Гарри, который Себастьян

— Фиделис, мама… Она хочет попрощаться, — в тёмную комнату зашёл Вильям. — А? Уже? Сейчас-сейчас… — человек на кровати зашевелился. Спустя минуту, он, покачиваясь, встал с кровати и, несмотря на скудность света, Вильям знал, как выглядит его друг и тайная страсть, ведь он имел несчастье увидеть Поттера в состоянии скорби. Ввалившиеся щёки, потухший взгляд, искусанные сухие губы и общая немытость тела делали его мало похожим на того изобретателя, который пришёл в их с матушкой магазин и покорил его, Вильяма, сердце. Такое состояние началось неделю назад, когда Фиделис понял, что ничем помочь смертельно больной женщине не может. Оливия медленно угасала уже около месяца, и если сначала это было незаметно, то потом болезнь заметила бы и королева. А врачи разводили руками и давали ей не больше трёх месяцев, но Поттер, будучи самым упрямым человеком, что встречал Вильям в своей жизни, проводил какие-то процедуры и давал Оливии разные настои. А сдался он только когда старушка, недрогнувшей, на удивление, рукой, дала ему подзатыльник и попросила не вмешиваться в её прекрасную смерть. «Какая же она прекрасная? — Возмутился тогда изобретатель, — ты умираешь у меня на руках, постепенно сливаясь с простынёй! Да тебя же на небесах видно не будет! С облаками сольёшься, и будешь похихикивать!» Вильям не посмеялся над шуткой, а когда услышал за закрытой дверью спальни Фиделиса сдавленные рыдания, стал угрюмее, чем был до этого. И сейчас он провожал Фиделиса на последний разговор. А Эванс точно знал, что разговор станет последним, ведь кто-кто, а матушка никогда не ошибалась в таких вещах. Когда и он в последний раз поцелует её морщинистую руку, а затем выйдет из дома и договорится с гробовщиком о похоронах. Когда он простоит все похороны с каменным выражением лица. Когда он отправит Фиделиса спать. Тогда Вильям позволит себе зарыдать, медленно оседая на пол и, скрючившись в позе эмбриона пролежать, так всю ночь не на секунду не прекращая вспоминать последний разговор. А на утро он умоется и пойдёт готовить опустошённому Фиделису завтрак, поддержит его шуткой в тему и улыбнётся понимающей и грустной улыбкой, когда тот выскочит из-за стола, не притронувшись к еде и убежит в своё поместье. Но пока ему всё это только предстоит.

***

После похорон Оливии прошла неделя. Он смог выкарабкаться. Он нашёл способ использовать заклинание болтливости и закрепления на большом количестве игрушек разом. А Вильям нашёл недорогое помещение, из которого теперь игрушки выпускаются в их магазин сотнями. Магазин им обоим пополам завещала Оливия. Фиделис не понял, когда успел к ней привязаться настолько сильно, что стал считать своей бабушкой. Но, видимо, вся его жизнь будет наполнена смертями близких, а пока он тихонько и незаметно наложил на Вильяма или, как он и Оливия его ласково называли, Вилли заклинание второго шанса. Заклинание второго шанса вроде отложенных щитовых чар вперемешку с лечебной магией. Как бы человека не атаковали, магией ли, пулями, щит отобьёт всё (даже Аваду, Поттер проверял это на крысе), а если будут непроизвольные повреждения, например, упал и ушиб коленку, будет использоваться чары лечения, но при этом, не приводя в действие щит. Фиделис сам его придумал, когда Вильям один раз не провёл ночь дома. Он поставил на него оповещатель, который фиксирует все изменения сердечного ритма и жидкостей. Вот только не додумался сразу, почему его используют на детях. А дети по женщинам и мужчинам лёгкого поведения не шляются! Пришлось придумывать заклинание для собственного спокойствия и без влезания в чужую личную жизнь Так же Фиделис придумал, как не вызывая подозрений пользоваться магией! Он стал учиться беспалочковым и невербальным заклинаниями. Конечно, получалось ровным счётом ничего, но у кого получалось сразу и через какие-то два дня? Да, люмос у него тоже без палочки и невербально не получался. Не вслух у него вообще ничего не получалось! Но он старался. И вот спустя неделю после похорон Оливии, в магазинчик пришло письмо от некоего В. Фантомхайва. Вилли от чего-то страшно разволновался и обрадовался, а Фиделис никогда не смотревший на другие магазины с игрушками кроме их, не понял этого возбуждения. — Как же, Фиделис! Это же глава компании «Фантом», с ними мы пойдём далеко! Они конечно не лучшие на рынке*, но они очень хороши. — Тряся опешившего от такого напора Поттера за плечи, сбиваясь, говорил Вильям. После недолгих препирательств, вампиру пришлось зачитывать письмо, как умел только он: — Вильям Эванс и Фиделис Поттер! Приглашаю Вас в поместье Фантомхайвов на деловую встречу. Встреча состоится N числа в 17 часов. — Так мало? Что ты не прочитал, написано ведь много! — Возмутился Вилли. Листок был исписан полностью, а прочитано было три предложения. — Я воду убрал, чтобы ясно было, чего от нас хотят, — сказал, поджавший губы, Фиделис. — Это как убрать воду из письма? — Вид у Вилли был ошарашенный. Глаза как у совы, а рот слегка приоткрыт, слышится, как в черепной коробке скрипят шестерёнки. — Это значит убрать лишние слова, не несущие смысла. Это не нравится никому, но этикет обязывает, понимаешь? — Вампир улыбнулся, но сердце Вильяма осталось безучастно. — Так ладно… Кто из нас пойдёт туда? — Парень был настроен серьёзно, ведь, несмотря на большое количество игрушек и их окупаемость, кассира они не наняли и теперь он теплил надежду, что в поместье не пойдёт — считал себя не самым лучшим дипломатом. — Судя по твоему взгляду, я… — пробормотал Фиделис. На следующий же день, ведь, о ужас, деловая встреча уже завтра, он с другом отправились в магазин одежды. Там, несмотря на цены, они выбрали вампиру костюм, почему-то зелёный. Фиделис сказал, что у него будет грим и поэтому костюм должен подходить, будто он одевался так всю жизнь. В назначенное время в нужный день, к поместью Фантомхайв прибыл симпатичный молодой человек. Его кудрявые волосы спускались чуть ниже лопаток, перехваченные бархатным бантом, зелёные изумруды глаз скрывались за очками в тонкой оправе, а на тонких бледных губах играла лёгкая улыбка. Граф Фантомхайв был удовлетворён. — Здравствуйте, мистер Поттер, — Винсент слегка прищурился — Вильяма Эванса с Поттером не было. — Здравствуйте, мистер Фантомхайв. Наконец, я познакомился с Вами. Винсент обменялся с ним понимающей улыбкой. Ведь они оба ни черта не знали друг о друге до некоторого времени. Когда они уединились в кабинете, настало время обсудить вопросы поставки изобретения, которое дает игрушкам возможность разговаривать. Вот тут дело застопорилось. — Требую относиться к моему труду по достоинству! Пятьдесят тысяч за один заказ, не меньше! — Кричал Фиделис. — Да это поделки ребёнка! Компания «Фантом» сделала вам честь только предложением о сотрудничестве! Тридцать! — Надрывался в ответ, вставший с кресла, Винсент. Они спорили ещё минут пятнадцать, пока не сошлись. Сорок тысяч не больше и не меньше. — Думаю это весьма хорошее начало, отличной дружбы, — предложил граф. — Да, мне тоже понравилось, — ответил согласием вампир и отпил вина. Тут в комнату вошла женщина. У неё были волосы цвета янтаря, а глаза были синими, горящими теплом. На ней было простое белое платье без излишков. Представилась она как Рэйчел Фантомхайв, жена Винсента. — Я услышала страшные крики и пошла на них, а что мне надо было делать? — Вопрошала она у супруга, подмечая, что ранений у него нет, и успокоилась. А потом они все вместе вышли в гостиную, надо было обсудить всё в более неформальной обстановке. Туда вскоре забежал ещё один маленький Фантомхайв. Волосы он взял от отца, а в остальном он выглядел как мать. Юный Сиэль, как представили его родители, был очень смущён перед неожиданным гостем. Но очень скоро Сиэль, когда привык к красивому и доброму дяде, стал просить: -Мистер Поттер, мистер Поттер, Покатайте на шее! — Чета Фантомхайвов была удивлена, ведь их сын в свои десять* считал, что достаточно взрослый для таких игр и думали, что молодой человек попросит не мешать его «взрослому» разговору с Фантомхайвами, но он напротив улыбнулся и с гиканьем поднял их сынишку на плечи. Ушёл Фиделис окрылённым, благодаря удачному договору и обретению новых друзей с их милым сынишкой.