Драгоценности дракона.

Во второй учебный день всё вернулось на круги своя: количество студентов, посещающих библиотеку, стабилизировалось до обычного уровня; Льёрен стал пропадать на занятиях, кажется, став серьёзнее относиться к этому делу; Вейрол начал преподавать и более не появлялся у меня на глазах ранее обеда; вся жизнь в академии закипела, снова стала подвижной, будто и не было никаких перемен и незапланированных каникул вообще. Я сидел на своём стуле, потягивал через стеклянную трубочку сок из высокого стакана, смотрел на стопку книг, что ждали своё время, и думал над тем, каким таким артефактом воспользовался мой братец, которого я перестал ощущать. Нет, в плане моей магии и разведывательного заклинания в частности, я его чётко видел. Но как родственника я не ощущал его. Словно в его жилах более не текла та же кровь, что в и моих. Размышления на эту тему были прерваны трелью звонка, глухим звуком донёсшимся до моих ушей, который сигналил об окончании очередного урока. Отставив стакан на столешницу своего рабочего стола, я подхватил стопку книг, что была в половину моего роста высотой, и отправился в учебную часть замка. Спустившись на первый этаж, пропустил Бирола, который нёс пару коробок в обратном мне направлении, и завернул в холл, откуда был ход на три этажа учебного корпуса. Спокойно продвигаясь в потоке студентов, которые осмотрительно обходили меня, не ожидая этого с моей стороны, поднялся на второй этаж, где сразу после небольшого помещения для отдыха учеников начинались аудитории. Здесь же я застал гул и атмосферу веселья. Остановился на четвёртом шаге, обратив внимание на резко раздавшийся взрыв хохота. Обернувшись, увидел, как мой демонёнок бегает вокруг сидящих в креслах и на диванчиках знакомых, а за ним гоняется не безызвестный мне суккуб. Первый пытается угомонить второго, иногда останавливаясь и призывая к уму-разуму. Немного понаблюдав за этим, я понял общую картину: суккуб был вовсе не против быть и с тем, кто уже, вроде как, обменялся энергией с другим. Но когда Льёрен резко обрубал его, сообщая, что изменять не собирается, то суккуба это не прошибало, ибо ранее за демоном водился грешок — романы со многими сразу. Когда они снова дёрнулись в бег по кругу, я протянул руку, создавая искривление пространства. Вот Льёрен бежит мимо пары кресел, в которых расселись хохотавшие студентки, но через мгновение его уже нет. Перехватываю руку демона, оказавшегося рядом со мной, вынуждая остановиться. Застывает, пару раз моргнув и поворачивает голову в мою сторону. Смех среди учеников прекратился, все стали крутить головами в поисках пропавшего. Льёрен просиял, признав меня, и пошёл следом, разделив со мной мою ношу. - Мело, мне всё было интересно спросить, как так вышло, что ты в таких странных отношениях с родственниками? - спрашивает он, когда мы вошли в пустую аудиторию и стали спускаться по широким ступеням к кафедре. - С братом я не лажу с самого детства, когда моя мама взялась обучать меня. Я уже и не помню, как наша дружба трансформировалась в ненависть. Скорее всего, это было следствием того, что родители относились ко мне крайне строго, всегда гоняли даже за самые мелкие проступки и ждали слишком многого, что не сказать о Дамулоре. Между нами всего три года разницы, и это – капля в море, - мы опустили книги на рабочий стол преподавателя и замерли друг напротив друга. - Мой брат старше меня и заполучил магию папули, что отмечает его как будущего правителя драконьей расы. Мне же досталась магия мамули, а это — огненная стихия. Она является довольно посредственной среди сородичей, ничего особенного. Мамуля желала уже в первую сотню лет сделать из меня кого-то такого, кто заткнул бы остальных за пояс. Родительское чувство собственной значимости и родовой гордости застлало им глаза. Это сейчас я могу сказать точно и отчасти отпустить это, но тогда я был ребёнком и совсем не понимал, почему меня держат в жёстких рамках и постоянно тренируют, учат и всячески строят, а братишке старшенькому только книги подсовывают да чуть ли под хвост не целуют. Уж не знаю, по какой такой причине меня невзлюбил он, а я, кажется, именно из-за такого «несправедливого» отношения взъелся на него хлеще, чем на всякого заклятого врага. Но в моё пятидесятилетие, которое у драконов отмечается началом переходного возраста, я пробудил в себе магию пространства и времени, а реже этого среди драконов появляются разве что шаманы. Так что мамуле, скрипя сердцем, пришлось отдать меня на обучение к другому дракону. Там-то я и вздохнул с облегчением, - оперся о столешницу стола бедром и спрятал руку в карман свободных штанов, другой опершись о столешницу. - Моим учителем оказался среднего возраста похотливый до крайности дракон. Сначала мне показалось оскорбительным его поведение, ведь он только и знал, что гулять по любовникам и лишь однажды сунул мне в руки потрёпанную книжку со словами, что все мои знание уже находятся в моей голове, и что на самом деле я уже всё умею. До поры до времени я не понимал этих слов, даже имел мысль, что он просто не хочет меня учить, а блуд его куда больше привлекает. Но дом у него был такой большой и тихий, - я уставился взглядом в стену в стороне от Льёрена и с лёгкой улыбкой провалился в приятные воспоминания. - Сначала мне показалось, что там очень тихо и безлюдно, но потом я сумел понять то прекрасное, что даёт тебе такая атмосфера. Казалось, я был одинок там, но на самом деле я отдыхал. После сорока лет каждодневных тренировок я стал ловить себя на мысли, что тишина и покой — это именно то, чего мне так не хватало, что я так жадно желал и из-за чего я завидовал братцу. Честно говоря, я даже не сразу принялся изучать магию пространства и времени, где-то через пару-тройку годиков, как появился в том пустынном доме. Но не прошло и десятка лет, как я познал истину слов наставника о том, что мне уже всё известно, осталось только это открыть. И... - я вздрогнул, когда услышал звонок, и перевёл расфокусированный взгляд на Льёрена, вернувшись в эту реальность. Демон с тёплой улыбкой следил за мной, словно подмечая всякие изменения в моём лице, отчего щёки опалило жаром, и появилась неловкость. - Идём, - он подхватил мою руку и потянул на выход. В этот момент в аудиторию потянулись студенты, среди которых был преподаватель по растеневодству, который поздоровался со мной и прошёл к рабочему столу, а мы вышли в коридор. - А тебе на урок не нужно? - спрашиваю. - Нет. Мы тогда просто обсуждали место, где хотели бы отдохнуть, но я уже передумал с ними идти, - меня подтянули к себе ближе. Его рука небрежно опустилась на моё плечо, но другая с теплотой накрыла мои пальцы, которые я положил на его пояс. Чужие губы мягко поцеловали меня в висок, а глаза искрились счастьем. - Я жду продолжения, - произносит, пока мы неспешно идём по пустеющему коридору в сторону лестницы. - А что продолжать? Через тридцать шесть лет я полностью овладел этой магией и теперь повышение уровня её овладения зависело в большей степени от времени, нежели от тренировок. Вот только домой мне категорически не хотелось. Но мне повезло. Мамуля в этот момент ждала вылупление сестрицы, что продолжалось ещё около года, так что за меня сразу же никто и не взялся. А вот с братишкой мы стали часто драться. Но я чаще выходил победителем, несмотря на мой длительный период отдыха от боевых искусств. После появления Сиэ мамуля ещё несколько лет нянчилась с ней, но как только у сестрицы открылась предрасположенность к магии жизни и смерти, так она сразу была передана на попечение папули и братишки, а за меня тотчас взялись с прежним усердием. Но я не смог долго это выдержать и скоро стал пропускать уроки, сбегать из дома. Так продолжалось года два-три, и в какой-то момент я просто поселился у наставника по второй магии, так как тот не был против, а мне и в радость. А когда мне исполнилось сотня лет, я без оповещения родителей сбежал с островов. Только позже, уже находясь далеко оттуда, открыл окно прохода в комнату родителей и бросил письмо, в котором экспрессивно разрисовал свою ненависть к такому воспитанию и дому, и что собираюсь найти того, кто будет по-настоящему любить меня, а не пытаться сделать из меня какой-то образчик идеала, коим можно восхваляться и гордиться, - мы спустились по пустынной лестнице и прошли большой холл, направляясь к столовой. - Теперь ты вполне правильные выводы можешь сделать из моего рассказа на тему взаимоотношений в моей семье, - с лёгкой улыбкой произношу. Льёрен остановился и развернулся меня к себе, аккуратно приподнимая лицо за подбородок. - И ты нашёл его? - с игривыми искорками в глазах спрашивает. Приподнимаю бровь, а ухмылка сама растягивает губы. - Нет, что ли?! - ахнул поражённо-наигранно, отпрянув. Я тихо смеюсь в кулак и притягиваю его к себе за шею. - Нашёл, - выдыхаю шёпотом в его губы и целую. Мои пояс обхватили и подтянули ближе, отвечая на мягкий тёплый поцелуй, не углубляясь до откровенного возбуждения. С улыбками на лицах отрываемся друг от друга и снова обнявшись, продолжаем свой путь. После того, как мы набрали еды, поднялись на второй этаж обеденного зала и уселись за стол почти в самом углу. Народу было не много, всё-таки у половины, если не больше, академии ещё продолжались уроки. Я призвал свою магию пространства и с лёгкостью скрыл нас от чужих любопытных глаз и ушей, теперь никто не мог нас увидеть или услышать. - Но я связывался со своими родителями при помощи писем, которые отсылал им и забирал в ответ, - говорю, продолжая свой рассказ, в котором повествовал о своих проделках после побега из дома. - Однажды мамуля выждала момент, - я растянул губы в широкой улыбке, припоминая дела минувших дней. - И попыталась протиснуться в окно пространства. Но дело в том, что я могу с лёгкостью решать, чему можно пройти в него, а чему — нет, точно как и время открытия. Так что сначала мамуля натолкнулась на незримую стену, а после и вовсе осталась с носом, как только я помахал ей ручкой и развеял магию. Хотя признаю, когда она дёрнулась в мою сторону, я струхнул. В последние годы перед своим долгим сном я поселился неподалёку отсюда. Мне понравились здешние места, а людишки были такие забавные со всеми этими своими религиозными верованиями. Видел бы ты, как смешно они бегали с факелами и вилами за мной по горам, а ещё находились отчаянные самоубийцы, которые приходили к моему жилищу и вызывали меня на бой. Кто-то несколько раз видел меня в этом обличье и распустил слух, что страшный дракон держит у себя в рабстве девицу неписанной красоты, которая достанется вместе со всеми драгоценностями пещеры тому, кто победит меня. Тогда этих... Как их там... Рыцари, кажется... Так вот этих сразу стало во много раз больше. И с того момента я сам стал сродни местному божеству, к которому совершали паломничество, с одной лишь разницей – с оружием в руках и дурными мыслями в голове, - демон с интересом слушал меня, пережёвывая без разбора всю еду, что ему попадалась под вилку. - Но потом пришла война. Оказалось, что объединённые силы нескольких рас стеснили воинственных людишек-святош в эти места, сделав последним оплотом защиты. И те даже создали какой-то гадкий механизм, который должен был ударить то ли по армии противника, то ли ещё по кому. Я вообще не хотел вмешиваться, если бы только к моей пещере не пришла кучка людишек, которые стали вымаливать у меня помощь. Просто как шутка звучит... - И что ты сделал? - отодвигая в сторону пустые тарелки на подносе, спросил Льёрен, снова потягивая через стеклянную трубочку приторно-сладкую бурду. Я бросил на стакан с разноцветной жидкостью взгляд, который описывал всё моё отвращение и брезгливость к данной субстанции, и решил вернуться к теме разговора. Но неожиданно Льёрен приподнялся, перетянулся через стол и впечатался в мои губы поцелуем, сминая и проходясь по ним юрким язычком, делясь сахарным фруктовым вкусом. - А так не слишком сладко? - с хитрой улыбкой спрашивает, оторвавшись от меня. Награждаю коротким поцелуем и сажусь прямо, нарочито плавно облизывая губы, привлекая его озорной взгляд. - В самый раз, - довольный отвечаю с запозданием. - Так вот, - продолжаю, когда он хмыкнул и сел на место. - Этот их приход меня заинтересовал, особенно, когда я увидел, что в качестве вознаграждения мне предлагали книги и драгоценные камни в большом количестве. Правда, как они могут понадобиться мертвякам? Вот всё и притащили мне в надежде на выручку. Но один из них был так дерзок и высокомерен, что я просто спалил всю эту кучку людишек, забрал принесённые драгоценности и полетел в город, чтобы покончить с начавшими мне надоедать фанатиками. А там всё было не так безобидно, как мне представлялось. На самом деле, в том месте оказалось немало сильных магов, которые в своём количестве напоминали рой надоедливых комаров. Войска объединённой армии подступали, так что их странное заклинание было готово к активации. Оно шарахнуло по мне с такой силой, что небо в алмазах увидел, а сознание на мгновение было потеряно, чего вполне хватило, чтобы я упал на какие-то ангары и снёс их. Когда пришёл в себя, то перед глазами всё было как у тумане, то проявляясь, то исчезая. Я, кажется, тогда ещё сумел спасти кучку твоих сородичей, которые были в заложниках в том месте, и пару-тройку сотню людишек прихлопнуть, прежде чем отбыть обратно. Демонов я скинул где-то за пределами города, а сам отправился в своё жилище, но как я туда попал — без понятия. Ничего не помню. Зато проснулся через триста с половиной лет и обнаружил, что вместо гор там теперь холмы, а ландшафт немного изменился, да и людишки не выжили, - я замолчал, ковыряясь в салате вилкой. От исчезновения целой расы я не ощущал радости. Возможно, у них был шанс встать на лучшую дорогу и «выздороветь», а, может, и не было... Тогда самым лучшим способом было вырвать всё с корнями, как и сделали. Неоднозначный вопрос. - Мело, - я поднял голову и встретился с растерянным взглядом Льёрена. - Что не так? - хмуро интересуюсь. Демон задумчиво мычит и переводит взгляд в сторону. - Видишь ли... Если всё было именно так, как ты рассказываешь, то в той «кучке моих сородичей» был мой дядя. - Как мир тесен, - флегматично усмехаюсь. - Ты не понимаешь... Мой дядя... Он не простой демон... Я не рассказывал тебе из какой семьи происхожу, а ты, как понимаю, не совсем осознаёшь это... - с некоторым торможением произносит. - Не томи. Мне уже известно, что ты из родственников императора, так что не удивлюсь, если он — твой дядюшка, - безразлично произношу и откусываю от листа салата, политого кислым соусом. Молчание затягивается. Поднимаю голову, прожёвывая, и отмечаю ожидающий взгляд демона. Он пару раз кивнул, словно подтверждая мои слова, и стал ждать. Замираем. Сужаю глаза, дожевав, и отпиваю из стакана воду. - Не поразил, - выпаливаю, и демонёнок расстроено выдыхает, веся голову. Некоторое время молчим. Я спокойно доедаю свой обед, а Льёрен что-то надумывает, перебирая пальцами по столешнице и потягивая сладкую бурду через трубочку. - Совсем не тронуло, да? - спрашивает со странным сомнением и задумчивостью. - Вспомни, из какой семьи происхожу я... - с ухмылкой отвечаю. - Если ты племянник императора, то я — второй наследник трона драконов, которые, извини, но значительно превосходят эту империю, как силой, так и знаниями, - Льёрен выдыхает и со стуком опускает голову на столешницу. - Я как-то не привык к такой реакции... - расстроено глухо бубнит. - И что я только могу дать тебе... - Настала пора, в которой начинает работать мозг, а не только то, что ниже пояса? - ехидно интересуюсь. Демонёнок ничего не ответил, только продолжал изничтожаться в мыслях. Вздохнув, вытираю вокруг рта салфеткой, бросаю ту на разнос с грязной посудой и обхожу стол. Положив руки на плечи Льёрена, поднимаю его тушку, заставляя выпрямиться. - Мой лакомый кусочек, - шепчу ему на ушко, отчего он замирает. - Как считаешь, что вообще я могу желать, если у меня есть всё от рождения? - он расстроено закусывает нижнюю губу и опускает глаза. - У тебя уже всё есть. - Именно. Уже всё есть, - приподнимаю его лицо, вынуждая заглянуть мне в глаза. - Но именно только теперь. Зачем мне богатства и статус? Дай мне то, чего у меня не было. - Я... не понимаю, о чём ты, - его фиалковые глаза заблестели, казалось ещё немного, и он заплачет от безысходности. - Льёрен, - наклоняюсь и невесомо целую его в скулу, висок, чуть заострённое ушко. - Чего не было у меня от рождения... За чем я отправился в поиски... - тихо шепчу, выпуская его лицо из рук и целую за ушком, отчего он смешно передёргивает плечами. Щекотно? - Но ведь ты нашёл, - тихо-тихо говорит, словно страшась разрушить эту хрупкую атмосферу пушистой лёгкости. Спускаюсь поцелуями по изгибу шеи и слегка царапаю проступающими клыками тонкую светлую кожу, заставляя его вздрогнуть. - Нашёл, - облизываю две тонкие покрасневшие ниточки-царапины и утыкаюсь своим носом в копну его мягких волос, обнимая вокруг плеч. - Нашёл, - повторяю и носом втягиваю горьковатый запах полыни. - И не отпущу. Ты мне нужен. Весь. И без остатка.