4. Что вы знаете о буре и спокойствии?
18 ноября 2017 г., 12:00
Примечания:
Спасибо всем, кто остаётся и продолжает читать. Вы - мое вдохновение.
В столовой, как это всегда бывает при большом скоплении народа, стоял гул. Ученики болтали о том, о сём, делясь всем на свете, обсуждая планы, события.
Отдельно сидели Рейвен, Чарльз, Эрик, Хэнк. Любовь к студентам это хорошо, но сидеть за столом, где в тарелку не угодит чья-то плохо контролируемая способность всё же безопаснее.
Скотт был в дурном расположении духа. Кажется, он повздорил с Джин или что-то в этом роде. Как это бывает, если страдаешь сам, то мало что радует вокруг. Саммерс желал выплеснуть свою злость, а потому его взгляд блуждал по мутантам, выискивая «жертву». Но едкие замечания, по поводу окружающих, произнесенные в пол голоса, не приносили желанного облегчения. И вот, взгляд парня задержался на Эрике.
— Зачем профессор взял этого чокнутого на работу? Зачем вообще позволил остаться? От этого Магнето одни беды. Как раньше, так и сейчас. Он нам помогает построить школу только потому, что знает что виноват. Хотя мне кажется, что его профессор просто заставил телепатией. От него ведь не дождешься ничего хорошего.
— Повтори, что сказал, — голос Питера, непривычно холодный, почти стальной просигнализировал Скотту, что последнюю реплику он случайно донес до общего слуха. Внутренний зверь блаженно заурчал. Вот он повод выместить всё свое недовольство!
— То и сказал. Магнето не место здесь. Он опасный, да и явно с большими проблемами. Как умственными, так и…
— Замолчи, — спидстер развернулся и схватил за грудки Саммерса, притягивая к себе, — ты НИЧЕГО о нем не знаешь.
— Я скорее СЛИШКОМ много про него знаю. Не советую защищать его. А то могут подумать, что ты в команде «плохих парней».
Максимофф встряхнул противника, которого всё еще держал за одежду, затем, почти буквально взяв себя в руки, разжал пальцы.
— Не смей про него так говорить. Никогда, — отчеканил спидстер, все тем же непривычно холодным, казалось, вовсе чужим голосом.
— Мистер Ланшерр хороший, он помог мне.
Перед парнями стояла та самая девочка, которая, еще недавно не могла спуститься с дерева. Она чуть дрожала, видимо, ей было не просто подойти.
— Будешь обижать его, я тебе…вот! — секунда и на Скота уже нацелены длинные когти ленивца. Парень удивленно моргнул, чуть приоткрыв рот. Мгновение — и он снова увидел обычную, человеческую руку. А мутантка, довольная произведенным эффектом, уже повернулась спиной, направлялась к своему месту за столом.
Питер, перехватив по удобнее костыли, с той скоростью, которую мог себе позволить, покинул столовую. Оставаться рядом с Саммерсом не было никакого желания. Да и вся эта ситуация навеяла невеселые мысли. Сколько ещё было тех, кто в его отце видел только плохое? Ладно, если они будут держать свое мнение при себе. А если нет? Кому-то ведь наверняка понадобится убеждать в своей правоте других.
Мало ему было мамы, которая была яро против общения с её бывшим ухажером, теперь ещё и Скотт добавился. Их обоих он понимал от части. Скотт винит его отца в смерти брата, а мама в том, что он встал на скользкую дорогу. Но эти доводы ясны разуму, а сердцу было глубоко наплевать, оно стремилось оправдать поступки металлокинетика, быть рядом с ним и не важно, какие цели преследовать. (хотя парень надеялся, что все же благие).
От злости на себя и на весь мир, Питер с силой несколько раз стукнул кулаком по стене. Висевшая на ней картина явно зарядилась идеей мести и полетела вниз, чтобы как следует ударить, но её планы не сбылись. Предмет искусства был пойман в миллиметре от головы парня, который, в порыве ярости даже не подозревал об опасности.
— А я думал, что Чарльз пошутил, когда сказал, что подговорит учеников крушить школу, — раздался сзади чуть насмешливый голос Магнето, возвращающего жестом руки элемент интерьера на место.
Максимофф на секунду нахмурился, но проследив за действиями отца и поняв, что его тут защищали, а не ругали, расплылся в улыбке.
— Я ничего не крушил, только слегка прикоснулся, а картина просто свалилась. Без понятия почему. Закрепили плохо. Халтурили.
— Ты повздорил с тем парнем в очках, Скоттом, кажется. Можно…узнать почему? — поинтересовался Ланшерр.
— Ерунда, — махнул рукой спидстер, — неважно. То есть, важно, — поправился он, — лично для меня важно.
— Просто непривычно было видеть тебя таким… рассерженным, — честно признался Эрик в причине своего интереса.
Спидстер отчаянно искал способ сменить тему. Мозг лихорадочно соображал, вспоминая всё, что было сказано до этого. Через долю секунды была найдена зацепка.
— А что, нам правда могут дать задание разрушить школу? — восторженно спросил он, словно предвкушая грандиозное событие, — но зачем? Только ведь достроили.
— Хобби у Чарльза такое, на дом свой, лежащий в руинах смотреть, — съязвил беззлобно Эрик, глядя в окно, на игравших мутантов.
— А если серьезно? — Питер старался, чтобы вопрос прозвучал как можно холоднее, словно интересовался просто для поддержания беседы.
— Я сказал вашему профессору, что уйду, как только дом полностью восстановлю, — ответил Ланшерр, разворачиваясь к спидстеру.
Максимофф резко изменился в лице.Он знал, что должен был предугадать такой ход событий и быть к нему готовым, чтобы ничем не выдать своего расстройства, но не смог даже начать продумывать свои действия.
Эрик сделал вид, что не заметил этого, но про себя отметил странность такой реакции. С чего вдруг этому парню с серебристыми волосами расстраиваться из-за его ухода? Они же не друзья, да и не общались сильно…
— И ты так и поступишь? — выдавил из себя спидстер после нескольких вариантов ответа, прокрученных в голове за долю секунды.
— В начале думал, что да, но теперь передумал.
Питер напряг все мускулы лица, чтобы не выдать, как он был рад это слышать, но, похоже, снова не вышло. Спидстер подумал о том, что надо бы развить навык: «выдавать каменное лицо, когда это нужно».
— А ты случайно не даешь частный урок контроля эмоций? — выпалив это, Питер мысленно схватился за голову. Ну что опять он сморозил???
— Не хотел бы лишать тебя индивидуальности, подчинив каким-то правилам. Твоя проблема, которая действительно может помешать на поле боя, — это недостаточно серьёзное отношение к противнику. Ты воспринимаешь сражение, как игру. Однажды это может выйти боком, — раскрыл Ланшерр то, о чем уже давно думал сказать этому парнише, — хотел раньше тебе это подметить, но каждый раз думал о том, что мы вроде как друг другу чужие, чтобы вот так просто взять и раскритиковать манеру ведения сражения. Думал потом, Рейвен сама донесет до тебя на тренировках эту мысль.
Питер почувствовал, что ему срочно надо вдохнуть и выдохнуть. Казалось, он подзабыл немного, как дышать.
— Даа в смысле никто, это не так, вы ведь мой…мой наставник, ну то есть, профессор, то есть работаете здесь… — каждое следующее сказанное предложение казалось глупее предыдущего.
— Я понял, — успокаивающе произнес Эрик, — буду иметь в виду.
Мужчина был доволен, что наконец, хмурое лицо этого парня сменилось на привычное — доброе и радостное.Телепатическое сообщение застало его врасплох.
— Прости, мне надо идти, Чарльз зовет, — извинился Ланшерр, абсолютно искренно сожалея, что приходится прервать разговор.
— Ничего, это же проф, там явно что-то важное, мирового масштаба или даже больше, — ответил спидстер, махнув на прощание рукой.
***
Передвигаясь на костылях по парку, разбитому вокруг поместья, Максимофф заметил Ороро. Она лежала на пледе на траве и рисовала. Заглянув ей через плечо, Питер увидел раскинувшие гигантские крылья яркую птицу. Перья были окрашены в разные оттенки красного, оранжевого, желтого. — Красиво, — сообщил свое мнение парень. — Спасибо, — зарделась девушка, довольная похвалой, — с тех пор, как я оказалась в этой школе, часто обращала внимание на картины. И вот, решила сама попробовать начать рисовать. — Мой гипс тоже холст, — лукаво ухмыльнулся Питер, демонстративно поглядывая на поврежденную ногу, — украсишь? А то этот белый цвет просто невыносим. С детства его не люблю. Он напоминает больницу, а она никогда не связана ни с чем хорошим. Либо приходишь туда, когда тебе плохо, либо там тебе делают больно. — Между прочим, мои волосы тоже белого цвета, — заметила Ороро. — Это не то, — не моргнув глазом выкрутился спидстер. — У тебя скорее жемчужный цвет. И вообще, я же говорил про цвет вещей, а ты не вещь… — Ладно, хорошо, я поняла, — девушка примирительно подняла руки, — согласна. Но что бы такое нарисовать? Вообще, можно изобразить что-то связанное с тобой. — она задумалась, — чем ты занимаешься чаще всего? — Играю на автомате, — пожал плечами парень, расслабленно подставляя лицо полуденным лучам солнца. — Объект для изображения найден, — подражая голосу робота произнесла девушка. Питер постарался максимально спокойно сидеть и наблюдать, как благодаря быстрым движениям фломастеров на белом гипсе вырисовывается игровой автомат. — А я с отцом разговаривал. Представляешь? Он, оказывается, иногда в мою сторону смотрит. Странно, правда? Даже заметил, что я со Скоттом повздорил. Пару советов дал. Практических для применения. — Радуешься? — с улыбкой спросила Монро. — Конечно. Хотя, это довольно странное чувство. Словно ты всю жизнь собирал пазл, но одна деталь еще в начале была потеряна. И вот теперь она нашлась и картина стала полной. — Ой, а что вы делаете? Расписываетесь? А можно мне тоже? — звонко спросила Джубили, уже с готовностью хватаясь за фломастер. Питер радушно развел руками, — милости прошу, мне не жаль. Другие тоже пожелали оставить свой след на ноге героя, так что меньше чем через час гипс был похож на яркие штаны с ярким принтом.***
Много позже Хэнк, по просьбе Питера снял гипс очень осторожно, чтобы повредить как можно меньше рисунков и надписей. Радости не было предела, когда парень вновь получил возможность передвигаться исключительно на своих двоих, без помощи костылей. Спидстеру хотелось оказаться в нескольких местах сразу (хотя для окружающих так оно и выглядело), обежать все поместье и сделать много чего другого. И делать это на привычной скорости. Носясь по коридорам, он едва не сбил отца, вышедшего из полутемной комнаты. — Не старайся в первый же день сильно перегружать ногу, — добродушно дал напутствие мужчина, — и будь аккуратнее. Максимофф честно старался следовать этому совету, но в течении дня получалось из рук вон плохо. Жизнь вернулась для него в привычный темп и это ощущение захлёстывало с головой.
