я желаю узнать настоящую тебя. Я хочу, что бы ты поняла, что я люблю тебя, именно настоящую тебя. И я хочу что бы ты узнала меня. Если твоя боль не утихнет, если ты не сможешь полюбить меня, то я дам тебе свой камень Чудес, хорошо? Я просто не хочу, что бы ты действовала на эмоциях. Всё должно быть продуманно до мельчайших подробностей, ведь дело касается жизни человека. — Тебе не говорили, что ты хороший психолог? — бурчит ЛедиБаг, уткнувшись в грудь парня. Она не хочет, что бы он её отпускал. — Я согласна с твоими доводами. Мы станем друзьями? — хотелось сказать это, как утверждение, но вопросительная интонация появилась сама собой. — Станем, — твёрдо произносит Нуар. Девушка молчит, молчит и он. Объятия не разжимает никто, так что герои ещё долго стоят, молча обнявшись на одной из крыш Парижа. Слова сейчас ни к чему.