Новое начало

      Румпельштильцхен лежал на кровати с задумчивым лицом. Белль опасливо посмотрела на мужа. Она вспомнила события прошлого вечера. Ее появление в баре было весьма эффектным, тогда это казалось ей даже немного смешным. Подразнить детектива Уивера было в стиле Лэйси Френч. Но теперь румянец покрыл щеки Белль. Кажется она слишком откровенно вела себя на людях.       — Румпель, с тобой все в порядке? — выдохнула Красавица, дотрагиваясь до груди мужа. Ей было больно видеть его на больничной кровати, да ещё окутанного разными проводами. Румпельштильцхен поймал ее руку и нежно сжал.       — Это не проблема. Ты же знаешь, что я бессмертен. А вот ты, дорогая моя, потеряла всякую осторожность. Разгуливать по этому коррумпированному городу в таком виде! — Лэйси открыла рот, чтобы возразить, но решила что не стоит устраивать сцену в больнице. — Дома поговорим, — жёстко сказал Румпельштильцхен, словно в ответ на ее мысли.       Он так смотрел на ее высокие каблуки и короткую юбку, словно был готов растерзать ее в клочья. Белль неуютно себя чувствовала, когда у Румпельштильцхена был такой взгляд. Со времён ее жизни в Темном замке в роли смотрительницы прошло много лет, но она ещё помнила как монстр бушевал в нем. Ему стоило таких трудов удержать своего зверя и Белль не собиралась осложнять его жизнь. Однажды Румпель рассказал ей о голосах Темных, звучащих в его голове и она навсегда заполнила это. Кто знает, что они нашёптывали ему прямо сейчас?       — Вот что, дорогуша, пока нам надо притвориться, что мы ничего не помним. Так что называй меня Уивер, — попросил Румпельштильцхин. Белль кивнула. Она привыкла к этому имени и успела его полюбить. — И дай мне мой телефон, я сделаю один звонок, а ты пообещай, что не будешь спорить и сделаешь то, что я скажу, — сказал он, пронизывая девушку своим взглядом.       — Давать такое обещание Темному было бы верхом безумия, — фыркнула Белль.       — Значит так ты говоришь у постели умирающего мужа! — нахмурился Уивер.       — Но ты же не умираешь! Не шути такими вещами. Если с тобой что-то случится, я не смогу с этим жить.       — И я тоже, Белль. Поэтому с нами ничего не случится и я сейчас об этом позабочусь. — Красавица протянула мужу телефон, а Уивер взял его и набрал номер Рони. — Алло. Палата реанимации, детектив Уивер. Рони, дорогая, у меня просьба. Присмотри за Лэйси. В меня стреляли и она может быть в опасности, пусть поживет у тебя, пока я не выйду из госпиталя.       Выдав эту сногсшибательную тираду, Уивер умолк, выслушивая возгласы удивления Рони.       — Со мной все в порядке. Похоже я бессмертный. Но Лэйси слишком уязвима в этом городе. Я могу положиться на тебя? — выслушав ответ, детектив благодарно улыбнулся и повесил трубку. — Я был бы рад, если бы ты могла провести эту ночь в больнице, но так мы привлечем слишком много внимания. Поэтому иди к Регине, ей можно доверять, раз она находится под проклятием.       — Как и твоему напарнику Роджерсу? — усмехнулась Белль.       — Нет, Крюку никогда и ничего доверять нельзя, — отрезал Уивер. — Даже не думай обратиться к нему за помощью. Он просто отвезёт тебя к Рони и оставит там.       — А кто эта девочка, которая сидела с ним в коридоре? Это его дочь? -Румпельштильцхен понял, что Белль говорит об Алисе и увидел невольную иронию в ее словах.       — Это Алиса из Страны чудес. Именно она и вернула мне память и ей нужна моя помощь и поддержка.       — Вернула память? Каким это образом? Грибы? — Уивер рассмеялся так, что приборы начали жалобно пищать.       — Нет, моя дорогая Белль. Грибы тут не причем. Она стреляла в меня и этого оказалось достаточно, — девушка гневно посмотрела в сторону коридора. У нее на языке было много слов для этой девчонки.       В дверь вошла медсестра, встревоженная изменением показателей.       — Все в порядке, — заявил Уивер, надеясь, что его оставят покое, — но вслед за медсестрой примчался врач.       — Детектив, ваше здоровье на особом контроле. Виктория Белфри оставила точные указания. Я отвечаю за вас головой.       — Прекрасная новость, — улыбнулся Уивер. — Это несомненно означает, что я скоро буду дома. Ведь Белфри прежде всего заинтересована во мне, как в детективе, стоящем на страже законности в этом городе. Уверен, именно эту цель она преследовала, поручая меня вашему вниманию, — произнес он с непроницаемым лицом.       — После такого ранения сложно говорить о выписке в первую неделю, — удивлённо воскликнул доктор.       — О да, я уверен, что неделя это чересчур. Как насчет завтра? Подготовьте выписку и я заберу ее утром, — сказал Уивер железным тоном.       Он не собирался оставаться в больнице с пустяковым ранением. Рану уже обработали и опасности заражения не было. Дома он быстрее пошел бы на поправку под чуткой заботой его Белль. Как только врач покинул палату детектива, Уивер попросил Лэйси позвать Роджерса.       — Я прошу вас ещё об одной любезности. Отвезите эту девушку к Рони. И помните, вы отвечаете за нее головой, — детектив так смотрел на Роджерса, что тому стало не по себе.       — Я все понял, детектив. Никаких проблем. Поехали, красотка? — усмехнулся Роджерс, подмигивая Белль. За его спиной раздалось гневное рычание Уивера.       — Если ты дотронешься до нее хоть пальцем, — прошипел Уивер, проклиная своё вынужденное положение.       — Я не позволю ему этого, — тихо сказала Белль, ласково улыбаясь мужу. Это немного успокоило его гнев, но перестать волноваться он не мог.       Когда Белль уходила, он не сводил с нее глаз. Каждое расставание было очень болезненным. Считая минуты до ее звонка, Уивер уставился в стену. Перед глазами мелькали картинки из прошлой жизни.       В машине Роджерса было очень шумно. Алиса тормошила Белль, распрашивая ее об Уивере. Красавица не хотела раскрываться перед незнакомым человеком, но невольно почувствовала симпатию к этой девочке.       — Ты ему нравишься, — заявила Алиса. — Я видела, как Уивер на тебя смотрит.       — Да, я тоже это заметила. У него очень красноречивый взгляд, — ответила Белль, вспоминая карие глаза Румпельштильцхена.       Он всегда смотрел на нее с нежностью и невысказанной просьбой, словно умоляя о любви и обещая взамен вечное счастье. Белль закусила нижнюю губу, когда в памяти вспыхнули его слова: «Это навсегда». Алиса покачала головой, заметив в блестящих голубых глазах Лэйси безумие, присущее всем влюбленным.       — Извини за то, что я сделала, — сказала она, вздыхая. — Я просто была не в себе. Мне надо пить таблетки, в этом все дело. Я немного сумасшедшая, знаешь, как это бывает? — усмехнулся Алиса, ожидая осуждающего взгляда в ответ. Кому понравится сравнение с сумасшедшим?       — Да, очень хорошо знаю, — ответила Белль.       28 лет в подвале больницы Сторибрука остались в ее памяти большим размытым пятном. Коматозное существование на лекарствах, подавляющих волю, разум и все желания. В то время она тоже считала себя сумасшедшой, не зная, что всему виной проклятие, наложенное Злой королевой.       — Алиса, ты не сошла с ума. И я бы не стала пить эти лекарства, если бы была на твоём месте, — твердо сказала Белль, а Алиса удивлённо замолчала.       — Это он тебе так сказал? Уивер? — пораженно спросила девочка.       — Нет, он ничего не говорил, просто у меня имеется кое-какой опыт. Но выбор за тобой.       Больше Белль ничего не могла сказать. Пока не могла. Румпель просил ее быть осторожной и сохранять их проклятые личности. Роджерс не проронил ни слова. Он смотрел на дорогу и словно не слышал разговора двух девушек. Затормозив у бара, он открыл дверь, помогая Белль выйти.       — Вот мы и на месте, красотка. Лэйси, позвони Уиверу, а то он меня в порошок сотрёт.       — Он может, — кивнула Белль, доставая свой сотовый.       Войдя в бар, она махнула рукой Рони и уселась рядом.       — Как обычно, Лэйси? — спросила Рони, уже протягивая стакан виски. Белль поставила виски и быстро набрала номер Уивера.       — Я на месте. Ну ты же слышишь, какой шум вокруг. Что? Роджерс? Да, ещё не ушел.       Она передала трубку Роджерсу и вернулась к Рони, задумчиво глядя на стакан с золотистой жидкостью. С одной стороны, ей не стоило разрушать образ Лэйси, но пить виски совсем не хотелось. После резких слов мужа, она почувствовала детское желание сделать что-то вопреки его воле. Иногда забота Румпельштильцхена была слишком навязчивой. Он требовал, чтобы она вела себя прилично и не злоупотребляла алкоголем. Как будто раньше она давала ему повод усомниться в себе. Тем более, что Румпель прекрасно знал, что с Лэйси покончено, и она снова его дорогая Белль. Девушка усмехнулся, вспоминая его привычку так ее называть. Это было мило и очень трогательно.       — Он сказал, что я должен отвезти тебя домой к Рони, а не в этот бар, — отрывисто бросил Роджерс с перекошенным от злости лицом.       — И обозвал болваном, да? — хихикнула Белль, опустошая свой стакан.       — Что с ним такое? Как с цепи сорвался! — возмущался Роджерс.       Белль поняла, что кроме нее Уивер отчитал и своего напарника. Она представила как муж бесится в больнице и пожалела медперсонал, которому приходится терпеть его выходки.       — А, это наверное постравматический шок, — ответила Белль, нарочно равнодушным тоном. — Не каждый день в тебя стреляют.       — Это точно, — немного смягчился Роджерс. — Ладно, красотка, оставляю тебя в надежных руках Рони, — заявил он, собираясь покинуть бар и оставить девушку, порученную его заботам, одну.       — Он тебя убьет, если узнает, — закатила глаза Красавица.       — Его выбор, но я не собираюсь дрожать перед Уивером. Тебе ничего не угрожает здесь, Рони сумеет тебя развеселить.       С этими словами бывший пират развернулся и ушел. Белль подумала о том, что независимо от проклятья Киллиан никогда не пасовал перед Темным. Она только надеялась, что ей не придется снова спасать капитана Крюка от рук ее экспрессивного супруга. В бар вошёл Генри, и Белль едва не бросилась его обнимать.       — Генри, привет! Как дела? — спросила Рони.       Белль видела как после нескольких фраз Рони протянула Генри какую-то фотографию. Лицо Генри вытянулось и он сказал что-то, что заставило Рони застыть с самым удивлённым видом. Незаметно пробираясь ближе, Белль бросила взгляд на снимок. Это было фото Регины и ее сына в Сторибруке. Закусив свою губу, Белль быстро вернулась за свой столик. Мать и сын должны были узнать друг друга. Иначе это было слишком жестоко. Впрочем, проклятья никогда не отличались гуманностью.       Позже, ложась спать в квартире Рони, Белль спросила ее о Генри.       — Он хороший парень и сразу мне понравился. Оказывается мы были знакомы, когда он был ребенком. Но ни он, ни я не помним этого. Бывают же такие загадки, — удивлялась Рони, застилая диван предназначенный для Лэйси, свежим постельным бельем.       — Мы с Уивером тоже сразу нашли общий язык, — сказала Белль.       — И у вас есть фотографии из прошлого? — спросила Рони.       — Может быть у него. Надо поискать, когда я перевезу свои вещи в его квартиру, — Белль подумала, что с радостью перелистала бы альбом, который Румпель подарил ей на первый год Гидеона. Но Рони не разделяла ее энтузиазма.       — Ты уверена, что не спешишь? Он намного старше, Лэйси. А ты ещё совсем ребенок.       — Нет, мы любим друг друга. Я буду с ним вместе навсегда, я это точно знаю, — убеждённо ответила Белль.       — Ох, моя дорогая! Что ты знаешь о навсегда? — засмеялась Рони, удивляясь наивности молоденькой девочки, попавшей под обаяние Уивера. — Он очень злой человек. И жестокий. Ты уверена, что знакома со всеми сторонами его личности?       Белль покачала головой. Она не могла продолжать разговор, не выдавая себя. Рони расценила ее реакцию по-своему.       — Дорогая, я не хотела тебя обидеть. Давай лучше ляжем спать. Что-то ты слишком бледная. Белль с удовольствием приняла это предложение и легла на диван. Рука быстро набрала смс. — «Спокойной ночи, любимый».       Ответ пришел немедленно. Чёртик с рожками, роза и много-много сердечек. Белль улыбнулась и сразу уснула.       Утром она встала и, не успев налить чашку кофе, бросилась в ванну. Живот выворачивало наизнанку.       — С тобой все в порядке? — встревожилась Рони.       — Наверное это вчерашнее виски. Не надо мне было пить, тем более, что я и не хотела, — ответила Белль, с трудом переводя дух.       — У меня в баре качественный алкоголь, — хмыкнула Рони и пристально посмотрела на девушку. — А вы с Уивером, разумеется, предохраняетесь?       — Я уверена, что не о чем беспокоиться. Это наверное китайская еда. Ну и стресс из-за Уивера. Я просто переволновалась.       — Ну это легко проверить, — сказала Рони, — хочешь я куплю тебе в аптеке тест?       — Нет! — воскликнула Белль.       — О, даже так. Во всяком случае, теперь мне понятно, почему он так заботится о тебе. Поздравляю вас, ребята! Кто бы мог подумать, что старик Уивер бьёт без промаха.       Белль недовольно посмотрела на Рони и та быстро сбежала в магазин. Оставшись в пустой квартире, Белль пристально оценила все изменения в своей фигуре. Она уже была беременна однажды и знала, чего ожидать. Но ее превращение в молодую девушку немного сбило Белль с толку. Она не могла с уверенностью сказать, что ждёт ребенка. Проще всего было последовать совету Рони и купить тест на беременность.       Улыбнувшись, Белль решила, что сделает это сразу, как только она и Уивер будут дома. Быстро собравшись, Белль поехала в больницу. Она не стала звонить, предупреждая о приезде, желая сделать своему любимому сюрприз.