Очень странное дело

— Дерри — необычный город. Люди пропадают без вести во всех населённых пунктах — независимо от их размера или местоположения, но в Дерри это происходит в шесть раз чаще, чем по всей стране.       Ричи не уверен, что в нормальных городах люди теряются по три в месяц, однако за этот август в родном Дерри пропало уже восемнадцать человек. Ещё пятеро — в сентябре. В октябре с прогулки не вернулся Джорджи, брат его лучшего друга Билла.       В тот день стояла отвратительная дождливая погода. На улицу выходить не хотелось совершенно, и Ричи опоздал в школу только потому, что почти час спорил с мамой о том, что, может, ему вообще лучше остаться дома, ну пожалуйста. Вот только мерзкая погода — не помеха для двух явлений на свете: для всякой мерзкой живности, обитающей в водостоках, под мостами, в подлесках и жрущей детей, и для самих детей, которые надевают в ливень дождевики, в снегопад — валенки, в ядерный апокалипсис — противорадиационную защиту, в метеоритный дождь — костюм супермена и идут гулять. Пускать кораблики в данном случае. Джорджи ушёл пускать бумажный кораблик и не вернулся.       Билл весь вечер места себе не находил. Он обзвонил сперва Ричи и Стэна, затем соседей по своей улице, затем позвонил в полицию. Ничего.       Ричи как мог уговаривал Билла хотя бы не винить себя во всём. Он ведь остался дома не потому, что лень было выходить в сырую погоду, а потому, что заболел. Не помогало. После ряда телефонных звонков Джорджи всю ночь искала с собаками толпа полицейских и просто неравнодушных жителей Дерри, а Билл заперся у себя и ни с кем не выходил на контакт. То же — на следующий день. И на следующий.       Стэн уже начал паниковать и предложил пойти выманивать Билла из своей норы. Но Билл не был бы Биллом, если бы действительно расклеился. И вот, спустя два дня после исчезновения Джорджи, Ричи и Стэн стояли в гараже отца Билла и разглядывали адскую конструкцию из пластмассовых трубок, воспроизводящую систему городской канализации. — Вот, с... с... смотрите, — Билл опустил в отверстие какую-то игрушечную фигурку и следом пустил воду. Фигурка понеслась по лабиринту — очень большому и запутанному, кстати (и как Билл только всё это соорудил в одиночку за такой краткий срок), — и через пару минут фигурка проскочила в одно из двух выходных отверстий и с тихим стуком шмякнулась в таз с водой. Ричи и Стэн в недоумении уставились на Билла. — Пустошь!!! Это единственное место, где м… мог оказаться Джорджи! — Ты думаешь, он все эти три дня просто сидит на пустоши? — ляпнул Ричи, не подумав, чем заслужил тычок в рёбра от Стэна.       Так оно всегда и происходило. Билл был лидером Клуба Неудачников. Не потому, что он самый неудачливый из них, конечно. Самый смелый, самый предприимчивый, самый харизматичный, даже несмотря на заикание, он стал чем-то вроде центра притяжения в их компании. Всего пару дней Билл был в полной прострации, и вот — он уже действует, составляет план, кажется, прямо сейчас готов идти на поиски брата.       Маленького Джорджи Билл просто обожал. Если честно, его обожал и Ричи, просто никогда в этом не признавался. Джорджи было всего шесть, но он уже стал полноправным Неудачником и именно благодаря ему встречи превращались в безудержное веселье с дурацкими играми, воплями и разбивающимися предметами. А без Джорджи они были просто: Билл, который ведёт всех за собой, Ричи, который шутит тупые шуточки, и Стэн, который ненавидит Ричи за его тупые шуточки. — Когда ты хочешь идти на пустошь? — поинтересовался Стэн. — Сейчас. — Сейчас?! В такое время суток? Одним? Это хоть далеко вообще? — начинает тараторить Ричи. — Одумайтесь, сеньор, будьте благоразумны! Там же полно полицейских и вообще…       Что — вообще, так и осталось тайной. Ричи и Стэну всучили по рюкзаку с каким-то вроде бы полезным барахлом, по фонарику и вытолкали на улицу. Несмотря на конец октября, было достаточно тепло. Но очень — очень — сыро. Дождь лил несколько дней, даже сейчас в небе висели грозовые тучи, намокшие листья чавкали и хлюпали под ногами. Тлен и тоска, очень подходящая атмосфера, чтобы отпускать кораблики в плавание в Бессмертные земли*.       Идти до пустоши оказалось довольно далеко. Где-то в макушках тёмных, облетающих деревьев завывал ветер. «Как по покойникам», — подумал было Ричи и тут же сам себя одёрнул, — «А ведь ни одного из двадцати с чем-то пропавших не нашли. Да и искали ли вообще?.. Не по покойникам. Да, лучше будет сказать „как назгул“**». Кажется, собирался пойти дождь. Стэн начинал ворчать. — Ну что тебе опять не так? — устало спросил Ричи. — Я не отпросился из дома. — Какая жалость. Если нас тут сожрут, твоей мамке придётся горевать по нам обоим. — Заткнись, Ричи! — Заткнитесь оба! — неожиданно крикнул Билл, замирая посреди поляны. Они почти дошли до того места, где рядом с леском протекает маленькая речка. Вдоль неё как раз были расположены входы в коллектор. Однако Билл сказал, что слышал какие-то странные звуки, похожие на шаги, и теперь все трое стояли и оглядывались по сторонам.       Почти стемнело. К тому же дождь уже накрапывал. Ричи на лицо упало несколько крупных капель. Небо расчертила молния. Следом за ней — ещё одна. — Билл? — дрожащим голосом позвал Стэн. — Билл, надо возвращаться!       Гром бабахнул так, что Ричи подскочил и едва не выронил фонарик. Рука дёрнулась, луч света скользнул куда-то в сторону. И выцепил из тьмы человеческую фигуру.       Перед тремя Неудачниками посреди леса, почти ночью, поздней осенью, в грозу — стоял ребёнок. Лет девяти на вид. Загнанный, запуганный, замёрзший, замызганный, взъерошенный, одетый в прямо-таки огроменную бесформенную хламиду длиной до самой земли и босой. — Нифига себе, у нас тут оказывается девчонки в ночнушках по лесу бегают! Знал бы, ходил бы сюда почаще! — заорал Ричи прежде, чем успел подумать. — Ты слепой, Ричи? Это мальчишка. — Сам ты слепой, Стэн. На мордашку взгляни! Да и на всё остальное тоже. — Какое остальное, под этой палаткой ничего не видно! Есть только один способ это выяснить и я вовсе не… — З… замолчите! — прикрикнул на обоих Билл. — Мы должны отвести её в тёплое место! — Ты с ума сошёл?! Кто это вообще?! — Стэн едва не лопался от негодования. — Наверняка кто-то из пропавших детей, — предположил Ричи. Теперь Стэн накинулся на него: — Она хоть разговаривать умеет? — Ты это у меня спрашиваешь?! Откуда мне знать?! — А ты шуткани. С твоих шуток даже мёртвые заговаривают и просят тебя заткнуться. — Не смешно ни разу, Стэнли.       Всё это время ребёнок просто стоял и молча слушал спор, переводя взгляд с одного говорящего на другого. Наконец, Биллу это надоело. — Ричи, ты не мог бы… — Не мог! Ко мне нельзя! Ты это предложил, ты её и бери к себе! — сказать, что Ричи был готов провалиться от неловкости, — не сказать ничего. Прятать незнакомого ребёнка в подвале — вы серьёзно? — Куда я её сп… прячу? В комнату Джорджи? Ду… думаешь, родители не отличат? — Билл едва не плакал. То ли от жалости, то ли от разочарования, поскольку пришлось прервать поиски Джорджи, то ли от всего сразу. — Ричи, у тебя ед… единственного п… подвал обустроен так, чтобы в нём можно было жить. И тв… твоя мама заходит туда очень редко. П… пожалуйста, Ричи, ты должен спрятать её у себя. Всего на одну ночь, а завтра мы решим, что делать дальше. Но оставлять её здесь нельзя!       Всю обратную дорогу до своего дома Ричи ругался. От него досталось всем: лесу, грозе, психбольницам и психбольным, министерству энергетики, пропавшим детям, мамке Стэна, школе, полицейским и даже ни в чём не виноватым сторожевым собакам. Когда они дошли до дома, Ричи спихнул на Билла и Стэна задачу по отвлечению родителей, а сам незаметно провёл новую знакомую в подвал. Потом, выпроводив друзей, чтобы не лезли с глупыми советами, вопросами и комментариями, Ричи занялся тем, чего ожидал сам от себя меньше всего. Он занялся устройством шалаша из одеялок и подушек.       Шалашик получился очень уютным. Ричи окинул его критическим взглядом, удовлетворённо кивнул и пошёл рыться в коробках со своим старым барахлом. — Вот, надень это. Оно тёплое и сухое. Я отвернусь.       В старой одежде Ричи ребёнок стал выглядеть ещё более жалким, несчастным и похожим на пугало. Толстовка, из которой Ричи вырос год назад, была велика и доходила до колен. Рукава болтались. Джинсы висели мешком, и их пришлось подвернуть, чтобы не наступать на них, притом делал это сам Ричи, потому что их новый владелец походу вообще впервые видел данный предмет одежды, и что с ним сделать, кроме как надеть на себя, не имел представления. — Слушай, как мы поступим. Сегодня ты переночуешь здесь. Завтра рано утром ты встанешь, вылезешь в окошко, подойдёшь к двери и позвонишь в неё. Тебе откроет моя мама, после чего мы отведём тебя в полицию, и ты сможешь вернуться к своим родителям. Хорошо? — Ричи был уверен, что план отличный и сработает безотказно. — Нет. — Почему нет?! Разве ты не один… не одна из потерявшихся? — Нет. Нет?! — Как тебя зовут?       Гостья протянула Ричи правую руку. Приподняв рукав, он разглядел маленькую татуировку из двух букв. — А.Д? Э.Д? ЭйДи? Можно я буду звать тебя Эди? — Эд-ди? — Нет. Эди. Это от женского имени «Эдуарда». Правда, красиво? Забирайся, я построил его специально для тебя.       Ричи смотрел, как Эди залезает в гнездо, сворачивается там клубочком, и у него аж сердце защемило. Шутки шутками, но устоять перед милотой у него не получалось никогда. — Значит, так. До утра сиди здесь и не высовывайся. Если мои родители узнают, что я прячу в подвале девчонку — они всего лишь меня убьют. Но если мои друзья узнают, что я так для тебя расстарался, они будут смеяться. И лучше уж умереть. Завтра утром я зайду за тобой, и мы подумаем, что делать дальше. Спокойной ночи, Эди.