Спасение утопших

Следующим днем было воскресенье: единственный на неделе день, когда в пансионе не учатся. Тэхен и Чонгук совершенно об этом забыли, поэтому, проснувшись утром, первым делом порадовались тому, что выполнили всю домашнюю работу еще вчера и освободили себе этот выходной.  — Твои родители… Не заберут тебя?  — Нет, — с некоторой горечью произнес Тэхен. — Не сказать, что они меня не любят, просто они очень занятые люди, уверен, я останусь в школе даже на длинных летних каникулах*.  — Понятно, — кивнул Чон. — Я тоже останусь.  — Значит, нам не будет так одиноко. Чонгук промолчал. Непривыкший к столь положительному к себе отношению, ему было все еще неловко.  — Во сколько завтрак по выходным? — спросил он.  — В девять часов. Сейчас уже восемь, сходи, умойся, я пойду вторым. Приняв утренний душ вместо того, чтобы просто почистить зубы и окатить лицо водой, Чонгук нацепил на себя любимую черную кофту с огромным капюшоном и темные джинсы, после чего, полностью проснувшийся, вышел из ванной.  — Что-то ты долго.  — Решил принять душ утром, — сказал Чонгук, надеясь, что Тэхен ничего такого не подумал. Лезвие у Чона было всего одно, и то оно еще вчера отправилось в «изгнание».  — Подожди меня, — попросил Ким. — Пойдем на завтрак вместе. Чонгук решил думать о Тэхене как о друге. В самом деле, в его жизни должен появиться лучик света, так почему бы не позволить Киму стать им. Парень Чонгуку действительно импонировал. Вместе они пришли в столовую. Тэхен сел за один стол с Чонгуком, хотя раньше парень завтракал в одиночестве. Молча жуя, Чон, как и всегда, окидывал взглядом чужие столики, наблюдая за учениками и учителями. Его взгляд упал на столик, за которым завтракал и новый директор. Резко отвернувшись, он уставился на поднос с едой и не сводил взгляда с опустевшей тарелки.  — Все хорошо? — спросил Тэхен, заметив нервозность Чона. Тот кивнул, натянув на лицо улыбку. Ким обернулся и увидел позади себя директора Ли Джин-Хо. Ничего не сказав, он просто дотронулся до руки Чонгука, накрывая ее своей и словно говоря: «Все в порядке». После завтрака Тэхен направился было в комнату, но потом заметил, что Чон туда идти не собирается.  — Ты куда?  — Я еще в первый день решил записаться на занятия по рисованию. Сегодня в 9:30 начало.  — О, ну… Ладно. Я буду наверху.  — Ага, — кивнул Чонгук. — Я вернусь к двенадцати часам. Ненадолго попрощавшись, парни разошлись. Чон, войдя в класс, в котором из учеников были только две девушки из восьмого-девятого класса, выбрал себе мольберт, взял стул и разместился в уголке. Он очень любил рисовать. Парню казалось, что когда он рисует, он оказывается в совершенно другом, очень отличным от данного, мире. В мире, где все происходит так, как он хочет. Обмакнув кисть в краску, Чонгук начал наносить на поверхность холста небольшие мазки. Техника импрессионистов была ему по душе, и он работал по тому же принципу, что и они. Время от времени меняя кисть в руке с более тонкой на более широкую и наоборот, смешивая одну краску с другой, он увлеченно трудился. Когда рука уставала, Чонгук отходил от холста на пару метров и вглядывался в свою картину, чтобы понять, что еще стоит исправить. Учитель, который был тут скорее для того, чтобы следить за порядком в помещении, подходя к работе парня, одобрительно кивал, а иногда даже отпускал положительные в комментарии по поводу его работы. Чонгук решил закончить картину сегодня, поэтому немного засиделся и не заметил, как стрелка часов остановилась у отметки «2». Я сказал Тэхену, что буду к двенадцати, надо бы поторопиться. Убрав свое рабочее место и поставив картину на подоконник, чтобы дать ей высохнуть, Чонгук вышел из аудитории, попрощавшись с учителем.  — Надеюсь, ты еще посетишь этот класс, — сказал тот ему напоследок, приятно удивленный умением парня. Чонгук, улыбнувшись, кивнул. Идя по длинному коридору к своей комнате, находившейся почти в самом его конце, Чонгук увидел фигуру нового директора. Не обращая внимания на то, что внутри все будто бы загорелось, со спокойным выражением лица он прошел мимо Ли Джин-Хо, поздоровавшись. Может быть, он не помнит меня? Уже много лет прошло…  — Я вернулся, — сказал Чонгук, закрывая за собой дверь и проходя в комнату.  — Что-то ты засиделся, — кивнул на часы Тэхен. — Уже далеко не двенадцать.  — Да, потерял счет времени, — слегка улыбнулся Чон, вспомнив о прекрасно проведенном времени. — Но зато закончил работу сегодня же.  — Покажешь?  — Да, пусть только высохнет сначала. Масло долго сохнет.  — Жду не дождусь, — улыбнулся Ким. — Ты любишь рисовать?  — Обожаю, — ответил Чонгук уверенным кивком.  — Хорошо… Чем займемся?  — Не знаю, — пожал плечами Чон. — А чем можно?  — Ну, в прошлом году мне не попались адекватные соседи, и я коротал время за чтением. А ты мне даже нравишься, так что можем посмотреть фильм.  — Фильм?  — Ну да… Есть любимый?  — Не знаю, — замялся Чонгук. — Раньше я почти никогда не смотрел фильмы, как-то не было времени.  — Значит, мы это исправим, — уверенно сказал Тэхен. — Я покажу тебе свой любимый. Тэхен достал планшет из своей тумбочки и вместе с ним переместился к Чонгуку на кровать. Чон, слегка удивленный подобным жестом дружелюбия, подвинулся, уступая место Киму. Это было так тепло, что даже грустно… За окном лил дождь, а Чонгук вместе со своим… Другом, да, пожалуй, другом, готовился смотреть фильм. Можно было не ждать ни от кого грубых криков и ударов за то, что Чон «глупо тратит свое время, вместо того чтобы работать», как говорил его последний отец. Даже грустно от осознания этого. Но тепло. Тэхен, настраивая фильм, жался к Чонгуку своим теплым телом. Парень молча улыбнулся.  — Готово, — сказал Ким. — Сейчас буду знакомить тебя с Гарри Поттером! Когда фильм закончился, небо за окном уже окрасилось в кроваво-красный цвет. Тэхен, повернув голову к Чонгуку, отметил, что парень сладко спит, расположившись на его плече. Осторожно встав с кровати и уложив спящего соседа в удобное положение, Ким накрыл Чона одеялом и убрал планшет на место. Я был рад подарить тебе два часа счастья, Чонгук-и…