Автобусная остановка

Часть 6 Понедельник выдался солнечным. Солнце светило высоко в небе, согревая своим теплом все вокруг. В воздух впервые за несколько дней чувствовалось дыхание лета. Гермионе нравилось тепло, она даже успела по нему соскучиться. Идя по улице, она то и дело подставляла лицо под теплые лучи утреннего солнца. Только с обувью она сегодня прогадала. На каблуках ноги уже начинали ныть, пора было вновь переходить на летние кеды. Выходные прошли незаметно, без каких либо происшествий. Хэтти чувствовала себя намного лучше, посему Гермиона решила оставить женщину на выходных одну. Сама девушка, на удивление, тоже неплохо отдохнула. В новую неделю она вступила бодрой, полной сил. Безмятежность все еще сопутствовала ей, лишь до тех пор, когда, подходя к остановке, она увидела белокурую макушку бывшего однокурсника. Вновь волнение охватило ее, она уже начинала ненавидеть в себе эту черту. Почему она так волнуется, когда встречает его? Почему он вызывает в ней такие чувства? «Ничего страшного. Все будет хорошо.» По мере приближения, ее волнение сменилось еще и недоумением: Малфой был не один. Рядом с ним стоял высокий, тощий мужчина, по его униформе девушка догадалась, что тот являлся дворецким. В руках он держал зонтик Малфоя, высоко подняв его над головой блондина. Это выглядело еще абсурднее, чем зонт в солнечный день. — О, Грейнджер, привет! - завидев ее, Драко ослепительно улыбнулся и помахал рукой, приглашая присоединиться. Гермиона все еще была в нерешительности, то и дело она неуверенно переводила взгляд с одного на другого. Подойдя к ним, она все же, на всякий случай, встала от них на пару шагов дальше. Малфой деланно не понимал недоумение, что сейчас отражалось у нее на лице. Он нахмурился в ответ на ее неуверенный приветственный кивок, серые глаза на миг сощурились, мрачнея. Но вдруг весь мрак исчез, лицо блондина осветилась искренней улыбкой. — Ах ты про это, - от догадки он так радовался, что был похож на маленького мальчика, — Грейнджер, это Дженкинс. Мужчина склонил голову, на лице его играла холодная вежливость. Это не вызвало в ведьме каких либо чувств. — Мадам, - поприветствовал дворецкий ее. Гермионе не составило труда догадаться, что в таком неловком положении Дженкинсу не часто доводилось оказываться, но, как профессионал, он держался деловито строго. — Эм, как поживаете? - пусть девушка и чувствовала себя неуютно, но все же смогла выдавить из себя любезную улыбку. Тень улыбки проскользнула по тонким губам Дженкинса: — Благодарю, мадам, - ответил он, — В добром здравии, - после короткого ответа, дворецкий вновь отвернулся, продолжая держать зонт. Девушка подумала, что, наверное, того смущала его задача, но, надо отдать ему должное, виду он не подал. В воздухе чувствовалась неловкость, продолжать разговор уже не было смысла, отчего девушка переместила взгляд с дворецкого на Малфоя, который был сейчас весьма спокоен. Она позавидовала его безмятежности, ибо у нее самой от нее не осталось и следа. — Что? - не понял блондин строгий взгляд Грейнджер. Вид у него был невинным, что невольно чувствовалось угрызение совести. — Что он тут делает? - понизив голос, чтобы Дженкинс не услышал, строго спросила девушка. Светлые брови блондина изумленно поползли вверх: — Оу, ты про Дженкинса, что ли? Он просто держит зонтик, - отмахнулся он будничным видом, как будто в этом не было ничего странного. Гермиона не разделяла его мнения: — Почему? - не унималась она. Ей становилось все труднее понимать поступки Малфоя. Драко старательно игнорировал ее недоумение, парень выглядел очень довольным собой. — Ну, - протянул он, разминая руки, — Знаешь, держать зонтик стало такой ношей в последнее время. Аж руки болят. Гермиона поджала губы, чтобы не рассмеяться. Кто бы мог подумать. Драко Малфой устал. — А почему бы не оставить его, - девушка деловито задумалась, — Ну, скажем... дома? — И нарушить нашу традицию? - фыркнул блондин, — Еще чего! Это не по мне. Я вот ненавижу нарушать традиции, а ты? Он смотрел на нее так, как будто сомневался в ее умственном здравии. Словно она сказала ему то, о чем он и так знал. Под его взглядом Гермионе уже расхотелось смеяться. Более того, она хотела сейчас же покинуть это место. Внезапно лицо Драко изменилось. Ведьме уже догадывалась, что за сменами настроения парня ей никогда не угнаться, как в следующий миг последовал самый обезоруживающий вопрос из всех: — Грейнджер, у тебя новый парфюм? «Ого. Вот тебе поворот.» Выходя сегодня из дома, Гермиона решила побаловать себя парой капелек духов. Она и представить себе не смела, что Малфой это непременно заметит. — Ты... - казалось, ведьма потеряла дар речи, — Ты заметил? — Мне нравится, - одобрительно кивнул Драко с видом знатока, — Что это? Перечная мята с цедрой апельсина? Пора было подбирать с тротуара упавшую челюсть. Гермиона в приятном изумлении глядела на этого довольного произведенным впечатлением парня, и невольно на миг залюбовалась. Он все же сумел ее впечатлить, от этого сердце ее ускорилось, заставляя крови прилить к щекам. Она и вовсе перестала дышать, когда блондин наклонился к ней, опасно близко, чтобы вдохнуть ее запах. — Мм, да. Очень хорошо. Гермионе казалось, она забыла, как снова задышать. Он был близко, она могла почувствовать его дыхание и запах одеколона. Понять не успела, как все это начало сводить ее с ума. «Так. Срочно...срочно нужно заговорить.» — Ну так, - отодвинувшись, поспешно спросила Грейнджер, уверившись, что голос не будет дрожать, — Как прошли твои выходные? Гермиона готова была расцеловать себя за гениальность. Ей удалось отвлечь парня, и сменить тему, что сейчас оказалось ее спасением. Да, именно спасением. Теперь она могла свободно мыслить и сможет вспомнить, как дышать. Блондин неопределенно повел плечами, скрещивая руки на груди: — Да скучно, - ответил он, — Я успел побывать на трех вечеринках, и во всех троих пели гнилые музыканты. Гермиона чуть не рассмеялась с выражения лица блондина. Трагедия всей его жизни, — А ты? - спросил он в ответ, обратив на нее вновь свой пронзительный взгляд. Под таким взглядом ведьма снова растерялась. — Я... эм... я была на спектакле, - нашлась она в ответе, хотя это было далеко не так. Она правда смотрела спектакль, только сидя при этом на диване перед ТВ, у себя дома, с пачкой имбирного печенья в обнимку. Но Драко об этом не стоило говорить: — Хм, хороший был спектакль? - спросил он. Грейнджер кивнула, — Всегда любил театр. — Я тоже, - незамедлительно ответила она. Малфой издал довольный хмык, лицо его искривилось в хитрой усмешке, от которой девушке самой захотелось улыбаться: — А знаешь, что еще это значит? Гермиона отрицательно покачала головой. Ухмылка Малфоя стала еще шире: — Это значит, что у нас есть общая черта! А ты говорила, что это невозможно. Подумать только! Гермиона не удержалась, и тихо засмеялась. Сразу стало так легко, давно так она себя не чувствовала. Ей было легко с Драко Малфоем и это мысль с некоторых пор уже не так пугала. — Чудеса да и только, - согласилась она, — Что, наслаждаешься свободой рук? «Ему больше идет, когда он улыбается» — О да, очень? - ответил Драко, игриво ухмыльнувшись, — Например, теперь я могу делать вот так. Игриво парень ткнул ее локтем, отчего Гермиона чуть не потеряла равновесие. — Эй! - поморщилась она, схватившись за бок,— За что? — Ради веселья! - ответил он, — Ты же не забыла, что такое веселье, да, Грейнджер? Вид у него был невинным, что на него злиться было просто невозможно. Да и Гермиона не могла долго на него злиться, еще и с его то улыбкой. Наоборот, хотелось присоединиться к его веселью. — Нет, - ответила она, состроив сострадательную гримасу. Но с улыбкой это выглядело комично, — Боюсь, я полностью забыла, что это вообще означает. Знала бы она, что последует за ее признанием, помолчала бы. Все случилось настолько неожиданно, что она понять не успела, как оказалась в объятиях Драко. Он держал ее крепко, и в следующий миг, приподняв над землей, закружил в воздухе. От испуга, Гермиона завизжала, крепко схватившись за плечи парня, и зажмурила глаза. Она не решалась открыть их даже тогда, когда он опустил ее на землю. — Вух, вот это было весело! - запыхавшись, весело объявил он. Взгляд, которым девушка его одарила, должно было прожечь в нем дыру, но блондин старательно не замечал его. — Ты... - дыхание не хотело возвращаться в нормальное состояние, — Ты не то что изменился.... ты сошел с ума! — Ох да ладно тебе! - отмахнулся парень, ухмыляясь, и положил руку ей на плечо, — Перестань быть такой букой. Я знаю, тебе понравилось! Грейнджер обреченно покачала головой. Что спорить с сумасшедшим? Его рука все еще покоилась на ее плече, более собственнически обхватив ее, нежели дружески. Это рука еще больше начало ее волновать, когда она внезапно поняла, что не может связать свои мысли. Подняв голову, она искоса глянула на него: — Твое отношение к Дженкинсу просто ужасает, - сказала она, решив сменить тему, и, со стыдом, вспомнив о присутствии дворецкого, — Заставляешь его держать зонтик. Это несправедливо. Драко ухмыльнулся, подмигнув ей: — Да это ты тут одна игнорируешь его. Говоришь так, как будто его тут нет, - поджав губы, он наигранно осуждающе цокнул языком, — Ты же не обижаешься на эту леди, да, Дженкинс? Щеки Гермионы покрылись румянцем при слове "леди". В отличии от ее лица, лицо Дженкинса ничего не выражало, он лишь повернулся к ним: — Никак нет, сэр, - сказал он, и тут же быстро отвернувшись, делая вид, что их вообще не существует. Малфой повел плечами, вновь возвращаясь к добродушному настроению: — Ну так, - сказал он, обращая к ней улыбающиеся серые глаза, — На чем мы остановились? Гермиона растерялась, не зная, что и сказать. На чем они остановились? От нее ответа он и не ждал. — Та роза, что я тебе дарил, - сказал он, задумчиво поджав губы, — Нашла ли она хороший дом? Девушка кивнула, улыбнувшись, и вновь покрылась алым румянцем. Она поставила ту розу в вазу на своем подоконнике, хотя изначально собиралась ее сохранить между страницами любимой книги. Гарри заглядывал к ней как-то в субботу, и, увидев цветок, не переменил спросить, не появился ли у Гермионы поклонник, о котором она забыла упомянуть. Она ему так и не ответила. — Я поставила ее в вазу, - ответила она просто. Драко кивнул, и девушка нахмурилась, заметив, как подозрительно парень оглядывается по сторонам. Но в следующую минуту она поняла причину, когда, запустив свободную руку в карман своего жакета, блондин вытащил другой цветок розового цвета. Он был маленьким, лепестки едва начинали распускаться. Глядя на это великолепие, у Гермионы перехватило дыхание. Она не заметила, что Малфой следил за ее реакцией, он понял, что не может отвести от нее взгляд. С горящими щеками, с этой искренней, милой улыбкой, она была прекрасна. Это и озадачивало его, и дарило странную эйфорию. — Спасибо, - тихо сказала она, но он расслышал, и ответно улыбнулся ей. — Цветок для дамы, - сказал он небрежно, пожав плечами. Его охватила паника, такого эффекта он не ожидал, и поспешил отвлечься. Ткнув пальцем в Дженкинса, он спросил, — Это наш автобус или нет? Тот отрицательно покачал головой, лишая его последней надежды. — А когда тебе нужно быть на работе? - не замечала волнение парня, спросила Грейнджер, поправляя выбившуюся прядь за ухо. Судорожно сглотнув, Малфой поджал губы: — У меня в запасе еще полтора часа. А тебе когда нужно быть? Ведьме не удалось скрыть злорадную ухмылка: — А у меня не фиксированный график. Сейчас только 11. Я не работаю до 4-х. Серые глаза на миг блеснули любопытством: — Это где ты так работаешь? В этот момент Гермиону наполнило такое чувство гордости за себя, что еще никогда в жизни она так не гордилась с собой. Ее счастливая и широкая улыбка была тому доказательством. — Можешь не верить, но я один из ведущих редакторов в "Ежедневном Пророке", - с гордостью сообщила она. Ей удалось впечатлить Малфоя. Его одобрительный возглас стоил всех похвал. Не то, что она нуждалась в его похвале, но все же. — Смотри-ка. Это очень хорошо,- хмыкнул он, довольно поджав губы. — А что насчет тебя? - Гермиона решила воспользоваться моментом, когда храбрость в ней било ключом, — А где ты работаешь? Вопрос ее вызвал у блондина луковую усмешку. Он отвел взгляд, вглядываясь в дорогу: — У меня самая легкая работа из всех, - объявил он с присущей ему веселостью, — Делает счастливым и меня,и моих надзирателей. — Это какая еще такая работа? - нахмурилась Грейнджер, всегда, когда упоминалось о темном прошлом Малфоя, настроение ее уходило на убыл. Парень, видимо, не заметил смену в настроении ведьмы да и вскоре настроение ее он улучшил, повернувшись к ней одной из своих ярких улыбок: — Я тестирую мороженое у Флореана Фортескью. Тестирует мороженое? Гермионе было трудно представить это. Более того, она не догадывалась, что такая профессия вообще существует. — И за это они заставляют тебя работать по пять дней в неделю? Драко коротко рассмеялся, глядя на расширившиеся карие глаза однокурсницы. Его позабавило ее удивленное выражение лица. — Всего по 10 минут в день, - ответил он, немного самодовольно, — Это идеально подходит к моим навыкам. Гермиона не переставала глядеть на него во все глаза, пытаясь вычислить, говорит ли тот правду или же это была ложь. Но судя по нему, говорил он весьма искренне. — И за это они тебе платят? - не унималась она, раскрыв рот от изумления. Драко кивнул: — Они платят мне по 3 сиклей в час, - ответил он, — Но, если учесть, что за всю неделю я работаю всего час, то выходит немного. Но смотри! Я изобрел "Арахисово-ирисочный-шоко-ягодный Восторг"! Он оказался хитом сезона! Казалось, парень был очень горд собой, отчего девушка улыбнулась его искренней радости. — Уверена, так и есть, - ответила она, все еще качая головой в изумлении. В этот момент, Дженкинс повернулся к ним: — Ваш автобус, сэр, мадам, - торжественно объявил он, коротко кивнув каждому из них. Мужчина будто был рад окончанию его службы. Его нельзя было винить. — Очень хорошо, Дженкинс, - ответил Малфой, — Ты свободен, можешь идти. Дженкинс поспешно свернул зонтик, вручая его хозяину, и поспешил их покинуть. Видимо, он торопился поскорее оказаться подальше от этой неловкой ситуации. Гермиона с улыбкой глядела в спину удаляющегося дворецкого, вставая в очередь к подъехавшему транспорту. Невольно она наклонила голову и зарылась кончиком носа в макушку розы, вдыхая ее аромат. — Тебе нравится, - услышала она над ухом шепот, отчего по всему телу пробежали мурашки, — По тебе вижу. Малфой стоял позади нее, и, когда она обернулась к нему, он одарил ее расслабленной ухмылкой. Весь вид его тоже соответствовал улыбке. Может, это было потому, что они теперь были одни. — Да, очень нравится, - призналась она, ответно улыбнувшись, — Очень мило с твоей стороны. — Знаю, - без капли скромности ответил он, подталкивая ее к входу в автобус. Краем глаза Гермиона все продолжала за ним следить, немного сощурив взгляд. — Очень... не характерно для тебя, - добавила она. Губы блондина скривились в усмешке, он подмигнул ей, чуть склонив голову на бок: — Это хорошо? Гермиона не знала. Она ничего не знала, когда он смотрел на нее вот так. Мысли вновь путались, и ей вовсе хотелось отвернуться. Вместо ответа, она забралась в автобус, и, пробив карточку, прошла в салон. Они нашла два пустующих сидения в конце, где и устроились. — Ты так и не ответила, - тихо напомнил он ей, глядя на нее в упор. Она чувствовала его взгляд на себе, на коже, где он прожигал дыру. — Это... сложный вопрос, - выдохнула она, наконец, — Да. Это хорошо. Ответ, видимо, более чем удовлетворил Малфоя. Выглядел он, по крайней мере, чертовски довольным. Немного погодя, его рука опустилась на ее оголенное колено, пробежав по коже кончиками пальцев. От прикосновения девушка вздрогнула, по телу ее пробежали волнительные мурашки. Его пальцы играли с ней, выстукивая какой-то неведомый ей ритм. — А что с твоей тетей? - вдруг спросил он глухим голосом. Грейнджер была настолько зациклена на его руке на своем колене, что не сразу поняла смысл вопроса. — Кроме возраста и артрита? - спросила она, немного растерянно, — Не уверена. На прошлой неделе у нее ухудшилось самочувствие. Но сейчас, Слава Мерлину, все, кажется, в норме. — Хм, интересно, - улыбаясь неведомо чему, хмыкнул парень, продолжая свою сладкую пытку. Эта пытка начинала уже ее раздражать, отчего она поймала его руку и сбросила со своего колена. Но ни чем это не помогло: он упрямо вырвал руку из ее рук, возвращая ее снова на ее колено, при этом добродушно потрепав. Остаток дороги они просидели в молчании. Гермиона была слишком увлеченно его неизвестной пыткой, что чуть не пропустила остановку. Она встала, когда автобус подъехал к ее остановке. Сжав напоследок ее колено, блондин отпустил ее, и она сошла с автобуса, чувствуя бунт порхающих внутри нее бабочек. Розовый цветок все еще был прижат к ее груди.