Кумиры и поклонники

В большом зале царил мягкий и обволакивающий полумрак. С улицы через высокие окна пробивался неяркий свет, исходящий от фонарей, выхватывая из окружения отдельные предметы, играл на гранях хрустальных люстр под потолком. Тишину нарушало лишь тихое тиканье часов. Все казалось до боли нормальным. Кристина открыла глаза и долгое время не шевелилась, судорожно пытаясь понять, что произошло, и где она находится сейчас. Глаза никак не хотели привыкать к окружающей ее темноте, но вскоре девушка начала различать отдельные предметы. Все казалось ей незнакомым, и оттого более странным. Кристина помнила, что невероятным образом снова оказалась в стенах Гранд отеля, встретила того самого убийцу, а потом... пустота. Сознание отключилось в самый неподходящий момент. Теперь же она находилась в неизвестном ей месте, что удивительно – живая и вполне здоровая. Мейер сделала попытку сесть и скривилась от боли. Тело ныло как после длительной и сложной тренировки, мышцы сводило судорогой при каждом движении. Кристина сосчитала про себя до десяти и заставила подняться, опираясь руками о то, на чем лежала. Подушечками пальцев она почувствовала мягкую бархатистую ткань и с некоторым удивлением провела по ней рукой. Странно. Попытка встать на ноги с треском провалилась. Девушка отвлеклась на ощущение холода, пришедшее от пальцев ног в момент, когда они коснулась пола, запуталась в ткани, которая каким-то неведомым образом буквально обматывала ее, и неловко упала на колени. Несколько секунд Мейер потратила просто на то, чтобы осознать, что ее привычную форму сменило нечто совсем иное. Подняться с пола удалось не сразу, хотя мышцы постепенно и приходили в норму. Оказавшись на ногах, девушка медленно подошла к окну и выглянула наружу. Пейзаж казался Кристине смутно знакомым, но из-за разломов, изувечивших улицы, она не сразу поняла, где находится. Когда блондинка смогла рассмотреть часть фасада, ее мысли подтвердились - она была в театре. - Да что вообще происходит? Наконец, взгляд девушки упал на обнаженные руки и светлую ткань, в которую она была облачена. - Платье?.. – Кристина оттянула свободную полу одежды и осмотрела ткань. Легкое, почти в пол с неровным шлейфом сзади, перетянутое широким поясом в районе талии. Девушка прикрыла рот рукой и тихо засмеялась от осознания абсурдности ситуации. Внезапно вспомнила, что в последний раз надевала платье на собственный школьный выпускной, после чего дружба с этим предметом гардероба была расторгнута. В голову начали лезть мысли о том, что девушка все-таки сошла с ума, а то, что происходит сейчас - лишь результат. - Соберись… - Кристина присела на подоконник и глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. – Если он не убил меня тогда, значит… значит, я ему нужна для чего-то… «Надеюсь, не для очередной инсталляции. Хотя, зачем ему со мной церемониться и устраивать весь этот цирк?» Кристина запрокинула голову и закрыла глаза. Сознание постепенно приходило в норму, а мысли в голове больше не плясали словно листья на ветру. Девушка понимала, что ей нужно выбираться из этого места как можно скорее. Найти свои вещи и при этом не наткнуться на чокнутого фотографа. Задача была не из легких, но других вариантов Мейер не видела. Спустя несколько минут, когда девушка окончательно пришла в себя, она двинулась к выходу из зала. Дверь с тихим скрипом открылась, и блондинка оказалась в просторном коридоре. Висевшая на стене фотография с широко распахнутым от ужаса глазом не вызвала былого страха, но привлекла внимание вовсе не она. В углу за резную раму был заткнут небольшой снимок. Девушка протянула руку и аккуратно вытянула карточку. - Это какой-то бред, - Кристину пробил озноб, стоило ей только всмотреться в фотографию в руках. На ней девушка, как две капли воды похожая на нее саму, сидела в кресле, держа в руках женскую голову. Или это и была она?.. «Он просто играет со мной. Все это нереально, иллюзия. Как тот бесконечный коридор и смена пространства», - Кристина отогнала дурные мысли подальше и перевернула карточку обратной стороной. - Приятно познакомиться?.. Простая надпись, выведенная ровным почерком, не сулила никакой опасности, но Кристина почувствовала дрожь в теле, и снимок выпал из ставших непослушными пальцев. Девушка молча рассматривала кусок бумаги на полу и не могла найти слов. Этот почерк был ей знаком. Это был ее почерк. Шум за спиной заставил обернуться. В конце коридора Кристина увидела маленькую девочку, растрепанную и запыхавшуюся. Малышка стояла и пыталась отдышаться, но когда увидела Мейер, снова сорвалась с места. - Подожди! – блондинка подобрала полы платья и поспешила вслед за ребенком. Платье мешало при беге, но Кристина благодарила судьбу, что от нее убегала лишь маленькая девочка. Фигурка в белой пижаме мелькала впереди, Кристина звала ее, но малышка не откликалась. - Лили, погоди, прошу тебя, - узнать в девочке дочь Себастьяна было легко. Она была первым ребенком, встреченным в Юнионе за все время. Похожая на золотистую голограмму как две капли воды. – Я тебя не обижу, клянусь. Погоня закончилась на одном из широких лестничных пролетов. Девочка пыталась толкнуть массивные двери перед собой, но они не поддавались. Кристина сбавила шаг и медленно двинулась в сторону ребенка. Лили напоминала ей дикого зверька, загнанного в угол, любое резкое движение или неаккуратное слово могли испугать ее еще больше. - Все хорошо, малышка. Я друг. Я знаю твоего отца, - Мейер продолжала сокращать расстояние, улыбаясь настолько дружелюбно, насколько могла сейчас. Лили мотала головой и вжималась спиной в дверь. Наконец, Кристина остановилась в метре от нее, слыша, как быстро колотится сердце девочки, как сбилось от бега ее дыхание. Страх, исходивший от ребенка, ощущался почти физически, и Мейер чувствовала, как в ней разливается презрение к фотографу за то, что он мог сделать с ребенком. - Не бойся, я просто хочу поговорить, тебе не нужно убегать, - девушка опустилась на колени и протянула руки. – Все хорошо. В какой-то момент Кристина заметила в глазах Лили неподдельный ужас, за спиной послышался то ли вой, то ли стон. Девушка резко обернулась и увидела несущееся в их сторону нечто. Оно двигалось с огромной для столь нелепого существа скоростью, и останавливаться явно не собиралось. Послышался детский крик, и Мейер притянула ребенка к себе, обхватывая руками и пряча за собой. Секунда… две… три… Кристина чувствовала, как быстро бьется сердечко Лили. Ее собственное сходило с ума, заходясь в бешеном ритме. Но… ничего не происходило. За спиной, почти над ухом послышался очередной протяжный стон, полный… удивления? Интереса? Девушка поразилась тому, как в этом диком звуке могло сочетаться столько эмоций. Спустя минуту блондинка все же решилась обернуться. Девочка плакала в ее руках, теперь сама пытаясь обнять и прижаться как можно крепче. Кристина всей душой желала увести Лили подальше от этого злосчастного места и успокоить, но не понимала, в безопасности ли они. От увиденного перехватило дыхание. Большая изувеченная фигура стояла совсем близко. Тело, сшитое из множества других, очертаниями напоминало женское, и вызывало своим видом противоречивые эмоции. На месте головы покоилась старая камера-гармошка, которую тварь удерживала нелепыми руками. Объектив смотрел прямо в лицо девушки. Вспышка на миг ослепила и заставила отвернуться, существо же с довольным возгласом унеслось прочь. - Господи… - девушка чувствовала, как ее трясет. Каждый раз она наивно полагала, что не встретит вещь более страшную, чем уже видела, но каждый раз ошибалась. - Лили, как ты? - Кристина заставила себя собраться и заглянула в лицо девочки. Малышка судорожно сжимала край платья и не откликалась. Мейер подхватила ее на руки и поспешила уйти в другое место. Кристина потеряла счет времени в попытках успокоить Лили. Сбивчивые объяснения маленькой девочки заставляли Мейер раз за разом сжимать кулаки в бессильной злобе. Кристина по-настоящему злилась. На «Мебиус», на это место, на гребаного фотографа, превратившего жизнь в ад. Даже на Себастьяна, хотя и понимала, что это было глупо. Что удивительно – Лили не хотела говорить об отце, и каждый раз только мотала головой, начиная всхлипывать. Желание выплеснуть эмоции было велико, и фотограф находился ближе всех, но Мейер сдерживалась. Девушка понимала, что попытка напасть сейчас, без оружия и хорошего плана - это верная смерть. Стоило все обдумать, прежде чем слепо бросаться на амбразуру. Кристина покинула комнату, где они с Лили обосновались, только тогда, когда девочка смогла уснуть. Малышка постоянно ворочалась и что-то шептала во сне, но Мейер не могла остаться. Она чувствовала, что утекло уже достаточно времени, и терять больше было непозволительной роскошью. Стоило осмотреться и сделать хотя бы какие-то наметки плана. Кристина ходила по пустым коридорам, внимательно осматривая попадавшиеся на пути комнаты. Отчасти девушка боялась снова наткнуться на неизвестную тварь с камерой вместо головы, но та так и не появилась. Театр казался заброшенным, но блондинку не покидало ощущение, что за ней следят. Фотограф превратил здание театра в свою личную мастерскую. Мейер то и дело натыкалась на технику и страшный "реквизит". Иногда краем глаза девушка замечала синие отблески, но когда поворачивалась, ее ожидала лишь пустота. Постоянное ощущение чужого присутствия заставляло прислушиваться к каждому скрипу, к каждому шороху, ведь враг мог оказаться совсем рядом. Кристина остановилась перед очередной дверью и толкнула ее, затем пройдя в просторный зал. Внутри царил уютный полумрак, как и во многих других комнатах. Стены-перегородки создавали своеобразный лабиринт, каждая из которых была украшена фотографиями, кои висели в самых разных частях театра. Мейер смотрела на них, но не испытывала ни страха, ни отвращения, будто сама атмосфера этого места искажала ее восприятие. Кристина прошла чуть дальше и остановилась возле одной из фотографий. Она отличалась от тех, что девушка видела раньше. Не часть тела – нечто более интересное, имеющее смысл, кроющее в себе какую-то загадку, которую хочется разгадать. «Он знает, что такое красота. Но это понятие искажено, будто нарочно… Боже, и о чем я только думаю…» - Вижу, вы уже успели познакомиться, - голос за спиной заставил девушку вздрогнуть и обернуться. Кристина встретилась с говорящим глазами и нервно сглотнула. – Тебе идет белый. Символ чистоты и непорочности, хотя ты его и не достойна. Девушка проводила мужчину взглядом, пристально следя за его неспешными движениями. Он прошел к одной из стен и остановился у небольшого столика. Было неясно, кого фотограф имел в виду - своего монстра или девочку. - Из тебя бы вышла прекрасная «Мученица». Увы, эту идею придется забыть, как несостоявшуюся, - судя по голосу, мужчина улыбался. – Снова не хватает одной детали, основополагающей. Мейер медленно подошла ближе. Внутренний голос кричал об опасности, приказывал бежать, требовал очутиться как можно дальше от этого места, но Кристина не слушала. - Ядро впечатляет, не так ли? Ее сила великолепна и способна дать намного больше, чем разум простого человека может воспринять. - Не все видят в ней только источник силы. В первую очередь она ребенок, - голос Кристины звучал хрипло, непривычно. Девушке было что сказать фотографу, но она сдерживалась. Любое неверное слово могло стать для нее последним. - Верно, не все. Ты отличаешься от остальных, каждый раз разная, словно прячешься за масками. Этим и интересная. В момент, когда мужчина сделал несколько шагов в ее сторону, Кристина неосознанно отступила назад, не позволяя сократить расстояние. На ее действия фотограф лишь усмехнулся. Синяя вспышка на миг осветила зал, и мужчина оказался совсем рядом с девушкой. Он перехватил ее руку, отрезая дорогу к отступлению. - Изначально я готовил для тебя другую роль. Но теперь все изменилось, - мужчина улыбался, и Кристина не могла отвести взгляд от его лица. – Эта девочка всколыхнула мысли о прошлом, не так ли? В твоей жизни была одна такая, но старше. Похожая на тебя. Та самая деталь, которой так не хватает, чтобы твой образ был завершен. Внутри у Кристины все похолодело, стоило ей услышать про сестру. Девушка еле сдержалась от попытки выдернуть свою руку из захвата, губы предательски задрожали. Она не понимала, как этот человек узнал про ее прошлое. Про ее жизнь. Это было невозможно. - В первый раз в жизни я рада, что она далеко, - Кристина старалась сохранять спокойствие, но голос ее подводил. Хватка ослабла, мужчина наконец отпустил ее и отошел в сторону. Кристина никак не могла прийти в себя, не могла свести глаз с фотографа, продолжая ловить каждое его движение. Ждала, что ей причинят вред? Или этот мужчина просто завораживал ее? Каким бы не был правильный ответ, они оба пугали. - Тебе понравилась моя прелестная Обскура? – фотограф так резко сменил тему, что девушка не сразу поняла, о чем он говорит. – Подлинное произведение искусства, красоту которого может оценить только настоящий творец. Кристина поджала губы, чтобы не скривиться. Она вспомнила те несколько секунд, что созерцала это «произведение искусства», и по спине пробежал холодок от этих воспоминаний. «Думай… не оскорбляй его, будь аккуратной. Думай!» - Значит, ее зовут Обскура? – девушка ответила не сразу, но ее и не особо торопили. Мужчина встал перед одной из фотографий, и, казалось, перестал обращать внимание на присутствие кого-то еще рядом. – А могу ли я узнать имя творца?.. От короткого смешка стало не по себе. Губы мужчины растянулись в улыбке. - Предлагаю узнать это самостоятельно. Ты ведь и раньше умела подмечать детали, верно? Кристина не заметила момента, когда осталась одна. В голове царил хаос. Она испытывала страх в присутствие этого мужчины, но одновременно с этим боялась признаться себе, что он был ей интересен. Он отличался от встреченных ранее людей и был полон загадок как та фотография на стене, которая привлекла ее внимание. «Он просто ужасен» Девушка прикусила губу, отгоняя ненужные мысли, и быстрым шагом направилась к двери. Теперь, когда Лили была найдена, Кристина чувствовала, что просто обязана быть рядом с ней.