Игра с демоном.

      Фриск как знал. Через некоторое время у девушки начался озноб и слабость, горло болело, в глазах — туман, а из носа текло рекой. Чувствовала себя юная особа просто паршиво. Начались бредни в духе «прощай, я скоро опять умру», голова раскалывалась, а мысли были забиты теплым пледом и кроваткой. Юноша, конечно, успокоил Чару, но вот ни таблеток, ни пледа у него не было.       Тем не менее, пара уже добралась до старшего скелета и его шутки-телескопа. — Хей, хотите посмотреть на эти прекрасные «звезды» через сверхмощный телескоп? Вообще это стоит 50000G, но для вас я сделаю одолжение. Можете посмотреть в него бесплатно.       Решив, что Чару развеселит проказа Санса, Фриск кое-как поставил любительницу шоколада в устойчивое положение и подошел к прибору. Помня, что произойдет, шатен прислонился одним глазом к увеличительному стеклу. Как он и подозревал, ничего не было видно, только огромный красный круг. Когда паренек выпрямился и отошел от телескопа, на лице расползлось чернильное пятно. Если девушку это развеселит, то можно и потерпеть. Теперь он был готов терпеть абсолютно всё, только бы его шоколадке не было плохо. Как же он за неё беспокоился! Это маленькое существо заставляло чувствовать все эмоции сразу, порхать в воздухе, уноситься мыслями далеко от места, в котором они находились. Что бы кто бы не говорил, он Чару дьяволом никак не считал. Скорее это просто ребёнок, выросший без любви. Но юноша был готов восполнить эти пробелы. Он покажет ей Любовь, более того, он эту Любовь подарит. — Ты не наслажден? Не волнуйся, я сделаю полный возврат денег.       Это сейчас волновало паренька меньше всего. Он ждал только реакции «партнерши». В свою очередь та тихо рассмеялась, прикрывая рот ладошкой. Как камень с плеч. — У… Тебя… Пятно — Чара дотронулась до правой части лица пацифиста — вот здесь.       Шатену осталось лишь глупо улыбаться и таять от её прикосновений.       Но путникам нужно было идти. Поддерживая девушку, Фриск медленно шел к тому месту, где их уже ждал Набстаблук. — Вы… Я, конечно, не настаиваю, но… Вы хотели бы прийти ко мне домой?       Узкоглазый хотел было отказать, ещё не хватало, что бы его Чара лежала на холодном полу, но последняя его опередила. — Конечно. Мы прийдем.       Призрак был очень рад этому. Хотя он вообще был редко чему рад. Делать было нечего — пришлось пойти. Конечно, Фриска это мало радовало, но лучше зайти хоть куда-нибудь, чем держать шоколадку на улице.       И вот, наконец, троица добралась до двух кривых домиков — одного розового, а другого — белого. В окне первого юноша заметил аптечку. То что надо! Только вот как пробраться туда… — Вы идите, я постою, воздухом подышу. — Может, всё-таки с нами? — и призрак, и девушка были расстроены. — Ничего, я пока покурю — пришлось соврать, ведь он отродясь не брал в рот сигарет. Глаза девушки стали по пять копеек, но это всё для её здоровья. Прийдется засунуть свою ревность куда подальше, и делать безразличный вид. Только бы они побыстрее ушли. — Ну, ничего. Я понимаю тебя, зависимость и всё такое. Мы подождем внутри — Впервые пацифист был рад словам Блука.       Наконец, дверь дома закрылась. Итак, теперь самое сложное. К счастью, по близости оказалась кучка коробок, которые юноша тут же использовал. По ним горе-воришка забрался в дом. Было немного странно лазить по чужим вещам, тем не менее в заветной коробочке с красным крестом оказалось всё как по заказу: жаропонижающее, кучка бинтов и шприцов, йод, пара таблеток от головной боли, старый, ртутный градусник, пластыри и аспирин. Ещё в шкафах помимо всякого хлама обнаружились три плитки шоколада, бутылка воды и шарф. С «уловом» Фриск стал спускаться на землю. Пара царапин, быстро бьющиеся сердце и некий азарт — ничего серьезного. Осталось дождаться Чару.

***

      Дом Набстаблука представлял собой настоящюю обитель меломана. Полки с пластинками, три проигрывателя, наушники, что теперь красовались на своем хозяине и, конечно, постер с братом — Метатоном. — Оу… Твой приятель решил остаться… Очень жаль… Ну ничего, распологайся. Чувствуй себя как дома.       Красноглазая ещё не до конца успела отойти от заявления «партнера». Он? Курит? Да как такое возможно? А она думала, что он следит за здоровьем. Но при ней-то пацифист не затягивался… Что за чертовщина? Аргх… Ладно. Потом он всё обьяснит, а пока…       Чара придирчиво оглядывала пластинки. Её выбор пал на какую-то весёлую мелодию, в музыке она не разбиралась. Как бы там ни было, позитива ей стоило бы добавить.       Следующим осмотру подлежал холодильник. Самый обычный, неприметный хранитель продуктов. Живот предательски заурчал. — Ты голодна? Я мог бы дать тебе призрачных сендвичей. Будешь?       Насколько юная леди знала, люди подобные штуки не могут сьесть, но попробовать стоило. — Давай.       Бутерброды прошли сквозь девушку (да ладно?). Видимо, поесть ей так и не удастся..... А жаль, ведь живот уже просто скрутило, а в горле стоял ком. Интересно, у Фриска осталась еда? Опять она думает об этом пареньке. Как же легко на душе, когда он рядом. В животе порхают бабочки, пытаясь унести её подальше. Как же глупо. — Оу… Видимо, призрачная еда только для приведений. Кстати, не хочешь поддержать мою семейную традицию лежания на полу и чувствования себя никчемным мусором?       А почему бы не отвлечся от шатена и не помочь в этой весьма необычной традиции? — Да… Хорошо.       Заиграла медленная, тихая мелодия. Устроившись поудобнее, красноглазое чудо в перьях закрыло глаза. — Как только тебе надоест, можешь просто встать и пойти на улицу к своему приятелю.       Принцесса лежала довольно долго: тело затекло, шея ныла, а душа говорила: «пойдем, тебя на улице ждет Фриск» и «ты же скучаешь, так почему ты ещё тут, а не с ним?». Встать оказалось не простой задачей, хотя казалось, она уже неплохо освоилась в новом теле. Улица была гораздо холоднее дома, поэтому мурашки покрыли кожу моментально. Выдав тихое «Бррр», юная особа направилась к уже отяготенному скукой и тоской юноше. — Выглядишь замерзающей. Теплые обьятья покорного слуги спасут? — От тебя несет табаком? — Нет — сказал уверенно парень, и шепотом добавил — я не курил, не курю и не буду курить. Я достал кое-что.       Чару это заинтриговало. — Тогда ладно.       Она начала подходить к пацифисту, что стало просто роковой ошибкой. Как только любительница шоколада приблизилась на нужное расстояние, юноша без церемоний закинул её на плечо. — Только не опять! Нееет! Отпусти меня! — Я тоже скучал. Пойдем на ферму посмотрим.       Шатен улыбался во все тридцать два. Какая же она милая, когда сердится. Было приятно ощущать её вес на себе, коего, кстати, почти не было. Было очень досадно знать, что его девочка болеет, да к тому же только что лежала на полу довольно продолжительное время. Всего двадцать минут без неё, а уже такая тяжесть в душе и тоска. И как он будет, когда им прийдется разлучиться на слишком долгое время? Нет, нет, нет. Такого никогда не будет. Фриск спрячет её от посторонних глаз, как дорогую вещицу, и никогда никому не покажет. Это только его шоколадка, и больше ничья. — Оу… Раз ты НАСТОЛЬКО заинтересован улитками… Хотите посмотреть на их гонки? — Давай Блуки. Правда то, что я увидела, я вряд ли забуду…       И вот, три улитки начали соревнование! — Ваша желтая и… — Мы знаем.       Двое людей начали кричать (или хрипеть) поддерживающие слова. — Давай! — Желтый мой любимый! — Ты сможешь! — Я с тобой!       Бедная улитка не выдержала давления на неё и… Загорелась.       Набстаблук был просто потресен. — Оу… Если бы я мог, я бы умер. — Нам пора.       И с драгоценной девушкой и лекарствами для неё юноша помчался прочь.