Then Came You

Раз уж они решили завести ребенка и оба были готовы к этому, то следующим этапом был секс. Много-много секса. За ночью, когда Чимин наконец сказал, что хочет ребенка, последовали страстные ночи многочисленных оргазмов, напряженных от возбуждения мышц и криков наслаждения. Ночи, полные любви и счастья. Даже зная, что нужно вставать на работу в семь утра, они не сдерживали свое желание, наоборот, неустанно разжигали его жаркими прикосновениями. Они походили на двух подростков, которые начали познавать секс и заводились от обнаженных тел друг друга словно впервые. В Намджуне зарождалось особое ощущение хрупкости и ценности Чимина, хотелось, чтобы все было идеально, гладко и комфортно. Без торопливости. Чтобы эта стягивающая сладость повторялась раз за разом. Сегодня был вечер пятницы и оба собирались насладиться выходными сполна. Не нужно было беспокоиться о воспаленных глазах или затекших конечностях на следующее утро. Намджун улыбнулся, глядя на замершего под ним Чимина, который только что взорвался от оргазма, заполняя Намджунов рот горячей, немного терпкой спермой. Но он жадно проглотил все, словно это было самым сладким нектаром, от которого сводило розовеющие мускулы. Он приподнялся, добираясь до Чиминовых губ и терзая их, пока в легких не закололо от недостатка воздуха. Чимин лежал на спине, глядя в темные глаза партнера. Оба тяжело дышали, отходя от произошедшего, и Чимин почувствовал, как его член снова дернулся от мысли о неизбежном оргазме, когда горячий член любимого заполнит его спермой до краев. Щеки заалели от предвкушения, а во рту пересохло. Глаза автоматически переметнулись на губы любовника. Пухлые приоткрытые губы Намджуна нависали над ним, и в приглушенном тусклом свете казались еще темнее. Чимин не хотел ничего больше, кроме как быть до боли оттраханным на этом матрасе. Он слегка улыбнулся, светясь от счастья, и потянулся, чтобы провести поцелуями по линии подбородка, а после - пройтись языком по крепкой Намджуновой шее, оставляя за собой влажную дорожку слюны, а еще ниже – розовеющие следы от ненасытных губ. Чимин знал, что нельзя оставлять метки там, где их легко обнаружить. Они уже не настолько ненасытные юнцы. Они стали слишком взрослыми для безрассудности и слишком молоды, чтобы отупеть. Мягкий стон сорвался с губ, пока Чимин продолжал штурмовать Намджунову шею поцелуями, спускаясь все ниже. Там он уже мог спокойно заявлять о своих притязаниях, оставляя багровеющие метки. Он всасывал его соски, пока они не стали болезненно чувствительными от желания. Намджун зашипел, но спустился ниже, чтобы мужу было удобнее. Но когда Чим бесстыдно уселся на его бедра, открывая старшему максимальный обзор на свое тело, Намджун окончательно сорвался. Он резко подхватил Чимина за бедра и уложил его вниз, нависая над Чиминовой шеей и плоским животом. Пальцы мужчины беспорядочно шарили по телу, оглаживая тонкие мышцы. Нам склонился над мужем, слыша его разгоняющиеся биение сердца, и легонько лизнув мочку уха, прошептал: - Ты так прекрасен. Чимин выгнулся, врезаясь пальцами в матрас и приподнимаясь всем телом. Он же не виноват, что его уши настолько чувствительны, что отсылают рефлексы прямо в член, реагируя на этот низкий, полуразборчивый шепот. Оба довольно зашипели, когда их члены наконец соприкоснулись в желанном трении. Младший выгнулся еще сильнее и застонал протяжнее. Он уже хотел своего Намджуна, всего и полностью. Он не мог терпеливо ждать. - Давай, Джун. Я больше не могу, - захныкал Чимин, выдыхая в сокращенное между ними пространство, снова чувствуя сводящую боль в животе. Услышав умоляющий дрожащий голос любимого, Намджун снова оказался на пределе. Этот голос мог заставить его сделать все, что угодно. Одно сорванное слово и он готов преклонить колени перед его обладателем. Намджун отстранился от пышущего жаром Чимина и потянулся к тумбочке за лубрикантом. Только когда пальцы и анус уже блестели от смазки, Намджун устроился между раскинутых ног Чимина. Покрывая поцелуями коленки и поднимаясь губами все выше, он все еще продолжал шевелить пальцем внутри, ощупывая чувствительные стеночки. Чимин нетерпеливо заскулил, когда Намджун задвигал внутри сильнее и вышел. Проделав так несколько раз, он добавил и второй палец. Тяжелый вздох младшего тут же обратился громким стоном, пока пальцы растягивали дырочку, улавливая дрожь подрагивающих мышц. Чимин приподнял попу с матраса, чтобы Джун мог зайти глубже. Намджун поощрил это широкой улыбкой. Он обожал своего развратного малыша, которым двигало сейчас лишь желание. Через несколько минут растяжки тремя пальцами Чимин уже был готов к кое-чему побольше. Намджун вытянулся и,наконец, осторожно погрузился внутрь. Продвигаясь медленно, миллиметр за миллиметром, словно улитка. - Давай же, Джун. Я не сахарный. Оттрахай меня, наконец, - скомандовал Чимин хриплым голосом, демонстрируя похотливый огонек во взгляде. Намджун схватил его за бедра и притянул ближе к себе, чтобы войти еще глубже, уже не боясь. - С удовольствием, любимый, - прошептал Намджун, услышав очередной стон и быстрым движением входя на всю длину. С ускоряющимися толчками он входил глубже, не забывая попадать по чувствительной точке. Он почти выходил, а затем врывался внутрь с еще большей жадностью. Короткие пальцы сминали простыни, пока Чимин пытался не съезжать по постели. С каждым движением Чимина протаскивало по постели, отчего спину неприятно саднило. Но сейчас его это едва волновало. Сейчас Намджун несдержанно толкался в него, пытаясь притянуть Чимина еще ближе. Их бедра уже подрагивали от напряжения. Но вся эта боль стоила того заветного оргазма, который приближался, как товарный состав к разгрузке. И, судя по всему, Чимин был очень близок к этому. - Ах Джун, а-аах…, - это звучало сладкой мелодией для Намджуна, который также уже потерялся в своих ощущениях. Пальцы только сильнее обхватили мужские бедра, пока он двигался в таком разгоряченном муже. Тело Чимина уже блестело от прозрачного пота, струившегося по нему… - Потрогай себя, - нетерпеливо приказал старший. – Кончи для меня, малыш. Маленькая рука обхватила возбужденный член, двигая вверх-вниз, оглаживая чувствительную головку, которая горела огнем. Намджун был близок к финалу и хотел кончить одновременно с Чимом. Он толкнулся, надавливая на простату и чувствуя, как стенки плотно зажали его член. Очередной сдавленный стон и Чимин кончает, выгнувшись почти дугой, обессилено падает на кровать, но все еще сжимая Намджуна внутри. Старший не выдерживает, проваливаясь в сладкую пульсирующую полость. Обычно он был стойким, но движения любимого заставили быстро сдаться. Намджун не сдержал ругательств, изливаясь в младшего, накачивая его спермой до отказа. Нам знал, как красиво и пошло она будет стекать по бедрам любимого. Он почувствовал руки Чимина, тянущие его на кровать и скользящие по прекрасному телу. Улегшись лицом к друг другу, Чимин поцеловал Намджуна, который продолжал шептать на ушко о том, как сильно любит, как ждет малыша. Даже когда оба, насытившиеся и потные, провалились в глубокий сон.