Сокджин

Дверь открылась почти сразу за требовательной трелью звонка. Что же, Намджун все-таки переоценил свои возможности – смотреть на бывшего супруга, живого, во плоти, спустя столько лет, понимая, что все это время был умело обманут самым дорогим человеком – удовольствие то еще. Где же гнев, ярость, ненависть, в конце концов? А нет их, только бесконечная усталость. И обида. Сокджин, в свою очередь, не выглядел удивленным внезапным появлением Намджуна на пороге квартирки в Тэгу. Испуганным и нервным – да, но не удивленным. - Ну, здравствуй, Джинни, - совсем невесело выдохнул Намджун, неловко разводя руки в стороны. - Джуни, - темные глаза омеги жадно разглядывали бывшего мужа. Альфа изменился за пять лет разлуки. Заматерел. Он был все еще молод, но образ жизни, ответственность, обязанности оставили след на умудренном, немного хищном лице Кима. Намджун стал... внушительным. Темные провалы глаз смотрели прямо. Все что их интересовало: стоит ли собеседник его времени? Он подавлял лишь одним своим видом. Страшно представить, что ожидало тех, кто не оправдывал ожиданий Ким-хеннима. Они позволили себе несколько минут тишины. Эти несколько минут, чтобы осознать, понять и принять. Вспомнить. - Ждал? - наконец подал голос альфа. - Я знал, что ты придешь. Рано или поздно. - Как догадался? - Джуни, я слишком хорошо тебя знаю, - чувственных губ бывшего супруга коснулась такая непривычная горькая улыбка. Даже отчаяние украшало этого человека. - Ты не даешь вторых шансов. Ты бы пустил Чонгуку пулю в лоб сразу, как только его увидел. Я уже и не ждал его. И когда Юнги приволок Гука живого, избитого, но живого… Я не сомневался, что ты придешь. - Я рад, что ты жив, - тихо проговорил Намджун. Сокджин всхлипнул, не сдержав прорывающихся эмоций. Омега неуверенно шагнул вперед. - Я скучал по тебе, - судорожно прошептал Сокджин, оказавшись в сильных объятиях бывшего мужа. – Я правда скучал. Мне так вас всех не хватало. - Мы тоже все безумно по тебе скучаем, - надрывно вторил Намджун, утыкаясь носом в родную макушку. У Сокджина даже запах тот же, каким он его помнил. В нем правда совсем не осталось отдушины Намджуна, Джина окутывал насыщенный шлейф молодого альфы. Омега не задержался в руках альфы слишком долго, осторожно выпутываясь из объятий, и провел их в небольшую гостиную, где оба с удобством расположились на диване. Намджун с любопытством осматривал уютное любовное гнездышко своей бывшей пассии с ее новым ухажером. В квартире чувствовалась рука Сокджина. Омега метил территорию любимыми горшками с цветами, рамочками с фотографиями, коллекциями фигурок и игрушек. Намджун бы и сам здесь с удовольствием жил, не будь на нем ответственности за весь клан. Да вот только в этой квартирке он чужой, он здесь никому не нужен. Намджун видел, как мнется Сокджин, как он скован. Он и сам чувствовал неловкость. О чем им можно было говорить? Ему хотелось задать столько вопросов, так где же они? Куда все подевались? Ничего не осталось. Когда-то с этим человеком его столько всего связывало, а что же теперь? - Я слышал, ты снова замужем, - неловко протянул Сокджин. Намджун кивнул. Не то, чтобы он хотел обсуждать с Джином свою семью сейчас, но у самого альфы не было идей, с чего начать разговор. - Как его зовут? - Чимин. Он хороший мальчик. Старательный. - Чимин, - словно пробуя на вкус, произнес омега. - Красивое имя. - Он красивый. Он особенный, знаешь. И так отличается от нас всех. Что-то совершенно из другого мира. - У тебя глаза светятся, - Сокджин улыбнулся. - На человека стал похож. Снова молчание захватило двух собеседников. Джин закусил губу и опустил глаза, Намджун знал, что тот винил себя, ему стыдно перед бывшим супругом. И где-то в глубине своего сердца Ким-хенним был рад видеть, что эта гребаная омега все-таки имела совесть и страдала. Страдала не меньше его. - Я не прошу меня простить, я хочу, чтобы ты понял, - Сокджин не выдержал давящей атмосферы, его прорвало, он говорил торопливо, сбивчиво, загнанно поглядывая на Намджуна. – Я поступил с тобой жестоко, я не сдержал клятв, которые давал тебе на глазах всего клана. Все, о чем я прошу – понимание. Намджун слушал. - Я не хотел так. Я сопротивлялся. Я, правда... Я полтора года… как мог… но я просто человек, я ничего не мог поделать, Джуни. Я просто… просто влюбился, - Джин судорожно втянул воздух в легкие и разразился тирадой. Супруг главы клана, жизнь в открытую, всегда на виду, вышколенный, идеальный. Сокджин с детства знал, какая судьба ему уготована, он старался быть хорошим мужем. И Намджун знал это. Омега прекрасно справлялся с ролью прекрасного принца клана. Им восхищались, его уважали, перед ним трепетали. Намджуну завидовали. Намджун был счастлив с ним. И Намджун видел, как страдал с ним Сокджин. – Я пытался полюбить тебя так же. Я искренне благодарен тебе за твою любовь. Но для меня ты всегда оставался братом, не больше. Ты такой умный, рассудительный. Самый молодой глава клана. И самый амбициозный. Ты добился столько всего и за такой короткий промежуток времени. Я гордился тобой. Меня все устраивало. И я хотел провести с тобой всю жизнь. Все было на своих местах. А потом… - А потом Чонгук. - Может быть все и обошлось, если бы ты тогда не поставил его как моего телохранителя. - Не скидывай на меня вину. - Я и не скидываю. Но я все еще продолжаю думать, а что если… Намджун тоже. Не раз думал, что же он такого не додал Сокджину, что он предпочел ему мелкого Чона. - Я все еще люблю тебя, Джуни. Ты все еще мой брат. Я всегда буду на твоей стороне, что бы не случилось. Ты золотой человек, такие рождаются раз на сто лет. И я рад, что в свое время смог получить от тебя столько любви и заботы. И мне бесконечно жаль, что не смог оправдать твоего доверия. - Я понимаю. Намджун все еще любил эту омегу. И видеть искрящиеся неподдельным счастьем теплые глаза Сокджина заставляло его сердце трепетать. Намджун осторожно погладил омегу по щеке, прижимаясь своим лбом к его. Глаза в глаза, как раньше. Как в тот день, когда он сделал ему предложение. - Я рад, что смог снова увидеться с тобой, хен, - вкрадчиво прошептал Намджун, и Сокджин поспешно зажмурил глаза в попытке сдержать слезы, не показывать слабостей перед таким сильным альфой. - Я рад, что ты счастлив, несмотря ни на что. Намджун отпустил омегу и поднялся с дивана, собираясь уходить. - Тебе не нужно никаких бумаг от меня о разводе? - Нет, у меня уже новые документы. Ким Сокджин прекратил свое жизненное существование пять лет назад. - Больше вас искать не будут. Я не буду преследовать. Сокджин, - омега внимательно посмотрел на альфу. - Я понимаю тебя, но не прощаю. - Спасибо, что отдал его мне. - Считай это моим тебе последним подарком. Намджун уже стоял у входной двери, мялся, не зная, что еще сказать, прощание выходило неловким. - А что с ребенком? – Джун не выдержал и все же задал самый важный интересующий его вопрос. Сокджин замер, кровь отхлынула от лица. Помедлив, снял рамочку со стены и дрожащими руками протянул ее Намджуну. С фотографии на альфу взирало счастливое семейство из трех человек. Джин молчал, кусал свои губы и, в принципе, все было и так понятно без лишних слов. И сроки сходились и последний паззл сошелся. Сокджин, каким бы влюбленным не был, не опустился бы до предательства своего мужа, главы клана и самого клана из-за одолевших его, пусть и сильных, чувств. - Пожалуйста, будь счастлив. Я принес тебе столько разочарований, поэтому пожалуйста, хотя бы сейчас. Я хочу, чтобы ты был счастлив. - Тебя устраивает такая жизнь? - Более чем. Меня окружают дорогие мне люди. С которыми мне хорошо и уютно. С которыми я не чувствую постоянной вины. - Я не хочу больше с тобой видеться, - тяжело произнес Намджун. Джин понимающе кивнул. Как же больно. – Я правда похоронил тебя. Я долго сомневался ехать к тебе или нет в этот раз. - Я рад был повидаться. - Я тоже. Но это последний раз. Уезжай. Сокджин крепко обнял Намджуна на прощание, в последний раз вдыхая сильный запах альфы, чувствуя не менее крепкие ответные объятия. Спустя пять лет они все же смогли нормально проститься. Их дороги наконец разошлись, последние ниточки их связи расплелись. На следующее утро, пока Намджун будет нежить в своих руках Чимина, Сокджин, переплетя пальцы с Чонгуком, вылетит из Кореи чартерным рейсом. Маленький альфа с большими глазками, как у папы, и родинкой под милейшей кроличьей улыбкой, как у отца, будет суетливо вертеться в своем кресле между горячо любимыми родителями. Но под строгим отцовским взглядом тут же раздумает баловаться в салоне самолета с утра пораньше, мешая другим пассажирам. В следующий раз, когда Юнги ввалится в супружескую спальню, Чимин наставит на консильера пистолет и пригрозит отстрелить ему яйца, если тот сделает так еще раз. В следующий раз, когда Намджун увидит Хосока и Чимина, проводящих вместе время, он отпустит беспричинную злость и оставит омег наслаждаться обществом друг друга. В следующий раз, когда Сокджин будет говорить "согласен", его решение будет искренним и от чистого сердца. В следующую их встречу, не будет больше места прошлым обидам.